Сейчас я проходила через одну из самых сложных частей своей новой жизни.
— Спину ровнее, госпожа Сара.
Я послушно выпрямилась.
— Подбородок чуть выше.
Я подняла подбородок.
— Не настолько.
«Да издевается она...»
— Теперь ещё раз.
Я взялась за края платья и в который уже раз за это утро сделала реверанс.
— Доброе утро, миледи. Для меня большая честь приветствовать вас.
Клара несколько секунд внимательно меня разглядывала.
— Уже лучше. Но вы снова слишком сильно наклонили голову.
— Ещё раз?..
— Ещё раз.
Я тяжело вздохнула и вернулась на исходное место.
«И ведь когда-то я жаловалась на сложение и вычитание».
С моего четвёртого дня рождения прошло уже пять месяцев.
Тогда я почему-то надеялась, что с возрастом моя жизнь станет немного проще. Меня наконец начнут выпускать из комнаты, появится больше свободы, а там, глядишь, я смогу нормально исследовать поместье.
В первой части я даже оказалась права.
Теперь мне действительно разрешалось покидать комнату.
Правда, свобода оказалась весьма условной. Ходить я могла только по определённой части поместья, да и то обычно в сопровождении Клары или одной из служанок.
Но после нескольких лет, проведённых почти в четырёх стенах, даже это казалось огромным достижением.
Только вместе со свободой я получила кое-что ещё.
Учёбу.
Много учёбы.
Чтение, письмо, счёт, правильная речь, религия, история нашего рода и, конечно же, этикет.
Последний особенно сильно испытывал моё терпение.
— Госпожа Сара?
Я подняла голову.
Клара всё ещё ждала.
— Да-да, я помню. Ещё раз.
«Мне всего четыре года. Почему я уже хочу на пенсию?»
Я снова взялась за края платья.
Так продолжалось уже пять месяцев.
Каждый день проходил почти по одному и тому же расписанию: утром я просыпалась, шла в ванную, потом завтракала и получала немного свободного времени.
А после начиналось самое страшное.
Уроки этикета.
Каждый. Божий. День.
Вообще, этикету меня начали учить ещё в прошлом году, когда мне исполнилось три. Но тогда всё было куда мягче.
Держать спину прямо во время еды, не разваливаться на стуле и, как выражалась Клара, «правильно» ходить.
Уже тогда мне казалось, что этого более чем достаточно.
Как же сильно я ошибалась.
Теперь к этому добавились реверансы, правила приветствия, обращения к людям разных сословий, поведение при гостях и ещё куча мелочей, о существовании которых я раньше даже не подозревала.
«И кому вообще пришло в голову, что четырёхлетнему ребёнку жизненно необходимо уметь делать идеальный реверанс?»
Хотя, если верить Кларе, для дочери графа это было чуть ли не важнее умения нормально ходить.
Уроки этикета длились около двух часов, после чего наконец наступало время обеда.
Здешняя еда, кстати, и правда была вкусной. Порции рассчитывали специально для маленького ребёнка, поэтому ничего слишком тяжёлого или жирного мне не давали.
Часто подавали крольчатину в бульоне с овощами. Мясо было мягким и легко отделялось от костей.
После двух часов бесконечных реверансов даже обычный бульон казался наградой.
«Вот она — единственная причина терпеть утренние занятия».
Правда, даже за столом Клара не давала мне полностью расслабиться.
— Госпожа Сара, ложку следует держать немного иначе.
«Ну конечно...»
Похоже, от этикета нельзя было спастись даже во время обеда.
После обеда я направлялась в специальную комнату для занятий.
Теперь моя карта поместья наконец-то расширилась: от комнаты до ванной, а теперь ещё и до учебной комнаты.
Не сказать, что это было большое путешествие. Идти туда приходилось совсем недолго, но после нескольких лет жизни в одной комнате даже обычный коридор казался чем-то новым.
— Госпожа Сара, спину прямее, — раздался позади голос Клары.
