Глава 1
Это было обычное в моём понимании утро, солнце просыпалось ото сна, поднималось проникая своими озорными лучиками в моё окно, пока не достигло моего сонного лица. Мои глаза ходили туда-сюда под закрытыми веками, губы дрожали, а ноги будто хотели пробежать марафон, но оковы сна лежали на них тяжким грузом. Я резко проснулась, когда мама позвала меня, призывая встать с кровати. Я приподнялась, с меня стекала испарина, что осталась от страшного сна. Мне часто снились подобные сны, где меня что-то ранит, колют иглами, как меня чуть не сбивает машина. Думала, что уже привыкла к этому, однако, этот сон пронизывал меня до самых костей. Чаще всего сны, которые мне снились, в скором времени сбывались, хоть и не все, от понимания этого мне становилось не по себе.
Мама вновь окликнула, призывая спускаться завтракать. Собравшись с силами и встав с кровати, направилась в ванную умываться и сделав утреннюю рутину отправилась вниз на кухню. Мама стояла у плиты и жарила блинчики, а брат, сидя у окна, читая какие-то бумаги уплетал блины за обе щёки. Я села напротив, а мама, закончив готовку присела рядом с нами. Казалось бы, обычное утро, как и всегда, но стул, где раньше сидел папа всё также оставался пустым. Отец предал нас и ушёл, не сказав ни слова и с тех пор не появлялся. Где он был и что делал не знал никто. Мы не видели его уже два года, мне до сих пор тяжело осознавать, что его больше нет в моей жизни.
Покончив с завтраком, я собралась и отправилась в школу прихватив с собой мою лучшую подругу Кристи, что жила через два дома от нас. День в школе прошёл чуть более скучно, чем обычно, так как подготовка к экзаменам шла полным ходом. Этот год последний после каждый из одноклассников пойдёт своей дорогой. Я мечтаю стать журналистом, а Кристи учителем, поэтому каждый раз думаю о том, что нам придётся учиться в разных местах, мне становится грустно и тоскливо.
— Оливия, мы же идём завтра на фестиваль с Сарой и Лилиан? — спорила Кристи вынимая меня из мыслей о неизбежном.
— Конечно — ответила я улыбнувшись.
— Давай оденемся одинаково и будем весь день веселиться, забыв об экзаменах? — сказала она, приобняв мою руку. Кристи всегда была весёлой и как казалось мне весьма наивной.
— Надеюсь этот фестиваль не будет для нас последним после окончания школы. Мне бы хотелось и дальше проводить весёлые и счастливые деньки в компании моих подруг — сказала я с толикой грусти в голосе
— Не переживай, даже если нас разлучат океаны, я уверена мы всегда найдём способ встретится и навсегда останемся подругами чтобы не случилось — сказала Кристи пытаясь меня приободрить. Моё настроение сразу улучшилось, мы направились в сторону дома весело обсуждав завтрашний день.
Этой ночью мне вновь приснился тот страшный сон, что и вчера. Я видела себя со стороны будто наблюдая за персонажем из фильма. Я была на площади в самом центре фестиваля, рядом мои подруги шутят и смеются, вокруг шумно и много людей. Затем все краски мира будто затянуло серой дымкой. Голос, мужской, до боли знакомый, где-то рядом взывал меня. «Оливия…». Раз за разом он называл моё имя, я оглядывалась, пытаясь понять кто зовёт меня, пока внезапно люди не стали кричать, убегать сломя голову. Они толпились, толкались пытаясь убежать от чего-то, но их крики для меня были приглушёнными, я слышала лишь отголоски. Смотря в ту сторону от куда эти люди так навязчиво пытались убежать, сквозь лица на которых читался лишь страх, я увидела его. Мой брат Нейтан смотрел мне прямо в глаза, но он уже не был похож на себя, по его рукам стекала кровь и повсюду была чёрная вязкая жидкость. Именно его голос взывал ко мне. Я замерла и не могла пошевелиться, тело казалось каменной глыбой на дне океана. Брат медленно приближался ко мне протягивая окровавленную руку. Он подходил всё ближе и ближе, я не могла даже оторвать от него взгляд будто под гипнозом. Его рука дотрагивается до моего сердца, пронизывает моё тело. Кровь, боль, темнота.
