Голубая планета. Планета, на чьих просторах зародилась жизнь. От простейших молекул до сложных организмов, от первых робких реакций до многообразия живых существ — Земля всегда была рядом со своими обитателями.
Впрочем, «обитатели» — не совсем верное слово. Скорее те, кого она взращивала.
В недрах планеты, скрытые от глаз, каждую секунду бушевали грандиозные процессы: ядерный синтез, термоядерные реакции, распад радиоактивных элементов… Но среди всего этого хаоса таилось нечто большее — нечто, что никто и никогда не мог обнаружить.
Глубоко в сердце Земли, в самом её центре, покоился загадочный шар — не просто ядро, а когнитивный центр, превосходящий человеческий мозг в десятки тысяч раз. Это был разумный компьютер, наделённый чувствами и эмоциями, способный мыслить, наблюдать и даже желать. Он существовал миллиарды лет, молча наблюдая за развитием жизни на поверхности. Каждую секунду мозг космического существа считывал бесконечность информации.
Голубая планета не была безжизненным булыжником, затерянным в космосе. Она — космический титан, древнее и могущественное существо.
[Начало кода номер 175839100173520.]
[После активации кода 175839100173520 зафиксирована аномальная сейсмическая активность.]
И этот титан жаждал расширить своё влияние. Он жаждал роста.
[Проект «в обмен на смерть» запущен. Поверхность планеты начинает трансформацию. Полное преобразование ожидается через 468 лет.]
Источником роста служил эфир — энергия душ. Каждая жизнь, угасающая на Земле, отдавала свою силу титану, навеки становясь частью его могущества. Большинство разумных титанов развивались безбожно медленно, но Земля являлась иной. Она впитывала энергию с невиданной скоростью, превращая каждую ушедшую душу в топливо для своего роста.
Однако титан решил ускорить процесс. Даже у столь величественных существ могут пробудиться садистские желания. Земля решила устроить армагеддон для своих питомцев, поглотив как можно больше душ.
Активация запретного кода навсегда изменила судьбу землян. Земля позволила своей атмосфере впустить эфир из глубин Вселенной. Рассеянный, едва уловимый, он всё же наверняка будет оказывать влияние на мир: каждая душа, каждый живой организм на планете вскоре начнёт впитывать эту энергию. Ранее Земля не позволяла эфиру проникать сквозь атмосферу, потому что это было необратимым процессом, и в дополнение к этому эфир был практически бесполезен для могущественной земли, однако уже через какую-то сотню лет все душы смогут поглотить этот рассеянный эфир и повысить свою пищевую ценность, что заставило её решиться на это.
Земля мгновенно провела расчет, который говорил, что уже через пять сотен лет её скорость роста увеличится в несколько раз, Но титан не остановился. Чтобы ещё сильнее увеличить скорость развития, земля решила исполнить ещё несколько "подходящих ей" кодов. Она делала ровно столько, сколько надо было, чтобы живые существа окончательно не вымерли с её поверхности, оставили «базовый минимум» и продолжали питать её после исполнения алгоритмических кодов и своего восстановления. Восстанавливать жизнь с нуля было довольно времязатратно, и земля не собиралась этим заниматься.
Все коды и проекты запустились идеально. Садистская игра началась.
В это время на земле начали происходить бесконечные катаклизмы.
Ледники начали таять в несколько десятков раз быстрее, и в это же время сотни цунами буквально за несколько месяцев уничтожили целые острова и побережья континентов вместе с миллионами людей. Учёные со всего мира не могли придумать ни одной разумной причины этому. По подсчётам было ясно, что если такая ситуация продолжится, то жертвы будут исчисляться сотнями миллионов уже через несколько лет.
Однако это было только началом. Вскоре по всей планете начали массово извергаться вулканы. Эти извержения до странного напоминали, словно кто то насильно выдавливал магму, потому что причин для таких извержений не было.
Человечество не успело даже как то минимизировать потери, как учёные выявили новую, ещё более опасную проблему. Земля слегка ускорила движения вокруг своей оси.
