Время шло на удивление быстро.
Казалось, совсем недавно моим главным достижением было самостоятельно доползти до другого конца комнаты, а теперь я уже могла спокойно ходить на двух ногах.
Ну... почти спокойно.
— Госпожа!
Я замерла, так и не успев дотянуться до дверной ручки.
«Опять заметила...»
Я уже много раз пыталась совершить идеальный побег из комнаты.
И каждый раз Клара замечала меня и рушила все мои планы.
Меня всё ещё не выпускали из комнаты, и это уже начинало немного бесить.
Мне два года!
Я умею сама ходить, говорить и даже немного читать!
Чего им ещё от меня надо?
Клара подошла ко мне и, как обычно, спокойно взяла меня за руку.
— Госпожа Сара, вам нельзя выходить без разрешения.
— А почему нельзя? — спросила я, посмотрев на неё снизу вверх.
— Таковы правила, госпожа.
Опять эти правила.
«Я бы с удовольствием поговорила с тем, кто их придумал».
Такая мысль посещала меня довольно часто.
К слову, за прошедший год я наконец узнала имена всех трёх служанок.
Ту, которую раньше я называла старшей, звали Клара.
Она была женщиной средних лет и моей главной служанкой. Как я позже узнала из её собственных слов, её назначили присматривать за мной практически сразу после моего рождения.
Двух других звали Фрида и Ханна.
Как оказалось, с их иерархией я почти угадала.
Фрида была помощницей Клары и при необходимости могла её заменять.
А Ханна занимала самую младшую должность.
Причём младшей она оказалась не только по положению, но и по возрасту.
От Клары я также узнала, что главной служанкой становилась не первая попавшаяся служанка. Для этого требовался опыт работы с детьми, особенно с детьми знатных семей, а ещё нужно было достаточно долго прослужить самому роду.
Клара подходила под оба условия.
Сколько именно лет она здесь работала, я пока не знала.
Но, судя по тому, как уверенно она пресекала каждую мою попытку побега...
«Опыта у неё явно хватает».
Дни у меня проходили почти одинаково.
Рано утром меня будила Клара, помогала умыться и переодеться.
Потом наступало время завтрака, после которого у меня появлялось немного свободного времени. Обычно я читала книги, которые нашлись в моей комнате, или занималась какой-нибудь ерундой.
Однажды я даже попыталась изобразить что-то вроде баскетбола.
Из больших подушек соорудила круг, который одновременно служил препятствием, отошла в самый дальний конец комнаты и начала бросать туда маленькие подушки.
Получалось, кстати, неплохо.
Правда, Клара почему-то не разделяла моего восторга.
Особенно после того случая, когда перед обедом я не рассчитала силу броска и запустила подушкой прямо в неё.
А Клара как раз несла мою еду.
В итоге подушка попала в поднос, обед оказался на полу, а я — без обеда.
В качестве наказания заниматься пришлось на пустой желудок.
«Жестоко...»
После завтрака Клара обычно занималась со мной речью, чтением и немного письмом.
Когда я однажды спросила, зачем начинать обучение настолько рано, она ответила:
— Вы должны соответствовать своему положению, госпожа. Поэтому образование детей вашего статуса начинается с ранних лет.
Не сказать, что я была против.
Всё равно заняться здесь особо нечем.
После занятий мы иногда играли.
Больше всего мне нравились местные шахматы.
Хотя называть их шахматами было не совсем правильно.
Доска была больше привычной мне, фигур тоже было куда больше, да и правила заметно отличались. Некоторые захваченные фигуры можно было возвращать на поле уже на своей стороне, а достигнув определённой части доски, они могли становиться сильнее.
Выглядело всё это так, словно кто-то взял шахматы и смешал их с сёги.
В сёги я несколько раз играла с отцом в детстве. Он любил их куда больше меня.
А вот в шахматы я чаще играла с Катей.
«Интересно, как она там?..»
Настроение невольно испортилось.
Я старалась не думать о прошлой жизни слишком часто. Но стоило увидеть или услышать что-нибудь знакомое, как в голове сразу появлялись родители, друзья и близкие…
Иногда вместе с этим приходил один и тот же вопрос.
«Зачем мне вообще всё это?»
В такие моменты очень хотелось вернуться.
Открыть глаза в больнице и узнать, что всё произошедшее было каким-то странным сном.
