Глава 3 Инвестиционная трепанация
Ли Мэй смотрела на Алину так, будто пыталась определить, какая часть падчерицы перед ней испортилась.
Память?
Характер?
Или нечто более существенное — то, что нельзя исправить отваром и угрозами?
Лекарь Шэнь стоял рядом с чашей, к которой теперь никто не прикасался.
— Вы хотите, чтобы я выпил лекарство? — уточнил он.
— Я хочу убедиться, что оно безопасно.
— Я готовлю его много лет.
— Это не ответ.
— Вы обвиняете меня в отравлении?
— Пока нет. Я проверяю гипотезу.
Алина повернула к нему Камень Сумерек.
Серо-синяя поверхность артефакта тускло мерцала.
— Выпейте.
Шэнь побледнел.
Ли Мэй едва заметно подняла руку.
Лекарь замолчал.
Это движение длилось меньше секунды, но Алина его заметила.
Приказ без слов.
Связь между ними была глубже, чем обычная зависимость слуги от госпожи.
— Я не обязан доказывать вам свою невиновность, — сказал Шэнь.
— Конечно. Как и я не обязана пить то, что вы отказываетесь проверить на себе.
— Вы слишком много себе позволяете.
— С учетом того, что это мое тело, я позволяю себе недостаточно.
В комнате стало тихо.
Сяо Юй стояла у стены, вцепившись пальцами в край рукава.
Ли Мэй первой нарушила молчание:
— Оставьте нас.
Лекарь поклонился и вышел вместе со слугами.
Перед тем как дверь закрылась, Алина успела заметить, как Шэнь бросил на Ли Мэй короткий взгляд.
Доклад принят.
План изменен.
— Ты действительно ничего не помнишь? — спросила Ли Мэй.
— Это зависит от того, что именно вы собираетесь рассказать.
— Ты моя падчерица.
— Формально.
— Я заботилась о тебе после смерти твоей матери.
— Тогда вы, вероятно, будете рады узнать, что я не собираюсь предъявлять претензии за моральный ущерб.
Взгляд Ли Мэй стал холоднее.
— Твой отец болен. Клан находится под угрозой. Ты — единственная наследница. Тебе необходимо восстановиться и начать вести себя благоразумно.
— Определение благоразумия входит в ваши обязанности?
— Пока ты не способна принимать решения.
— Очень удобно.
Алина откинулась на подушки.
Под воротом платья семь красных точек медленно пульсировали.
Каждый раз, когда Ли Мэй пыталась надавить, печать отзывалась.
Перед глазами возникло зеленое свечение.
[ВНЕШНИЙ КАНАЛ]
Источник: Ли Мэй.
Тип воздействия: дистанционная стимуляция.
Цель: усиление подавления духовного канала.
Дополнительный эффект: отток жизненных ресурсов.
Алина почувствовала слабость.
Не резкую.
Почти незаметную.
Но знакомую.
Так обычно исчезала энергия после трех часов переговоров с клиентом, который обещал «подумать» и возвращался через месяц с требованием скидки.
Только теперь ресурс уходил не в пустоту.
Он двигался по тонким энергетическим нитям.
К Ли Мэй.
— Мне нужно поговорить с отцом, — сказала Алина.
— Господин Цзы Лянь не принимает посетителей.
— Я его дочь.
— Ты ранена.
— Тогда я буду говорить лежа.
— Это невозможно.
— В таком случае я буду молчать рядом с ним. Возможно, это даже улучшит его состояние.
Ли Мэй медленно улыбнулась.
— Ты всегда была упрямой.
— Вы уже говорили.
— Раньше это было неприятной чертой. Теперь может стать опасной.
— Для кого?
Вопрос повис между ними.
Ли Мэй ничего не ответила.
Семь точек на шее Алины вспыхнули болезненным жаром.
Алина сжала простыню.
[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ]
Печать Семи Игл: мощность увеличена.
Отток жизненных ресурсов: 0,7%.
Рекомендация: прекратить контакт с источником воздействия.
Ли Мэй смотрела прямо на нее.
Она видела боль.
И наслаждалась тем, что боль можно вызвать одним взглядом.
Алина медленно вдохнула.
— Если я правильно понимаю, вы хотите, чтобы я подписала какой-то документ.
На этот раз Ли Мэй не скрыла удивления.
— Почему ты так решила?
