Глава 4. Белые розы
Он словно был окутан белыми розами.
Не потому, что вокруг него действительно росли цветы. Не потому, что его одежда была украшена вышивкой или на плечах лежали лепестки.
Просто в нём было что-то такое, что невольно заставляло вспомнить именно их.
Белые розы.
Цветы, которые могли означать чистоту, невинность и искренность. Но иногда за их красотой скрывалось нечто совершенно иное. Холодное, недоступное и печальное.
Если цвет магов был красным, словно кровь, то Николь являлся его полной противоположностью.
Белый.
Чистый.
Спокойный.
Он стоял под ночным небом, и слабый свет луны словно отделял его фигуру от окружающего мира. На фоне тёмных стен старого корпуса его силуэт казался почти нереальным.
Длинные тени ложились на землю.
Ветер едва заметно шевелил его волосы.
А сам Николь выглядел так, словно ему совершенно не было дела до холода, ночной темноты и двух студентов, которые неожиданно оказались перед ним.
В его облике не было ничего нарочито угрожающего.
Он не пытался казаться сильнее, чем был.
Не демонстрировал магию.
Не повышал голос.
И всё же рядом с ним было трудно чувствовать себя непринуждённо.
Возможно, дело заключалось в его взгляде.
Спокойном, внимательном и слишком проницательном.
Таким взглядом обычно смотрят люди, которые замечают гораздо больше, чем говорят.
Рей невольно выпрямился.
Он не любил, когда на него смотрели подобным образом.
Ему всегда казалось, что подобные люди пытаются найти слабое место собеседника, чтобы однажды использовать его против него.
Но Николь не выглядел так, будто собирался нападать.
Напротив.
На его лице застыла лёгкая улыбка.
И именно она почему-то беспокоила сильнее всего.
— Пойте песни не спеша...
Тихий голос разнёсся по ночному двору.
Рей замер.
Он узнал эту мелодию.
Ту самую, которую они слышали внутри старого корпуса.
Тогда ему казалось, что песня принадлежит кому-то из студентов, решивших развлечься среди ночи.
Теперь же всё выглядело иначе.
Николь пел совершенно спокойно, словно не замечал присутствия окружающих.
Его голос был мягким.
Почти ласковым.
В нём не чувствовалось ни тревоги, ни раздражения.
Но почему-то от этой мелодии становилось грустно.
Не так, как бывает, когда слышишь печальную песню и вспоминаешь что-то неприятное.
Это было другое чувство.
Словно песня рассказывала о чём-то давно потерянном.
О том, что когда-то имело значение, но теперь осталось лишь воспоминанием.
— День закроет наш глазок и уснёт...
Николь слегка опустил голову.
Лунный свет скользнул по его лицу, оставив глаза в тени.
Рей не знал, кому предназначалась эта песня.
Возможно, она была частью какой-то старой легенды.
Возможно, Николь просто любил петь.
А может, за этими словами скрывалась история, о которой он предпочитал никому не рассказывать.
Рей не мог знать наверняка.
Но одно он заметил сразу.
Когда Николь произносил следующие слова, его улыбка едва заметно изменилась.
— А прошу я тебя не открывать глаза...
Последние слова прозвучали особенно тихо.
Почти шёпотом.
После этого песня оборвалась.
Не постепенно затихла.
Не растворилась в ночном воздухе.
Она просто закончилась.
Будто Николь внезапно вспомнил, что больше не должен петь.
Несколько секунд никто не говорил.
Ветер прошёлся по двору, заставив листья ближайших деревьев зашуршать.
Из старого корпуса всё ещё доносились приглушённые голоса.
Кто-то смеялся.
Кто-то обсуждал что-то настолько увлечённо, что не замечал, как быстро летит время.
Но здесь, возле входа, всё казалось совершенно другим.
Николь медленно повернулся к нам.
Его взгляд сначала остановился на Артуре.
Затем переместился на Рея.
На мгновение мне показалось, что он хотел сказать что-то ещё.
Что-то гораздо более важное, чем обычное приветствие.
Однако вместо этого на его лице появилась лёгкая улыбка.
— Ночью волки воют легенды, — тихо произнёс он.
Рей нахмурился.
— Что?
Николь не ответил.
