Глядя на стоявшего перед ним Сюэ Эра, Ши Бонянь усмехнулся.
Сюэ Эр, казалось, испытывал перед Ши Бонянем скрытый трепет.
Сперва он бросил выразительный взгляд на стоявшего рядом подручного, и тут же двое или трое бандитов сорвались с места, побежав вверх по склону – по всей видимости, докладывать Сюэ Да.
Проводив беглецов взглядом и оценив обстановку – вокруг него по-прежнему толпилось с полсотни головорезов, а Ши Бонянь оставался совсем один, – Сюэ Эр тотчас расправил плечи и воспрянул духом.
Тут же он небрежно сложил ладони перед грудью в приветственном жесте и обратился к Ши Боняню:
─ Друг Ши, какая неожиданная встреча! Здоров ли ты, не хвораешь?
Ши Бонянь быстрым движением руки спрятал боевой диск за пазуху и бросил в ответ:
─ Вовсе нет.
─ Что? ─ Сюэ Эр опешил.
─ Я ждал тебя.
Яркая вспышка лазурного света рассела тьму, и на неприятеля обрушилась вся мощь ауры Золотой Пилюли. Ши Бонянь сделал резкий жест рукой, и двадцать семь флажков с пронзительным свистом взмыли в воздух, устремившись прямо на Сюэ Эра.
Пусть сами по себе эти боевые флажки не обладали сокрушительной силой, они все же являлись весьма добротным артефактом.
Во всяком случае, кружась перед глазами противника, они изрядно слепили его и мешали обзору.
Сюэ Эр вскинул правую руку, и за его спиной взметнулся длинный черный клинок. Сделав несколько стремительных кругов в воздухе, он отбросил назад запущенные Ши Бонянем флажки, после чего грянул яростный окрик:
─ Откуда у тебя эти флажки? Что это за техника? Нет, погоди, быть того не может… Ты… ты прошел Закладывание Основания и сформировал Золотую Пилюлю?!
Ши Бонянь завел левую руку за спину, легко улыбаясь, а пальцы его правой руки, скрытой от посторонних глаз, сделали незаметный манящий жест.
Раздался резкий гул, и старый тесак для рубки дров стрелой ринулся на Сюэ Эра. Тот поспешно направил черный клинок на перехват, как вдруг ощутил ледяной холод в районе кадыка.
Ши Бонянь протянул руку, перехватив подлетевший со спины Сюэ Эра флажок, а затем плавным взмахом руки призвал обратно тесак и оставшиеся флажки, которые послушно закружились вокруг него.
Этот самый тесак достался ему еще с тех времен, когда он только начинал свой путь самосовершенствования, а отец баловался тем, что учился управлять предметами на расстоянии.
В конце концов, за долгие годы тренировок на лезвии тесака даже зародилась крошечная искра духовной энергии.
И все же полноценным магическим артефактом эта железяка не являлась, а потому Ши Бонянь привык использовать подобные вещи преимущественно для внезапных атак из засады.
Только что он применил тесак как приманку, а сам исподтишка управлял флажками, которые пронзили горло Сюэ Эра сзади, обеспечив мгновенную и бесславную смерть.
Он не стал использовать способ, которым расправился со стариком Лю, по той причине, что лишь недавно совершил прорыв и еще не до конца освоил собственные потоки духовной силы.
К тому же он не ведал, владел ли стоявший перед ним Сюэ Эр какой-нибудь скоростной техникой передвижения, а потому не мог дать стопроцентную гарантию, что удастся прикончить врага с первого же удара.
Да и вдобавок, когда противники сходятся лицом к лицу на открытом пространстве и лезут друг другу на глаза в открытую – подобный манер боя совершенно не отвечал стилю Ши Боняня.
Видя, что второй главарь Банды Кровавого Ужаса испустил дух, толпа столпившихся вокруг него бандитов в мгновение ока разбежалась, подобно рухнувшему дереву, чья листва пожухла и разлетелась по ветру: одни бросились вниз по склону, другие же предпочли удрать обратно на гору.
Ши Бонянь лишь усмехнулся.
Те, что побежали вниз, по крайней мере обладали капелькой ума – их можно было и помиловать, да к тому же у него не было ни времени, ни желания гоняться за каждым поодиночке.
Что же до тех дурней, что осмелились устремиться вглубь горы – разве это не упорство безумцев? Прикончит их по пути, попутным ветром, да и дело с концом.