— Потому что люди редко приходят с разговорами о благоразумии, наследстве и больном отце, если не собираются что-то предложить. Или отнять.
— Тебе нужно выйти замуж.
Алина моргнула.
— Как быстро.
— Семья Чэнь готова заключить союз.
— А я готова не заключать.
— Решение будет принято в интересах клана.
— То есть без меня.
— Ты наследница.
— В таком случае мое мнение должно иметь значение.
— Не сейчас.
Алина улыбнулась.
— Тогда договор тем более подписывать не буду.
Печать снова отозвалась.
На этот раз боль ударила в грудь.
Перед глазами на секунду потемнело.
Ли Мэй чуть наклонила голову.
— Подумай до завтра.
— Я уже подумала.
— Ты не понимаешь положения.
— Понимаю. Вы хотите получить мою подпись до того, как я разберусь в активах.
Ли Мэй замерла.
— Каких активах?
— Клана. Семьи. Моего тела. Моей энергии.
— Ты говоришь как чужой человек.
— После падения с утеса это даже логично.
Ли Мэй развернулась к двери.
— Не пытайся сопротивляться тому, чего не понимаешь.
— Именно это обычно говорят люди, которые боятся аудита.
Ли Мэй остановилась.
Но не обернулась.
— Твой отец не переживет еще одного энергетического срыва.
— Тогда передайте ему, что я приду очень осторожно.
Женщина вышла.
Через несколько секунд ее шаги растворились в коридоре.
Алина дождалась, пока система подтвердит отсутствие внешнего канала.
[СВЯЗЬ ОСЛАБЛЕНА]
Отток жизненных ресурсов: прекращен.
Текущий физический резерв: 35%.
Уровень угрозы: повышенный.
Сяо Юй подбежала к кровати.
— Госпожа, вы в порядке?
— Нет.
— Позвать лекаря?
— Ни в коем случае.
— Тогда что делать?
Алина посмотрела на дверь.
— Найти кузнеца.
Сяо Юй застыла.
— Кузнеца?
— Старого. Который работает с металлом, духовными иглами и не задает лишних вопросов.
— Таких не бывает.
— Тогда найди того, кто задает вопросы только после того, как ему заплатят.
— У нас есть Гун Чжи.
— Хорошо.
Алина убрала волосы с шеи.
— Передай ему, что у меня есть работа.
— Какую работу?
— Нужно вскрыть один очень неудачный инвестиционный инструмент.
* * *
Гун Чжи жил в нижнем квартале, рядом со старой кузницей.
Он был старше, чем Алина ожидала: седые волосы, широкие ладони, спина, согнутая годами работы, и взгляд человека, который видел слишком много вещей, чтобы удивляться чужому безумию.
Когда Сяо Юй привела его в комнату, кузнец сначала посмотрел на Алину, потом на дверь, затем снова на Алину.
— Госпожа, — произнес он. — Я не лекарь.
— Знаю.
— Я не целитель.
— Это тоже известно.
— Я не умею лечить духовные каналы.
— Прекрасно. Значит, вы подходите.
Гун Чжи медленно нахмурился.
— Мне сказали, что вы хотите снять печать.
— Да.
— Это невозможно.
— Ваш ответ слишком быстрый.
— Я видел эту печать. Ее ставили мастера из столицы.
— Тогда вы знаете, как она устроена.
— Знать, как устроена ловушка, не значит уметь пройти через нее босиком.
Алина сняла верхнюю часть платья с плеча.
Семь красных точек темнели под кожей.
Гун Чжи увидел их — и сразу побледнел.
— Кто вам сказал об этом?
— Система диагностики.
— Что?
— Неважно.
Алина повернулась к нему спиной.
— Мне нужно знать, что произойдет, если мы ничего не сделаем.
Гун Чжи долго смотрел на печать.
— Она уже забрала большую часть канала.
— Сколько?
— Не знаю.
— Оценочно.
— Восемьдесят процентов. Может быть, больше.
Перед глазами возникло новое окно.
[ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ ОЦЕНКА]
Печать Семи Игл: блокировка энергетического канала — 85%.
Поглощение жизненных ресурсов: стабильное.
Собственный духовный корень: не определен.
Вероятность естественного пробуждения: 0,3%.
Алина задержала взгляд на последней строке.
— А если снять печать?
— Вы можете умереть.
