Глава седьмая: О вылазке в соседний город и повторной встрече с прекрасной дамой (1)

— Да, этот фильм определённо хорош...

«В моменте музыка и сюжет сплетаются в таком мощном порыве, что дух захватывает. Эх, вот бы и у меня из рук струилась змеиная аура, а в руках был огромный изогнутый меч. Сейчас смотрю анимационную ленту от той же студии, что подарила нам историю про свина-пилота. Великое приключение о поиске способа снять проклятие и о любви к дикой девушке. Знаю каждую сцену, а всё равно не надоедает.»

— Эх, снова на одном дыхании.

Прокатиться бы на волке, вот была бы потеха. В следующий раз выберу историю про небесный замок или про знаменитого вора в третьем поколении. Кстати, сегодня — день после того, как проучил Рики и его дружков. Вчера, вернувшись, первым делом почистил меч, осмотрел каждую деталь, поужинал и провалился в глубокий сон. Встал в четыре утра и с тех пор наслаждаюсь кино, уютно устроившись среди подушек. Для чего? Да потому что сегодня еду искать госпожу Сакасита. Это моя самая дальняя вылазка с начала всей этой заварухи с зомби, нужно как следует зарядиться бодростью.

Время — восемь утра.

«Собираюсь и выхожу к машине. Окна и двери заперты — есть! Огород полит — есть! Лестница спрятана — есть! Запас бензина — есть! Деревянный меч — при мне! Катана — на месте! Еда и вода — в достатке! Сигареты — три пачки на все случаи жизни — имеются! Погнали!»

К слову, не сказал Юкико-тян о своих намерениях. Если её матери уже нет в живых или она пропала без вести, сие лишь принесёт девушке лишние страдания. Уж лучше пусть остаётся в состоянии «матери Шрёдингера». Ах да, совсем забыл, что местное убежище переполнено... Но для родственницы беженцев, может, сделают исключение? Если придётся, упаду в ноги господину Мияте или подкуплю его блоком сигарет. Ладно, сначала найду её, а там видно будет, в путь!

Выезжаю на дорогу и поворачиваю направо. Соседний город расположен выше по течению реки. Больница находится в самом центре. Обычно путь занимает пятьдесят минут, но сейчас загадывать трудно. Как и ожидалось, дорога забита брошенными машинами. К счастью, проезд не перекрыт полностью, и могу петлять между ними со скоростью около сорока километров в час. Уворачиваюсь от остовов авто, мертвецов и каких-то ошмётков, на которые лучше не смотреть. Иду неплохо. Если бензин станет поджимать, можно будет сливать его из этих брошенок.

Миновав Ситани, въезжаю в город Акидзуки. Пейзаж радует глаз мирными полями... Машин стало меньше, ехать одно удовольствие.

«Похоже, доберусь быстрее, чем думал. Какая вокруг зелень... Постойте, это что, капуста?»

— К-капуста?!

«Ой-ой-ой! Чуть мимо не проскочил! — заметив съезд с насыпи,направляю грузовик прямо к полю. — О, чудо! Пускай немного переросла, но капуста — она и в Акидзуки капуста! Местность открытая, зомби видно издалека. Врагов нет! Немедля сорву штук пять... Дар земли! Ну, почти. Не знаю, сколько она ещё здесь пролежит, не упущу шанс разжиться ценными витаминами. — радостный, возвращаюсь в машину, отрываю пару листов и начинаю жевать. Жестковато, но съедобно! — хрущу на весь салон. — До чего же вкусно, аж до слёз! Правда, землёй отдаёт — надо было в речке сполоснуть. Зато это первая свежая зелень за долгое время, организм просто ликует. Я ведь обожаю капусту, могу есть её бесконечно.»

Мой завтрак сегодня состоял из этой самой капусты и консервированной курицы, съеденных прямо за рулем. На обратном пути прихвачу ещё. Без присмотра всё равно завянет, так что хорошо, что её нашёл. Вот бы ещё поле с помидорами отыскать, а то мои домашние черри ещё совсем крохотные.

— Это ведь та самая больница?

Наслаждаясь капустой, въезжаю в центр города. Дорога заняла полтора часа, но в самом конце ждал неприятный сюрприз. Путь к больнице преграждал затор. То ли больных было слишком много, то ли люди решили, что в больнице будет безопаснее, но машины стояли впритык друг к другу. До цели оставалось метров пятьсот, а объезда не предвиделось.

