В этот день Хэ Янь снова устроила большую сцену.
На
обратном пути Хэ Янь встретила Ван Ба, который прятался в толпе; он
пришёл посмотреть, как Хэ Янь и Цзян Цзяо сражаются на копьях. Парень
хотел уйти после просмотра, но случайно был обнаружен Хэ Янь.
Девушка приветствовала его издалека:
– Брат Ван!
В
глазах общественности Ван Ба потерял лицо, когда назвал этого паренька
боссом. Но Хэ Янь смотрел на него с улыбкой, а потому Ван Ба повернулся и
побежал прочь, точно демоны гнались за ним.
– Брат А Хэ, ты действительно хорош, – с завистью сказал Мэй.
–
В будущем таких вещей будет всё больше и больше. К этому нужно
привыкнуть, – Хэ Янь привстала на цыпочки и взлохматила волосы Мэя.
Хун Шань фыркнул, увидев это:
– Тебе нужно сначала немного вырасти, если ты пытаешься быть чьим-то боссом.
Хэ
Янь пожала плечами. Не люди должны делать такие вещи. Все зависит от
воли небес. Таких вещей, как взросление или увеличение роста, нельзя
добиться путём волевых усилий.
Сегодня она была в хорошем настроении. Ночью, когда Хэ Янь снова заснула после тайных тренировок, ей приснился невиданный сон.
Во
сне девушка стояла на высоком помосте арены боевых искусств. Все
обращались к ней, как к боссу. Чэн Ли Шу подбежал и сказал ей с тёплой
улыбкой:
– Брат Хэ, ты наконец-то вошёл в батальон девяти знамён!
– В самом деле? – она была очень счастлива, но вдруг услышала голос:
– Хэ Жу Фэй?
Она обернулась и увидела, что это Сяо Цзюэ. Парень смотрел на неё холодно, его слова были насмешливыми:
– Ты Хэ Янь или Хэ Жу Фэй?
Хэ Жу Фэй. Услышав это имя, она сразу же проснулась от сна, села и коснулся своей головы. Она сильно вспотела.
На улице было светло, и Хун Шань распахивал окно. Увидев, как Хэ Янь вытирает пот, он небрежно сказал:
– В эти дни очень жарко. Я больше не хочу проводить лето в Лянь Чжоу. С таким же успехом я мог потерять слой жира от жары.
Хэ Янь улыбнулась, всё ещё немного неуверенно. Увидев это, Мэй удивился:
– Брат Хэ, ты плохо выглядишь. Ты страдаешь от теплового удара? Не хочешь ли выпить листового чая?
–
В этом нет необходимости. Это просто погода, – Хэ Янь встала с постели и
надела свою обувь. – Я пойду и пробегусь, чтобы остыть.
После
утренней пробежки с отягощениями ей всё же удалось заняться боевыми
искусствами на арене, и сегодня был день практики в фехтовании. Когда
группа тренировалась, они увидели, что ещё одна группа людей
приближается к Хэ Янь.
Девушка убрала нож из своей руки в сторону.
– То, что ты сказал вчера. Эти слова всё ещё в силе? – низким голосом спросил лидер группы.
Лидером
был лысый мужчина с драконьими бровями, шеей леопарда и бронзовыми
костями. На его шее висела нить буддийских бус. Бусины были тёплыми и
сияли тёмным светом, каждая из них была размером с палец. Обеими руками
мужчина держал большой меч с золочёной рукоятью, и был явно намного
старше Хэ Янь. Он, должно быть, миновал возраст недоумения, возможно,
перевалив за сорок лет. И всё же мужчина не был похож на картофельную
лежанку – он был похож на подтянутого медведя.
– Меня зовут Хуан Сюн, – глухим голосом сказал лысый. – Я хочу изучить технику владения мечом вместе с тобой.
Подслушивающие новобранцы навострили уши и заволновались:
–
А! Кто-то действительно пришёл! Пришёл! Действительно пришёл! Я говорил
тебе. В Лянь Чжоу у нас есть тысячи хороших людей. Не может быть, чтобы
ни один из этих тысяч не мог научить этого ребёнка быть человеком!
– Верно-верно. Разрушьте его нарциссизм и отомстите за наш сухой хлеб!
–
Я не думаю, что на этот раз Хэ Янь сможет вести себя круто. Посмотрите
на меч в руке Хуан Сюна. Это не обыкновенный меч! Боюсь, он опытный
фехтовальщик!
Хэ
Янь также заметила меч в руке Хуан Сюна. Лезвие было красноватого
цвета. Пока тупьё меча было толстым, лезвие было невероятно острым, а
остриё слегка изогнутым. Этот тип меча был очень тяжёлым, и обычным
людям было бы трудно им владеть, но это было в самый раз, чтобы
соответствовать такому добротному человеку, как Хуан Сюн.
– У тебя хороший меч, – похвалила Хэ Янь.