— А если не снимать?
Гун Чжи ничего не ответил.
Сяо Юй тихо сказала:
— Госпожа, лекарь говорил, что печать помогает вам жить.
Алина посмотрела на нее через плечо.
— Лекарь Шэнь также приносит мне отвар, который замедляет восстановление.
Гун Чжи опустил взгляд.
— Шэнь знает, что делает.
— Именно поэтому я не собираюсь доверять его оценке.
Кузнец вздохнул.
— Даже если я соглашусь, мне нужны инструменты.
— Какие?
— Духовные щипцы. Иглы из холодного железа. Очищенный янский уголь. Камень, который поглощает обратный удар.
— Сколько это стоит?
— Не в деньгах.
— Все имеет цену.
— Вы можете потерять сознание.
— Это не цена. Это риск.
Гун Чжи впервые посмотрел на нее с вниманием.
— А цена — моя жизнь, если кто-то узнает, что я помог вам.
— Тогда я гарантирую, что вы получите больше, чем заработали бы за год.
— У вас нет доступа к казне клана.
— Пока нет.
— А если вы проиграете?
— Тогда вы умрете вместе со мной. Но это уже будет коллективная инвестиция.
Сяо Юй побледнела.
Гун Чжи неожиданно рассмеялся.
Сухо, коротко и нервно.
— Вы действительно изменились.
— Это говорят все.
— Раньше вы плакали, если лекарь повышал голос.
— Теперь я просто фиксирую нарушение условий договора.
Кузнец покачал головой.
— Я достану инструменты.
— Сегодня.
— Это невозможно.
— До заката.
— Госпожа…
— У вас есть выбор: либо я плачу заранее, либо вы получаете процент от будущих активов.
— Каких активов?
— Пока неизвестно. Но я планирую, чтобы они были значительными.
Гун Чжи посмотрел на Сяо Юй.
— Она всегда была такой?
— Нет, — прошептала служанка.
— Тогда, возможно, у нас есть шанс.
* * *
К вечеру Алина получила записку.
Без подписи.
В ней было всего несколько строк:
> **Генерал Хэ Юй готов встретиться.**
> **Северный павильон. После третьего удара колокола.**
> **Приходите одна.**
Алина перечитала ее дважды.
Первой мыслью было: ловушка.
Второй: конечно, ловушка.
Третьей: если это действительно Хэ Юй, он мог помочь получить инструменты и защиту.
Она свернула записку.
Сяо Юй стояла у окна.
— Вы не можете идти одна.
— Почему?
— Потому что так написано в записке.
— Именно поэтому пойду.
— Это может быть опасно.
— Здесь даже чай опасен.
Алина спрятала в рукав Камень Сумерек.
— Если я не вернусь через час, отнеси это Гун Чжи.
Она передала служанке небольшой металлический жетон.
— Что это?
— Страховка.
— Почему она похожа на монету?
— Потому что монеты тоже бывают страховкой.
Сяо Юй сжала жетон.
— Госпожа, вы правда доверяете этому генералу?
Алина задумалась.
На самом деле — нет.
Но он спас ее.
Не требовал клятвы.
Не заставил подписать договор.
И в симуляции принял сделку, не пытаясь забрать больше, чем ему предлагали.
Для нового мира это уже было выше среднего.
— Я доверяю его интересам, — сказала Алина. — Они пока совпадают с моими.
* * *
Северный павильон стоял за внутренней стеной клана.
Когда Алина вошла, Хэ Юй уже ждал ее у открытого окна.
На нем не было маски.
Его лицо оказалось моложе, чем она ожидала.
Слишком спокойное для человека, который носит звание генерала и способен появляться в ущельях раньше убийц.
Золотые глаза скользнули по ней.
— Ты пришла одна.
— Я умею читать инструкции.
— И выполнять их?
— Только если они выгодны.
Хэ Юй посмотрел на ее ногу.
— Ты еще не восстановилась.
— Вы пригласили меня не для обсуждения моего здоровья.
— Возможно, я хотел убедиться, что ты не умерла после нашей последней встречи.
— Проверка завершена?
— Пока нет.
Алина остановилась напротив.
— Мне нужны инструменты для снятия печати.
— Я знаю.
— И вы знаете, что за мной наблюдают.
— Да.
— Кто сообщил?
— Люди, которые считают, что ты должна быть мертва.