«Что ж, придётся идти пешком.»

Чтобы бензин в канистрах не перегрелся на солнце, паркуюсь в тени жилого дома у обочины. Цепляю меч, беру деревянный клинок и выступаю.

Я обхожу зомби, лениво выходящих из-за машин, а некоторых, если нужно, упокаиваю на месте. Магазины вокруг разграблены под чистую, ловить там нечего. По мере приближения к больнице я замечаю на территории множество характерных зелёных машин. У главных ворот виднеются фигуры в камуфляже с винтовками наперевес. Вот оно что... Значит, это убежище под контролем Сил самообороны. Господин Мията говорил, что связь с ними прервалась, но, оказывается, здесь ещё остались выжившие военные. Один из солдат, заметив меня, вскидывает оружие и кричит:

— Стой на месте! Убежище переполнено, приёма нет!

«Ух, какое дежавю. Прямо по сценарию.»

— Спокойно! Ищу знакомую, она должна быть здесь! Мне нужно только узнать, всё ли с ней в порядке! — кладу деревянный меч на землю и поднимаю руки, отвечая бойцу. — Ик-к?!

Не успеваю и глазом моргнуть, как пять стволов оказываются направлены прямо на меня. В смятении поспешно пригибаюсь к земле, и в этот миг один из бойцов Сил самообороны делает шаг вперед.

— Послушайте, вовсе не обязательно заходить так далеко... Простите, вы ведь, случаем, не господин Танакано?

— А?

«Откуда сие знание моего имени? В рядах местных Сил самообороны у меня нет ни единого знакомого... А, впрочем, постойте.»

— Ах... Давно не виделись, госпожа Канзаки.

— Да, искренне рада видеть вас в добром здравии. — боец одаривает лучезарной улыбкой.

Передо мной стоит та самая таинственная красавица, Канзаки, с которой когда-то столкнулся глухой ночью.

«Выходит, она служит в Силах самообороны... Что ж, теперь многое становится на свои места.»

Пока мы обмениваемся приветствиями, из здания больницы, очевидно, получив сообщение по рации, выходит приметный офицер.

«Ого... Это настоящий титан, бугрящийся мышцами здоровяк, который ростом ничуть не уступает Мияте, а то и превосходит его. Однако, в отличие от добродушного знакомого из школы, взгляд у командира необычайно острый и пронзительный. Если того можно сравнить с медведем, то передо мной сейчас определенно матерый волк.»

— Добрый день. Я — старший лейтенант Ханада, командующий данным пунктом эвакуации.

«Старший лейтенант... Если не ошибаюсь, в обычной армии звание приближенное к капитанскому, офицер уже то есть. Должно быть, весьма важная персона. Он держится подчеркнуто вежливо, что внушает доверие, хотя взгляд, совершенно лишенный и тени улыбки, признаться, немного пугает.»

— Здравствуйте, меня зовут Танакано, живу в городе Сия. Прибыл сюда в поисках знакомого человека.

Взор Ханады на мгновение сужается, задерживаясь на мече, покоящемся у меня на левом бедре.

— Это...

— Ах, оружие для самозащиты. Разумеется, у меня нет ни малейшего намерения обнажать его здесь.

На мой ответ Ханада удовлетворенно кивает. Будь хоть самим Миямото Мусаси, в подобной обстановке выхватывать клинок — чистое безумие. Меня в мгновение ока превратят в подобие голландского сыра, сделав весьма живописным, но бездыханным трупом.

— И почему же ваш знакомый должен находиться именно здесь?

— Мне было известно, что она трудится медсестрой в этой больнице. Её зовут Сакасита Маюми.

— Вот как... распоряжусь проверить списки. Подождите вон в той палатке. Канзаки, проводи гостя!

— Есть!

Удовлетворенный моими объяснениями, мужчина направляется обратно в госпиталь. Весьма кстати, что сопровождать вызвали именно Канзаки. Пусть и едва знакомы, в сложившихся обстоятельствах её присутствие очень ободряет. Судя по выправке, она явно владеет боевыми искусствами, да и та памятная ночь показала, на что она способна.

— Позвольте представиться еще раз. Я — старший рядовой Канзаки. Господин Танакано, прошу сюда.

