По тротуару бредёт высокий худощавый старик.
Он бледный, лицо отдаёт железом столбов, о которые он изредка опирается.
Смотря по сторонам, словно сумасшедший, он бормочет.
-Внученька, где же ты.
Но ее нигде нет.
Это злит и печалит старика, но он не сдаётся.
Сжимает кулаки от гнева, но не прекращает верить, что его внучка где-то рядом.
Он остановился, дрожа от шока.
Что-то мелькнуло за переулком.
Надо посмотреть.
Зайдя за угол, он увидел светлую спину девочки, стоящую в окружении помоек.
Яркий силуэт, подобный тому, что несут с собой ангелы.
— А-Алисонька! - Прокряхтел он, и протянул лишенную мяса кисть в сторону внучки.
— Что ты мямлишь, дед?
Моргнув, старик увидел перед собой совсем не свою дочь, а низкого мужчину, с синим лицом.
— Ты чего забыл тут? - Он зевнул и встал из горы звонких бутылок. — Зачем будишь?
Сознание старика полыхало, в ушах звенело, он уверен, что его внучка не пропала, она только что предстала перед ним!
Этот человек…
Он прячет её!
Да-да, точно прямо за ним мусорный бак, накрытый крышкой, туда-то внученька могла уместиться.
Рука потянулась вновь, но теперь в карман изношенных штанов, и выудила она из них маленький перочинный нож.
Старик срезал им шкурку с яблок, и хвастался перед Алисой, что может снять всю кожуру одной полоской.
— Отдай её. - Надавив на кнопку, лезвие раскрылось. — По-хорошему прошу.
— Эй, ты чего это удумал? Аф!- Нож пересёк его горло, пустив струйку крови, смешанную с остатками алкоголя. — Пф, ха, ты чего?! - Он закашлял, ухватившись рукой за шею.
Старик не останавливался, пьяница впился в его щёку не стриженными ногтями, оставив раны на щеке, сняв кожу с мешка под глазом.
Удар за ударом, порез за порезом, старик добился своего.
И вот он стоит напротив закрытой мусорки.
Погодя немного он открывает её.
Достаёт изнутри свою внучку.
Рухнул на колени, и обнимает её, плача в тонкую светлую шею.
Она, кажется, просто спит.
Как долго его внучка смеялась над его шутками, всегда радовалась, когда он смотрел вместе с ней глупые мультики.
Он улыбнулся.
Пьяница на последнем издыхании поднял с пола нож, и раз за разом протыкает его поясницу.
Пожилой мужчина не чувствует боли, его взгляд пуст, на губах дрожит улыбка, пока он держит в руках холодное ничего.
Его жизнь окончена, свет для него погас, и пусть глаза его закрыты, но где-то внутри, он с ней.
Где же?
Стук клавиш.
"Феномен панорамного воспоминания".
Состояние, когда в последние мгновения активности мозг работает, даже после остановки сердца.
Хаотичность и активность нейронов при этом настолько высока, что точно неизвестно, насколько долгой она кажется самому погибшему.
Вам бы хотелось узнать?
А что если на самом деле для него это не мимолётный всплеск прошлого, а настоящее испытание, длинною в ещё одну жизнь?
Может ли быть так, что мы и сейчас мертвы, и это лишь чьи-то воспоминания?
-За сим, я вас отпускаю. - Оповестил преподаватель, вытащив из ноутбука студента за последней партой лекционного зала.
Пальцы парня стучали по клавиатуре бешено, словно он был в экстазе.
Препод несколько раз проходил мимо него, с целью вызвать совесть, но абонент был недоступен.
— Чёрт, это гениально. - С бешенными глазами объявил писатель, посмотрев на текст со своей супертеорией.
Рядом с ним, укутанный в две куртки, а именно собственную и соседа, лежит ленивец, в теле человека.
— Тебя так вставило от лекции про идеи Гитлера? - Зевая спрашивает сосед по парте. — Я знал, что ты его фанат, Ромчик.
— Дебил, я, кажется, ухватился за одну идею.
— Ещё одну?
— Нет, не просто одну.
— Да-да, спустя неделю начнёшь новую. - Парень молча закрыл ноут, и закинул в рюкзак. - Ты что, обиделся?
-Я домой.
— Куда-куда?
— Домой, голова болит от холода, а от стульев и жопа.
— Эта отговорка не работает на преподов, класса так с пятого.
— Пофиг, мне срочно надо дописать, пока вставило.
— Бросаешь меня?
— Ага.
— Бессердечный, хотя бы чекни лс, я тебе скинул чернуху с каким-то стариком, которого загасили неподалёку.
— Какая же ты тварь.