— Это довольно широкая категория.
— В твоем случае — нет.
Хэ Юй положил на стол небольшой черный футляр.
Алина не стала сразу к нему прикасаться.
— Что внутри?
— Иглы из холодного железа. Духовные щипцы. Один осколок янского угля.
Она посмотрела на него.
— Вы носите такие вещи с собой на случай встречи с девушкой, которую сбросили с утеса?
— Я ношу их на случай встреч с проблемами.
— А я проблема?
— Ты похожа на проблему, которая еще не определилась с масштабом.
Алина коснулась футляра взглядом.
Система активировалась.
[ОБЪЕКТЫ АНАЛИЗА]
Духовные щипцы: качество — редкое.
Иглы холодного железа: качество — редкое.
Янский уголь: качество — неизвестно.
Рыночная стоимость: высокая.
Рекомендуемая форма расчета: услуга или обязательство.
— Сколько?
— Денег?
— За комплект.
— Считай, что это аванс.
— За какую услугу?
— За информацию.
— Уже интересно.
Хэ Юй отошел к окну.
— Завтра моя торговая колонна войдет в город через северные ворота.
— В симуляции она должна была пройти сегодня.
Его взгляд мгновенно стал острым.
Алина поняла, что сказала лишнее.
— В каком смысле — в симуляции?
— Во сне.
— Ты видела будущее?
— Я видела возможный вариант событий.
— И что увидела?
— Людей, которые пытались украсть ваш жетон.
Хэ Юй молчал.
Он не знал, что именно произошло с Алиной.
Но уже давно замечал странности.
Она смотрела в пустоту, будто читала невидимые строки. Иногда отвечала после короткой паузы, словно получала подсказку от кого-то, кого не было в комнате. Знала вещи, которые не могла узнать обычным путем, и относилась к любому обещанию так, будто за ним скрывался пункт договора.
Для местной девушки это было бы необычно.
Для человека, пережившего падение с утеса, — объяснимо лишь отчасти.
Хэ Юй слишком хорошо знал признаки чужого мира.
Когда-то он сам проснулся в незнакомом небе, среди людей, чьи законы, язык и духовные методы не имели ничего общего с тем, что он знал прежде. Он научился скрывать происхождение, но не забыл, как выглядит человек, который внезапно оказался отрезан от своей прежней жизни.
Алина не потеряла память.
Она потеряла прошлое.
И рядом с ней действовало нечто еще.
Не артефакт — слишком разумно.
Не обычное наследие — слишком своевременно.
Не чужая душа — слишком безлично.
Хэ Юй не знал, как назвать эту силу. В его мире подобные явления называли по-разному: контрактным ядром, внешним разумом, посредником закона.
Но он не собирался делать поспешные выводы.
Пока.
— Они связаны с кланом Цзы? — спросила Алина.
— Пока неизвестно.
— Но вы подозреваете.
— Я подозреваю всех, кто проявляет интерес к моему каравану.
— Тогда вам повезло. Я проявляю интерес к вашим ресурсам открыто.
— Чего ты хочешь?
— Чтобы вы обеспечили мне безопасную операцию.
— Снятие печати опасно.
— Именно поэтому мне нужна защита.
— Ты хочешь, чтобы я вмешался в дела клана?
— Нет. Я хочу, чтобы вы предотвратили вмешательство тех, кто попытается сорвать процедуру.
— А если вмешиваться придется в сам клан?
— Тогда это будет уже ваша инвестиционная стратегия.
Хэ Юй слабо усмехнулся.
— Ты говоришь так, будто заключаешь сделку на рынке.
— Я и заключаю сделку.
Он посмотрел на нее внимательнее.
— Что ты предлагаешь?
— Я передаю вам информацию о тех, кто охотится за вашим караваном. Вы предоставляете мне инструменты и временную защиту. Без доступа к моему разуму, телу и духовному корню.
Хэ Юй не ответил сразу.
— Ты уже подозреваешь, что я могу получить доступ?
— Я подозреваю всех, кто сильнее меня.
— Разумно.
— Вы тоже что-то подозреваете.
Это был не вопрос.
Хэ Юй слегка прищурился.
— Что именно?
— Вы смотрите на меня так, будто пытаетесь понять, с кем я разговариваю, когда в комнате больше никого нет.
Он не изменился в лице.