А сейчас важнее всего было…
Ши Бонянь наклонился и подобрал длинный черный клинок, упавший рядом с бездыханным телом Сюэ Эра.
Он закрыл глаза, выпустив наружу собственную духовную энергию и направив ее внутрь клинка.
Оружие издало жалобный, надрывный звон, в котором удивительным образом угасали нотки, до боли напоминающие голос самого Сюэ Эра.
─ Ну вот, старая печать стерта… Теперь остается влить собственное духовное семя? ─ Ши Бонянь тяжело вздохнул. ─ Подобных дел – убивать людей и забирать их сокровища – мне доводилось совершать не так уж много, сноровки не хватает. Раз уж мне выпала удача пользоваться Системой, придется побольше упражняться в ремесле. ─
Ши Бонянь открыл глаза, втянув духовную нить обратно, и взмахнул рукой. Черный клинок взмыл в небеса и послушно опустился ему на ладони.
Поглаживая прохладную гладь металла, он не удержался от мимолетного вздоха одобрения.
[Клин Омытый Кровью], будучи соединен воедино, представлял собой артефакт высшего качества, а разделенный на части – не уступал лучшим творениям среднего ранга.
Эта троица клинков создавалась братьями Сюэ на протяжении десятилетий кровавых грабежей: они пустили в ход все сбережения, что удалось скопить за годы разбоя, выковав три превосходных орудия. Ши Бонянь был наслышан об их славе уже давно и заглядывался на них с вожделением.
Верно.
Именно эти соображения отчасти и подтолкнули Ши Боняня к решению штурмовать гору Сюэшань.
В этом мире поединки между бессмертными практиками по большей части строились на искусстве ведения магического боя.
Но разве могут заклинатели драться, смиренно вцепляясь друг другу в волосы или хватая за штаны, подобно простолюдинам? Какое же тут соответствие высокому облику небожителей?
Вот почему для таких сражений требовался особый проводник – магический артефакт.
Беда лишь в том, что у самого Ши Боняня никаких артефактов отроду не водилось. Он был беден как церковная мышь.
Если не считать тот самый старый тесак для рубки дров, припасенный им для острастки Сюэ Эра и едва дотянувший по своим свойствам до низкосортного артефакта начального уровня, у него в руках не было ни единого приличного оружия.
Разумеется, новоприобретенные боевые флажки вместе с диском в расчет пока не шли.
К тому же флажки с диском изначально предназначались для установки формаций, а не для прямых атак, и Ши Боняню было неудобно орудовать ими в ближнем бою – так, баловался от безысходности.
Но теперь, заполучив Клинок Омытый Кровью, его боевая мощь должна была возрасти в разы.
Рассуждая про себя подобным образом, Ши Бонянь вытащил из-за пазухи массивный диск.
Влив в него духовную силу и подчинив флажки, он слегка изменил исходную структуру формации, опираясь на собственные познания в расстановке массивов, после чего вонзил в землю восемнадцать алых стягов.
Ши Бонянь хлопнул в ладоши, оставшись весьма доволен проделанной работой.
Пусть общая убойная сила убийственной формации от этого немного снизилась, зато количество подручных артефактов, готовых прийти на помощь по первому зову, возросло на девять штук.
По неписаным законам мира бессмертных подобные наборы флажков и дисков неизменно оценивались не ниже среднего ранга.
Что же до его собственной связки, то после доработки Системой она, по оценке самого Ши Боняня, едва ли уступала артефактам высшей категории.
Для открытого столкновения она годилась мало, но вот чтобы морочить врагам голову или, как мгновением ранее, незаметно зайти со спины и врезать в затылок – подходила просто идеально.
Завершив установку смертоносного массива, Ши Бонянь окинул взглядом живописные прежде склоны горы Сюэшань, которые теперь стремительно затягивало густой, свинцово-черной пеленой убийственного намерения, и довольно кивнул.
Теперь тем нехитрым созданиям, что все еще оставались на горе, едва ли удастся уцелеть.
Стоило этой ауре смерти расползтись от места установки формации до самой макушки горы и коснуться хоть кого-нибудь из живых, как несчастного тут же настигала череда черных полос в судьбе: у него начинались галлюцинации, угасала последняя надежда…
Впрочем, особо слабые духом гибли еще на первом этапе, не выдержав даже простейшего невезения и испустив дух от страха.
Ши Бонянь поджал губы. Раз уж взялся за дело – доводи до конца.