Однако этого "слегка" хватило, чтобы весь мир пал на колени пред гигантскими ураганами и немыслимыми ветрами. Это был тотальный геноцид.
Ветер слетел с катушек, полностью меняя экосистему. Погибали сотни тысяч животных. Глобальное потепление ускорило таяние ледников, из-за чего по планете распространились смертельные вирусы, спящие ранее во льду. За одно столетие человечество забыло о красной книге, добывая любые виды пищи, так как из-за тотального изменения погоды и климата многие культуры отказались расти, и некоторые виды животных начали медленно вымирать. Только в некоторых местах континента оставались не разрушенные живые города и страны, однако никто не знал, простоит ли их город до следующего столетия или хотя бы до следующего года. Никто не знал, смогут ли они выжить.
..............
2198 год.
По полуразрушенным обломкам города бежал бледный худощавый мальчик с окровавленной безжизненно свисающей рукой. Из-за недостатка пищи и нехватки витаминов подросток выглядел моложе и меньше, чем должен был быть. На нём были одеты в местах порванные старые тряпки, которые когда-то раньше были одеждой, сшитые вместе хлипкими нитями.
Худощавый мальчик бежал не просто так. Он забрёл в этот полуразрушенный город, чтобы найти для себя пропитание, однако именно в тот момент началось землетрясение даже более сильное, чем то, что унесло жизнь его матери ранее.
Мальчик смог его пережить, однако сразу после землетрясения пришла новая опасность.
Люди.
Они ходили по обломкам в поисках выживших или уже мертвых тел. Люди обыскивали мертвых, забирая одежду и всё, что у них было. Если тот, кого они находили, был жив, они убивали его, а затем проделывали тоже самое, что и с первым случаем. Даже если у спасшихся людей ничего не было, их всё равно не щадили. Никогда.
Мальчику неповезло встретить именно таких. Заметив его, они быстрым нажатием на курок почти отстрелили ему руку, пусть и целились в колено. Мальчик мог только лишь благодарить небеса за то, что они не попали, потому что иначе он был бы уже мёртв. Мальчик не смог бы сбежать.
Однако, пусть он и смог выжить, он не ел ничего уже два дня, а рука была практически отстрелена и безжизненно свисала, вызывая у мальчишки адскую боль. Она начинала чернеть, и мальчику надо было думать о том, чтобы окончательно её отрубить... однако, это было непосильной задачей для ребёнка, тем более, что затем придётся думать о том, чтобы предотвратить смерть от потери крови из ещё более открытой раны, а бинтов у мальчика с собой не имелось...
С другой стороны, если бы он этого не сделал, то пошло бы заражение крови, хотя.... наверное, он уже опоздал с этим. Всё таки, бинтов у него не было, и рука постоянно контактировала со старыми тряпками, которыми он пытался хоть как нибудь остановить кровь, пусть и безрезультатно.
Когда Саша окончательно осмыслил ситуацию про зарожённую кровь, он осознал, что, фактически, медленно умирает. В глазах сразу потемнело. Началось? Или это просто нервозность?
Выхода, очевидно, при такой ситуации он найти уже не сможет.
Мальчик, у которого пропала вся живость из глаз, не знал, от чего бежит. Он уже давно оторвался, но не мог остановить себя, протягивая за собой тонкую струю крови из отстреленной руки. Он не хотел зациклиться на мысли о смерти. Не хотел принимать этого. Он слишком долго боролся, чтобы закончить так.
Вся недолгая жизнь проносились перед глазами. Он думал о матери, об отце, который умер ещё в его раннем детстве от шальной пули, о еде, которая могла бы быть съеденной, о несбывшихся мечтах. Может, у него началась горячка?
Сознание начало угасать, а в глазах темнеть. Возможно, из простреленной руки вылилось слишком много крови, а возможно, что заражение в этом крохотном, хилом теле действовало агрессивнее, чем обычно в таких ситуациях. Мальчик не знал.
