Это улучшенная и переработанная черновая глава 139 "Коллапс" часть 2.
Великое Священное Королевство Крисейлис. Священная столица Сейдер, Замок Тендзи.
В тяжелом полумраке личного кабинета, пропахшем жженым воском и застоявшимся потом, нервно колыхалось пламя канделябров.
Военный король Манэт сидел за массивным дубовым столом, вцепившись пальцами в собственные волосы. Его дыхание было прерывистым, срывающимся на глухой, животный хрип. Лицо монарха, еще недавно излучавшее железобетонную уверенность имперского ястреба, теперь осунулось и посерело, искаженное невыносимой мукой человека, наблюдающего за крушением своего мира. Сводки с побережья, где сейчас разворачивался апокалипсис, лежали перед ним смятыми комками пергамента.
Рядом, почти сливаясь с пляшущими тенями от свечей, стоял советник Менас. Представитель Расы Тёмной Луны — древней фракции, что веками скрывалась в подземельях и мечтала о власти, — обычно предпочитавший стерильно-белые мантии, сегодня облачился в глухой, поглощающий свет черный шелк. Это одеяние делало его похожим не на придворного, а на палача, пришедшего забрать дань.
Глядя на раздавленного тяжестью решений Манэта, Менас позволил тонкой, почти змеиной усмешке тронуть свои бледные губы.
— Ваше Величество, к чему эти терзания? — его голос, мягкий и вкрадчивый, тек по комнате, словно яд. — О чем вы так тревожитесь, когда ключ к спасению лежит прямо перед вами? Разве у нас нет «этого»? Основные силы вражеской коалиции всё ещё держатся в ста пятидесяти километрах от побережья, но передовой отряд японских эсминцев уже подошел к Вакасакульту на десять километров. Прямо сейчас мы можем одним ударом стереть с лица океана и их, и весь скопившийся за ними флот. Железные корабли, наемные виверны Парпальдии — соседнего королевства, приславшего своих летающих тварей, — и эти непостижимые японцы... всё обратится в пепел.
Манэт поднял налитые кровью глаза, но промолчал.
— Упустите момент, — нажим в голосе Менаса стал жестче, — и варвары не оставят вам даже роскоши на раздумья. Их невидимые летящие стрелы уже стучатся в двери столицы. Вас беспокоит наихудший сценарий? Ущерб? Но чтобы вершить великие дела и защитить само существование нации, нужно быть готовым к некоторым жертвам. Без этого в истории не выигрывалась ни одна война.
— Тебе легко рассуждать, Менас! — прохрипел Манэт, с силой ударив кулаком по столу так, что чернильница подпрыгнула.
В голове Военного короля неоновым предупреждением пульсировали строчки из секретных архивов: «Магия уничтожения вражеского государства национального класса». Абсолютное оружие последней надежды.
Это была не просто магия. Это был первобытный кошмар, искривляющий гравитацию. Ритуал притягивал к поверхности планеты метеориты — осколки мертвых звезд из холодного вакуума. В полном, национальном варианте он должен был обрушить на страну-цель сотни таких осколков, но из-за изношенных катализаторов и ремонта, выполненного смертными, Манэт мог позволить себе лишь урезанный, точечный удар. Теоретически фокус магического наведения позволял обрушить три орбитальных кинетических удара с погрешностью (КВО) около ста пятидесяти метров для каждой цели. Мощь падения даже такого небольшого астероида была настолько чудовищной, что взрывная волна и кратер гарантированно уничтожили бы любую эскадру, преодолев любую противоракетную оборону системы Aegis и разорвав корпуса эсминцев в клочья.
Но в этой древней баллистике крылся фатальный изъян, о котором Менас умалчивал. Если применить ритуал против скопления флота, враг будет уничтожен, однако гравитационный захват был нестабилен. Притягиваемые звездные осколки редко падали монолитами. Их удерживала не только инерция, но и магический барьерный контур: он сохранял целостность тел, корректировал терминальное наведение и защищал заклинателей от обратного импульса. При входе в плотные слои атмосферы даже небольшой метеорит мог отклониться от расчетной траектории, если этот контур получал повреждение. Ритуал вызывал три каменных тела диаметром от двадцати пяти до тридцати метров каждое. Если барьерный контур выдержит, все три упадут в заданные точки с погрешностью около ста пятидесяти метров. Но если наведение собьется, они могут рухнуть в пятидесяти, ста или трехстах километрах от эпицентра — прямо на города Крисейлиса, прямо на головы собственных граждан. Барьерный контур — это не просто защита, это система точного наведения, и его повреждение превращает ритуал в игру в русскую рулетку.
Иными словами, спасение столицы от японского флота означало игру в русскую рулетку, где ставкой были жизни сотен тысяч невинных подданных Крисейлиса, которых могло накрыть кинетической бомбардировкой.
Военный король смерил советника полным ненависти взглядом. Он повысил голос, вкладывая в него остатки монаршей властности, но Менас и бровью не повел, продолжая смотреть на него с ледяным спокойствием социопата.
Манэт тяжело выдохнул, чувствуя, как невидимая петля сжимается на его шее:
— Одно дело просто бросаться красивыми словами о жертвах, Менас, и совсем другое — нести за них ответственность перед историей и собственным народом... Оставь меня одного. Мне нужно время.