Я резко просыпаюсь, приподнявшись, холодный пот стекает по лицу. Меня пронизывает ощущение тревоги и боль в груди от руки брата из сна. Казалось бы, просидела так целую вечность, пытаясь прийти в себя, пока из потока мыслей меня не вырывает странный шёпот в тёмном углу моей комнаты. «Оли..я» шептал этот голос сначала тихо и не разборчиво. «Оливия…» всё ближе и ближе становился этот голос звав меня, он был немного другим, не тот, что звал меня во сне. Я не могла понять мне это кажется или реально? Внезапно голос затих, было слышно лишь биение моего сердца, как вдруг шёпот раздался прямо у моего уха позади «Здесь». Я резко отпрыгнула и включила лампу на тумбе у кровати, однако кроме меня никого в комнате не было. Мои руки дрожали, сердце колотилось, я вздохнула с неким облегчением то ли от того, что мне просто показалось, то ли от того, что всё-таки сон был всего лишь сном.
Я не могла уснуть до самого утра, просто лежав под тёплым, спасительным светом лампы. Ещё лучи утреннего солнца не успели коснуться моего окна, как мама впопыхах зашла в мою комнату несколько взволнованно.
— Оливия ты не спишь? — сказала она немного полушёпотом.
— Не сплю. Что-то случилось? — ответила я, потерев глаза
— Нейтан не ночевал дома и не отвечает на звонки. Он ничего тебе не говорил вчера, например, что не вернётся домой?
— Нет, в последнее время он мало со мной говорит
— Оливия, думаю мне нужно съездить в лабораторию, вдруг что-то случилось. Профессор Бэм тоже не отвечает, я очень переживаю за него, он странно себя ведёт в последнее время. Ты справишься тут сама? — мне всегда казалось, что мама любит брата больше, чем меня, но я думаю матери всегда больше любят сыновей, чем дочек.
— Да мам, я справлюсь. Если найдёшь его позвони мне, чтобы я за вас не переживала. Надеюсь, он просто очень увлёкся какими-нибудь исследованиями с профессором и потому не отвечает — мама поцеловала меня в лоб и направилась к брату.
Проворочавшись в кровати пару часиков, я решила встать, умыться, позавтракать и начать собираться ко встрече с Кристи на фестиваль. До начала фестиваля и уговоренного времени встречи оставалось ещё много времени, поэтому я решила позвонить Кристи с просьбой выйти по раньше и прогуляться в парке неподалёку. После небольшой прогулки мы отправились на встречу с нашими подругами Сарой и Лилиан.
Фестиваль только начал свою деятельность, шатры наполнялись всякими вкусностями и развлекательными играми, которые мы решили все опробовать. Местами мне казалось, что это уже происходило, некое чувство дежавю и лёгкой тревоги преследовали меня. Спустя некоторое время заиграла музыка, подзывая всех подойти к сцене посреди площади, где нам обещали концерт с танцами, песнями и фокусами. Людей было очень много, и мы вместе с ними стали стягиваться на зов музыки. Небольшая давка, нехватка воздуха и дурное предчувствие подпитывались громкой музыкой и радостными голосами моих подруг. Когда я взглянула на сцену по коже пробежали мурашки, и я замерла. Кристи, заметив, что я остановилась подошла ко мне узнать всё ли хорошо, а Сара с Лилиан не замечая нашей заминки утонули в толпе. Кристи взяла меня за руку, но её взгляд смотрел куда за мою спину сквозь толпу. Толпа вела себя странно, все как будто куда-то торопились, очень сильно толкались, они что-то говорили, но из-за музыки не было слышно. Толпа всё активнее и активнее шевелилась, пока эти шевеления не добрались до нас. Люди кричали "бегите, спасайтесь", началась паника. В один момент Кристи отпустила мою руку, и толпа унесла её вперёд, разлучив нас. Я оцепенела и не могла пошевелить и пальцем ноги, когда увидела сквозь рядеющую толпу лицо своего брата. Его красивые голубые глаза заливались чёрной жидкостью, его всегда идеально-белый халат был залит кровью вперемешку с чёрной жидкостью. Рядом с ним находились непонятные существа, в которых ещё угадывались человеческие очертания. Их кожа приобрела серовато-белый оттенок, а под ней проступали толстые чёрные прожилки, словно что-то чужеродное расползалось по телу изнутри. В некоторых местах кожа была разорвана, обнажая тёмные, переплетённые волокна, похожие на оголённые мышцы, пропитанные чёрной вязкой жидкостью. Они тянулись вдоль рук и шеи, словно живые лианы, оплетая тела своих носителей. Белые глаза без зрачков смотрели в пустоту, пока существа набрасывались на людей, вгрызаясь в их плоть с неутолимой жаждой убийства.
Какая-то пелена и звон в ушах уберегали меня от криков умоляющих людей, пребывающих в предсмертной агонии. Брат, как и во сне приближался ко мне всё и ближе, и ближе. Сердце стучало как бешеное, тело ощущалось незыблемой скалой, а голову наполняли лишь мысли о неминуемой смерти от рук собственного брата.