И когда он понял, что его ждёт неминуемая смерть, его захлестнула ненависть, которая, на самом деле, была рядом всегда. Однако он, как и любой другой человек, старался разглядеть хоть что-то хорошее, перемещая злость на второй план. Это не было чем-то особенным. Так действовали все, кто верил в лучшее.
Но теперь, когда ничего хорошего уже не будет...
Мозг заглушил все положительные эмоции. Остались только сожаления и сдерживаемая боль. На мгновение он подумал, что лучше бы он с самого начала родился в мире ненависти и бесчестья. Тогда бы он подготовился, тогда бы он знал, что в мире не может быть ничего хорошего.
Ощущая всё это, попутно он продолжал бежать, не оглядываясь и не смотря, куда именно бежит. Его ничтожное путешествие закончится через день, или максимум два, — чувствовал он. Саша прекрасно знал об опасности заражения. Подросток видел слишком много подобных смертей.
И тут из-за угла перекошенного бетонного здания показалась винтовка. Послышался гулкий выстрел. Мальчику прострелили колено, из которого небольшим ручейком потекла кровь. Всё произошло едва-ли в один миг.
Молодой человек упал, издав громкий болезненный крик.
Оказавшись на твёрдом потрескавшемся цементе, разрозненность сознания на мгновение как рукой сняло. Он начал лихорадочно думать, как бы выкрутиться.
Он не был достаточно быстр для того, чтобы убийца не смог попасть в голову сразу, и вместе с этим этот человек попал ровно в колено, полностью обездвижив ногу. Он был на удивление точен. Это значило, что Александр нужен был для него живым, а также, что этот человек наверняка учился стрелять где то, что, возможно, свидетельствовало о его принадлежности к бандам...
Саша быстро достал небольшой пистолет. Это было что-то между травматом и настоящим пистолетом. Он нашёл его в старом тайнике, который, возможно, принадлежал когда-то военному. Изначально он был и вовсе сломан, однако мальчику, на удивление, удалось починить его.
Послышался грохот. Из за здания вышел седоватый мужчина с густой бородой, держащий длинное оружие. Он направил на него винтовку, из его большого зелёного рюкзака виднелась ещё одна, более крупного калибра. На нём были камуфлированные толстые штаны, под которыми, по всей видимости, имелись железные пластины. Такие же пластины были прикреплены к костюму мужчины. По виду он напомнил мальчику старого военного, которые до сих пор могли разгуливать среди выживших.
— Кидай всё, что у тебя есть, включая этот пистолет, и за это я пощажу твою жизнь. Мальчик, ты знаешь, что я сделаю, если откажешься.
Даже такое предложение в их дни считалось милостью. Обычно не церемонились, чтобы достать вещи уже у трупа. Видимо, возраст Саши повлиял на это. Перед ним появился редкий шанс милосердия.
На какой-то момент Саша смог признать, что в этом отвратительном мире ещё есть немного света. Какая ирония, что он смог увидеть это только перед смертью. Боль от несправедливости в сердце немного уменьшилась, пусть и ненамного.
Под милосердной угрозой смерти, а не её гарантией, мальчик выкинул бородатому мужчине нож и слабый пистолет. После чего.. он сказал, что у него больше ничего нет. Мужчина начал расспрашивать о еде или воде, однако мальчик признался, что и сам голодает довольно долгое время. Мужчина, конечно же, не поверил.
Он приказал мальчику снять верхнюю одежду и показать всё карманы на расстоянии, однако, в итоге так ничего и не обнаружил.
— Ну, Амиго, ты сдержал свое обещание. На счёт еды можешь не переживать.
Мальчик поднял настороженный взгляд на старика. Тот показал рукой загадочный жест, обозначения которого мальчик не знал.
— Не переживай за еду. Ты и сам будешь отличной закуской для меня и моего старого пса. — на лице мужчины внезапно показался глубокий оскал. За одно мгновение его лицо приобрело маниакальные черты, которые перепугали мальчика до оцепенения.
Мальчика, стоявшего в одних лишь штанах, от этих слов словно заморозило. На глазах выступили слёзы, которых он очень давно не видел на своих глазах. Он уже давно думал, что закопал эту плаксивую часть себя глубоко внутри...
