«Тепло...»
Лицо медленно окутал жар, словно он погрузился в тёплую ванну. Но это чувство, хоть и немного, но всё равно уступало хладу дующей со спины. Казалось, что он стоит меж двух огней — льда и пламени. Где жар очень мягко надавливал на кожу, словно окутывал в объятия. Холод же намертво въедался, пытался разнять эти объятия. Эти два чувства такие разные, но одновременно такие правильные. Обе словно уравновешивают друг друга, каждый подавляет другого, и каждый без другого просто не мог существовать.
Едкий, как дым, запах наполнил собой всё окружение. Треск, хруст и гул пламени — это всё, что он слышал.
***
— Ух... — В момент, когда он судорожно открыл веки, в глаза сразу подул сухой и обжигающий воздух, от которого он невольно выдохнул.
Ему захотелось развернуться от внезапно подувшего жара, но тело никак не отреагировало на его волю: лишь левое плечо слегка дёрнулось, и то с натяжкой. А правое вовсе онемело. Да и лежал он в довольно странном и неудобном для него положении: ноги сведены назад, а руки опрокинуты к спине. Пространство для движений было сведено к нулю.
«Не пошевельнуться».
Пытаясь извиваться в этом положении, он всё чётче ощущал как на его грудь что-то давит. И это давление он ощущал по всему телу, кроме головы. Открыв глаза, всё ещё смыкающиеся от жара и света, он опустил взгляд.
«Верёвка?»
Его действительно связали, и очень туго. Однако вопрос был в том, кто именно это сделал?
В голову пришёл лишь смутный образ белой маски. Невысокой девичьей фигуры, что застала его врасплох в каких-то дебрях Амазонки. Но по какой причине она скрывала свою личность? Может ли быть, что она в бегах? Или же она кто-то о ком лучше даже не знать? Хотя Хикару это волновало, но больше всего его беспокоило то, что она была тем кто покусилась на его жизнь. Обгоревший обрубок дерева... Этот образ у Хикару отпечатался в голове. И вряд ли сползёт с него ближайшие пару лет.
— Очнулся? — разочарованно выдохнул кто-то неподалёку, словно и не хотел начинать этот оттянутый разговор.
Голос действительно показался Хикару знакомым.
— Это ты? — ответил он охрипшим голосом, не зная, куда ему стоит смотреть. Ответа не последовало, был слышен только шёпот огня. Но...
— Не знаю, кто ты, но я не врал насчёт того, что я заблудился, — продолжал оправдываться Хикару. — Я правда ничего не знаю. Пощадите, умоляю...
Незнакомка цокнула губами, словно ожидала услышать не эти пустые оправдания, а затем сказала следующее:
— Проехали уже. Мне другое интересно, — её голос вдруг стих.
Хикару внутренне напрягся от этой внезапной тишины. Если это из-за того, что он не в силах ответить, или его неправильно поняли... А поняли его точно неправильно, ему ничего не остаётся, кроме как молиться за свою жизнь. Хотя если эта тема себя исчерпала, то зачем его оставили в живых? Ответ на вопрос поступил сразу же:
— Я кое-что нашла у тебя в карманах, — она сделала короткую паузу, — Откуда у тебя знак семьи Сильван?
Слова прозвучали как обвинение, словно на него надавили сразу со всех сторон. Хикару тяжело сглотнул слюну: кажется, он где-то просчитался. Теперь его оправдания кажутся жалкой попыткой фальсификации.
«Сильван? Какая ещё семья Сильван?»
«Что? О чём она?»
Хикару не то что эти слова не знакомы, так ещё их каким-то образом переплили к нему. Он же ведь только вышел из магазина, ну хоть магазина уже и нет, но это не оспоримый факт — здесь он в первый раз и точно слышит эту фамилию впервые. Никакой семьи Сильван, он и слыхом не слыхал. Так откуда взялись такие выводы?
— Сейчас освобожу твои ноги. Только без резких движений. Убью. — Из её уст эти слова прозвучали довольно правдоподобно.
Поэтому Хикару лежал дубом, боясь даже мельком шевельнуться.
Шаги в его сторону прозвучали глухо, но очень отчётливо, пока до тех пор, звуки шагов не стихли прямо за его спиной.
Парень не стал оборачиваться или как-то пытаться подглядеть: он сомкнул глаза, пока всё не закончится.
В этот миг он услышал приглушённый шелест, словно что-то вынимают из ножен. От этого звука он снова напрягся. И в этот момент что-то коснулось верёвок в районе лодыжек, на мгновение задержалось, и коротким движением верёвка лопнула с глухим хрустом.
— Укх! — Хикару почувствовал, как тяжесть спала. И онемевшие ноги, как балласт, бессильно упали оземь.
— А теперь говори, — голос уже прозвучал отдалённо. — откуда он у тебя? Ты его украл?
Вопросы посыпались на него со всех сторон, но что было ему отвечать?