Но я уже прекрасно понимала:
«Ничего не изменить».
Обычно этой мысли хватало, чтобы немного успокоиться.
После игр наступало время обеда, а затем — дневного сна.
Если честно, против последнего я ничего не имела. После занятий и нескольких партий я действительно уставала. Видимо, каким бы взрослым ни было моё сознание, тело всё равно оставалось детским.
После сна у меня снова появлялось свободное время.
Чаще всего я бралась за книги, которые раньше читала мне Клара.
В основном это были сказки и легенды о королевстве, в котором я жила, или истории о героях далёкого прошлого.
Так я понемногу узнавала об этом мире.
Правда, воспринимать всё написанное как исторический источник было бы глупо. Даже в моём прошлом мире легенды имели неприятную привычку меняться до неузнаваемости.
Но кое-что из них всё равно было интересно.
Например, одна древняя легенда рассказывала о так называемых Хранителях.
«В мире существуют четыре Хранителя четырёх великих рас: эльфов, драконов, гигантов и людей.
Вместе со своими апостолами они оберегают народы и сохраняют равновесие мира.
Но среди них был тот, кто отвернулся от своего предназначения.
Хранитель людей оказался тираном. Вместо защиты своего народа он предавался удовольствиям и скитался по городам.
Когда Король демонов вторгся в мир живых, Хранители поднялись на его защиту. Но Хранитель людей бежал и исчез на тысячу лет.
Лишь после поражения Короля демонов он вернулся и попытался подчинить себе людские земли.
Тогда против тирана выступили Семеро Великих Архангелов богини Эфредии.
И Хранитель людей был повержен».
Я ещё некоторое время смотрела на страницу.
«М-да... Весёлый тут был Хранитель».
Если, конечно, хоть половина написанного была правдой.
Как оказалось, это была не просто старая легенда.
Клара была верующей и довольно часто читала мне религиозные истории. Благодаря этому я понемногу начала понимать, как вообще устроена местная вера.
Называлась она Эфредизмом, а женщину из сказания — Эфредию — здесь почитали как богиню.
Поначалу я пыталась найти что-нибудь вроде местной Библии. Одну большую книгу, где было бы написано: вот наша богиня, вот её учение, вот правила, по которым должен жить верующий.
Но ничего такого не нашла.
Вместо этого существовало множество отдельных книг.
Одни рассказывали об Эфредии, другие — о Семи Архангелах, третьи содержали молитвы, четвёртые — истории о святых и древних событиях.
По крайней мере, так я поняла из объяснений Клары.
— Клара, а ты веришь в Эфредию?
Она даже немного удивилась моему вопросу.
— Разумеется, госпожа.
— Почему?
Клара на мгновение задумалась.
— Потому что богиня оберегает наши души и слышит молитвы тех, кто обращается к ней.
«Вот как...»
В прошлой жизни я никогда особо не интересовалась религией и сама ни во что не верила.
Поэтому спорить с ней или что-то доказывать мне совершенно не хотелось.
И она была рада что я интересуюсь с ее верой и внимательно читаю те книги что связано с ее религией.
Хотя, если честно, читала я всё это только потому, что больше читать было нечего.
Клара оказалась довольно верующей, поэтому среди книг, которые она приносила мне, религиозные попадались подозрительно часто.
«Такое чувство, будто Клара решила сделать из меня примерную верующую раньше, чем я нормально разговаривать научилась».
Впрочем, я не жаловалась.
Всё лучше, чем в сотый раз разглядывать стены своей комнаты.
После чтения наступало время ужина. Еду мне обычно приносила Фрида, иногда — Ханна.
Ханну, к слову, я видела реже остальных. Обычно она появлялась по утрам, особенно после моего купания, чтобы убрать всё, что мы успели оставить после себя.
Хотя говорить, что меня совсем не выпускали из комнаты, было бы не совсем честно.
В нашем поместье, как оказалось, были настоящие ванные комнаты. По словам Клары, даже среди многих дворян такое встречалось далеко не в каждом доме, а у нас их было целых три.
Поэтому каждое утро я всё-таки отправлялась в небольшое путешествие по поместью.
Из своей комнаты до ванной.
И обратно.
«Вот она — свобода…»
Правда, далеко уйти всё равно не получалось. Клара всегда была рядом, а после купания меня благополучно возвращали обратно в комнату.
Так что за два года я успела прекрасно изучить один коридор.