Я тут же немного выпрямилась.
«Господи...»
Даже обычная прогулка по коридору теперь превратилась в часть обучения.
— И не смотрите под ноги. Взгляд вперёд.
Я подняла голову.
«Вот тебе и долгожданная свобода».
По дороге в учебную комнату нам встретилась молодая девушка.
У неё были длинные чёрные волосы и тёмно-синее платье. Не слишком пышное и довольно простое на первый взгляд, но даже я могла понять, что сшито оно из дорогой ткани руками хорошего мастера.
Но больше всего меня привлёк её взгляд.
Острый и какой-то неприятно холодный.
На мгновение мне даже показалось, будто она смотрит не на четырех летного ребёнка, а на человека, который успел ей чем-то насолить.
— Госпожа Сара, поприветствуйте, — тихо напомнила Клара.
«А, точно».
Вспомнив всё, чему меня учили последние пять месяцев, я аккуратно взялась за края платья и сделала реверанс.
Кажется, получилось неплохо.
«Ну, надеюсь, все мои страдания не прошли зря».
Девушка лишь слегка взглянула на меня.
Ни улыбки, ни приветствия.
Через несколько секунд она отвернулась и, ничего не сказав, продолжила свой путь.
Я проводила её взглядом.
«И что это было?»
Клара уже рассказывала мне о ней.
Маргарет. Моя старшая сестра.
Правда, родными мы были только по отцу.
— Клара, я что-то сделала не так?
— В целом всё было правильно, госпожа. Однако вы опустились немного ниже, чем следовало.
Я молча посмотрела на неё.
«Просто признай, что идеального способа сделать реверанс не существует».
— В следующий раз постарайтесь это учитывать.
— Хорошо...
Мы продолжили идти по коридору.
Я всё же ещё раз обернулась туда, куда ушла Маргарет.
Почему-то мне казалось, что дело было вовсе не в реверансе.
«Ну и ладно».
Когда мы вошли в учебную комнату, нас уже ждал молодой парень.
Мой новый личный преподаватель.
Как объяснила мне Клара, нанимать отдельного учителя для ребёнка моего возраста было не совсем обычным делом.
— Госпожа Сара, личных преподавателей просто так не нанимают. То, что господин граф решил предоставить вам собственного наставника, уже говорит о том, что вы произвели на него хорошее впечатление.
«А мне и тебя вполне хватало, Клара».
Парень выглядел совсем молодым. У него были тёмные волосы, а ростом он был ни высоким, ни низким. Возраст я у него, конечно, не спрашивала, но на вид дала бы ему лет шестнадцать.
Заметив нас, он поднялся со своего места.
— Рад снова вас видеть, юная леди, — произнёс он и поприветствовал меня сдержанным дворянским поклоном.
Я на мгновение задумалась, но почти сразу вспомнила правила Клары.
Взявшись за края платья, я сделала реверанс в ответ.
На этот раз постаралась не наклоняться слишком низко.
«Ну? Теперь-то идеально?»
Я краем глаза посмотрела на Клару.
Она ничего не сказала.
«Победа».
— Проходите, юная леди, — произнёс преподаватель, жестом указывая на моё место.
Стол стоял рядом с окном, так что днём солнечного света вполне хватало для занятий.
Моего нового учителя звали Феликс Рейнхарт.
О себе он рассказывал мало. Я знала лишь, что его отец когда-то учился вместе с моим в Королевской академии и с тех времён они оставались знакомы.
Сам Феликс хотел в будущем стать преподавателем Академии. Поэтому его отец решил воспользоваться старыми связями и обратился к моему отцу с просьбой позволить сыну набраться опыта в качестве моего личного учителя.
Видимо, отец согласился.
Так Феликс и оказался здесь.
Впрочем, новым его уже сложно было назвать. Занимались мы вместе около двух месяцев.
За это время я успела понять одну вещь.
Несмотря на возраст, к преподаванию он относился до ужаса серьёзно.
