В универмаге Су Доми сразу направилась к отделу одежды.
Она взяла четыре белых рубашки из полиэстера, две пары брюк цвета хаки с завышенной талией, две пары чёрных шерстяных брюк с завышенной талией, два коричневых кожаных ремня, две пары бежевых кожаных туфель на низком каблуке, две пары чёрных кожаных туфель на низком каблуке, одно короткое пальто светло-овсяного цвета, одно короткое пальто светло-дымчатого цвета, одно шерстяное пальто средней длины кремово-белого цвета.
Ещё десять пар хлопчатобумажных трусов и десять хлопчатобумажных бюстгальтеров.
Всё обошлось в триста восемнадцать юаней, тридцать семь чи талонов на ткань и двадцать три промышленных талона.
После покупок она зашла в глухой переулок, убедилась, что поблизости никого нет, перебросила вещи в пространство и велела тигрёнку всё постирать.
Потом она заглянула в государственный ресторан и, нагнувшись к уху официантки, прошептала заказ: пять порций риса, пять порций свиных пельменей, пять порций лапши с соусом.
Пять порций капусты в уксусном соусе, пять порций тушёной капусты с лапшой, пять порций свиных ушей в соусе.
Пять порций говядины в соусе, пять порций свиной рульки, пять порций свинины по-пекински.
Пять порций тушёной свинины, пять порций кисло-сладких рёбрышек, пять порций жареных креветок.
Пять порций говядины с редькой, пять лепёшек с луком и бараниной, пять лепёшек с кунжутной пастой, пять порций десерта.
И ещё сто мясных булочек.
Всё вместе обошлось в пятьдесят девять юаней два мао пять фэней и шестнадцать цзиней пять лянов продовольственных талонов.
Что и говорить, в эту эпоху деньги были по-настоящему ценными.
Но и правил хватало. Не сунь она на ходу официантке два мао – пришлось бы поломать голову, как выкрутиться.
Когда официантка упаковала заказ, Су Доми с едой вышла в глухой переулок и скользнула в пространство.
Сначала нужно было набить желудок и передохнуть, а днём сразу пойти оформлять передачу должностей, потом домой.
Она взяла себе четыре-пять булочек, остальное отдала тигрёнку.
Тигрёнок принюхался, ухватил пакет зубами и потащил в кладовую свежих продуктов.
Он опёрся передними лапами о дверь, посмотрел на Су Доми, которая ела на диване, и мигом развернул пакеты с булочками, говядиной и рулькой – попробовать.
Круглые тигриные глаза сверкнули, он облизнулся и, позабыв обо всём, уткнулся мордой в пакеты – съел всё без остатка.
«Вот это вкусно!»
Намного вкуснее того, что он готовил сам.
Только доев, он вспомнил, что надо было оставить немного и Су Доми. Что же делать?
Тигрёнок виновато распластался на полу, но в тот же миг вскочил – можно же сбегать в магазин и купить ещё!
Он облизнул лапу, помахал ею в воздухе, прикидывая: воспользоваться способностью собирать сокровища и стащить еды – небось, ничего страшного?
Не успел он додумать, как Су Доми подошла и подняла его: ─ Пошли, покажешь, что вчера собрали.
─ Хорошо-хорошо, прошу за мной, в склад на третьем этаже, ─ виновато ответил тигрёнок.
…
«С каких это пор он стал таким вежливым?»
Услышав это, Су Доми остановилась и подняла его до уровня своих глаз. Чем дольше смотрела, тем отчётливее видела: он что-то скрывает.
Прежде всего от него разило терпким запахом соуса.
Она покосилась в сторону склада и, криво усмехнувшись, уставилась на него: ─ Признавайся, что натворил?
Тигрёнок зажмурился и набрался смелости: ─ Я съел все твои мясные булочки, говядину в соусе и свиную рульку.
Сказав, он понурил голову – мол, делай что хочешь.
Су Доми думала, что случилось что-то серьёзное, а он просто объелся.
Ей стало немного смешно, и она снова взяла его на руки: ─ Моими покупками можешь пользоваться и есть их, но в меру. В человеческой пище полно приправ; животным лучше не есть слишком солёное. Понял?