— Ах, да, благодарю за любезность.

Под предводительством Канзаки прохожу в палатку, установленную подле входа в больницу. Мне предлагают присесть, и я, сбросив рюкзак с плеч, опускаюсь на стул. Обременять людей просьбами о питье совесть не позволяет, оттого извлекаю собственную флягу. Заручившись разрешением перекусить, достаю кочан капусты. Мой сегодняшний обед — половина капустных вил, запиваемая простой водой.

Канзаки, явно не ожидавшая увидеть в качестве трапезы одну лишь голую капусту, на мгновение округляет глаза, что выглядит весьма мило. Она то и дело бросает на меня быстрые взгляды.

«Неужто тоже проголодалась? Или же, что вероятнее, ей в диковинку наблюдать за живым существом, столь бодро уплетающим сырые листья.»

Пока хрущу капустой, расспрашивает об обстановке в городе и других убежищах, и охотно делюсь всем, что мне известно.

— У меня тоже есть вопрос. База Сил самообороны в Сии и впрямь полностью уничтожена?

— Мы не располагаем точными данными, однако на текущий момент связь с ней отсутствует совершенно...

— А те радиопередачи, призывающие людей не покидать дома, дело рук Сил?

— Нет, данные трансляции осуществляются централизованно правительством.

Задаю еще несколько вопросов о причинах превращения в зомби, но ответы лишь подтверждают слова Мияты:

Инкубационный период у всех протекает по-разному.

Укус неминуемо ведет к обращению, рано или поздно.

Случаев исцеления после укуса доселе не зафиксировано.

В данном пункте эвакуации укушенных изолируют, а после обращения подвергают «утилизации».

«В целом, картина ясная. Радует хотя бы то, что информация не противоречит друг другу. К тому же выясняется, что Силы самообороны, подобно полиции, лишены связи со штабом, вследствие чего действуют исключительно по собственному усмотрению на местах. Интересно, как там поживает аппарат правительства? Хотелось бы верить, что верхушка не канула в небытие первой.»

— Значит, вы военная, Канзаки-сан. В ту ночь тоже были на задании?

— Да, детали раскрыть не могу, но тогда вы меня по-настоящему выручили.

— Ну что, пустяки... Я ведь толком ничего и не сделал...

Наш разговор прерывает нарастающий шум снаружи палатки.

— Итирота-кун! Итирота-кун, это правда ты?!

Пока беседовали с Канзаки, в палатку вбегает женщина в форме медсестры. Следом за ней высится фигура Ханады. На медсестре надет халат, местами запятнанный кровью, но это определенно тот человек, которого искал.

— Тётушка, как рад, что вы целы!

— Ах, какое облегчение! Ты не ранен, не кусали?

— Ой, да всё со мной в порядке, не пугайте так!

«Тётушка Сакасита с глазами, полными слез, принимается ощупывать меня, проверяя на наличие ран. Что Юкикочка, что мать её — в семье того мужика все замечательные люди, кроме него самого. И как ему только удалось на ней жениться? Наверняка шантажом заставил, не иначе.»

Убедившись, что со мной всё хорошо, она с глубоким вздохом облегчения опускается на стул. По её щекам катятся слезы. Должно быть, стоило напряжению отпустить, как чувства вырвались наружу. Дождавшись, пока успокоится, вкратце обрисовываю ситуацию: «'В городе царит полнейший хаос. Из соседей, кроме меня, пока никто не вернулся. Я встретил Юкико-тян в старшей школе, ставшей убежищем. Там безопасно, порядок поддерживает полиция'. Кажется, ничего не упустил. Ах, да, а как же горе-муженек? Супруга сама не горит желанием о нем слушать, так что и промолчу. Серьезно, что он такого натворил, что даже при упоминании его она машет рукой, мол, 'с ним всё ясно'?»

— Слава богу, доча в безопасности...

— Юкико-тян очень за вас переживала. Наконец-то смогу сообщить ей добрые вести.

Впервые за долгое время чувствую, как на душе становится спокойно. После встреч с типами вроде того «хозяина гарема» или блондинчика Рики, моё сердце, изрядно потрепанное людской низостью, начинает исцеляться. Удивительно, почему на моем пути вечно попадаются какие-то человеческие радиоактивные отходы?

— Так что вы решили? Если хотите отправиться к Юкико-тян, могу вас подбросить.