Он лишь посмотрел на небо.
Луна скрывалась за облаками, и двор постепенно погружался в темноту.
— Ночью, — повторил он, словно разговаривал сам с собой, — даже самые обыкновенные истории начинают звучать иначе.
— А некоторые люди, — вмешался Артур, — становятся слишком разговорчивыми.
Рей резко повернулся к нему.
Неужели этот человек не способен хотя бы минуту вести себя нормально?
Но Николь, кажется, совершенно не обиделся.
Напротив, его улыбка стала немного шире.
— Возможно.
Он слегка склонил голову.
— Впрочем, разве не ради этого вы пришли сюда?
— Вообще-то мы искали призраков, — ответил Артур.
— И нашли?
— Пока нет.
— Какая жалость.
Артур усмехнулся.
— Я тоже так думаю.
Рей посмотрел на них обоих.
Что за странный разговор?
Они говорили так, словно прекрасно понимали друг друга, хотя только что познакомились.
Или, по крайней мере, именно так это выглядело со стороны.
Однако в поведении Артура было что-то непривычное.
Он не пытался перебивать Николя каждую секунду.
Не отпускал бесконечных шуток.
Не делал вид, что происходящее его совершенно не интересует.
Он наблюдал.
Внимательно.
Почти незаметно.
Рей знал эту сторону своего напарника совсем недолго, но уже успел понять, что за его ленивой улыбкой часто скрывается нечто гораздо более сложное.
И сейчас Артур явно пытался что-то выяснить.
Вот только что именно?
Николь тем временем слегка поклонился.
— Моё имя Николь.
Он сделал небольшую паузу.
— Николь Ливенштайн.
Рей невольно перевёл взгляд на Артура.
Ливенштайн.
Та же фамилия.
Та же древняя аристократическая семья, о которой говорили даже за пределами академии.
Рей слышал это имя ещё до поступления в Гримзард.
Его отец иногда упоминал герцога Левенштайна, рассказывая о влиятельных людях королевства.
Но о других членах семьи он знал немного.
Теперь же перед ним стоял человек, который представился той же фамилией, что и его напарник.
Совпадение?
Возможно.
Но почему-то Рей в это не верил.
— Студент факультета эмпатов, — продолжил Николь. — Третий курс.
Он произнёс это так спокойно, словно рассказывал о погоде.
— Рад знакомству.
Рей на мгновение замялся.
— Рей Хитклиф. Факультет рыцарей. Первый курс.
Он указал на стоявшего рядом Артура.
— А это...
— Я знаю, — перебил Николь.
Рей замолчал.
Николь перевёл взгляд на Артура.
— Артур Левенштайн.
Артур слегка улыбнулся.
— Как приятно, что меня помнят.
— Разве можно забыть человека, который так старательно привлекает к себе внимание?
— Значит, ты за мной наблюдал?
— Не льсти себе.
— Поздно.
Рей медленно прикрыл глаза.
Он больше не понимал, что происходит.
С одной стороны, они действительно могли знать друг друга.
Всё-таки Николь был старшекурсником.
А Артур происходил из влиятельного рода, представители которого наверняка встречались с разными людьми ещё до поступления в академию.
Но тогда почему они разговаривали так странно?
Почему Николь смотрел на Артура с таким спокойствием?
И почему Артур, обычно не упускавший возможности подразнить собеседника, вдруг казался слишком внимательным?
Я решил пока не задавать вопросов.
По крайней мере, до тех пор, пока не пойму, что именно меня настораживает.
Хотя, если честно, меня настораживало абсолютно всё.
— Ты поёшь довольно привлекательно, — неожиданно произнёс Артур.
Я удивлённо посмотрел на него.
Что?
Неужели я ослышался?
Артур только что сделал комплимент?
Добровольно?
Без насмешки?
Без издевательского замечания в конце?
Я даже на секунду забыл о том, что стою посреди ночного двора.
Неужели этот человек действительно умеет говорить что-то приятное?
Николь посмотрел на него.
В его глазах мелькнуло что-то неуловимое.
Однако улыбка осталась прежней.
— Рад, что моим младшим товарищам нравится Академия Гримзард.
Он произнёс это мягко, но при этом так ловко сменил тему, что я даже не сразу понял, как именно это произошло.