— За то, что бросил друга мёрзнуть в одиночку! - Он наивно потёр руками плечи, будто вот-вот окоченеет.
Комната, освещаемая теликом.
Была кухней, а стала местом обитания для нашего Романа.
Тут он и ест, и засыпает, утопая в одеяле из энергетиков.
Студент уже сидит в любимом кресле, за всё тем же ноутом.
Несколько строк формальностей, и он готов публиковать свои мысли одним постом в общество литературных, научных и диванных критиков.
“Зацените, что придумал” - Пишет он, и вываливает кусок пролога.
Глаза горят, пятка бьётся о пол, телик болтает что-то про уровень смертности.
Если кто и умрёт в этой комнате, так это наш парень от жажды реакции.
Что-то пиликнуло.
“Говнище. Какой-то необоснованный бред. Сойдёт, если ты не шаришь за биологию”
Рома опешил, но не сдался.
Пилик.
“Ха-ха, неплохо.” Улыбка натянулась. “А ой, я писал это к рецепту бычьих яиц. Кстати, автору не помешает подкрепиться.”
“Просто сдохни”
“Бездарность”
Комментарии летели.
Писатель откинулся на кресло.
“Эта хуйня такая же скучная, как и всё в последнее время”
“Люди разучились писать?”
“Я изучаю нейро-биологию, и это полная ху-
“Автору сколько лет? Пять?”
“Сантиметров столько же”
Никогда ещё ноут так быстро не захлопывался.
— Нелюди.
Звонок в дверь.
Рома шугнулся и свалился с кресла, оглядываясь по сторонам.
Набросил на себя одежду, и взял ноут.
Замок щёлкнул.
В квартиру зашла кудрявая старушка, держась за розовую сумочку.
— Ромашка, ты дома? Я пришла за квартплатой.
Она прошла дальше прихожей, а Цветочек не смел дышать, прячась в шкафу с куртками.
Женщина зашла за угол, но боковым зрением заметила движение у входной двери.
Тихо щёлкнув дверью, Рома тут же был придавлен ею к стене.
Дверь закрылась, и парень предстал пред дамой, держась за нос, стоя на коленях.
— Приветик, где денюжки?
Парень хрустнул носом, и вытер слёзы. — Скоро будут, обещаю.
— Мне нужно скорее, видишь ли, я уезжаю ненадолго.
— Правда?
— Да-а! У меня появился один мальчик, он такой хорошенький.
— Вот это да.
—Ну так как насчёт денег?
—Аа-а-
—У тебя время до пятницы. Я приеду за деньгами, и тут же уеду.
—Но-
Дверь лифта открылась, на площадку вышел молодой человек, в костюме с красной бабочкой.
—Инна Ивановна?
—Ох, батюшки, мой Лев!
—Ваше купе готово, пройдёмте. - Протянул руку, и обняв убрал прядь кудрявых волос со старой кожи.
Их лица неминуемо приближались, и вот-вот-
Рома резко вскочил, нащупал дверную ручку и кубарем влетел в квартиру.
Отдышавшись, он втёк на кухню, и лёг на диван, запустив ладонь в длинные волосы.
К нему подбежал его котик.
-Скажи, что мне делать, чтобы мою писанину читали?
Кот мурлыкал.
Рома вздохнул.
—Мне нужна здоровая критика. - Рука потянулась за диван, и вытащила оттуда зелёного плюшевого динозаврика.
Зажмурившись, Рома пропал на несколько минут, но открыв глаза, он увидел перед собой своего друга.
Малого роста дракон, с небольшим пузом.
—Дракони Тони к твоим услугам. - Оповестил он.
—Привет, мне нужна твоя помощь, Тони.
—Ты создавал меня от скуки, а теперь нагло эксплуатируешь. - Скрестил лапы на груди и отвернулся. —Уже вечность не играли
—Ой, ну, у меня сессия, ты же знаешь.
—Всё я знаю, ты на меня забил, потому что нашёл нового друга.
—Это не так.
—Почему бы тебе не спросить совета у него?
—Он не поймёт меня.
Тони покраснел, как это бывает в мультиках.
—Что там у тебя?
Роман повернул ноут со своим постом.
—Красных минусов больше зелёных плюсов.
—Это сюжет для твоей книги?
—Да! Скажи, гениально?
—Слишком математически. Знаешь, тебе чего-то не хватает.
—Чего это?
Пилик.
Уведомление отвлекло Рому, и Дракони, его вымышленный друг-тульпа, исчез.
Он создал его в пятом классе, на спор.
Пилик.
Снова.
Рома полазил на сайте, и открыл личные сообщения.
Письмо от некоего “Bascape”.
“Привет! Знаешь, мне понравилась твоя идея. Есть в ней что-то цепляющее.”