— А ты с кем разговариваешь?
Алина улыбнулась.
— С собой.
— Иногда ты отвечаешь слишком быстро для человека, который разговаривает с собой.
— Иногда вы задаете слишком точные вопросы для человека, который ничего не подозревает.
Между ними повисла тишина.
Хэ Юй первым отвел взгляд.
Он не знал, что скрывается рядом с ее душой. Но чувствовал: неизвестный источник давал ей знания, предупреждал об опасности и, возможно, взимал плату.
Главный вопрос заключался в другом.
Алина сама выбирала решения — или постепенно училась подчиняться чужому расчету?
— Если рядом с тобой действительно действует нечто неизвестное, — сказал он, — однажды оно предъявит счет.
Алина на мгновение замерла.
Система за пределами ее зрения будто отозвалась слабым холодом.
— Оно уже предъявило.
Хэ Юй внимательно посмотрел на нее.
— И ты все равно согласилась?
— Я всегда читаю условия.
— Даже если договор составлен не для того, чтобы его можно было расторгнуть?
— Тогда я найду способ признать его недействительным.
В глазах Хэ Юя мелькнуло что-то похожее на одобрение.
— Ты говоришь так, будто уже сталкивалась с подобными вещами.
— Возможно, мой прежний мир был не таким простым.
Хэ Юй едва заметно напрягся.
Она сама не поняла, что сказала.
Но он услышал.
В ее мире.
Не в прежней жизни.
Не в прошлом.
В мире.
Эта оговорка стала еще одной строкой в его внутреннем списке.
— Они связаны с кланом Цзы? — повторила Алина.
— Пока неизвестно, — ответил Хэ Юй, возвращаясь к разговору. — Но я проверю.
Он коснулся пальцами крышки футляра.
— Я принимаю условия.
Перед глазами Алины вспыхнул интерфейс.
[СДЕЛКА]
Контрагент: Хэ Юй.
Предмет соглашения:
— набор инструментов для удаления внешней печати;
— временная защитная гарантия;
— запрет на вмешательство в разум, тело и духовный корень пользователя.
Обязательства пользователя:
— передача информации о вероятной угрозе каравану;
— сохранение конфиденциальности;
— возврат или компенсация за инструменты при успешном завершении операции.
Кармическая стоимость: 0,6%.
Статус: ожидает подтверждения.
Алина прочитала условия.
— Почему каждый раз с меня что-то списывают?
Хэ Юй посмотрел на нее.
— Ты говоришь о цене?
— Возможно.
— Тогда называй ее ценой. Не кармой.
Алина подняла взгляд.
— Вы не знаете, о чем я говорю.
— Нет. Но знаю, что ты иногда смотришь в пустоту так, будто кто-то выставляет тебе счет.
Она не ответила.
Хэ Юй продолжил:
— Я не вижу того, что видишь ты. Но замечаю последствия.
Алина медленно улыбнулась.
— Наблюдательный.
— Это помогает выживать в чужих мирах.
Он сказал это спокойно, почти равнодушно.
Слишком спокойно.
Алина запомнила фразу.
Чужих мирах.
Но сейчас не стала задавать вопрос.
Система ожидала подтверждения.
Она выбрала согласие.
[СДЕЛКА ЗАКЛЮЧЕНА]
Кармический баланс: 99,0%.
Защитная гарантия: активна до завершения операции.
Ограничения контрагента: зафиксированы.
Хэ Юй протянул ей футляр.
Их пальцы соприкоснулись.
По руке Алины прошел золотой импульс.
На мгновение перед ней возникло темное пространство.
Сапфировые линии протянулись в пустоте, переплетаясь с золотыми нитями. Одна из них коснулась внутреннего барьера и тут же отступила, будто получила отказ в доступе.
[СОВМЕСТИМОСТЬ]
Энергетическая структура контрагента: частичное взаимодействие.
Риск синхронизации: низкий.
Длительный контакт: не рекомендуется.
Алина быстро убрала руку.
Хэ Юй заметил.
Разумеется, заметил.
— Что произошло?
— Обычная реакция на дорогие активы.
— Ты называешь мои инструменты активами?
— Пока они не стали расходами.
— А если станут?
— Тогда я потребую компенсацию.
— Справедливо.
Он не спросил больше ничего.
Но в его взгляде появилось новое выражение.
Не знание.