Артур тоже заметил перемену.
По крайней мере, судя по его взгляду, он ожидал другого ответа.
Но настаивать не стал.
— Какая забота, — протянул он.
— Разумеется.
Николь снова улыбнулся.
— В конце концов, вы только начинаете свой путь.
Рей нахмурился.
Почему-то эти слова прозвучали не так, как должны были.
В них не было обычного снисхождения старшекурсника к первокурсникам.
Николь говорил так, словно знал, что нас ждёт впереди.
Словно уже видел дорогу, по которой мы только собирались сделать первый шаг.
Но это было невозможно.
Он не мог знать, что произойдёт в будущем.
Никто не мог.
По крайней мере, я так думал.
— Вы часто устраиваете здесь праздники? — спросил я, решив наконец прервать этот странный разговор.
Николь посмотрел в сторону старого корпуса.
Из окон по-прежнему доносились смех и музыка.
На мгновение его лицо стало задумчивым.
— Это в порядке вещей.
— То есть преподаватели знают об этом месте?
— Некоторые вещи в академии гораздо сложнее, чем кажутся.
Я моргнул.
— Это не ответ.
— Разве?
— Конечно!
Николь тихо рассмеялся.
— Тогда, пожалуй, нет.
Я уставился на него.
Он только что признал, что не ответил на вопрос?
И даже не попытался оправдаться?
Что за люди сегодня окружают меня?
Артур, кажется, был в восторге.
— Мне начинает нравиться этот разговор.
— А мне нет, — пробормотал я.
— Ты слишком требователен, Рей.
— А ты слишком невыносим.
— Мы прекрасно дополняем друг друга.
— Не мечтай!
Николь наблюдал за нашей перепалкой с лёгкой улыбкой.
В его взгляде не было раздражения.
Скорее, он выглядел человеком, который увидел нечто ожидаемое.
Словно наша ссора подтвердила какую-то его догадку.
Это заставило меня замолчать.
— Что? — спросил я, заметив, что Николь смотрит на меня.
— Ничего.
— Вы так смотрите, будто хотите что-то сказать.
— Возможно, так и есть.
— Тогда скажите.
Николь ненадолго задумался.
Затем его взгляд снова переместился на Артура.
— Некоторые встречи происходят раньше, чем должны.
Я нахмурился.
— Что это значит?
— А ты как думаешь?
Я уже собирался ответить, но Николь продолжил:
— Впрочем, неважно.
Он снова посмотрел на меня.
— Вы тоже вскоре...
Его голос неожиданно оборвался.
Это произошло так внезапно, что я невольно сделал шаг вперёд.
Николь замолчал на полуслове.
Его взгляд задержался на Рее.
На этот раз улыбка почти исчезла.
Несколько секунд он просто смотрел на меня, будто пытался решить, стоит ли продолжать.
Я почувствовал неприятный холодок вдоль позвоночника.
Не такой, какой появляется в тёмном коридоре, когда слышишь непонятный звук.
Этот холод был другим.
Он возникал, когда человек говорил что-то, чего ты не мог понять, но почему-то чувствовал: эти слова имеют к тебе непосредственное отношение.
— Что мы? — спросил я.
Николь медленно моргнул.
Затем его лицо снова стало спокойным.
— Хотя нет.
Он слегка улыбнулся.
— Вам стоит увидеть всё своими глазами.
— Увидеть что?
— То, что вас ждёт.
Я нахмурился ещё сильнее.
— Вы можете говорить нормально?
— Могу.
— Тогда почему не говорите?
— Потому что некоторые ответы теряют смысл, если получить их слишком рано.
Я замолчал.
Это было похоже на очередную загадку.
И мне совершенно не нравилось, что я не мог её разгадать.
Я привык к прямым ответам.
Если человек что-то знает — пусть говорит.
Если не знает — пусть признается.
Но Николь словно специально выбирал слова так, чтобы после каждого ответа появлялось ещё больше вопросов.
И самое раздражающее заключалось в том, что он делал это совершенно спокойно.
Будто не замечал, как сильно меня нервирует.
— Особенно тебе, Рей, — добавил он.
Я застыл.
— Мне?
Николь кивнул.
— Именно тебе.