В кабинете повисло тяжелое, давящее на барабанные перепонки молчание. Слышно было лишь, как потрескивает фитиль оплывшей свечи.
— ...Понимаю, Ваше Величество, — Менас склонил голову в издевательски-безупречном поклоне. — Но времени у нас почти не осталось. Враг ждать не будет, их оружие не знает милосердия... Я подожду в соседней комнате. Позовите, когда будете готовы перешагнуть через свои сомнения. Хе-хе-хе...
Черный шелк шурхнул в полумраке, и Менас беззвучно покинул комнату, оставив Военного короля один на один с призраками грядущего апокалипсиса.
Великое Священное Королевство Крисейлис. Священная столица Сейдер, Замок Тендзи.
Оставшись один, Военный король Манэт тяжело опустился в кресло. Огонь свечей отбрасывал на его лицо длинные, изломанные тени, делая его похожим на иссохший череп. Он погрузился в мрачные, вязкие раздумья.
Все изначальные отчеты разведки о Северо-Западном мире и этой проклятой Японии оказались не просто ошибочными — они были преступно слепыми. Сила Японии настолько превзошла все мыслимые расчеты имперской армии, что единственным подходящим словом для нее было «ненормальная». Манэт, как опытный стратег, допускал, что противник может оказаться несколько сильнее ожидаемого, что у них могут быть новые виды пороховых пушек или неизвестные летающие звери. Но разрыв в мощи оказался просто колоссальным, непреодолимым. Это была пропасть между богами и насекомыми.
Когда несколько часов назад он услышал доклад о том, что основа армии — эскадры 150-метровых воздушных кораблей, способных испепелять города — оказалась абсолютно бесполезна и была с легкостью, без единой потери для врага, стерта с небес ракетами, его словно ударило током. Сердце тогда едва не остановилось.
Но в тот же момент, узнав, что в бой вступает абсолютный козырь, армия прямого подчинения Священного королевского дома — летающий линкор «Пал-Химера», он же «Император Гаузер»..., он в глубине души испытал спасительное облегчение. Какая бы армия, какие бы технологии ни были у врага, победить наследие Древней Магической Империи невозможно. Это просто немыслимо. Это противоречило самим законам мироздания. Это был совершенно другой уровень, другое измерение... так должно было быть.
Воздушный линкор Древней Магической Империи Равернал — сильнейшего и ужаснейшего государства в истории планеты, с которым в свое время не могли справиться даже аватары богов — обладал такой подавляющей мощью, что за один боевой вылет мог подчинить целую страну. И коэффициент его боеготовности превышал девяносто процентов!
Манэт знал, что большинство артефактов Древней Империи, найденных другими странами, из-за проблем с расшифровкой технологий, отсутствия нужных материалов и банального старения имеют смехотворно низкий процент функционирования. Но у королевского воздушного линкора Крисейлиса этот показатель почти достигал идеала. Их предки берегли его тысячелетиями.
Какой бы неизвестной ни была эта заморская страна, могла ли она победить Равернал в лобовом бою?.. Нет, не могла. Он был в этом абсолютно, фанатично уверен.
Однако Япония... всего один-единственный надводный железный корабль... вдребезги, на мелкие осколки разбил эту уверенность. Гордость нации, непобедимый «Император Гаузер», был сбит, как хромая ворона, несколькими летящими стрелами, не излучающими маны.
Сейчас, оглядываясь назад и чувствуя вкус пепла во рту, Манэт понимал, что тот абсурдный, панический отчет Святого Рыцаря Миры, скорее всего, был чистой правдой. Увидев в примечаниях к отчету сухие слова: «Они заявили, что их островная страна с многомиллионным населением и стальными городами целиком перенеслась в этот мир из другой реальности», он решил, что девчонка либо сошла с ума, либо подверглась сильнейшей магии иллюзий врага. Неужели он ошибся? Неужели он, Военный король, своими руками привел Крисейлис на плаху?
...Нет, этого не может быть. Перенос целой страны — такого просто не может произойти. Это разрушает основы логики.
— Что вообще происходит... — прошептал он в пустоту, сжимая виски. По лбу Военного короля скатилась крупная, холодная капля пота.
Страна под названием Япония не поддавалась никакому осмыслению. Но сколько ни сожалей, сколько ни проклинай свою слепоту, время вспять не повернуть. Песочные часы перевернуты. Японцы не остановятся. Они продолжат свое неотвратимое наступление, пока не сожгут Священную столицу дотла.
Значит, выбор прост. Если использовать «это», враг точно будет уничтожен. Мощь этого ритуала такова, что даже пресловутую морскую крепость Древней Империи можно было бы потопить одним орбитальным ударом.
Магические технологии, которые Менас принес из подземелий, позволили использовать Божественную силу — чистую, сырую энергию планеты. Поначалу это была лишь сырая, нестабильная техника. Она давала мизерную мощность и была крайне неэффективной, опасной для заклинателя по сравнению с обычной, структурированной магией.
Однако благодаря одержимым трудам алхимиков и «гениев» Темной Луны, эту технологию удалось насильно объединить с божественным наследием — «Королевским сокровищем» и «Кольцом Бога Войны», которое передавалось Военным королям из поколения в поколение как символ высшей власти. Симбиоз артефактов позволил стабилизировать и направлять Божественную силу в огромных, катастрофических объемах.