Хикару для начала попытался хотя бы сесть. Ноги хоть и освободились, но руки все ещё были стянуты за спиной. Он не мог даже опереться на них когда пытался сесть. Однако кое-как напрягшись всем телом, он всё-таки сел.
А теперь Хикару задумался об этом: он толком и не разглядел своего похитителя воочию. Судя по голосу, он принадлежал девушке. А Хикару по характеру не очень ладит с ними.
И когда он развернулся, они наконец-то встретились взглядами. Слова были излишними.
Первой же в глаза бросилась маска, самая яркая вещь в её образе, что он запомнил на всю жизнь. Волосы были собраны на затылке, а по бокам спускались тонкие непослушные прядки, будто торопились упасть на плечи. А их цвет будоражил не меньше: небесно-голубые с розовыми переливами на концах. С виду они мягкие, хоть и не идеально уложенные, словно она давно не держала в руках расчёску, но всё равно старалась сохранять их опрятными.
На ней был вытянутый, слегка приталенный плащ из лёгкой плотной тёмно-синей ткани с чуть серебряным отливом. Под этим плащом была длинная необлегающая туника до колен, но не слишком мешковатая, сотканная из льна цвета мягкого песка. Рукава широкие, хотя и ниже локтя.
На ногах — чёрные матовые чулки, скромно подчёркивающие её тонкую фигуру.
Хикару застыл в изумлении, не столько от её наряда, сколько от цвета её волос. Он заворожённо разглядывал её, словно воочию увидел седьмое небо. И хотя всё равно её лицо укрывала маска, он мог только вообразить себе, кто под ней находится. И тогда...
— Знак, откуда у тебя знак? — повторила девушка, тыкая в эмблему на руках, явно смутившись таким пристальным вниманием.
— А. Это? Ну, эм... — промямлил Хикару, всё ещё сбитый с толку. — Эм.
Придя в себя, он всё-таки заметил эмблему и принялся разглядывать; сама форма напоминала очень заковыристый многоугольник, что ближе к щиту, но всё же далёкой от него. Само изображение на эмблеме показалось ему странным, скорее непонятным. Это просто какие-то замудрённые линии, словно их начертили наобум, вообще не вдаваясь в подробности того, что они могли бы значить. В центре была едва заметная восьмиконечная звезда, которая мерцала, едва он отводил взгляд. Как и ожидалось, он не узнал этот знак, и на то есть веские причины на самом деле.
— Не знаешь? — внезапно договорила за него девушка.
— Эм. Ну, да... — согласился тот, не зная куда девать взгляд.
На этом диалог завершился, и снова воцарились тишина, гул, да треск костра. Но даже так Хикару из-подлобья всё равно продолжал наблюдать за её движениями; та, кажется, зачем-то нажала пальцами себе в виски.
«Видимо не все дома...»
Её движения были такими же загадочными, как и её цели и задачи. Интересно чего она добивается? Связан ли Хикару как-то с её планами?
«Всё равно не могу поверить, что это происходит на самом деле».
И всё же, если и дальше продолжать обманываться, это рано или поздно приведёт к смерти. Если судить по её словам, то Хикару как-то связан с семьёй Сильван, но он этого не знает или по какой-то причине забыл. С другой же стороны, при нём была эмблема, меч и совсем незнакомая для него одежда, что выступает доказательством того, что нельзя исключать вариант с потерей памяти. И если эта семейка какая-то важная шишка, то это означает, что Хикару неизбежно втянули в какие-то политические игры. Но как это вообще возможно, если он попал в этот мир всего несколько часов назад? Добиться всего этого за пару часов очень сложно, да и вообще нереально, об этом и речи идти не может. Однако улики говорят об обратном.
«Может стоит спросить, что за семья такая? Или это будет странно? Определённо».
— Можно кое-что спросить? — прервал тишину Хикару. Но она даже «нет» не сказала. Она просто промолчала.
Из-за этой маски не было видно, слушает она его или нет. Но она всё ещё сидела, застыв с пальцами у виска.
— Всё же спрошу. А что это за се...
— Поняла, — холодно кивнула девушка, оборвав его на полуслове. — Будет исполнено.
— Э? — удивился парень, не понимая, к кому она только что обратилась, ведь кроме них здесь никого не было.
— Ты. Сиди здесь, даже не пытайся сбежать, — указала на него девушка, приказав ждать на месте.
— Х-хорошо, — неуверенно кивнул тот.
Девушка не обратив на него и взгляда, быстрыми шагами скрылась во тьме зарослей. А Хикару лишь сопроводил её глазами.
«И что мне теперь делать?»
Попытаться сбежать? Глупое и довольно самоубийственное решение. На что наверное она и намекнула.
«Жуть»
И вот, сидя в этой уютной обстановке, опять он остаётся ни с чем. На вопросы никто не ответил, забросило бог знает куда, не пойми откуда появилась девушка, связала и исчезла в неизвестном направлении. Чудо, что он вообще жив остался.