— Начнём с проверки прошлого задания, юная леди.
«Вот и подтверждение».
***
Феликс обучал меня чтению, письму, счёту и истории.
Последнюю мы начали изучать совсем недавно — только на прошлой неделе. Да и занимались ею пока всего раз в неделю.
В основном уроки истории касались королевства, в котором я теперь жила.
Королевства Меридиана.
Вообще, о нём мне и раньше рассказывала Клара, но полноценной историей это назвать было сложно. В основном это были религиозные детские сказки и легенды, которые, как мне казалось, должны были не только рассказывать о прошлом, но и с ранних лет прививать детям чувство патриотизма.
Теперь же я наконец начала узнавать, что представляла собой Меридиана на самом деле.
Королевство оказалось довольно необычным. Оно граничило сразу с шестью другими королевствами и одной империей.
«Весёлое местечко».
Правда, несмотря на такое количество соседей, Меридиана старалась придерживаться нейтралитета и без необходимости не вмешиваться в чужие конфликты.
Во многом именно благодаря этому королевство и разбогатело.
Через его земли проходило множество торговых путей, а купцы из соседних государств могли спокойно вести здесь дела друг с другом.
При этом слабым государством Меридиану тоже назвать было нельзя. У неё была достаточно сильная армия, чтобы соседи не воспринимали нейтралитет как приглашение откусить кусок территории.
По крайней мере, именно так всё объяснял Феликс.
«Нейтральная страна между шестью королевствами и целой империей...»
Почему-то слово «нейтральная» успокаивало меня куда меньше, чем должно было.
А что касается истории, прошлый урок оказался куда интереснее.
Феликс рассказывал о том, как вообще появилось Королевство Меридиана.
Оказывается, ещё полторы тысячи лет назад никакой Меридианы не существовало. Большая часть этих земель принадлежала Великой Людской Империи — огромному государству, которое на тот момент считалось одним из сильнейших среди людей.
Империя пережила множество войн и даже сумела устоять во время нашествия Короля Демонов.
Казалось бы, после такого развалиться она уже просто не могла.
Но, как оказалось, могла.
Примерно полторы тысячи лет назад началась Великая Межрасовая война.
Правда, великой она стала далеко не сразу.
Поначалу это была очередная война между людьми и гигантами. Под удар гигантов попали несколько человеческих королевств и та самая Людская Империя.
Ничего необычного для тех времён, если верить Феликсу.
Вот только постепенно в конфликт начали вмешиваться другие государства, а затем и другие расы.
Одна война породила другую. Старые союзы рушились, появлялись новые, государства пользовались чужой слабостью, чтобы решить собственные территориальные споры.
В какой-то момент уже никто толком не мог сказать, с чего всё началось.
В войну оказались втянуты люди, гиганты, эльфы и другие народы.
Так обычный конфликт между двумя расами превратился в войну, охватившую значительную часть мира.
И именно она стала началом конца Великой Людской Империи.
Война продолжалась почти двадцать лет.
Всё это время Великая Людская Империя сражалась не только с гигантами, но и с другими человеческими государствами, которые воспользовались её ослаблением.
К концу войны положение стало практически безнадёжным.
Армия несла огромные потери, казна пустела, целые области были разорены, а люди уже устали от бесконечной войны.
Император, однако, отступать не собирался.
Даже когда ему предложили начать мирные переговоры, он отказался. По словам Феликса, император считал, что согласие на условия противников станет унижением Империи и предательством всех тех, кто уже погиб за неё.
Возможно, звучало это благородно.
Только люди продолжали умирать.
В конце концов терпение лопнуло даже у собственной семьи императора.
Несколько боковых ветвей императорского рода решили, что продолжение войны приведёт лишь к полному уничтожению государства. Они объединились с частью знати и армии и подняли восстание против правящей ветви.
Так к внешней войне добавилась ещё и гражданская.
«Как будто им одной войны было мало».