Следовательно, магия, требующая колоссальных затрат энергии... Магия уничтожения вражеского государства национального класса, которую справедливо можно назвать магией богов, обрушивающей звезды с небес, теоретически стала доступной для использования.
Эта магия, поглощающая Божественную силу... нет, скорее не магия, а божественное искусство прямого физического вмешательства, применяло сырую энергию, и благодаря новейшим методам Менаса должно было сработать. Микро-эксперименты на полигонах глубоко под землей увенчались успехом. Значит, ее можно применить в масштабах континента.
Однако... в памяти Манэта всплыла преграда. На «Нерушимой каменной плите», монолите, высеченном при самом основании государства тысячелетия назад, были выбиты суровые, бескомпромиссные слова:
«Строго запрещается использовать Божественную силу, источаемую землей. Да не коснется смертный того, что принадлежит вечности».
Значение этих слов, выбитых на главном национальном сокровище, было непререкаемо велико. И если вынести вопрос о применении ритуала на общий совет, Священная королевская семья, несомненно, в панике воспротивится массовому использованию Божественной силы, опасаясь проклятия или разрушения континента.
Божественная сила — это не мана, которую используют маги. Это сырая, первобытная энергия, источаемая землёй через древние артефакты, известные как Башни Бога. Никто не знал, кто их построил и когда. Но именно они позволяли использовать магию, не доступную обычным заклинателям. И именно поэтому древние строго запретили её использование.
Но политический расклад играл Манэту на руку. Священному принцу Ярисуре всего пять лет, он лишь фигурант. Фактическая власть находится в руках Священной матери, королевы-регента Ламис. А Ламис, напуганная новостями о гибели флота, глубоко ему доверяет.
Божественные сосуды, необходимые для древней магии, он предусмотрительно изъял из сокровищницы еще перед решающей битвой на побережье под предлогом «защиты». Так что «Королевское сокровище» и «Кольцо Бога Войны» уже лежат в его сейфе.
Одобрение всей королевской семьи сейчас получить физически невозможно, но если нужно лишь формальное согласие королевы-регента Ламис от имени Священного принца — в крайнем случае, его можно оформить и задним числом, когда японский флот уже будет покоиться на дне океана. Победителей не судят.
И всё же, что-то первобытное, иррациональное не давало ему покоя, царапая изнутри. Во-первых, почему из земли этой конкретной страны вообще источается сырая Божественная сила в таких объемах?
— Неужели... миф об основании государства — правда? Это не просто аллегория? — пробормотал Манэт, глядя на мерцающее пламя.
Он погрузился в воспоминания, цитируя наизусть строки, которые вдалбливали каждому аристократу Крисейлиса с пеленок.
Миф об основании, глава 2, стих 1:
«В древности на мир обрушилось великое бедствие.
Внезапно появившийся злой дракон, огромнее горы, с восемью головами и восемью хвостами, напал на людей, поглотил множество городов и вверг человечество в пучину кровавого ужаса.
Когда люди отчаялись, с северо-запада явился воплощенный бог и запечатал дракона в землях креста, глубоко под корнями гор.
Божественное воплощение даровало нам великую мудрость и силу.
Мы — избранный народ, Крисейлис.
Эту великую силу надлежит хранить и использовать во благо человечества. И мы должны обрести еще большую мощь, построить неприступную цитадель, дабы сразить злого дракона окончательно, когда он однажды воскреснет из своей темницы».
Тот факт, что именно здесь, под их ногами, ключом бьет Божественная сила, фундаментально отличающаяся от обычной маны, действительно может быть остаточным явлением той самой печати, наложенной воплощением бога на хтоническое чудовище.
В Священной столице и на стратегических границах государства находятся циклопические артефакты, называемые «Башнями Бога». Кто и когда их построил — утеряно в веках, но именно из них источается эта Божественная сила, словно радиация из поврежденного реактора. А в самом центре Священной столицы стоит особо крупная, подавляющая своей геометрией башня — «Башня Бога Войны», где концентрация Божественной силы наиболее высока и нестабильна.
Так почему же древние строго-настрого запретили использовать эту источаемую силу? Почему сейчас, в эпоху расцвета, Божественная сила недоступна для понимания, а безопасные методы ее использования не были переданы потомкам? Забыли? Или уничтожили записи намеренно, чтобы никто не смог взломать печать?
Загадки множились, наслаиваясь одна на другую, но сейчас было не время для философских изысканий или археологии. Дьявол во плоти, японский флот, сокрушивший без потерь даже древнее супероружие Равернала, с высочайшей долей вероятности прямо сейчас ложится на курс к столице.
В этот момент в дверь кабинета ворвался запыхавшийся адъютант.
— Ваше Величество! Срочное донесение с побережья! Японские эсминцы открыли огонь по береговым укреплениям Вакасакульта! Наши батареи подавлены! Они не остановятся, пока не дойдут до столицы!
Манэт сжал кулаки. Времени на сомнения больше не оставалось. Он вспомнил о своей семье, о подданных, о тысячелетней истории Крисейлиса. Если он не применит «это» сейчас, всё будет потеряно.
— ...Времени на раздумья нет... Придется принимать решение, — процедил Манэт.
Военный король усилием воли остановил поток сомнений и плотно закрыл глаза. Он мысленно, стиснув зубы, попросил у предков прощения за нарушение главного табу.