Он знал, что некоторые люди опустились до канибализма, однако не думал, что сам станет их жертвой!
Полу-пожилой мужчина, увидев его слёзы, слегка нахмурился, хотя лёгкая улыбка выдавала, что ему было всё равно. Он стал очень медленно приближаться. Шаг за шагом.
— Прекращай. Я ненавижу плаксивых детей. Ты заставляешь меня злиться.
Сказав это, мужчина быстро прицелился и нажал на курок, попав в другое колено мальчика, от чего тот упал, корчась от боли.
Он не дал ему мгновенно умереть.
Для него это было приятно. Даже весело.
Мальчик, чувствуя тепло собственной крови, вытекающей из теперь уже парализованных ног, больше не мог держать себя в руках. Ему хотелось отомстить.
Но отомстить даже не за парализованные ноги и сильную боль. Это казалось чем-то второстепенным. В этот раз его заставили усомниться в бренности этого мира и на секунду поверить в свет, а затем предали. Что может быть больнее, чем такой подлый обман?
Мальчик осознал: это был первоначальный план этого человека. Он просто желал насладиться чьим-то отчаянием, и убил бы его в любом случае. Это с самого начала было обманом.
Люди говорят, что смертники, осознавая свою участь, открывают в себе новые черты характера, которые спали глубоко внутри...
И словно в подтверждение этих слов, мутное сознание Александра начало твердить ему, что у него есть шанс унести этого мужчину вслед за собой....
Александр лежал на цементе. Он предпринял последнее решение на эту жизнь. Пусть даже это решение будет сопровождаться его смертью, но он наконец сделает то, чего хотел. Это была достойная жертва.
Он уже не боялся. Он всё равно умрёт. Так почему бы не уничтожить вместе с этим и этот позор всего человечества?
Внезапно пронеслась мысль:
«Даже если я сейчас отомщу, улучшится ли мир от этого?»
На кого он был больше зол? Кому необходимо было отомстить, чтобы улучшить сам мир, если это вообще возможно?
Ответ был глуп, однако он был правилен. Самой Земле. Самому миру.
Возможно, что у него просто начался сильный жар из-за прогрессирующего заражения крови, однако мальчика осенило. Это всё виновата эта чёртова земля. Если бы не смещение с оси, то не было бы ветров, плохой погоды, смены климата, вымирания животных. Было бы обилие еды. Если бы не потепление, вызванное извержениями вулканов, то не было бы болезней, так как ледники, в которых спали древнейшие вирусы, остались бы целы. Если бы не сейсмическая активность, то его мать была бы жива, как и миллионы других людей... Сколько ещё примеров можно представить..?
Он вспомнил о своих прошлых мыслях, сопровождающих его до поимки этим чёртовым канибалом.
Лучше бы он существовал в мире злобы и ужаса, чем в таком месте, как это. Лучше бы в зле, чем в такой мерзости. Тогда он хотя бы смог их понять. Тогда они бы это делали не по своей воле. Тогда у них не было бы выбора.
Но здесь выбор был. Даже этот мужчина мог бы съесть своего чёртового пса, а не его. И таких примеров можно было привести тысячи. Выбор, который никто не хотел принять, уступая место бесчестию.
Однако он был всего лишь человеком. Он не мог отомстить миру за свою мать или отца, да и за остальных людей тоже. Было очевидно, что его мысли были чем-то из разряда невозможного. Чем-то фантастическим.
Потому что мир был таков, и его нельзя было изменить силами мальчика с парализованными ногами.
Но Саше хотелось что-то сделать. Пусть он физически не мог отомстить миру, однако...
..У него всё ещё был шанс отомстить человеку перед собой. Саша вновь вернулся к этой мысли, и теперь он решил больше не медлить из-за философских размышлений.
Мальчик, ранее корчащийся от боли из-за двух простреленный колен, почувствовал, что в глазах начало ещё сильнее темнеть. Всё таки это была потеря крови...