Император оказался между двух огней. Пока его армия сдерживала противников на границах, мятежники захватывали города уже внутри страны.
Империя продержалась недолго.
Столица пала.
Император и его ближайшие родственники были схвачены, а представители правящей ветви императорского дома — публично казнены.
На этом история Великой Людской Империи фактически закончилась.
Но огромные территории никуда не исчезли.
Семьи, возглавившие восстание, разделили оставшиеся земли между собой. Каждая получила собственные владения, и со временем на месте единой Империи появилось несколько новых государств.
Одним из тех, кто участвовал в восстании, был человек по имени Альдрик Меридиа.
Именно ему достались земли, на которых позднее появилось королевство, где я сейчас жила.
Меридиана.
На этом всё, что мы успели пройти на прошлом уроке.
И всё же одна вещь не давала мне покоя.
Если подумать, Альдрик всё-таки восстал против собственного императора, помог свергнуть его, а после получил часть бывшей Империи и сам стал правителем.
В учебнике его называли спасителем народа.
Но победи тогда император — Альдрика наверняка назвали бы предателем.
«Похоже, даже в другом мире историю всё равно пишут победители».
Хотя кто из них на самом деле был прав, спустя полторы тысячи лет определить было уже сложно.
И, кстати, как оказалось, Меридиана была далеко не единственным государством, появившимся на обломках Великой Людской Империи.
Почти половина наших нынешних соседей так или иначе унаследовала её бывшие территории.
Особенно выделялась Империя Аскания.
Изначально на её месте существовали три отдельных королевства, каждое из которых возникло на землях бывшей Людской Империи. Спустя много лет они объединились, образовав уже новую империю — Асканию.
Получалось довольно забавно.
Великая Людская Империя распалась на множество государств, а спустя столетия некоторые из них снова начали объединяться.
«История, похоже, действительно любит ходить по кругу».
Впрочем, между современной Асканией и той древней Империей всё-таки была огромная разница. По крайней мере, именно на этом особенно настаивал Феликс.
— Юная леди, вот здесь у вас ошибка, — сказал Феликс, указывая пером на одну из написанных мной строк.
Учёба занимала около четырёх часов, но, к счастью, не подряд. Между предметами были небольшие перерывы, после которых мы переходили к следующему.
Если по расписанию стояла история, начинали с неё. Если нет — первым обычно шло письмо.
Потом чтение.
И в конце — счёт.
Со чтением и математикой у меня особых проблем не было. Разве что во время чтения я иногда путалась в местной пунктуации или делала паузы не там, где нужно.
А вот с письмом всё было куда хуже.
Тут действительно было над чем поработать.
— Вы снова пропустили знак окончания предложения, — заметил Феликс.
Я посмотрела на указанную им строчку.
«Ну да. Опять».
В прошлой жизни у меня всегда были проблемы с грамматикой. Особенно с русским языком.
А здесь всё стало ещё веселее: местная письменность сильно отличалась от той, к которой я привыкла.
Новые буквы, новые правила, новая пунктуация...
«Похоже, от грамматики мне не удалось сбежать даже после смерти».
***
— На сегодня закончим, юная леди, — произнёс Феликс.
«Наконец-то».
— Я дам вам несколько заданий. Завтра обязательно их проверю.
«Блин...»
С домашними заданиями я и в прошлом мире успела настрадаться, а они даже после смерти не дают мне покоя.
— Вам нужно подтянуть письмо. В остальном всё хорошо.
— Хорошо...
Свои ошибки я понимала. Проблема заключалась в том, что здешняя грамматика оказалась довольно сложной.
Язык, на котором мы разговаривали, назывался незамысловато — людской.
Правда, не всё было так просто. В зависимости от страны и территории речь немного различалась: менялись произношение, некоторые слова и особенности письма. Но, по словам Феликса, различия были не настолько большими, чтобы жители разных королевств переставали понимать друг друга.
Для себя я сравнила это с британским и американским английским.
Не то чтобы я хорошо знала английский в прошлой жизни.