Затем он резко встал и вскинул сжатый кулак к закопченному потолку. Лицо Военного короля, обращенное вверх, было ясным, холодным и полным фанатичной решимости самоубийцы.
— Устранение нависшей над нацией угрозы важнее древних законов и сказок! В этом и заключается мой долг, мое бремя как Военного короля!! Моя миссия — привести подданных Священного королевства к процветанию, даже если для этого придется пройти через ад!!! Всё ради Священного королевского дома!! Всё ради наших подданных!! Всё ради общего блага!!! В моем решении нет ни капли сожаления!!
Военный король громко, срывая голос, прокричал свою клятву в пустой, гулкой комнате. Оправдав себя, он почувствовал, как страх отступает. Он крепко сжал кулак, на котором тускло блеснуло Кольцо Бога Войны.
— Менас! Ты здесь?! — гаркнул он.
На крик, разнесшийся до соседней комнаты, массивная дверь беззвучно отворилась, и в кабинет бесшумно скользнул Менас в своем черном балахоне.
— ...Ваше решение, господин Военный король? — мягко спросил советник. Под глубоким капюшоном скрывалась мерзкая, удовлетворенная ухмылка паука, дождавшегося, когда муха перестанет биться в паутине.
— Что ты думаешь о возможных побочных эффектах использования Божественной силы в таких объемах? Риск раскола метеорита? Угроза столице? — Манэт задал последний, сугубо технический вопрос.
— Божественная сила бесконечным потоком источается из-под земли, Ваше Величество. Остается лишь верить, что под землей покоится великое наследие богов, а не что-то иное. Эта энергия буквально неисчерпаема, — елейным голосом ответил Менас, мастерски обходя острые углы. — Даже если мы используем ее в огромном количестве для фокуса, мы сможем тут же применять следующую великую магию одну за другой. Щит не рухнет. Никаких побочных эффектов, это поистине всемогущая сила, подчиняющаяся вашей воле!! Крисейлис — это воистину страна, находящаяся под абсолютной защитой богов.
— ...Вот как. Поверим на слово. Тогда мы немедленно применим магию уничтожения вражеского государства национального класса, — отрезал Манэт, принимая свою судьбу. — Цель — японский стальной флот, развернутый у побережья Вакасакульта!!! Мы сожжем океан.
— Как прикажете, Ваше Величество... — Менас низко поклонился. — А вторым ударом... мы не ударим по самой метрополии Японии? Чтобы вырвать корень зла?
— Нам неизвестны точные картографические координаты вражеской страны в этом мире. Океан слишком велик, — поморщился Манэт. — К тому же, нет нужды стирать с лица земли миллионы ни в чем не повинных людей, если мы уничтожим их армию. Я Военный король, а не палач.
— ...Хе-хе... Как наивно, — тихо, почти про себя прошипел Менас, но тут же повысил голос до почтительного тона: — Я буду лично ассистировать вам при сотворении великой магии. Эта великая магия — истинная магия богов. Знаете ли вы, что даже некогда всемогущая Древняя магическая империя Равернал, не смогла защититься от этой силы и сбежала, поджав хвост, вместе со всей своей страной в другое измерение?
Менас сделал паузу, позволяя этим словам осесть в сознании монарха, а затем деловито добавил:
— И хотя в этот раз мы будем использовать бьющую из земли Божественную силу напрямую, катализаторы — «Королевское сокровище» и «Кольцо Бога Войны» — довольно старые, и к их починке приложил руку смертный человек. Мощность используемой Божественной силы также будет значительно ниже по сравнению с тем полномасштабным «падением звезд», которое вызывали первородные боги, поэтому площадь абсолютного разрушения серьезно упадет. Погрешность будет выше. Однако...
— Верно, уничтожить жалкий флот из пары десятков железных кораблей не составит никакого труда, — закончил за него Манэт, решительно застегивая воротник мундира. — ...Начинаем ритуал!! Идем к Башне Бога Войны!!!
Чеканя шаг, Военный король Манэт, в сопровождении теневого советника, направился в самое сердце Сейдера, к циклопической Башне Бога Войны, чтобы обрушить небеса и защитить Священное королевство, даже не подозревая, что своими руками срывает последнюю печать с тюрьмы, скрывающей истинный ужас древности.
Верхний ярус Башни Бога Войны.
Под циклопическими, теряющимися во мраке сводами зала воздух дрожал от статического напряжения. Пахло озоном, жженой медью и древней пылью — запахом вскрытой гробницы. На каменном полу, отполированном поколениями жрецов, пульсировал тусклым рубиновым светом колоссальный, невероятно сложный магический круг. Его геометрия ломала зрение: тысячи переплетающихся рун образовывали контуры, больше похожие на чертежи микропроцессоров, чем на классические символы стихий.
В узловых точках этого исполинского чертежа, образуя идеальную пентаграмму, застыли пять величайших архимагов Священного Королевства. Элита нации, чье мастерство считалось непревзойденным. Но сейчас они не выглядели всемогущими творцами. Скорее — живыми предохранителями в дьявольской электрической цепи.
От их запястий, воротников и посохов тянулись толстые, покрытые изоляцией из шкуры виверн кабели с высочайшей магической проводимостью. Эти жилы из чистого орихалка сплетались в единый жгут, уходящий в самый центр пентаграммы, где на алтарном камне покоились секретные реликвии нации: «Королевское сокровище» и «Кольцо Бога Войны». Катализаторы, способные пропустить через себя неструктурированную, дикую энергию планеты.
