Интерлюдия 25: Тонкс (31 июля, 8:40)
Мы спускаемся в кухню невыспавшиеся и ждем, когда проснется Гарри. Сев умудряется одновременно делать омлет, резать сыр и зелень и варить кофе. Меня он к готовке по-прежнему не подпускает, и мне остается только нервно перекладывать на столе несколько свертков: пара маггловских книг, из тех, что называются смешным словом «фэнтези», пара дисков с музыкой, пара хороших фильмов…
— Перестань ерзать, — бурчит Сев, снимая с огня джезву. — Он обрадуется, даже если ты ему подаришь надкушенную шоколадную лягушку. И кстати, — он ставит передо мной кофе, потом отпивает из своей чашки и блаженно прикрывает глаза, — постарайся не очень шуметь, когда он спустится.
— Почему?
— А потому, — Сев злорадно ухмыляется, — что кое-кто накануне вечером неумеренно близко познакомился с моим коньяком. Каковой в результате этого знакомства преждевременно и скоропостижно скончался.
Моей бедной голове требуется целых полминуты, чтобы переварить это сообщение.
— Он что, успел напиться?!
— Ну, не то чтобы напиться… — Сев продолжает ухмыляться. — Но голова у него сейчас наверняка болит.
В эту минуту сверху доносятся какие-то шорохи и звук шагов: Гарри явно спускается по лестнице. Он появляется в дверях, и лицо у него такое скорбное, что я начинаю безудержно хихикать.
— И тебе доброе утро! — морщась, говорит несчастный ребенок, обхватывая руками голову, и садится за стол, похоже, не замечая ничего вокруг. В том числе и подарки.
Сев достает из холодильника апельсиновый сок, наливает полный стакан, потом извлекает из шкафа маленькую склянку с каким-то желтым зельем и, подмигнув мне за Гарриной спиной, аккуратно опрокидывает ее в сок.
— Держи, именинник, — усмехнувшись, он ставит перед Гарри стакан.
— Спасибо, — Гарри, поморщившись, отпивает глоток, потом другой, и я вижу, как ему становится легче буквально на глазах. Он изумленно поворачивается к Севу: — Но ты… вы… вчера…
— Обычно я не балую перебравших студентов, — строго говорит тот, но я вижу, что он улыбается уголками губ. — Однако сегодня, в виде исключения… можешь считать это подарком.
— С днем рождения! — я, не выдержав, подпихиваю свертки к нему поближе. — Это от нас обоих.
Сев едва заметно морщится, но мне не противоречит.
— Вау… — похоже, Гарри окончательно потерял дар речи. — Я… вы… спасибо!
— Не за что, — буркает Северус, видимо, теряя терпение. — А теперь давай, разбрасывай по всей кухне обертки, пляши вокруг стола — или что там полагается делать именинникам? — и будем завтракать. Я голоден, как не знаю кто.
Гарри торопливо разворачивает подарки, и, весь сияя, снова и снова благодарит нас, пока Сев не велит ему заткнуться, и мы наконец садимся завтракать, и я отчего-то чувствую себя так, будто день рождения сегодня у меня.