Подозрение.
Хэ Юй был уверен: золотой импульс исходил не от него одного. Он почувствовал, как нечто невидимое коснулось его энергии, проверило границы, а затем отступило.
Значит, рядом с Алиной действительно существовала сила.
И эта сила реагировала на него.
Алина убрала футляр в сумку.
— Операция состоится сегодня ночью.
Хэ Юй нахмурился.
— Ты собираешься снять печать сейчас?
— Пока Ли Мэй считает меня слабой, у меня есть преимущество неожиданности.
— Ты можешь умереть.
— Эта формулировка уже использовалась.
— И она не стала менее точной.
— Мне нужно вернуть контроль над телом до того, как меня заставят подписать брачный контракт.
— Ты считаешь, что брак опаснее операции?
— Брак хотя бы не обещает убить меня сразу.
В золотых глазах Хэ Юя мелькнуло что-то похожее на смех.
— Я обеспечу защиту.
— Без вмешательства.
— Без вмешательства.
— И без спасения, если я прямо не попрошу?
— Если ситуация позволит.
— Уточнение принято.
* * *
Операционную Гун Чжи устроил в старой кузнице.
Печь погасили.
Окна закрыли плотной тканью.
На полу начертили круг из соли, металлической пыли и измельченного нефрита.
Алина лежала на деревянном столе.
Гун Чжи стоял рядом с инструментами.
Сяо Юй держала таз с водой и явно пыталась не смотреть на иглы.
— Еще можно отказаться, — сказал кузнец.
— Нет.
— Вы не знаете, выдержит ли тело.
— Но знаю, что текущие условия меня не устраивают.
— Печать впилась в энергетические каналы.
— Значит, будем вести переговоры на месте.
Гун Чжи выдохнул.
— Если вы потеряете сознание, я остановлюсь.
— Нет.
— Что?
— Если я потеряю сознание, продолжайте.
— Это безумие.
— Это инструкция.
— Я не стану резать человека без сознания.
— Тогда привяжите меня к столу.
Сяо Юй тихо охнула.
Гун Чжи посмотрел на нее.
— Она действительно собирается это сделать.
— Я уже сделала, — сказала Алина.
Гун Чжи зажег янский уголь.
В воздухе появился сухой жар.
Система открыла новое окно.
[ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО]
Цель: Печать Семи Игл.
Вероятность полного удаления: 41%.
Вероятность частичного удаления: 63%.
Вероятность летального исхода: 28%.
Стоимость предварительного аудита: 1% совести.
Провести аудит?
Алина посмотрела на цифры.
Двадцать восемь процентов смерти.
Почти треть.
В Москве она умерла, потому что тело отказалось от участия в переговорах.
Здесь ее убивала чужая печать.
Она не собиралась оставлять управление этим активом в чужих руках.
— Провести аудит.
[АУДИТ НАЧАТ]
Игла первая: подавление энергетического ядра.
Игла вторая: блокировка восстановления.
Игла третья: отвод жизненной силы.
Игла четвертая: дистанционная передача энергии.
Игла пятая: фиксация эмоционального отклика.
Игла шестая: наблюдение.
Игла седьмая: аварийное разрушение канала.
Получатель энергии: не установлен.
Вероятность внешнего аккумулятора: 92%.
Предупреждение: удаление седьмой иглы вызовет обратный выброс.
Алина стиснула зубы.
— Седьмую не трогать первой.
Гун Чжи остановился.
— Вы видите структуру?
— Мне ее объясняют.
— Кто?
— Моя интуиция.
— У вас странная интуиция.
— Зато полезная.
Он ввел первую иглу.
Боль вспыхнула в затылке.
Алина не закричала.
Вторую — под ключицу.
Третью — в бок.
С каждой иглой тело становилось холоднее.
Печать сопротивлялась.
Красные точки на шее засияли, соединяясь тонкими линиями.
[ПЕЧАТЬ ПОВРЕЖДЕНА]
Обратный импульс: нарастает.
Отток жизненных ресурсов: 3%.
Посторонний канал: попытка восстановления.
— Кто-то подключается, — прошептала Алина.
В кузнице резко похолодало.
Сяо Юй уронила таз.
Гун Чжи схватился за грудь.
— Она узнала.
— Кто?
— Ли Мэй.
Золотой свет вспыхнул под кожей Алины.