Огромный мир за пределами моей комнаты пока оставался для меня загадкой.
А что насчёт моей новой семьи…
Как оказалось, я являюсь младшей дочерью очень богатого и влиятельного графа. Да и сам мой род был далеко не последним в королевстве.
Я долго путалась во всех этих фамилиях, родах и титулах, но в конце концов разобралась.
Если представляться полностью, моё имя звучало так:
Сара Олдридж Эвермонт.
Олдридж — название нашего большого рода, а Эвермонт — ветвь семьи, к которой принадлежала я.
«Звучит так, будто я какая-то важная персона…»
Хотя пока что вся моя важность позволяла мне совершать путешествия только от спальни до ванной и обратно.
Клара не стала объяснять мне всё подробно. По её словам, для подобных вещей я была ещё слишком мала.
Но уже в следующем году, когда мне исполнится три, начнутся настоящие занятия: этикет, правила поведения, обращения к людям разных сословий и ещё куча формальностей, о существовании которых я пока даже не подозревала.
Звучало не особо весело.
Хотя одна вещь всё-таки привлекла моё внимание.
— Если вы хорошо проявите себя в обучении, госпожа Сара, то сможете заслужить особое внимание милорда.
— Особое внимание?
— Именно.
Я хотела спросить, что конкретно она имеет в виду, но Клара лишь улыбнулась и сказала, что узнаю об этом позже.
«Особое внимание графа, значит…»
Звучало так, будто за хорошие оценки мне обещали открыть какую-то секретную концовку.
Правда, самого графа — моего собственного отца — я не видела.
Поэтому мне стало даже интересно, что нужно сделать, чтобы он обратил на меня внимание.
— Хорошо. Я постараюсь.
— Я в вас не сомневаюсь, госпожа.
Так я сама того не понимая пообещала Кларе хорошо учиться.
«Надеюсь, я потом об этом не пожалею».
***
За окном уже наступила весна.
А моя жизнь совершенно не изменилась.
Утром меня, как обычно, будила Клара. Потом — поход в ванную и обратно, завтрак, немного свободного времени, баскетбол с подушками, очередное замечание от Клары, занятия, обед...
И на следующий день всё повторялось заново.
Я подошла к окну и посмотрела на весенний пейзаж снаружи.
— Жизнь прекрасна...
«Кошмар.»
Кажется, ещё немного — и я начну считать трещины на стенах.
Я уже успела прочитать все книги, которые приносила Клара.
Несколько раз я просила её принести что-нибудь поинтереснее, но каждый раз получала примерно один и тот же ответ:
— Простите, госпожа, но я не могу отклоняться от утверждённого плана вашего обучения.
«Да что это вообще за план такой?..»
Новые книги Клара приносила всего раз в месяц, забирая старые. И сколько бы я ни старалась растягивать чтение, обычно расправлялась с ними намного раньше.
И почти все книги были примерно одинаковыми.
Либо религиозные сказания и легенды, либо истории о подвигах каких-нибудь великих людей во славу королевства.
Герои менялись, события менялись, а смысл оставался примерно одним и тем же.
«Служи королевству, почитай богиню, будь примерным человеком... Я уже поняла.»
Иногда мне ужасно хотелось найти здесь обычный приключенческий роман.
Или хотя бы книгу, где главный герой не спасает королевство каждые двадцать страниц.
Но всё же иногда попадалось что-то действительно интересное.
Как ни странно, тоже связанное с религией.
Только вместо очередных героев, совершавших подвиги во славу королевства, эти истории рассказывали о самой женщине, которую здесь почитали как богиню.
Особенно мне запомнилось одно сказание об Эфредии.
Согласно ему, давным-давно человечество находилось на грани уничтожения. Люди постоянно страдали от нападений гигантов, которых в книге называли не иначе как варварами.
И тогда, на рассвете, вместе с первыми лучами восходящего солнца с небес спустилась Эфредия.
Она встала на защиту людей и помогла им дать отпор гигантам.
А спустя много лет, когда её предназначение было исполнено, Эфредия умерла на закате — вместе с последними лучами уходящего солнца.
По крайней мере, именно так это описывалось в сказании.
Отсюда, как я поняла, появился и главный символ этой религии — солнце.
Восход означал пришествие Эфредии.
Закат — её смерть.
А само солнце символизировало её жизнь и защиту человечества.
«Красиво придумано, ничего не скажешь.»