Военный король Манэт стоял у самого края рунического контура. Его лицо блестело от липкого пота, но в глазах горел фанатичный, лихорадочный огонь человека, переступающего черту невозврата.
— Начинаем применение магии уничтожения вражеского государства национального класса! — его голос, усиленный акустикой башни, громом ударил по барабанным перепонкам.
— Обрушьте на захватчиков гнев богов!
По команде монарха великие маги начали читать заклинание. Это не было похоже на привычное певучее чтение. Из их горл вырывался низкий, вибрирующий гул, переходящий в хрип. Сырая Божественная сила, фонтаном бьющая из недр под башней, хлынула через толстые кабели. Провода мгновенно раскалились до вишневого свечения. Реликвии в центре алтаря вспыхнули слепящим, невыносимо ярким светом, искажая гравитацию в зале — мелкая каменная крошка оторвалась от пола и зависла в воздухе. Ритуал вызова орбитального кинетического удара начался.
Менас, безмолвной черной тенью стоявший за спиной короля, наблюдал за этим с холодным, отстраненным восхищением ученого, смотрящего на подопытных мышей в лабиринте.
— Пора... — одними губами, так тихо, чтобы звук потонул в нарастающем вое магического резонанса, пробормотал Менас.
Из-под широкого рукава его черного балахона скользнула крошечная, едва уловимая глазом черная точка. Невидимый фамильяр — биомагический паразит, конструкт из чистой тени диаметром не более миллиметра, созданный по утраченным технологиям Расы Тёмной Луны. Он был запрограммирован на взаимодействие с магическими структурами: его микроскопические манипуляторы могли вносить изменения в руны и контуры, не нарушая общей структуры заклинания.
— Ну же, — мысленно отдал приказ Менас, пока его губы растягивались в мерзкой, торжествующей усмешке.
— Перепиши барьерную часть пятого сектора магического круга, как я приказал. У тебя есть ровно пятьдесят три секунды до пиковой фазы фокусировки.
Крошечный паразит спикировал в бушующий океан света, безошибочно направляясь к стабилизирующе-барьерному контуру пятого сектора, отвечающему за удержание целостности метеорита, погрешность наведения и защиту заклинателей от обратного импульса. Взлом этого узла означал, что гравитационный захват станет нестабильным, и три вызванных из космоса астероида потеряют точное наведение, обрушившись не только на японский флот, но и на саму метрополию Крисейлиса.
Менас, советник из Расы Тёмной Луны, давно вынашивал свои планы. Он знал, что если ритуал пройдёт успешно, Военный король Манэт укрепит свою власть и, возможно, обратит внимание на его расу. Саботаж ритуала должен был уничтожить и японский флот, и часть Крисейлиса, ослабив королевство и создав хаос, в котором Тёмная Луна могла бы возвыситься. Кроме того, он подозревал, что использование Божественной силы в таких объёмах может разбудить то, что древние боги запечатали под землёй. И этот риск полностью его устраивал.
Незаметно для тяжело дышащего Военного короля, корчащихся от перегрузок магов и ослепленной сиянием стражи, Менас отправил своего фамильяра выполнять задание.
Воздух в Башне Бога Войны стал густым и обжигающим, словно внутри работающей доменной печи. Подготовка магии уничтожения национального класса перешла в терминальную стадию.
Пятеро великих магов, чьи лица посерели от невыносимого напряжения, сосредоточились на удержании заклинания. Вокруг них суетились десятки операторов в тяжелых ритуальных робах, их руки с безошибочной точностью переключали рубильники и вращали хрустальные линзы, управляя колоссальными магическими механизмами, похожими на гибрид часового механизма и баллистического вычислителя.
Главный координатор, стоящий за пультом с армиллярными сферами, продолжал зачитывать телеметрию бесстрастным, отчеканенным голосом, сквозь который пробивалась нервная дрожь:
— Емкость буферных контуров — сто тридцать пять процентов! Достигнута критическая масса, необходимая для фазового перехода маны в чистую Божественную силу!
— Начинаю подключение к внешним Башням Бога! Инициализация лучевой геометрии!
Главный монолит Башне Бога Войны ослепительно вспыхнул. Сквозь толщу камня и небесный свод с гудящим, низкочастотным ревом протянулись осязаемые пути энергии, соединяясь с Башнями-ретрансляторами, расположенными на самых границах Великого Священного Королевства Крисейлис.
Если бы в этот момент на орбите планеты находился спутник-шпион, его камеры зафиксировали бы пугающую картину: гигантский, пульсирующий сияющий крест, выжженный прямо на поверхности континента. Идеально ровный Великий Крест, пересекающий всю страну.
— Начинаю конвертацию в Божествен... Стоп!! Что?! Что это такое?! — голос координатора внезапно сорвался на панический крик.
— Что случилось? Сбой удержания?! — Военный король Манэт бросился к пульту.
— Божественная мощь в пятом секторе увеличивается стремительно! Она уже в двадцать восемь раз превышает все прогнозы! Приборы зашкаливают!