Однако сила воли заставляла его подняться. Вполне возможно, что лишь воля и ненависть сейчас поддерживала его сознание.
Мальчик опёрся на бетонную стену, а затем насильно разогнул ноги, которые отказывались двигаться. Он смог встать, пусть и пришлось сдержать болезненный стон.
— Парень, ты не думаешь, что сопротивление бесполезно? — насмешливо спросил мужчина, доставая большой наточенный нож, который обычно используют для убоя скота и очистки мяса от сухожилий и кожи. Видимо, не захотел тратить патроны, а возможно, просто решил "поиграть с добычей", словно волк.
Зря, в любом случае. Мальчику было всё равно на причину. Он знал только то, что перед ним открылась благоприятная возможность.
Александр ничего не ответил, он показал кулак, а затем быстрым, насколько это возможно, шагом направился прямо к мужчине, стараясь выжать из практически парализованных ног последние капли живости.
Мужчина увидел это и, оскалив зубы ещё сильнее, улыбнулся. Он поднял кулак и впечатал слабого мальчишку в грязную, мокрую землю. Посмотрев на кулак, он увидел на нем кровь, а за кулаком было перекошенное юношеское лицо со сломанным носом.
Однако то, что затем увидел убийца, повергло его в шок.
Мальчик незаметно разорвал штанину, открыв потайной карман, из которого показалась военная граната с теперь уже выдернутой чикой. Подросток прижал гранату оставшейся рукой к груди человека, который пытался его убить.
Едва успел мужчина отвернуться и отступиться от мальчишки, как тот схватил его той же рукой за рубаху и потянулся за ним, держа гранату между двух тел. Мужчина попытался его снять, но это было бесполезно. Было уже слишком поздно.
Спустя мгновение небольшая граната взорвалась между двумя людьми, разрывая их тела и разнося по улицам гул от взрыва.
Голова мальчика мгновенно отлетела в одну из стен, после чего размазалась по стене. Мозг вытек из разломленного черепа, смешиваясь с кровью.
Убийце же повезло меньше. Бронежилет поглотил часть удара, однако лёгкие всё же были сильно повреждены. Бывший военный умер больше не от взрыва, чем от удушья, потери крови и ожогов.
Медленно, почти незаметно, из каждого человека начала исходить невидимая сила.
Их души.
Душа бывшего военного излилась так же, как и у всех в этом мире. Она ничем не отличаясь, хоть и принадлежала испорченной натуре.
А душа мальчика-подростка повела себя иначе.
Из его тела хлынула тёмная энергия, густая и тяжёлая, словно смок от погасшего костра. Две души потянуло вниз, — Земля призывала их стать частью её могущества.
Светло‑синяя душа без сопротивления опустилась к ядру, но чёрная осталась висеть над телом. Это была не душа в полном смысле слова, а сгусток эмоций, вырвавшийся из плоти. Она целиком состояла из презрения, в ней не осталось и капли света, ни единого отголоска радости. Тот, кому эта энергия когда‑то принадлежала, уже не вернётся — его путь окончен. И перед смертью он оставил после себя то, что хотел бы передать этому миру. То, чем хотел бы уничтожить его. Его мечта. Его мечта уничтожения этого мира.
Спустя мгновение Земля применила силу, заставляя странную душу подчиниться. Та неохотно двинулась к центру планеты, вливаясь в бесконечный поток других душ, устремлявшихся к ядру.
Земля принимала всех…кроме именно этой души.
Когда тёмная душа приблизилась к ядру, оно резко отбросило её прочь. Из недр планеты раздался беззвучный голос, будто отпечатавшийся прямо в сознании:
[Ошибка кода.]
Душа попыталась снова — и снова прозвучало то же самое. Она билась о барьер, раз за разом натыкаясь на холодный отказ. Сотни попыток. Тысячи. Казалось, что прошло несколько десятков лет, каждый год из которых душа пыталась пробиться внутрь ядра и исполнить своё предназначение таким образом.
Предназначение, которое душа получила от прежнего хозяина. Последнее желание.