Хуан Сюн услышал это, и его глаза слегка смягчились:
– Это мой тридцатилетний друг.
Хэ
Янь потеряла дар речи и не могла отделаться от мысли о своём мече Цин
Лан. Теперь она снова была новобранцем, и в отличие от Хуан Сюна, у
девушки не было меча, который можно было бы взять с собой в Лянь Чжоу.
Не было никакого иного оружия, которое заставило бы её ощущать
причастность и близость.
Прямо сейчас она очень завидовала Хуан Сюну.
Хуан Сюн увидел, что Хэ Янь не решился ответить, и нахмурился:
– Разве ты не говорил вчера, что приветствуются те, кто выходит вперёд? Ты не хочешь драться сейчас?
Хэ Янь на мгновение опешила и улыбнулась:
– Когда я отказывался? Я сделаю, как обещал.
Встретив взоры толпы, она спокойно вышла на высокий помост арены.
В зале Лян Пин ошеломлённо наблюдал за движениями Хэ Яня.
Ду Мао прислонился к дереву и злорадствовал:
– Этот Хэ Янь продолжает драться, даже если он твой подчинённый.
Лян
Пину не терпелось пойти и дважды ударить его. Если бы не любопытство Ду
Мао, позволившее Цзян Цзяо и Хэ Яню сразиться на дуэли, мальчишка
никогда не вышел бы на арену и не сказал таких глупых слов, намекающих
на становление мастером арены. Сегодняшние события никогда бы не
произошли.
Теперь,
когда старший инструктор Шэнь спросил о текущей ситуации, Лян Пин не
мог остановиться. Он мог только молиться в своём сердце и надеяться, что
Хэ Яню удастся это пережить, и он останется цел и невредим.
* * *
Чэн
Ли Шу остался в комнате Сяо Цзюэ и рисовал персиковые подвески на
маленьком столике. Его дядя был тут и читал книгу, присланную из
столицы, а Чэн Ли Шу не знал содержания книги. Сяо Цзюэ читал её всё
утро.
Чэн
Ли Шу стало скучно. Он думал, стоит ли выйти и осмотреться вокруг,
чтобы найти развлечение для себя. В дверь внезапно постучали, и Сяо Цзюэ
скомандовал:
– Входи.
Вошел Шэнь Хань.
Шэнь
Хань подошёл к Сяо Цзюэ и прошептал несколько слов. Чэн Ли Шу
переместил свой стул в другой конец и навострил уши, чтобы подслушать.
– Хэ Янь… Хуан Сюн… меч… арена.
Впервые
мозг Чэн Ли Шу заработал правильно. Он понял, что происходило, сразу
после первых слов, и на осознание этого парню потребовалось лишь
мгновение. Кто-то хотел сразиться с Хэ Янем, используя бой на мечах, и
они сейчас были на арене!
Сердце
молодого человека забилось от волнения. Как и ожидалось от старшего
брата Хэ, он спарринговался с другим человеком, хотя только одержал
победу во вчерашнем матче! Чэн Ли Шу очень хотел немедленно пойти и
посмотреть!
Чэн
Ли Шу незаметно положил ручку и бумагу в руку. Подмигивая Шэнь Ханю, он
попытался на цыпочках выбраться из комнаты, пока Сяо Цзюэ стоял к нему
спиной.
Прежде чем он смог дойти до двери, Сяо Цзюэ мягко сказал:
– Чэн Ли Шу.
Чэн
Ли Шу угрюмо посмотрел на молодого человека. В его сердце появилось
странное чувство. Дядя не сводил взгляда с него. Как Сяо Цзюэ ловил его
каждый раз, когда Чэн Ли Шу пытался что-то сделать?
Молодой человек подбежал к Сясо Цзюэ, поёрзал и сказал:
–
Дядя, я просто взгляну. Мой старший брат сражается на мечах с другим.
Как я могу это пропустить? Я должен быть верен Хэ Яню. Я обещаю, что
вернусь заниматься каллиграфией после того, как закончу просмотр. Я не
опоздаю!
Сяо Цзюэ поднял брови и посмотрел на него:
– Разве я запрещал тебе смотреть?
–
А? – Чэн Ли Шу расширил глаза и улыбнулся: – Если ты разрешаешь мне
смотреть, почему ты не сказал об этом раньше?! Тогда я пойду!
Он повернулся, и, когда собирался бежать, Сяо Цзюэ предупредил Чэн Ли Шу:
– Притормози.
Чэн Ли Шу подозрительно посмотрел на него.
Последний встал и вышел с Шэнь Ханем:
– Я тоже пойду.
Чэн Ли Шу был ошеломлён.
–
Разве твой старший брат не хочет вступить в батальон девяти знамён? –
уголки губ молодого генерала немного приподнялись. – Мне также
любопытно, как он планирует поступить в батальон девяти знамён.