В зале повисла секундная тишина, нарушаемая лишь гулом перегруженных контуров. Манэт похолодел, но старший маг-вычислитель обернулся к монарху с безумным блеском в глазах:
— Ваше Величество, система выдерживает! С такой аномальной выходной мощностью мы сможем придать гравитационному притяжению небывалую направленность! Мы вытянем звездный осколок из глубокого космоса, с орбиты, недосягаемой прежде! Кинетический удар будет абсолютным!!
— Тогда не сдерживайте поток! — рявкнул Манэт, отбрасывая сомнения. — Вложите в удар максимальную, первобытную мощь!
— Слушаюсь!! Конвертация Божественной силы подтверждена, снятие ограничителей...
— Чтение финального ключа! Синхронизация анимы!
Тела пятерых великих магов в центре пентаграммы начали слабо светиться изнутри — смертоносное излучение чистой магии пропитывало их плоть. Вытянувшись струной, синхронизировав дыхание и тональность голосов до идеального унисона, они начали читать финальное заклинание на мертвом языке:
— Тысячи мертвых звезд, безмолвные слуги богов... услышьте зов нашей крови! Подчинитесь нашей воле и сокрушите неверных!
— Выходная мощность стабилизирована на абсолютном пике! Ввод пространственных координат японского флота... Ввод подтвержден!!
Магия уничтожения вражеского государства национального класса «Метеор» вооружена и готова к запуску!
Военный король Манэт тяжело дышал. Его трясло. И это был не страх, а опьяняющий, наркотический экстаз от осознания того, что он держит в руках магию мифического уровня. Воистину, в эту секунду он повелевал силой самих творцов мироздания. Этот орбитальный удар войдет в тысячелетнюю историю как акт, спасший страну от железных монстров.
— Хе-хе-хе... Надо же, признаться, даже у меня начало перехватывать дыхание, — прошептал Менас, стоящий чуть позади.
— Меня тоже переполняют эмоции, — не оборачиваясь, ответил Манэт.
— Подумать только, я присутствую при применении этого божественного искусства... — тело Менаса крупно дрожало. Манэт думал, что от религиозного благоговения, но советник Темной Луны трясся от предвкушения грядущей, неконтролируемой катастрофы, которую он только что тайно срежиссировал.
— Господин Военный король, отдайте приказ. Небо ждет.
Манэт выпрямился во весь рост, его голос раскатом грома разнесся по верхнему ярусу Башни:
— Дьявольский флот, вознамерившийся поработить нашу страну! Отправляйся на дно, захлебываясь сожалением о том, что посмел обнажить клыки на священную землю! Наш удар — это карающий молот бога! Обратитесь в пепел трех тысяч миров!! Магия уничтожения национального класса... «Метеор», запуск!!!
— «Метеор» активирован!! Цепи замкнуты!
От огромного светового креста, выжженного на теле страны, с оглушительным звуком рвущейся атмосферы в глубокий космос устремился титанический крестообразный луч концентрированного света и гравитации.
Луч пробил тропосферу, выжигая облака. Ионизированная пыль, парящая в верхних слоях атмосферы, вспыхнула под воздействием энергии, проецируя гигантский, пылающий золотым пламенем крест на весь небосвод над метрополией.
Улицы Священной столицы Сейдер и сотен других городов залило неестественным, пульсирующим светом. Люди останавливали повозки, выходили из домов, бросали инструменты. Многие граждане страны, задрав головы, стали свидетелями этого астрономического чуда.
— Ч... что это такое?!
— Крест из чистого света в небе?! Прямо над нами!
— Неужели сам Бог спустился к нам на помощь?!
Множество простых жителей страны, не ведающих о том, что гравитационный захват уже поврежден диверсией, а с небес вот-вот рухнут три раскаленных астероида, замирали на площадях. Они поражались этому пугающе величественному чуду, плакали от радости и, падая на колени прямо на брусчатку, искренне возносили небесам молитвы.
В ту секунду, когда магические механизмы ритуального зала взвыли на запредельных частотах, реальность внутри Башни дала трещину.
Гудение тяжелых бронзовых сфер перешло в ультразвуковой визг, от которого из носов младших аколитов брызнула кровь.
Сырая, нефильтрованная энергия планеты — Божественная сила, — пройдя через катализаторы, пробила стратосферу. И именно в этот момент фазового перехода сработала микроскопическая диверсия. Переписанный фамильяром Менаса пятый сектор барьерного контура не выдержал обратной отдачи. Цепь замкнуло.
— ГЯ-А-А-А-А-А-А-А!!!
Нечеловеческий, многоголосый вопль разорвал своды зала.
— Что?!
— Отсекайте контуры!!
Пятеро великих магов, элита нации Крисейлиса, стоявшие в вершинах пентаграммы, внезапно стали эпицентрами обратного выброса.
Изоляция кабелей, свитых из орихалка, мгновенно испарилась. Ослепительно-золотое пламя божественной силы — плазма, температура которой превышала тысячи градусов, — вырвалось из рун на полу и поглотило заклинателей.
Они не просто сгорели. Их плоть, кости и мантии за доли секунды обратились в молекулярный пепел, оставив после себя лишь оплавленные тени на полированном камне. Сноп синих искр ударил в потолок, и в зале запахло озоном и жженым углеродом.
— Что произошло?! Доклад, живо! — рявкнул Военный король Манэт. Инстинкт опытного полководца взял верх над первобытным ужасом: он даже не дернулся, хотя жар от вспышки опалил ему лицо.