«Видимо я потратил всё свое везение».
Хикару понуро опустился на спину.
Было так тихо, да так, что Хикару слышал только собственное сердцебиение.
Тук. Тук.
Слышал, как его сердце бешено отбивало свой ритм жизни.
Тук. Тук.
Тук. Тук.
Тук, тук.
Каждый стук был абсурдно чётким.
Тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.
Тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.
Тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.
Тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.
Тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.
Тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.
— Прошу тебя... Помоги мне о Несведущий.
***
— Вставай!
Сквозь пелену сознания пробился голос, который он узнал сразу. Это была она.
— А? Что такое? — еле прохрипел Хикару в полудрёме, вытирая слипшиеся глаза.
— Отсюда нужно убираться! — суетилась девушка возле костра, пытаясь потушить огонь.
— Бежать? — удивился Хикару, осматривая свои свободные руки.
Пока парень пытался понять, в чём причина, девушка, быстро собралась, и уже приготовилась бежать. Хикару, увидев её серьёзный настрой, наконец-таки соизволил встать.
«Но от кого?»
У Хикару не было представления о том, что это могло бы быть, но если она относится к этому со всей серьёзностью, то ему бы не стоило задавать лишних вопросов.
— Не отставай! — быстро окинула его взглядом девушка, и в тот же момент молниеносно сорвалась с места.
— Подожди! — прокричал Хикару вдогонку, чуть ли не зацепившись о тот же самый корень.
Он снова здесь, снова в этих дебрях, но всё было по-другому. Он уже не бродил здесь бесцельно, а гнался вслед за девушкой, с которой он хоть и знаком лишь мгновение, но это всяко было лучше. Он ведь ничего не знает об этом мире, но если он будет идти за ней, то точно сможет выжить. Ему нужна опора, чтобы выжить.
«Давай! Поднажми!»
— Кх!
Лицо поцарапала очередная ветка, оказавшаяся на его пути. Хикару почувствовал эту ноющую боль: это точно была необычная ветка. Лицо слегка онемело, но это было не важно. Ведь впереди — спина девушки, ни в коем случае нельзя терять её из виду, даже на миг отводить взгляд. Однако интересно, столкнулась ли она с той же веткой?
«Вряд ли».
Её фигура гладко, словно дым, растворялась между деревьями, и тут же появлялась, словно давала ему некую фору. Хикару, чувствуя это, продолжал миновать усопшие деревья, продолжал бежать. Хоть и спотыкаясь, разрывая свою одежду в клочья и одновременно терпя боль от царапающих веток, он, стиснув зубы, бежал, отдавая этому делу всего себя.
Но вот уж не срослось: ноги, онемевшие от долгого пребывания в одной позе, самые первые дали трещину.
«Чёрт! Ноги отказывают!»
Но даже так.
«Пофигу! Нужно бежать!»
Бежать что есть сил, это всё на что Хикару был способен. Он не мог похвастаться особой выносливостью или выдающимся умом, но он упёртый до мозга костей. Может, довести себя до состояния «умру, но сделаю».
И вот деревья наконец расступились, давая им продохнуть — блаженное облегчение от вечно царапающих веток. Но что-то было не так. Казалось бы, он идёт прямо за ней, да, всё так и должно быть. Но ему это словно мерещится, словно он потерял связь с внешним миром. Однако он всё равно бежал прямо за ней. Чувство, это чувство.
«Свобода»
Да, это то самое чувство. Мимолётное. Что дурманит разум и что даёт ощущение полёта — это оно. Но оно ощущалось гораздо насыщеннее. Ничего, кроме её спины, Хикару не видел. Только он и она. Хикару на миг показалось, что ему и вправду снится седьмой сон, из которого он не смог выбраться. Но...
«Как же её зовут?»
Он даже не спросил её имени.
Хикару на бегу набрал воздуха и как можно громче крикнул:
— А как тебя зову!..
Но слова не дошли до неё. Он ощутил в спину тяжёлый удар, от которого он скорчился, почти потеряв равновесие. А затем второй и третий. Удары пришлись ужасно проффесиональные, с намерением убить.
— Кхв! — харкнулся Хикару прикрывая губы. — Кх!
Голова шла кругом, а боль в спине только разгоралась, словно пожар. Внутри всё кипело и жутко пульсировало. Этот жар накрыл его весь, ничего кроме ощущения словно его сжигают изнутри.
В этом бреду он опустил голову: прямо из груди торчали три окровавленных железных наконечника. Увидев причину жара, он внезапно ослаб, падая на колени.
— Кх! Б-больно! Кхг!
Но даже в таком безобразном состоянии он поднял голову.
И захлёбываясь в собственном крови, он протянул дрожащую руку. Хотел было ей что-то сказать.
Но взгляд стремительно рухнул на землю.