* * *
Люцион медленно открыл глаза.
Поздно вечером жар спал, и моему телу
стало немного легче.
Я не знал, произошло ли это потому,
что всё еще оставался разбитым сосудом, как сказала черная фигура.
Люцион перевел взгляд.
Ратта крепко спала, а утреннее солнце
еще не взошло.
[Еще даже не ночь. Возвращайся ко сну.
Закрой глаза.]
Люцион вздрогнул, когда рука Рассела
приблизилась вслед за голосом его.
— … Ты еще здесь?
[Если состояние господина ухудшится,
не следует ли нам позвать Юма?]
Вефиль медленно положила руку на лоб
Люциона.
Она улыбнулась, когда не почувствовала
тепла на кончиках пальцев.
— У меня больше нет температуры,
Вефиль.
[У вас все еще может быть легкая
лихорадка.]
— Может быть и так. Кстати, сейчас все
спят?
На вкрадчивый вопрос Люциона Рассел
тут же тяжело вздохнул.
[Люцион.]
— Теперь мне нужно посетить три места.
Люцион развел три пальца.
– Путь паломничества, Трой, брат
Хайнт.
Я сложил один из них.
— Но сейчас мне не обязательно
отправляться в паломничество. Это не шутка, я не заставляю себя это терпеть,
мне на самом деле стало лучше.
Ненужные маршруты пришлось исключить.
[Думаю, сейчас это действительно так.]
— Я почти хочу получить подтверждение
от Юма.
Люцион заговорил уверенно и снова
разжал сложенные пальцы.
— Нам нужно встретиться с
чернокнижниками.
Он снова развел пальцы.
— Мне нужно встретиться с императором.
[Разве не было бы нормально, если бы
чернокнижники задавали вопросы, используя контактный предмет? Встречаясь с
Хайнтом, мы также можем увидеть императора вместе…]
Вефиль обычно хранила молчание, решая
свои проблемы.
Рассел сморщил лицо и посмотрел на
Вефиль, и Люцион с возбужденным выражением лица тут же щелкнул пальцами.
— Я тоже так думаю, Вефиль. Вместо
этого я не войду в главный зал, когда встречусь с Троем.
Люцион тоже сделал шаг назад.
Я смогу сделать все это за сегодняшний
день. Вместо этого он просто усложняет себе задачу.
Затем Люцион посмотрел на Рассела.
— После этого я буду отдыхать, пока не
пойду в Волшебную Башню. Ситуация сейчас неотложная.
Люцион указал на окно.
— К тому же, это идеальное время,
чтобы действовать незаметно.
Вефиль возилась с шлемом.
Ей вообще не следовало давать Люциону
шанс, но в итоге она дала ему его.
Вефиль вздохнула и посмотрела Люциону
в глаза.
Просто глядя в эти глаза, я
почувствовал странную слабость.
[Ратта все еще… Ты не спишь?]
Вефиль наконец нашла повод
высказаться.
— Ратта, твои глаза открыты!
Внезапно Ратта встал и завилял
хвостом.
Вскоре она громко зевнул и широко
потянулся.
[Даже когда я обычно бужу её, она не
просыпается. Вот почему не следует позволять ей слишком много спать.]
Рассел поднял бровь со странным
чувством предательства.
(напоминаю, «Шух» - это движение тени,
выражаясь словами Ратты)
Глаза Ратты наполнились силой. Однако
недавняя сонливость в её глазах не исчез полностью.
— К Трою.
— К брату Хайнту.
— И нужно встретиться с императором.
Глаза Ратты уже сверкали
предвкушением. Было здорово встретиться с людьми.
Когда она получила нежное
прикосновение, её сердце становилось теплым, как будто её обнимал Люцион.
— Давайте сначала свяжемся с ними.
Люцион достал контактный предмет.
* * *
Номер 45 оказался неожиданно
благоприятным.
Даже если его вырастил Неваст, он
знал, как в мире обращаются с чернокнижниками.
На всякий случай Люцион сообщил ему,
что чернокнижники — общие враги всего мира, но ответ Номера 45 не изменился.
Яркий голос номера 45, доносившийся
через контактный предмет, все еще звучал в моей голове.
Люцион выдохнул и расслабил плечи.
— Ну, видимо я забеспокоился.
— Имя Делос подходящее.
Люцион сел.
Я забронировал номер в гостинице рядом
с главным храмом, чтобы поговорить с Троем.
Вефиль заранее связалась с Троем, и
вот Трой появился, сияя.
Поскольку я заранее задернул шторы, я
чувствовал себя в безопасности, даже если свет сверкал.
Ратта тут же подбежала к Трою, превратившемуся
в тигренка, и потерлась о него головой.
Трой погладил Ратту и кивнул Расселу и
Вефиль.
Пока Ратта хвасталась, и в ее глазах
расцветала пурпурная тьма, Трой почувствовал глубокую тоску, как будто он
встретил старого друга.
— Знаешь, что это за фиолетовая тьма?
– спросил Люцион.
Трой лишь улыбнулся вместо того, чтобы
говорить.