Сперва он взмахнул своим неизменным тесаком, нанеся еще несколько ударов по телу Сюэ Эра – на всякий случай, чтобы тот точно не ожил.
После этого Ши Бонянь глубоко вздохнул. Вокруг него закружились, взметая вихри, боевые флажки, надежно защищая уязвимые точки тела от возможных сюрпризов со стороны особо хитроумных выживших бандитов, после чего он неспешным шагом направился к вершине горы Сюэшань.
Если мерить обычным шагом, подъем должен был занять не больше четверти часа.
Однако не прошло и половины этого времени, как навстречу ему со стороны вершины покатилась широкая волна людей: целый отряд головорезов во главе с мрачным человеком в черном шел сплошной стеной:
─ Полноте, неужто мои расчеты неверны? Ты и вправду умудрился выжить?
Ши Бонянь холодно усмехнулся: ─ Довелось слышать, что Сюэ Сань долгие годы ведал всеми хитроумными планами Банды Кровавого Ужаса. Все те бесконечные вылазки и попытки докучать мне в последнее время – тоже твоих рук дело? Что ж, сегодня!
Ши Бонянь сложил пальцы правой руки в замысловатую печатями фигуру, и только что отнятый у врага [Клинок Омытый Кровью] взмыл ввысь, указывая прямо на Сюэ Саня.
─ …Пришло время поквитаться с третьим главарем по старым счетам за всю минувшую сотню лет! ─
Сюэ Сань, глядя на Ши Боняня, вдруг зашелся зловещим хохотом: ─ За моей спиной сотня верных людей! Стоит мне отступить на шаг назад в их толпу, разве сможешь ты меня одолеть? Ты всего лишь достиг пика Закладывания Основания – думаешь, прикончить меня удастся без малейших усилий? Ты…
Внезапно Сюэ Сань захлебнулся собственными словами и схватился за горло: маленький окровавленный флажок прошил его шею насквозь со спины.
Ши Бонянь улыбнулся.
─ Неужто ты всерьез полагал, что я стану вести с тобой пустые разговоры? ─
Ши Бонянь резко сжал правую руку в кулак, призывая обратно вонзившийся в цель флажок, и небрежно стряхнул с ткани капли крови:
─ Вырядился умником и выперся вперед всех – кого же мне прикончить в первую очередь, если не тебя? Да и к тому же… пик Закладывания Основания, говоришь? Прошу прощения, но я уже прорвался к Золотой Пилюле. Горе мне, горе. ─
Увидев гибель третьего главаря от рук Ши Боняня и наблюдая, как безжизненное тело Сюэ Саня оседает на землю, оставшиеся позади бандиты в панике бросились кто куда, подобно испуганной стае птиц.
Ши Бонянь неспешно подошел ближе, убедился, что Сюэ Сань испустил дух, после чего шарил по его карманам и нащупал за пазухой еще не успевший задействоваться [Клинок Омытый Кровью].
Проведя с ним ту же нехитрую процедуру, что и с предыдущим, он записал этот клинок на свое имя.
Пнув безвольное тело носком сапога, Ши Бонянь отметил проHу, что поживиться у покойного было особо нечем.
Видимо, услышав весть о том, что он все еще жив, этот дурень просто выперся поглазеть на зрелище из праздного любопытства, рассудил про себя Ши Бонянь.
Ну раз так, дождется, пока вся Банда Кровавого Ужаса будет выкорчевана до конца, а уж тогда посмотрит, чем удастся поживиться.
С этими мыслями Ши Бонянь продолжил свой путь к макушке горы Сюэшань.
Вскоре он достиг вершины.
На просторной площадке, раскинувшейся на самой макушке горы, было спешно сколочено из грубых бревен какое-то убогое, кривобокое здание, над входом в которое красовались три криво выведенные тушью иероглифа:
─ «Цюй и чэн»? ─ Ши Бонянь некоторое время размышлял над смыслом надписи, после чего молча хлопнул себя ладонью по лбу.
В этот самый момент стоявший под вывеской с кривыми иероглифами здоровяк в черном облачении, казалось, окончательно утратил терпение:
─ Я – Сюэ Да, Великий Непобедимый Тиран-Дракон Кровавой Скверны, глава Банды Кровавого Ужаса! Какого черта ты приперся на мою гору, прикончил двух моих братьев, да еще явился прямо к порогу моего Зала Справедливости с явными провокационными намерениями, а?!