«Но для сравнения сойдёт».
Главное, смысл был примерно тот же: язык один, но произношение, отдельные слова и некоторые правила могли отличаться в зависимости от страны.
В будущем, если появится желание, можно будет разобраться во всём подробнее.
Тем более людской был далеко не единственным языком этого мира.
Существовали эльфийский, драконий, язык гигантов и языки зверолюдей и так далее.
Причём у каждого языка были свои особенности и сложности.
Например, со зверолюдскими языками всё было далеко не просто. У разных племён могли быть собственные наречия, заметно отличавшиеся друг от друга.
Иногда настолько, что два зверолюда разных племён с трудом понимали друг друга.
«Весело, наверное. Вроде одной расы, а без переводчика никуда».
Всё это Феликс рассказал мне ещё на самом первом занятии.
Правда, из всего его объяснения меня тогда заинтересовала только одна вещь.
Зверолюди.
«Погодите... Если существуют зверолюди, значит, где-то здесь действительно есть люди с кошачьими ушками?»
Эта мысль не давала мне покоя куда дольше, чем должна была.
«Надеюсь, когда-нибудь я их увижу...»
Я ненадолго задумалась.
«А хвост потрогать дадут?..»
Хе-хе...
— Юная леди?
Я резко подняла голову.
Феликс почему-то смотрел на меня с подозрением.
— Что?
— Вы странно улыбаетесь.
Я тут же сделала самое невинное лицо, на которое была способна.
— Вам показалось.
«Некоторые мысли лучше держать при себе».
После занятий я вернулась к себе, по дороге всё так же выслушивая от Клары замечания о том, как правильно ходить.
Когда мы наконец добрались до комнаты, у меня появилось немного свободного времени.
Первым делом я подошла к кровати и с разбега плюхнулась на неё.
— Госпожа, не стоит так прыгать на кровать.
— Извини, Клара, но я устала...
Я уткнулась лицом в подушку.
Если честно, мне уже порядком надоело всё делать «правильно».
Правильно ходить.
Правильно сидеть.
Правильно есть.
Правильно здороваться.
Скоро мне, наверное, расскажут, как правильно дышать.
— Госпожа, не хотите сыграть в Регну?
Я немного приподняла голову.
В руках Клара держала знакомую доску.
— Давай.
Регна была старой стратегической игрой, особенно популярной среди дворян. Когда-то она должна была изображать сражение двух армий, поэтому и фигуры здесь были соответствующие: Корона, Генерал, Маг, Рыцари, Стражи, Лучники и обычные Солдаты.
Играли на доске девять на девять клеток, а главная цель была довольно простой — захватить Корону противника.
В общем, местная версия шахмат.
Даже фигуры двигались похоже. Генерал ходил по прямой, Маг — по диагонали, Рыцарь мог перепрыгивать через другие фигуры, а Солдаты медленно двигались вперёд.
Но была одна деталь, из-за которой Регна временами напоминала мне скорее сёги.
Захваченные фигуры не покидали игру.
Если я забирала фигуру Клары, то она переходила на мою сторону, и позднее вместо обычного хода я могла вернуть её на свободную клетку уже как свою.
Из-за этого преимущество в Регне было вещью довольно ненадёжной.
Можно было почти загнать противника в угол, совершить одну глупую ошибку — и через несколько ходов обнаружить собственную Корону окружённой бывшими союзниками.
Мне эта механика нравилась.
Особенно когда работала в мою пользу.
— Начинайте, госпожа, — сказала Клара, расставив последние фигуры.
Я села напротив неё и посмотрела на доску.
«Сегодня я точно выиграю».
...
По крайней мере, хотелось в это верить.
***
Я проиграла.
Снова.
«Блин... И как мне вообще победить Клару?»
— Госпожа, ваша игра заметно улучшилась с прошлого раза.
— Разве?.. Хе-хе, спасибо.
Хоть какое-то утешение.