— Н-неизвестно, Ваше Величество! — старший координатор трясущимися руками вцепился в пульт, его глаза безумно бегали по мерцающим армиллярным сферам. — Заклинание было идеальным! Матрица выверена! Защитный барьер заклинателей должен был выдержать обратный импульс... Мы прямо сейчас диагностируем разрыв цепи! Пятый сектор разрушен, контур удержания и терминального наведения нестабилен! Тем не менее... тем не менее, ядро заклинания уцелело, запуск магии «Метеор» состоялся!
Орбитальный захват подтвержден, звездные осколки сошли с орбиты. Предварительная баллистика ведет их к расчетному квадрату скопления вражеского флота, но из-за повреждения пятого сектора точку падения мы гарантировать не можем. Отклонение на входе в атмосферу может быть катастрофическим!
В густой тени за колонной Менас едва заметно цокнул языком, пряча руки в складках черного шелка.
«Тск. Слишком сильно повысили пропускную мощность на фазо-контурах? Никчемные, хрупкие людишки... Их тела не выдержали даже секундной дестабилизации барьера, — пробормотал Менас одними губами, чтобы звук потонул в лязге остывающих механизмов. — Впрочем, ядро заклинания осталось цело. Три камня с небес сорваны. Предварительный вектор пока ведет к флоту, но контур наведения сломан. А вот куда их вынесет на входе в плотные слои... Хе-хе. Спектакль только начинается».
— Какой ужас!!! Это же Верховный Круг!
— Осторожно!! Возможно, прорван внешний барьер зала! Назад!
— Мы потеряли Пятерых!
Внезапная смерть величайших магов вызвала нескрываемую, звериную панику среди жрецов и операторов. Для Крисейлиса смерть людей, десятилетиями постигавших вершины магического искусства и являвшихся национальным достоянием, была невосполнимой стратегической потерей. Шок ударил по военному руководству больнее, чем потеря целой дивизии. Волнение, подобно цепной реакции, передавалось от пульта к пульту, грозя обернуться полным параличом управления.
— Отставить панику!!!
Голос Военного короля Манэта, усиленный командирским металлом, раскатом грома ударил по стенам ритуального зала. Он шагнул прямо к остывающему краю выжженной пентаграммы, не обращая внимания на тлеющий пепел под сапогами.
— Древняя священная магия активирована! По врагу нанесен удар возмездия! — Манэт обвел зал свирепым, горящим взглядом, подавляя волю подчиненных. — Смерть Великих Магов — это трагедия, горечь которой я разделяю с каждым из вас! Но не смейте обесценивать их жертву своей трусостью! Они отдали жизни, чтобы защитить наши дома, наших жен и детей от безмагических варваров!
Он указал рукой в зенит, туда, где за каменным сводом скрывался космос.
— Вместо того чтобы скулить, выполняйте свой долг! Восстановите телеметрию, установите причину пробоя и примите меры, чтобы этот подвиг не оказался напрасным! За работу!
Жесткая, непререкаемая воля диктатора сделала свое дело. Истерика захлебнулась. Операторы, сглатывая подступивший к горлу ком, судорожно вернулись к своим постам.
— В-вас понял! — отозвался координатор, вытирая пот со лба. — Мы изолируем поврежденные сектора и анализируем формулу барьера для выяснения причины пробоя. Что касается «Метеора»... мы выводим магическую проекцию слежения с верхних слоев атмосферы!
Вжжжух...
С тихим гудением над центральным тактическим столом ритуального зала вспыхнула массивная, детализированная трехмерная голограмма, сотканная из частиц света.
На ней в реальном времени транслировалась картина, от которой у присутствующих перехватило дыхание. Три исполинских звездных осколка — астероида, вырванных магией из холодной пустоты космоса, — входили в верхние слои атмосферы планеты. Перед их тупыми, неровными мордами уже начала формироваться плотная подушка сжатого, раскаленного до состояния плазмы воздуха. Каждый метеорит оставлял за собой гигантский, расширяющийся хвост из ревущего красного и оранжевого пламени, порожденного чудовищным аэродинамическим трением.
— О-о-о-о-о-о...
— Т-так вот он какой... Гнев Богов...
Увидев «Метеор» — магию уничтожения вражеского государства национального класса — в действии, люди в Башне издавали приглушенные возгласы первобытного, религиозного восхищения.
Звездный осколок, неумолимо влекомый гравитационным ускорением и сфокусированным вектором Божественной силы, прошивал атмосферу, каждую секунду набирая сверхзвуковую скорость. Хвост пламени становился всё длиннее, озаряя небеса кроваво-красным светом. Десятки тысяч тонн космического камня и железа, способные поднять гигантскую волну, летели в сторону позиций ВМС Японии, не подозревая, что на поверхности планеты их уже ждут радары с фазированными решетками и алгоритмы расчета баллистических траекторий.
Манэт сцепил руки за спиной. Жребий был брошен.
Примерно в 10 километрах от побережья Вакасакульта.
Япония. Морские силы самообороны. 4-я эскортная флотилия.
Эскадренный миноносец «Чокай» (класс Aegis, DDG-176). Боевой информационный центр (БИЦ).
В тесном, лишенном естественного света отсеке БИЦ пахло озоном, нагретым пластиком и застарелым человеческим потом. Экипаж эсминца только что пережил ракетную дуэль с древним летающим линкором, и адреналин в крови моряков начал мучительно падать. Голубоватое свечение тактических дисплеев выхватывало из полумрака бледные, сосредоточенные лица операторов.