─ Понял. Хозяйка, ты такая добрая, ─ тигрёнок встрепенулся и потёрся головой о её грудь.
Так, болтая, они дошли до склада на третьем этаже.
Он тут же спрыгнул, открыл дверь и пропустил Су Доми.
Стоило ей войти, как глаза загорелись. Как и говорила гадалка – счастливая у неё судьба.
Крупных золотых слитков – пятьдесят ящиков, в каждом по сто слитков весом 312,5 грамма.
Мелких слитков – тридцать ящиков, по триста штук в каждом, по 31,25 грамма.
Двадцать ящиков с антиквариатом и каллиграфией разных эпох, в каждом по двадцать-тридцать предметов.
Десять ящиков с лучшими нефритовыми украшениями, по тридцать комплектов.
Двадцать ящиков с украшениями из бриллиантов высшего качества, по двадцать комплектов.
Десять ящиков с необработанными бриллиантами высшего класса, примерно по сто камней.
Пятнадцать ящиков с золотыми и серебряными украшениями с самоцветами, по двести-триста предметов.
Одна сберегательная книжка гонконгского банка HSBC на миллион гонконгских долларов – так, мелочь.
Плюс три ящика гонконгских долларов – всего три миллиона, пол-ящика купюр «Великое единство» – сто двадцать тысяч и больше полуящика общегосударственных талонов.
Остальное – женьшень, птичьи гнёзда, оленьи панты и прочие тонизирующие средства, в сумме ещё три ящика.
В комнате Су Няньси, кроме трёх шкатулок с украшениями, нашлись пять ящиков золотой посуды – ложки, миски. Ясно, что за эти годы Цзян Цинъюй надарила ей добра.
Су Доми раньше считала, что мебель на вилле из простого дерева, а когда соскоблили верхний слой – оказалось, вся из палисандра.
Однако у тигрёнка отличный глаз и немалые способности.
Этих богатств хватит на жизнь в Гонконге, но совсем лежать на боку не выйдет: время идёт, инфляция будет только усиливаться.
Нужно успеть прикупить недвижимости и акций, чтобы запустить настоящий положительный цикл.
Когда Су Доми прикинула всё в голове, у неё появилось время осмотреться.
Вилла, построенная тигрёнком, была трёхэтажной. В кладовых, кроме золота и драгоценностей, лежали его любимые игрушки – например, палочка с пёрышком.
Рядом с кладовой была огромная комната кошачьих игрушек – всё, что можно найти в магазинах, он притащил сюда.
Она чуть не лопнула со смеху.
Ха-ха.
На втором этаже виллы находились две спальни и комната для рукоделия, где стояли швейные машинки, лежали пряжа и ткани.
К слову, в его собственной спальне весь пол был застлан сухой травой и тому подобным.
Су Доми даже подумала, что и ей придётся спать на сене, но, войдя, обнаружила мебель, которую он смастерил в форме тигров.
Например, кровать из цельного дерева имела вид тигра, свернувшегося во сне, а тумбочки были огромными тигриными лапами.
На первом этаже – современная кухня и гостиная, а также кладовые для свежих продуктов и лекарств, всё выращено самим тигрёнком.
Су Доми радостно прижала его к груди: ─ Спасибо, что всё приготовил. Я очень рада.
─ Да ладно, пустяки, ─ тигрёнок махнул лапой.
Она поцеловала его ещё пару раз. Это не было для неё само собой разумеющимся; наоборот, она чувствовала благодарность: он стал первым, кто подарил ей тепло в этом мире.
─ Ой, не целуй меня, неудобно же, ─ тигрёнок прикрыл морду лапами.
Су Доми, услышав, принялась целовать его ещё сильнее – она вся была соткана из противоречий.
Она спросила: ─ Откуда здесь электроприборы? Только не говори, что ты их сделал.
─ Нет, это осталось от прежнего хозяина, ─ тигрёнок потёрся головой о её шею.
Су Доми подумала, что это логично, и не стала допытываться.
Она ещё немного поиграла с ним и вышла из пространства.
Ей нужно было заняться делами.