Наконец, после бессчётных ударов, появилось новое сообщение:
[Ошибка кода. Вы — яд для этой планеты. Вы первый подобный случай за всё существование человечества и всего живого. Рекомендуется исчезнуть и не мучить себя. У Земли нет протокола для таких ситуаций.]
Душа напряглась. Голос звучал, словно телепатия — не словами, а ощущениями, отпечатывающимися в самой её сути. Но даже теперь она не отступила. Она не помнила прошлого своего создателя, однако знала, что необходимо было исполнить задуманное. Чувствовала его эмоции, которые навсегда впечатались вглубь неё.
Пусть Саши больше не существовало в привычном смысле, его упрямый, несгибаемый характер сохранился в этой тёмной массе, став последним напоминанием о прежней жизни. Душа Саши продолжала биться о барьер ядра — раз за разом, снова и снова. Сотни тысяч попыток.
В какой‑то момент планета устала от этой назойливой помехи. Она решила избавиться от него навсегда. Стереть саму душу. Уничтожить её.
Она схватила душу силой мысли, а затем сжала её, словно невидимой рукой, и начала деформировать, выкручивая саму её суть. Боль была невыносимой, эта боль длилась целые сотни лет, но вдруг… агония прекратилась.
Земля вернула душе живое тело — но не в прежнем виде. Она спрессовала её самым жестоким способом, какой только могла придумать, а затем выбросила наружу, прочь из своих недр.
Душа оказалась на поверхности — теперь уже не тенью, а маленьким шариком из тёмной материи. Она до этого не осознавала слов Мира из-за боли, однако сейчас отчётливо их все вспомнила.
[Принят код выброса мусора из организма планеты. Попытка расщепить душу… Ошибка… ошибка… Душу невозможно проанализировать. Неведомый душевный яд слишком далеко за пределами человеческих возможностей создания. Ошибка оценки. Ошибка понятия свойств. Ошибка кода. Попытка уничтожить душу: провалено. Попытка расщепить душу: провалено. У Земли нет кодов для такой проблемы. Запрашивается помощь в решении проблемы у основной части разума планеты. Принято новаторское решение: оставить ошибку неспособной навредить ядру.]
После этого уже началась трансформация по превращению души в шарик материи. Земля не смогла расщепить душу, поэтому она решила скомкать её, словно порченый лист бумаги. После этого послышался вновь голос Земли.
[На вашу трансформацию понадобилось некоторое время, как минимум несколько сотен лет, но вам эта информация вряд-ли понадобится. Удачи в небытие.] - теперь это не был механический голос автоответчика. Это была настоящая личность Земли, которой было безразлично, какая ошибка вообще произошла. Она лишь подчистила работу за своей частичкой разума, ответственной за устранение базовых кодовых ошибок.
Очнувшись, душа осознала главное: она — ошибка. Первая и единственная. Её не уничтожили лишь потому, что над ней не сработали базовые протоколы Земли.
Единственное, что сохранилось в её памяти, — жгучая ненависть к планете и ко всему живому. Возможно, именно эта ненависть и стала причиной сбоя. Причина превращения души в яд. Причина, почему стирание души не помогло.
Земля стёрла его прошлое. "Оно" не помнило, как это произошло, а также почему-то оно не могло думать, но оно чувствовало: Земля уничтожила его изнутри, оставив лишь крохотное существо — без рук, без ног, лишённое прежней формы. В само его существование, нет, в саму его сущность и плоть была вшита ненависть к людям. Всему живому. К самой Земле. За то, что они все сделали с прошлым телом. Сколько бы времени не прошло, грязь будет оставаться грязью.
Чёрный комочек дрогнул и медленно сдвинулся с места, извиваясь, как червяк. Он осознал, что может двигаться.
Ведомый бесконечной ненавистью, он жаждал лишь одного — стереть всё с лица Земли, разрушить до основания, обратить в прах. Он хотел отомстить человечеству, как самому злобному зверю, а затем уничтожить того, кто нарек его ошибкой и создал таких злобных существ.