Мне всё ещё было трудно привыкнуть к этим замудрённым правилам Регны. В шахматах хотя бы захваченная фигура оставалась захваченной, а здесь она в любой момент могла вернуться на доску уже на стороне противника.
По словам Клары, придумал Регну один военный несколько сотен лет назад. Изначально никакой игры он создавать вообще не собирался — ему просто хотелось наглядно объяснить своему сыну основы стратегии и показать, какую роль разные части армии играют в сражении.
Для этого он сделал доску и несколько фигур, каждая из которых изображала определённого воина.
Вот только сыну такая «учёба» неожиданно понравилась.
Потом к ним присоединились остальные члены семьи, а со временем военный начал играть и со своими гостями.
Постепенно о Регне узнавало всё больше людей, правила усложнялись, появлялись новые фигуры, и в итоге обычное учебное пособие превратилось в одну из самых популярных настольных игр среди дворян.
«Интересно, что бы сказал тот военный, узнав, что спустя несколько сотен лет четырёхлетняя девочка ломает голову над тем, как победить в его игре свою служанку?»
Я посмотрела на довольную Клару.
«Ничего. В следующий раз я точно выиграю».
В это время в дверь постучали.
— Могу я войти, госпожа?
— Да, конечно.
Дверь открылась, и в комнату вошли Ханна и Фрида.
Обычно они приходили вечером: приносили еду, убирались в комнате или помогали подготовиться ко сну.
Клара взглянула на них, а затем поднялась со своего места.
— Ну тогда я пойду. С вашего позволения, госпожа Сара.
Она слегка поклонилась.
— Хорошо. До завтра, Клара.
— Доброй ночи, госпожа.
С тех пор как мне исполнилось четыре, Клара стала вести себя со мной гораздо формальнее. Скорее всего, таким образом она хотела, чтобы я постепенно привыкала к своему положению.
Да и спала она теперь отдельно.
Раньше Клара оставалась со мной на ночь, но теперь в этом уже не было особой необходимости. Если мне что-нибудь понадобится, достаточно было позвать одну из дежуривших неподалёку служанок.
Если честно, поначалу было немного непривычно.
Я слишком привыкла к тому, что Клара почти всегда находилась рядом.
Зато теперь хотя бы ночью у меня появилось немного личного пространства.
«Наконец-то хоть где-то за моей осанкой никто не следит».
Впрочем, вечером она почти всегда куда-то уходила. Я точно не знала куда, но подозревала, что к матушке — рассказывать, как прошёл мой день и как продвигается обучение.
После её ухода Фрида обычно оставалась со мной, а Ханна тем временем подготавливала постель.
Фрида помогла мне умыться и переодеться в ночную рубашку.
Вскоре я уже лежала под одеялом и смотрела в потолок.
День наконец закончился.
«Интересно, когда мне разрешат выйти наружу?»
Клара говорила, что, если я хорошо проявлю себя перед отцом, то в восемь лет меня могут зачислить в Королевскую академию.
«Ещё четыре года...»
Я тихо вздохнула.
«Долго».
Но тут в голову пришёл другой вопрос.
А смогу ли я вообще туда поступить?
До этого я почему-то воспринимала Академию как нечто само собой разумеющееся. Будто достаточно дождаться восьми лет — и ворота передо мной сразу откроются.
Но что, если нет?
Что, если я окажусь недостаточно хороша?
«И что тогда?»
Я повернулась на бок.
«Так и буду сидеть в четырёх стенах, пока не вырасту достаточно, чтобы меня наконец начали куда-нибудь выпускать?»
Такая перспектива мне совершенно не нравилась.
Но всё же идти против здешней системы мне не хотелось.
Я понятия не имела, чем это может закончиться.
«Лучше просто делать то, что от меня требуют».
Хорошо учиться, соблюдать правила и не создавать лишних проблем.
А то попытка добиться свободы раньше времени могла закончиться тем, что ограничений станет только больше.
«Нет уж. Лучше потерпеть».