На несколько секунд я забыл, что собирался сказать.
Почему мне?
Мы ведь только познакомились.
Он не знал меня.
Не знал моего прошлого.
Не знал, чего я хочу добиться в академии.
И уж точно не мог знать, что произойдёт со мной в будущем.
Тогда почему он выделил именно меня?
Я посмотрел на Артура.
Тот молчал.
Но теперь его улыбка казалась почти неподвижной.
Впервые за всё время я почувствовал, что между ними существует нечто, о чём мне не расскажут просто так.
И это раздражало.
Я не любил находиться в неведении.
Особенно когда дело касалось меня самого.
— Почему именно я? — спросил я.
Николь посмотрел на меня.
Ветер шевельнул его волосы.
— Потому что ты задаёшь правильные вопросы.
Я моргнул.
— И всё?
— Пока этого достаточно.
— Но...
— Рей, — вмешался Артур.
Я повернулся к нему.
— Что?
Он улыбнулся.
— Не мучай старшекурсника. Вдруг он тоже хочет спать.
Я уставился на него.
— Ты сейчас серьёзно?!
— Абсолютно.
Николь тихо рассмеялся.
На этот раз его смех звучал совершенно естественно.
Будто напряжение, которое только что возникло между нами, никогда не существовало.
— Ваш напарник довольно забавный.
— Вы даже не представляете насколько, — устало ответил я.
— О, я могу представить.
Артур приложил руку к груди.
— Как приятно слышать признание.
— Это не было признанием! — возмутился я.
— Ты слишком эмоционален.
— А ты слишком...
Я замолчал.
Потому что вдруг понял, что Николь снова смотрит на меня.
И теперь в его взгляде было что-то похожее на сочувствие.
Совсем слабое.
Почти незаметное.
Но оно исчезло так быстро, что я не был уверен, действительно ли видел его.
Николь словно вернулся к прежнему спокойствию.
— Вам лучше возвращаться в общежитие, — произнёс он.
Я посмотрел на небо.
Ночь действительно становилась всё глубже.
Если нас обнаружат преподаватели, объяснить наше присутствие возле старого корпуса будет непросто.
Особенно учитывая, что в первый же день мы уже успели оказаться в центре неприятной истории с Озером Красных Лилий.
Мне совершенно не хотелось повторять этот опыт.
— Пожалуй, вы правы, — ответил я.
Артур вздохнул.
— Как скучно.
— Ты можешь остаться здесь, — предложил я. — И рассказывать призракам свои шутки.
— А если они засмеются?
— Тогда хотя бы кто-то оценит твой юмор.
Николь снова улыбнулся.
Но прежде чем мы успели попрощаться, со стороны старого корпуса раздались шаги.
Спокойные.
Размеренные.
Приближающиеся.
Николь даже не обернулся.
Он словно заранее знал, кто идёт.
Я же инстинктивно повернул голову.
Из темноты показалась фигура девушки.
---
Она была высокой.
Её форма отличалась от той, что носили первокурсники.
На груди виднелся знак факультета эмпатов, а осанка выдавала человека, привыкшего отдавать распоряжения и получать на них немедленный ответ.
Девушка шла спокойно.
Не торопясь.
Но с каждым её шагом мне почему-то всё сильнее хотелось выпрямиться.
Это было странное ощущение.
Она ещё ничего не сказала.
Даже не посмотрела в нашу сторону.
И всё же я почувствовал, что перед нами человек, которого лучше не заставлять повторять свои слова дважды.
Её взгляд скользнул по мне.
Затем остановился на Артуре.
После этого она посмотрела на Николя.
И улыбнулась.
— А я смотрю, ты развлекаешься тут вовсю, Николь.
Голос звучал мягко.
Даже дружелюбно.
Но в нём чувствовалась такая уверенность, что я невольно замолчал.
Николь тут же слегка склонил голову.
— Ну что вы.
Он приложил руку к груди с преувеличенной вежливостью.
— Я бы не посмел.
Девушка остановилась рядом с нами.
Её улыбка стала чуть заметнее.
— Правда?
— Разумеется.
— Тогда почему ты стоишь посреди ночи возле старого корпуса с двумя первокурсниками?
Николь задумался.