Хотя я всё ещё не понимала, сколько в этих историях было правды, а сколько появилось за тысячи лет пересказов.
От скуки я даже начала рисовать.
Никогда особо этим не занималась в прошлой жизни. Хотя я делала 3D-модели для игр...
«Это ведь тоже можно считать рисованием? Наверное...»
В любом случае художник из меня получался так себе.
А через два месяца мне должно было исполниться три года, и Клара решила, что чтения и письма мне уже недостаточно.
К занятиям добавилась математика.
— Госпожа Сара, если у нас есть три яблока и одно мы отдадим, сколько останется?
Я молча посмотрела на Клару.
Потом на нарисованные яблоки.
Снова на Клару.
— Два.
— Правильно! Очень хорошо, госпожа!
«Спасибо. Все годы обучения в университете наконец-то окупились.»
В прошлой жизни мне приходилось изучать математику куда серьёзнее.
Не сказать, что я знала её идеально, но на фоне сложения и вычитания однозначных чисел чувствовала себя великим математиком.
Хотя кое-что всё-таки доставляло неудобства.
Местные цифры выглядели иначе.
Пришлось заново привыкать к символам и обозначениям, но сами правила никуда не делись.
Как оказалось, сколько бы миров ни существовало, два плюс два всё равно оставалось четырьмя.
По крайней мере, хоть что-то в моей новой жизни решило не усложняться.
В этот момент в дверь кто-то постучал.
Клара сразу прервала занятие и поспешила открыть дверь.
«Кого ещё принесло?»
Обычно без предупреждения сюда никто не заходил. Кроме одного человека.
Дверь открылась.
— Госпожа, — Клара тут же склонила голову.
На пороге стояла моя мама.
Я видела её не так уж часто. Обычно она приходила проведать меня, немного проводила со мной время, а затем снова уходила по своим делам.
Поэтому её появление посреди занятия немного меня удивило.
— Матушка?
Вспомнив уроки Клары, я поспешно поднялась со своего места. Придержав края платья, я слегка склонила голову в поклоне — именно так, как меня учили.
Матушка посмотрела на меня и мягко улыбнулась.
— Я не помешала твоим занятиям, Сара?
Я посмотрела на неё, затем перевела взгляд на стол, заваленный листами с примерами.
— Совсем нет.
«Наоборот. Вы только что спасли меня ещё от десятки примеров на сложение».
Матушка появлялась редко, но, как говорится, метко.
Каждый раз, когда я её видела, от неё исходило какое-то странное ощущение величия.
Не знаю, как это правильно описать. Она могла просто стоять на месте, спокойно улыбаться и ничего не говорить, но всё равно невольно притягивала к себе внимание.
И каждый раз в голове возникала одна и та же мысль:
«Невероятная харизма...»
Даже Клара рядом с ней будто становилась немного серьёзнее.
«Вот что значит настоящая аристократка, наверное».
А следом почему-то возникали совсем уж детские мысли:
«Интересно... а я тоже стану такой, когда вырасту? Я ведь всё-таки её дочь...»
И сразу после этого мне становилось немного стыдно.
«Господи, о чём я вообще думаю?..»
Хотя стыдиться было особенно глупо — мои мысли всё равно никто не слышал.
Но почему-то от этого легче не становилось.
— Тогда хорошо, — сказала матушка. — Мне можно войти?
— А-а... конечно, матушка. Проходите.
Она неспешно прошла в комнату и устроилась в кресле возле окна, после чего жестом предложила мне сесть рядом.
Я послушно подошла и забралась в соседнее кресло.
К слову, матушку звали Аделина.
Если полностью — Аделина Олдридж Эвермонт.
Мне казалось, даже имя ей подходило. Такое же красивое и благородное, как она сама.
«Аделина... Да, определённо подходит».
— Как проходит твоё обучение? — спросила матушка.
— Хорошо, матушка, — ответила я. — Клара всё понятно объясняет. Благодаря ей я уже умею читать и писать.
На лице матушки появилась лёгкая улыбка. Она перевела взгляд на Клару, которая всё это время молча стояла чуть в стороне.
Я заметила одну забавную вещь: стоило матушке появиться в комнате, как Клара сразу становилась будто на иголках. Спина прямая, руки сложены перед собой, взгляд опущен — куда только девалась женщина, которая ещё недавно отчитывала меня за разбросанные по комнате подушки?