Внутри головы прозвучал чужой, далекий шепот:
*Не сопротивляйся.*
Алина открыла глаза.
— Это вы мне?
Шепот повторился:
*Ты ничего не понимаешь. Твоя энергия принадлежит клану.*
Алина рассмеялась.
Смех вышел хриплым.
— Неверный аргумент.
Гун Чжи испуганно посмотрел на нее.
— Госпожа?
— Она не предоставила документы на право собственности.
Седьмая игла дрогнула.
На коже проступила тонкая золотая линия.
[ОБНАРУЖЕН ВНЕШНИЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ]
Имя: Ли Мэй.
Статус: носитель золотой версии печати.
Функция: прием и переработка энергии.
Текущий доступ: прямое подключение.
Цель: восстановление канала контроля.
Алина почувствовала, как энергия уходит из тела.
Сердце забилось медленнее.
Пальцы онемели.
— Гун Чжи, седьмая игла.
— Нельзя!
— Сейчас.
— Вы умрете!
— Это уже было в презентации.
Кузнец схватил щипцы.
Он дернул первую иглу.
Потом вторую.
Третью.
Печать взорвалась золотым светом.
Алина закричала.
На мгновение ей показалось, что тело разорвали изнутри.
В груди вспыхнуло солнце.
Жар пошел по каналам, выжигая чужие нити.
На месте кузницы возникло дерево.
Огромный ствол уходил в темное небо. Ветки, наполненные золотыми листьями, дрожали без ветра. По ним текла теплая энергия — медленная, тяжелая, живая.
Это была не молния и не огонь.
Это был рост.
Упрямое, медленное, неизбежное движение вверх.
[ИСТИННЫЙ ДУХОВНЫЙ КОРЕНЬ]
Тип: Янское дерево.
Состояние: нестабильное пробуждение.
Доступная мощность: 12%.
Потенциальная мощность: высокая.
Причина прежней ошибки: внешняя блокировка 85%.
Алина почти улыбнулась.
— Вот теперь, — прошептала она, — начинается переоценка актива.
Внешний канал Ли Мэй рванулся к ней.
Золотые нити попытались сомкнуться вокруг сердца.
Алина подняла руку.
Под кожей вспыхнуло янское сияние.
Нити загорелись.
Издалека донесся чей-то крик.
Не ее.
Ли Мэй.
[ОБРАТНЫЙ УДАР]
Посторонний источник: поврежден.
Иглы первая–шестая: разрушены.
Игла седьмая: повреждена.
Печать: нестабильна.
Баланс совести: 99%.
Духовный корень: пробужден частично.
Алина рухнула на стол.
Несколько секунд она не могла вдохнуть.
Потом почувствовала, что кто-то держит ее за плечи.
Хэ Юй.
Он стоял рядом, хотя еще мгновение назад кузница была заперта.
Его ладонь не касалась ее кожи — только поддерживала через ткань.
— Я не просила вас входить, — прохрипела Алина.
— Ты попросила защиту.
— Защита не означает право появляться без предупреждения.
— Тогда считай это предупреждением.
Он посмотрел на остатки печати.
Золотые глаза стали холодными.
— Кто установил ее?
— Ли Мэй.
— Ты уверена?
— Я получила достаточно доказательств.
Он внимательно посмотрел на нее.
Алина поняла, что Хэ Юй заметил: она снова сказала не совсем то, что могла знать обычным способом.
— Ты видела это заранее? — спросил он.
— Я сопоставила факты.
— И кто помог тебе сопоставить их?
Алина выдержала его взгляд.
— Моя интуиция.
Хэ Юй не стал спорить.
Он уже понял: рядом с ее душой действует нечто, о чем она не желает говорить.
Но пока не знал, было ли это ее оружием, защитой или хозяином.
— Что она сделала? — спросил он.
— Передавала мою энергию ей.
Хэ Юй оглянулся на Гун Чжи.
Кузнец попытался подняться.
— Я ничего не видел, — быстро сказал он.
— Это хорошо, — ответил Хэ Юй.
Алина медленно села.
Внутри все болело.
Но боль теперь была ее собственной.
Она принадлежала ей.
Не Ли Мэй.
Не системе.
Не неизвестному кредитору.
— Печать еще не снята полностью, — сказала она.
— Я знаю.
— Седьмая игла осталась.
— Она привязана к аварийному каналу.