Совсем ненадолго.
— Возможно, потому что они заблудились.
Я резко повернулся к нему.
— Мы не заблудились!
Артур поднял руку.
— Вообще-то, технически мы действительно не знали, куда идём.
— Артур!
— Что? Я говорю правду.
Девушка посмотрела сначала на меня, потом на Артура.
На её лице появилась едва заметная усмешка.
— Понятно.
Я почему-то почувствовал себя человеком, которого только что поймали на месте преступления.
Хотя формально мы ничего не украли.
Не сломали.
И даже не пытались проникнуть в закрытые помещения.
По крайней мере, я.
Но объяснять это сейчас не хотелось.
Николь тем временем выпрямился.
— Позволь представить вам наших гостей.
Он указал на нас.
— Рей Хитклиф, факультет рыцарей. Первый курс.
Затем перевёл руку на Артура.
— Артур Левенштайн, факультет магов. Тоже первый курс.
Девушка внимательно посмотрела на каждого.
Когда её взгляд остановился на Артуре, мне показалось, что она задержалась чуть дольше, чем требовалось.
Но, возможно, я просто слишком внимательно наблюдал за происходящим.
— А вы? — спросил я.
Она повернулась ко мне.
— Ария.
Коротко.
Без фамилии.
Без лишних объяснений.
Затем Николь добавил:
— Комендант общежития эмпатов.
Я удивлённо посмотрел на неё.
Комендант?
Значит, именно она отвечала за порядок в общежитии факультета эмпатов?
Тогда становилось понятно, почему даже Николь разговаривал с ней так осторожно.
Хотя...
Нет.
Не совсем.
Он не выглядел испуганным.
Не пытался оправдываться.
Не проявлял беспокойства.
Он просто соблюдал определённую дистанцию.
Словно прекрасно знал, насколько далеко можно зайти в разговоре с этой женщиной.
И где следует остановиться.
Это настораживало меня сильнее, чем любая открытая угроза.
Ария посмотрела на старый корпус.
Из окон по-прежнему доносились голоса.
Она тихо вздохнула.
— Николь, ты ведь понимаешь, что я не могу бесконечно делать вид, будто ничего не замечаю?
— Конечно.
— И всё же продолжаешь.
— Я не уверен, о чём вы говорите.
Ария улыбнулась.
— Разумеется.
Она произнесла это с такой интонацией, что даже я понял: верить ему она не собирается.
Николь лишь слегка склонил голову.
— Вы меня переоцениваете.
— Хотелось бы в это верить.
Между ними повисла короткая пауза.
Я посмотрел на Артура.
Он наблюдал за разговором с явным интересом.
Будто перед ним разыгрывалась сцена, которую он давно хотел увидеть.
— Ты знаешь её? — шёпотом спросил я.
— Кого?
— Арию!
Артур посмотрел на меня.
— А ты?
Я едва не застонал.
— Я спрашиваю тебя!
— А я отвечаю вопросом.
— Ты невыносим.
— Ты уже говорил.
Ария вдруг повернулась к нам.
— Если вы закончили обсуждать друг друга, я хотела бы кое-что уточнить.
Я мгновенно выпрямился.
— Да?
Она посмотрела на наши галстуки.
— Вы ведь первокурсники?
— Да, — ответил я.
— И сегодня у вас не было ночных занятий?
— Конечно, нет.
Ария задумчиво кивнула.
— Тогда почему вы здесь?
Я замолчал.
Артур тоже ничего не ответил.
Впервые за вечер он, кажется, решил не вмешиваться.
И теперь мне пришлось самому искать объяснение.
— Мы... решили прогуляться.
Ария подняла брови.
— Ночью?
— Да.
— В старом корпусе?
— Ну...
Я почувствовал, что начинаю проигрывать этот разговор.
— Мы слышали песню, — наконец сказал я. — Поэтому решили посмотреть, кто поёт.
Ария медленно перевела взгляд на Николя.
Тот улыбнулся.
— Как видите, у меня появились поклонники.
— Не обольщайся, — ответила она.
— Даже не собирался.
— Вот и прекрасно.
Ария снова посмотрела на нас.
— Возвращайтесь в общежитие.
Я едва не выдохнул от облегчения.
Наконец-то!