Небо, что час назад было солнечным затянуло тучами, как будто оно знает, что тут произошло и решило оплакать погибших. Когда пару капель дождя упали мне на щеку, до меня наконец дошёл зов голоса, что всё это время пытался порваться сквозь пелену и звон.
Меня отзывал полушёпот похожий на голос девушки, что я слышала этой ночью. «Оливия» отчаянно звал он меня, сначала приглушённо и затем всё яснее пробивался в сознание.
— Беги… Оливия, беги! — очень громко отозвался голос в моей голове, когда рука брата была в метре от меня. Внутри что-то переключилось, будто меня окатили ведром ледяной воды, и я пришла в себя. Все вопли, стоны и крики дошли до моих ушей. «Беги» ещё раз сказал голос выводя из оцепенения. Я ощутила, насколько тяжёлыми были ноги, когда попятилась назад. Собрав все свои силы, отчаянно пытаясь спасти свою жизнь, я развернулась и побежала куда глаза глядят, с тяжестью в ногах.
Толпа впереди ошеломлённых людей, что пытались убежать с перекрытой площади и монстры позади, что намеревались вцепиться в глотку каждому, меня страшили одновременно. Я нырнула в узкое пространство между зданиями, куда пролезет не каждый и уж тем более в такой панике. Здесь мне удалось немного отдышаться и перевести дух. По ту сторону, слева на удивление было тихо, когда справа вся площадь прибывала в хаосе. Дойдя до конца, я аккуратно выглянула из-за укрытия и никого не обнаружив вынырнула и очень спешно, но стараясь не привлечь чьё-нибудь внимание побежала в сторону дома. Мои мысли были лишь о том, как спастись, а надежда что это очередной сон меня не щадила.
Забежав домой, я закрыла дверь на все замки. Сердце бешено стучало, отдавая в виски. Только здесь в настигнувшей меня тишине, мои ноги задрожали и подкосились. Я упала на колени, слёзы наполнили мои глаза и вот – вот должны были потечь. Только сейчас я вспомнила о своих подругах, о Кристи. Я не знала всё ли с ними хорошо или их настигли те существа. Могла ли я им помочь, живи ли они вообще и увижу ли я их когда-нибудь? Мои мысли прервал стук в дверь, сначала тихий, затем весьма настойчивый. Что-то внутри говорило не открывать. Затем после короткой тишины стук уже шёл со стороны гостиной, этот кто-то стучал в окно. Я подскочила, побежала на кухню и взяв первое что попалось под руку притаилась за кухонным гарнитуром. Окно в гостиной разбилось. Шаги, тяжёлые и крадущиеся сначала переступали по разбитому стеклу, затем по мягкому ковру направляясь в сторону коридора.
— Оливия? — раздался полушёпот.
Я затаила дыхание. Голос казался знакомым, до боли знакомым, хотя я не слышала его уже два года. Когда мужчина вошёл на кухню, я невольно выронила сковородку.
— Папа? — невольно проронила я. Он резко обернулся. На мгновение его лицо изменилось, а затем он стремительно пересёк кухню и заключил меня в объятия.
— Оливия… Слава богу, ты жива — выдохнув сказал он. Я застыла, не в силах поверить в происходящее. От него пахло холодным воздухом и чем-то металлическим. Я хотела оттолкнуть его, закричать, спросить, где он был все эти годы, но вместо этого вцепилась в его куртку и разрыдалась. Два года я убеждала себя, что больше не нуждаюсь в отце. Но сейчас, когда весь мой мир рушился, я снова была готова поверить, что он сможет меня защитить.
— Нам нужно уходить, милая. Здесь больше небезопасно. Я знаю место, где ты сможешь укрыться. Я всё объясню, когда мы будем в безопасности.
— А мама? Нейтан? — спросила я, отстраняясь от него. Отец на мгновение замолчал.
— Я найду их. Обещаю. Но сейчас я должен убедиться, что с тобой всё будет хорошо — он говорил спокойно, почти привычно. И, наверное, именно поэтому я ему поверила.
— Хорошо — ответила я, не спрашивая куда мы поедем, так как сил на это уже не было. Я поднялась в комнату, собрала вещи в рюкзак и спустилась вниз.
Мы вышли через разбитое окно, так как выходить через дверь отец посчитал опрометчивым, он говорил что за нами могут следить. Я шла за ним до парка, с осторожностью и оглядываясь по сторонам. В парке стояла старая машина тёмно-зелёного цвета с проступающей ржавчиной. Мы сели в машину, на меня накатило некое чувство безопасности, и я отключилась под звуки мотора, когда мы двинулись в путь.