— Значит, нужно закончить.
Хэ Юй посмотрел ей в глаза.
— Не сегодня.
— Почему?
— Потому что твое тело не выдержит второго выброса.
— Решение принимать мне.
— Да.
Он отступил на шаг.
— Тогда принимай его, понимая последствия.
Алина внимательно посмотрела на него.
Он не приказал.
Не удержал.
Не использовал силу.
Просто отступил.
Это было непривычно.
И опасно.
Потому что человек, который умел не пользоваться властью, вызывал больше доверия, чем тот, кто постоянно доказывал, что власть у него есть.
— Хорошо, — сказала Алина. — До завтра.
Хэ Юй кивнул.
На его руке вспыхнул золотой свет.
[ЗАЩИТНЫЙ КОНТУР]
Источник: Хэ Юй.
Доступ к личным данным: отсутствует.
Принудительное вмешательство: запрещено.
Назначение: блокировка внешнего подключения.
Срок действия: до стабилизации пользователя.
Алина посмотрела на него.
— Вы включили это без разрешения?
— Контур установлен в рамках сделки.
— Я не давала отдельного согласия.
— Он не касается твоего тела и сознания.
— Это не ответ.
Хэ Юй выдержал ее взгляд.
— Если ты хочешь, я отключу его.
Алина замолчала.
Система показывала: доступ к данным отсутствует. Принудительное управление запрещено.
Ли Мэй уже пыталась вернуть канал.
Следующий удар мог закончить начатое.
— Оставьте, — сказала Алина. — Но до завтра.
[ЗАЩИТНЫЙ КОНТУР ПОДТВЕРЖДЕН]
Разрешение пользователя: получено.
Синхронизация: отсутствует.
Внешнее подключение: заблокировано.
Хэ Юй кивнул.
— Завтра я вернусь.
— Не опаздывайте.
— Ты собираешься снова делать операцию?
— Я собираюсь завершить начатое.
— Тогда я принесу дополнительные инструменты.
— За отдельную плату?
— Разумеется.
Алина впервые за вечер улыбнулась.
— У вас начинает появляться деловая хватка.
— Я учусь у лучших.
Он исчез так же тихо, как появился.
Гун Чжи осторожно подошел к столу.
— Госпожа…
— Я жива?
— Да.
— Тогда операция успешна.
— Вы потеряли сознание на три минуты.
— Незначительная задержка исполнения.
Сяо Юй помогла ей подняться.
В зеркале на стене Алина увидела свое отражение.
Бледное лицо.
Кровь на губах.
Семь точек у основания шеи.
Шесть из них потускнели.
Седьмая светилась тонкой красной линией.
[ОБНОВЛЕНИЕ СТАТУСА]
Духовный корень: Янское дерево.
Состояние: пробужден частично.
Печать Семи Игл: повреждена.
Доступная энергетическая мощность: 12%.
Баланс совести: 99%.
Кармический баланс: 99,0%.
Основной долг: формируется.
Внешний кредитор: активен.
Протокол взыскания: не запущен.
Алина перечитала строки.
— Основной долг формируется, — сказала она.
Гун Чжи осторожно спросил:
— Это плохо?
— Пока нет.
— Почему?
Алина посмотрела на потускневшие иглы.
— Потому что долг еще не выставлен окончательно.
Она подняла взгляд на темное окно.
Где-то в доме Ли Мэй наверняка уже знала, что ее золотой канал получил обратный удар.
Где-то за пределами клана Хэ Юй готовил защиту для каравана.
А внутри тела Цзы Циньюэ впервые за много лет начинала расти собственная сила.
Медленно.
Больно.
Но уже не принадлежащая никому другому.
Алина сжала пальцы.
— Завтра, — сказала она, — я закончу эту сделку.
В тот же момент на ее шее вспыхнула седьмая игла.
[УВЕДОМЛЕНИЕ]
Структура актива: изменена.
Отклонение от исходной линии: зафиксировано.
Внимание внешнего кредитора: повышено.
За стенами кузницы раздался далекий звон.
Один удар.
Второй.
Третий.
Алина посмотрела в темноту.
— Хорошо, — прошептала она. — Пусть смотрят.
Она уже знала, что делать с теми, кто приходит за активом.
Сначала — аудит.
Потом — переоценка.
И только после этого — враждебное поглощение.