Обычное распоряжение.
Понятное.
Без загадок и странных намёков.
Я уже собирался поблагодарить её, но она добавила:
— И постарайтесь больше не гулять по старым корпусам без разрешения. В следующий раз объяснять своё присутствие здесь будет гораздо сложнее.
Я замер.
— В следующий раз?
Ария улыбнулась.
— Если он, конечно, наступит.
Я медленно повернул голову к Николю.
Тот выглядел совершенно невозмутимым.
Будто подобные разговоры были для него обычным делом.
А затем Ария произнесла:
— Особенно это касается тебя, Николь.
Её голос не изменился.
Но улыбка исчезла.
На короткое мгновение в её взгляде появилось что-то строгое.
Почти предупреждающее.
Николь слегка склонил голову.
— Я вас услышал.
— Надеюсь.
Ария развернулась и направилась к старому корпусу.
Перед тем как скрыться за дверью, она на секунду остановилась.
— И ещё кое-что.
Мы посмотрели на неё.
— Если собираетесь продолжать знакомство, делайте это не посреди ночи.
Она улыбнулась.
— Академия и без того достаточно странное место.
После этих слов девушка исчезла внутри здания.
Дверь тихо закрылась.
Несколько секунд мы молчали.
Затем Артур негромко произнёс:
— Интересная женщина.
Я посмотрел на него.
— Ты так говоришь обо всех, кто способен заставить тебя замолчать?
— Нет.
— А о ком ещё?
Артур улыбнулся.
— О тебе, Рей.
Я закрыл глаза.
Когда-нибудь.
Однажды.
Я обязательно найду способ избавиться от этой привычки Артура.
Хотя бы на пять минут.
Николь тем временем поправил рукав своей одежды.
— Что ж, думаю, на сегодня достаточно.
Он посмотрел на нас.
— Был рад знакомству.
— Взаимно, — ответил я, хотя не был уверен, что это правда.
Артур слегка улыбнулся.
— Надеюсь, мы ещё увидимся.
Николь посмотрел на него.
И на этот раз его улыбка показалась мне по-настоящему печальной.
— В этом можешь не сомневаться.
Он сделал небольшой шаг назад.
— Особенно ты, Артур.
Затем повернулся и направился прочь.
Белая фигура постепенно растворялась в ночной темноте.
Я смотрел ему вслед, пока он не скрылся за поворотом.
В голове крутились десятки вопросов.
Почему он обратил внимание именно на меня?
Почему Артур так странно вёл себя рядом с ним?
Почему Ария разговаривала с Николью так, словно знала о нём гораздо больше, чем собиралась рассказывать?
И почему каждый из них говорил так, будто наше будущее уже кем-то определено?
Я не находил ответов.
И, что хуже всего, не знал, где их искать.
— Рей.
Я вздрогнул.
Артур стоял рядом и смотрел на меня с привычной улыбкой.
— Пойдём?
Я посмотрел на него.
— Слушай...
— М?
— Кто такой Николь Ливенштайн?
На этот раз Артур не ответил сразу.
Он посмотрел туда, где исчез его старший брат.
Затем снова перевёл взгляд на меня.
— Сложный вопрос.
— Почему?
Артур улыбнулся.
— Потому что простой ответ тебе всё равно не понравится.
И, не дожидаясь моей реакции, он направился к общежитию.
Я остался стоять на месте ещё несколько секунд.
Потом тяжело вздохнул и последовал за ним.
Ночь постепенно отступала.
Где-то далеко раздался крик птицы.
Старый корпус снова погрузился в тишину.
А на его стенах, едва различимые в лунном свете, лежали белые лепестки.
Я не знал, откуда они взялись.
Не знал, почему Николь пел именно эту песню.
И не знал, кому предназначались слова о человеке, которому нельзя открывать глаза.
Но почему-то мне казалось, что всё это было связано.
Песня.
Белые розы.
Николь.
И Артур, который впервые за долгое время перестал казаться мне совершенно непредсказуемым.
Возможно, я просто слишком много думал.
Возможно, ночь действительно заставляла обычные вещи выглядеть странными.
Но одно я знал наверняка.
После этой встречи Академия Гримзард уже не казалась мне прежней.
И это было только начало.