Четыре плоские восьмиугольные антенны радара SPY-1D(V), вмонтированные в надстройку корабля, непрерывно прошивали небесную сферу мегаваттами электромагнитного излучения. Никакой вращающейся механики — только холодный цифровой расчет фазированных решеток, мгновенно меняющих угол луча и создающих над эскадрой непроницаемый информационный купол, уходящий далеко за пределы стратосферы.
Минамино сидел у консоли дальнего обнаружения, растирая уставшие глаза. Внезапно система выдала резкий, режущий слух тональный сигнал. На экране, в секторе, который обычно игнорировался при поиске аэродинамических целей, вспыхнул багровый маркер.
— А? — Минамино нахмурился, подавшись вперед так, что ремни гарнитуры врезались в шею.
Рефлексы, вбитые тысячами часов симуляций в Этадзиме, сработали быстрее сознания. Он не стал терять время на крики о невозможности происходящего. Пальцы взлетели над клавиатурой, перепроверяя диагностику фазовращателей и фильтруя помехи, чтобы исключить ложное срабатывание системы или сбой из-за остаточной маны в атмосфере.
Но отметка не исчезла. Наоборот, она стала четче. И она множилась.
— Экстренный контакт на радаре дальнего обнаружения! — голос Минамино, лишенный паники, но звенящий от предельного напряжения, разрезал тишину БИЦ. — Пеленг двести сорок! Дальность... шестьсот восемьдесят километров! Высота...
Оператор запнулся на долю секунды, его мозг отказался мгновенно переварить цифры, выданные компьютером.
— Высота триста тридцать километров! Это термосфера, цель в разрежённых слоях!
Капитан, стоявший у тактического стола, резко обернулся.
— Вы с ума сошли, Минамино?! Космос?!
— Никак нет, сэр! Цель реальна! Компьютер классифицирует разделение... Количество целей — три! Они падают почти отвесно! Вектор спуска направлен прямо на позиции наших сил... на ордер 4-й эскортной флотилии!!
В БИЦ воцарилась гробовая, ледяная тишина, нарушаемая лишь писком зуммера захвата цели. Эсминцы системы Aegis создавались на Земле именно для этого — чтобы сбивать баллистические ракеты на заатмосферных высотах. Моряки годами отрабатывали сценарии ударов со стороны Северной Кореи или Китая. Но встретить орбитальную угрозу здесь, в мире магии и деревянных галеонов? Это ломало все тактические доктрины.
— Тепловая сигнатура колоссальная! Объекты входят в атмосферу, фиксирую образование плазменного нагрева! — продолжал сыпать данными Минамино, пока вычислитель системы AEGIS отрисовывал на главном экране пугающе крутую, отвесную баллистическую дугу.
— Текущая скорость спуска — четыре тысячи шестьсот километров в час! Скорость продолжает расти с аномальным ускорением в одиннадцать и два метра на секунду в квадрате... Плюс зафиксирована неизвестная гравитационная аномалия, которая тянет их вниз быстрее свободного падения!
Офицер управления огнем Мутагути перегнулся через плечо оператора, вглядываясь в строчки всплывающей телеметрии:
— Компьютер завершил расчет эффективной площади рассеяния... Господи помилуй. Это не боеголовки.
— Доложить параметры целей! — рявкнул капитан, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.
— Физические габариты каждого из трех объектов — от двадцати пяти до тридцати метров в поперечнике — сдавленным голосом зачитал Минамино.
— Плотность соответствует железо-каменной породе. Расчетная масса каждого фрагмента — от двадцати пяти до сорока тысяч тонн! Это... это настоящие астероиды, сэр! Три каменных глыбы размером с многоэтажный дом каждая.
— Не может быть... — прошептал офицер управления огнем, глядя на трехмерную проекцию. Иллюзия того, что они воюют с отсталыми дикарями, с треском рухнула.
— Если эта масса на сверхзвуке врежется в воду в районе ордера... — Мутагути сглотнул вязкую слюну, его пальцы мелко задрожали, — кинетический эквивалент каждого удара составит порядка ста пятидесяти килотонн. Это как тактический ядерный заряд без радиации.
Гидродинамический удар поднимет цунами высотой в десятки метров, а прямое попадание разорвёт эсминцы в клочья. От нас даже обломков не останется!
В БИЦ эсминца повисла мертвая, оцепеняющая тишина. Операторы замерли. Каждый офицер на корабле прекрасно знал физику кинетического удара. Никто не кричал и не рвал на себе волосы, но напряжение достигло той точки, когда воздух кажется твердым. Японский флот столкнулся с угрозой кинетического орбитального удара, с которым они еще ни разу не имели дела в Новом мире. И если эта раскаленная масса из космоса упадет в океан рядом с ордером, образовавшееся мега-цунами или прямое попадание разорвет эсминцы в клочья, не оставив даже обломков.
— Отставить панику! — ледяной рык капитана вернул офицеров в чувство. — Сменить режим системы Aegis на противоракетную оборону (BMD)! Идентифицировать цели как вражеские баллистические! Подготовить к пуску перехватчики! Мы попытаемся разрушить или отклонить эти камни до того, как они войдут в тропосферу! Работаем!