“Необычное.”
“Но тебе не хватает вовлечённости.”
—На что он намекает? - Дракони появился за плечом Ромы.
—Ох, эм, я пока не понимаю.
“Иногда нужно прочувствовать что-то, чтобы дать читателям ощущения мурашек по коже от реалистичности происходящего в книге.”
—Намекает, что тебе надо сдохнуть. - Раздался голос с левого плеча.
Рома отпрыгнул, сзади него сидел его кот, облизывающий лапу.
—Пушистик, что с тобой?!
—М?
—Ты говоришь?
—Плюшевой игрушке можно, а мне нет?
Пилик.
“В общем, не знаю, чем тебе помочь, это твоя книга, делай с ней что хочешь”
“Тебе решать)”
—Соскользнул, мяу.
Рома покусывал фалангу пальца, задумываясь.
—А ведь и вправду, это может быть разумным.
—Чего? - Тони раскрыл пасть. — Что тут разумного? Ты просто умрёшь, и кому ты что докажешь?
—А если не умрёт? Задай вопрос этим интернет героям-мяу, может подскажут.
Писатель секунду решался, носясь взглядом от Дракони к Пушистику, но в итоге бросился строчить пост.
“Ладно, черти, есть идея получше, чем выпускать дебильную книгу, обоснованную лишь на моём тусклом воображении. Я сделаю всё по-своему, а точнее - выпилюсь. Но сделаю это по-умному, так, чтобы выжить. Я вернусь с того света, и напишу об этом книгу, и вы все будете мне сосать.”
—Последнее было не лишним?
—Конечно нет, это выставило тебя уверенным-мяу.
Пилик.
“Воу воу, полегче родной.”
“Тебя как-то занесло.”
“Эй, ребят, что этот чувак хочет сделать?”
“Брат, это не выход.”
“Вперёд! Выпились да побыстрее!”
—Неожиданная реакция. - Рома ухмыльнулся.
Пилик.
—Этот парень опять пишет. - Дракони тыкнул когтем в угол экрана.
Сообщение от “Bascape”
“Браво, @RomMann, это стоящая идея. Я восхищён твоей смелостью, правда. Мало кто готов рискнуть хоть чем-то, чтобы принести в этот мир истину.”
“Если хочешь, я могу помочь тебе выжить, после твоего эксперимента.”
"Буду рад." Пишет он в ответ.
“Тогда слушай...”
Рома провёл вечер, сидя за ноутом.
Сумерки сгустились, и вот, он лежит в ванне, укутанный в тёплую воду.
Глаза сверлят потолок, нутро прощается с теплом, готовясь отправиться в сам ад, на поиски ответов.
Звонок в дверь.
—Пора начинать. - Прошептал себе под нос.
Писатель накинул халат и, выглянув за входную дверь, нашёл упакованную посылку.
“Я попросил курьера оставить у двери. Там будет всё необходимое.”
Пояснил Баскапе.
Парень сел перед теликом на кухне, выстелив прозрачное полотно полиэтилена.
Ламинат был дорогим.
Туловище он привязал к стулу, а к руке протянул капельницу и несколько точно выверенных пакетов крови.
Наложив коту еды в соседней комнате, и перенеся туда же лоток, Рома стал свободен и неприкосновенен до пятницы.
Холод ствола пистолета напоминает ему, что он может стать свободным навечно.
—Будоражит. - Робко написал он.
“Не забудь вызвать скорую.”
-Сделано.
“Помни, что таблетки и препараты, которые я тебе дал - не вечны.”
“Достать их настоящая морока.”
Ровным строем открытые препараты стояли около раковины, рядом с теми, что студент принимал ежедневно.
“Удачи, друг. Выстрели ровно так, как на фотке, и всё будет ОК))”
Рома открыл фотку, и приставил дуло примерно под пятнадцать градусов касательно правого виска.
Вздох, глаза зажмурились, палец затрясся, медленно спуская курок.
Остался спусковой крючок.
Приоткрыв глаз, Рома невольно набросал несколько строк левой рукой.
—Спасибо за помощь, Баскапе.
Прошло несколько минут, и на экране вывелась надпись.
“Я верю в тебя, ты сможешь.”
“Никто не мог бы решиться на такое кроме тебя.”
“Ты пробуешь новый способ разжечь в читателях искру, мой друг.”
“Но вот вопрос.”
“Хочешь ли ты попробовать?”
Он улыбнулся.
Выстрел был столь тихим, что шум телевизора не дал расслышать.
Для Ромы же он был громче всего того, что он услышал за свои двадцать два года.
Шум, визг и грохот барабана, запах пороха и крови, падающая гильза, падающее тело.
Стоило привязать стул к ножке стола.