— Благодарю тебя за старания, Клара.
— Что вы, госпожа, не стоит, — Клара слегка склонила голову. — Это лишь мои обязанности.
«А со мной ты почему такая грозная?»
Я посмотрела на Клару.
Та словно почувствовала мой взгляд и на мгновение посмотрела в ответ.
Я тут же отвернулась.
«Ладно-ладно. Молчу».
— А зачем ты пришла, матушка? — спросила я.
Только произнеся это вслух, я поняла, насколько резко прозвучал мой вопрос.
Но матушка действительно появлялась редко — раз в два, а иногда и в три-четыре месяца. Чем она занималась всё остальное время, я понятия не имела.
Аделина слегка приподняла бровь.
— Мне уже нельзя навестить собственную дочь?
— А?.. Д-да нет! Конечно можно!
Я поспешно замотала головой.
«Вот же... Нужно было сначала подумать, а потом говорить.»
На лице матушки появилась едва заметная улыбка. Кажется, она вовсе не обиделась.
— Я просто удивилась, — добавила я уже тише. — Ты нечасто приходишь.
На несколько секунд Аделина замолчала.
— Это правда. В последнее время у меня было много обязанностей.
«Настолько много, что увидеть дочь получается раз в несколько месяцев?..»
Я, конечно, ничего не сказала.
Всё-таки даже мне хватало здравого смысла понять, что вот эту мысль лучше оставить при себе.
— Я всё-таки ненадолго, — произнесла матушка. — Хотела узнать, как продвигается твоё обучение. Ну и, конечно, увидеть свою дочь.
С этими словами она положила ладонь мне на голову и ласково погладила по волосам.
Я немного растерялась от неожиданности, но ничего не сказала.
Матушка ещё несколько секунд молча смотрела на меня, будто что-то разглядывая.
— Что-то случилось? — спросила я.
— А?.. Нет, ничего, Сара, — она слегка улыбнулась. — Просто заметила, насколько же ты похожа на своего отца.
«На отца?»
Я его до сих пор ни разу не видела, поэтому подтвердить её слова никак не могла.
Зато теперь хотя бы стало понятно, откуда у меня такая внешность.
На матушку я действительно была похожа мало.
«Значит, красные волосы тоже от него?»
Мне вдруг стало ещё любопытнее увидеть человека, который в этой жизни был моим отцом.
— Ну ладно, не буду вам больше мешать, — сказала матушка, поднимаясь с кресла. — Сара, будь хорошей девочкой и слушайся Клару, хорошо?
— Хорошо.
— И продолжай так же усердно учиться.
— Хорошо, матушка.
Она ещё раз погладила меня по голове, после чего направилась к двери.
Клара тут же склонила голову, провожая её.
— Хорошего дня, госпожа.
Матушка коротко кивнула и вышла из комнаты.
Дверь за ней закрылась.
Я ещё несколько секунд смотрела ей вслед.
«Пришла, похвалила, погладила по голове и ушла...»
Я перевела взгляд на Клару.
Потом на оставшиеся на столе примеры.
«А я ведь уже надеялась, что занятия на сегодня закончились».
Меня всё ещё ждали десятки однообразных примеров на сложение и вычитание.
Конечно, я могла просто сказать Кларе, что всё это уже знаю. Вот только тогда появилось бы множество вопросов.
«Откуда ребёнок, которому ещё и трёх лет нет, знает то, чему его никто не учил?»
Нет уж, лишнее внимание мне ни к чему.
К тому же я заметила, что после ухода матушки Клара моментально вернулась в своё обычное состояние. Плечи расслабились, а с лица исчезла та серьёзность, с которой она стояла перед графиней.
— Ну что же, госпожа Сара, давайте вернёмся к занятиям.
Я посмотрела на стопку листов перед собой.
— Х-хорошо...
Энтузиазма в моём голосе не было от слова совсем.
«Ладно. Постараюсь побыстрее показать, что уже всему научилась, и наконец покончу с этим.»
Я взяла перо и принялась за примеры.
Главное — не перестараться.
«Всё-таки будет немного подозрительно, если ребёнок, которому ещё и трёх нет, за один день освоит всю местную математику».
Через два месяца мне исполнится три.
И, судя по словам Клары, тогда моё настоящее обучение только начнётся.
«Хотя куда уж хуже?»
Как оказалось — было куда.