Тот факт, что он ничего не мог
сказать, вероятно, связан с тем парнем, Верония.
Трой волновался, глядя на Люциона.
Люцион снял маску и посмотрел на Троя.
— Я здесь, потому что мне есть чем
поделиться. Это невозможно сделать сейчас. Мне немного сложно, потому что я
веду двойную жизнь.
Люцион вздохнул.
Мне пришлось сдерживать себя, чтобы не
трястись.
— Ратта. Заткните уши.
- спросила Ратта широко раскрыв глаза.
— Тебе может быть грустно.
Ратта присела и попыталась схватить
кончики её сложенных ушей передними лапами, но не смогла дотянуться до них ни
на дюйм.
[Я буду держать их.]
Вефиль не могла не прижать уши Ратты.
Не позволяй Ратте ничего слышать.
— Трой.
— Ко мне пришли чернокнижники, ведомые
тьмой. Они сказали, что пришли из Неваста.
Изначально мне следовало сразу перейти
к делу, но, как ни странно, на этот раз слова не выходили легко.
— Они разводят чернокнижников в
Невасте.
Люцион посмотрел на выражение лица
Троя.
С первого раза ничего не изменилось.
Как будто что-то подобное случалось со ним.
— А в Невасте…
— Значит… Ты знаешь?
Люцион был потрясен.
Он был потрясен словами Троя.
Трой никогда не терял улыбки.
Как сказал Трой, мне было интересно,
отрицает ли Люцион и эту очевидную мысль.
[Это верно. Божественный Зверь исчез
из Неваста, но кто виноват? Несмотря на то, что я знал все это, я избегал
правды, которая была прямо передо мной. Те, кто благословлен светом, не могли
сделать что-то подобное.]
Слова Рассела тихо распространились.
Трой улыбнулся Люциону.
Нет. Это не то, за что стоит быть
благодарным.
Причина, по которой Люцион сказал
Ратте заткнуть уши, заключалась в том, чтобы помешать ему увидеть другую
сторону Троя и не дать Ратте перестать видеть Троя таким, каким она его знает.
Это была неожиданная реакция.
Хоть он и божественный зверь света,
почему у него нет эмоций?
— Они… Разве ты их не ненавидишь?
— Это может быть грустно. Да, ты
можешь грустить. Но на этот раз они ошиблись. Прокляни тех, кто следует за
тобой...
Трой подошел к Люциону, чей голос
становился все громче, и взял его за руку.
— Нет. Это не по дружбе. Это
естественная реакция.
Трой повернул голову и посмотрел на
Вефиль.
[Да. Я помню.]
С искаженным выражением морды произнес
Трой.
На ум пришли слова черной фигуры.
Нет бога света.
[…Ты сказал, что теперь Бога Света
нет?]
Вефиль заикалась и спросила.
Разве Трой не разрушил теперь истину,
в которую верили все, получившие благословение света?
— Что ты имеешь в виду?
— Название «Божественный зверь» — это
всего лишь слово, данное людьми, но мы — те, кто управляет светом. Поняли бы
вы, если бы я сказал вам, что в мире не слишком много и не слишком мало света и
что вы немного более специальное существо для задачи поддержания баланса?
[Итак… Вы имеете в виду, что есть и
обратное, верно?]
Рассел заговорил и посмотрел на Ратту.
Так что же такое Люцион, сосуд?
Трой не ответил на слова Рассела и
просто рассмеялся.
— …Что ты будешь делать сейчас? –
спокойно спросил Люцион.
Трой увидел, как в его глазах
расцветает гнев.
Он расцвел потому, что он беспокоился
о нем и возмущался теми, кто получил благословение света.
Но этот гнев был опасен.
Те, кто получил благословение тьмы,
напоминают тьму, эго, и являются наиболее чувствительными, поэтому Трой
успокоил Люциона, чтобы его не охватил гнев.
— Что это за ерунда?
Голос Люциона повысился.
Глаза Троя напоминали заходящее
солнце, словно он смотрел в далекое прошлое.
Люцион не знал, насколько далеким было
прошлое, о котором говорил Трой.
Однако он стал тем, кто носил плащ, и
увидел мир, покрытый искажением.
Это произошло, когда те, кто
благословлен светом, угнетали тех, кто благословлен тьмой, нарушая баланс.
Он про то время?
— Трой.
Люцион упомянул еще одну вещь.
Возможно, это был факт, о котором Трой
не знал.
— В Небасте чернокнижников
использовали, чтобы осквернить реликвии.
Трой на мгновение потерял дар речи.
Как и ожидалось, Трой этого не ожидал.
— Да.
— Как святой, можешь ли ты одолжить
мне свои уста?
— Хочешь, чтобы я одолжил тебе свой
рот?
[Подожди секунду. Что это значит...?]
— спросил Рассел, сглатывая засохшую слюну.
Слова, произнесенные черной фигурой,
совпадали со словами Троя.
— … Это была действительно правда.
Люцион стёр все оставшиеся сомнения в
своей голове.
[Итак, если так будет продолжаться,
появится ли скверна снова и охватит мир?] – спросила Вефиль, широко раскрыв
глаза.