Мерцающее пламя свечи тускло освещало обнаженное тело
женщины. Когда она выгнула спину и сжала бёдра, кровать заскрипела. Серебристые
волосы, разметавшиеся по кровати, принадлежали мужчине, лежащему на спине. Женщина,
которая склонилась над ним, радостно смотря вниз, вцепилась в его одежду.
Когда он наконец осознал, что его окружает, его глаза широко
раскрылись от шока. Родинка рядом с её красными губами приподнялась, и раздался
мелодичный смех.
В тот момент, когда он очнулся ото сна, он обнаружил, что его
оседлала обнажённая женщина. Даже когда ей приказали остановиться, она
продолжала покачивать бедрами.
Её пышная грудь и рыжие волосы всколыхнулись, когда она
заговорила:
― Эй, я поцеловала тебя в губы. Я целовала тебя снова и
снова. Мы дали «нерушимую клятву».
Лучиано не пытался ни двигаться, ни сопротивляться. Вынужденный
поцелуй был бессмысленным.
― Я хочу быть с тобой, когда ты просыпаешься. Могу я
поцеловать тебя сейчас?
Лучиано проигнорировал обольстительный голос и попытался
разобраться в том, что его окружает. Всё было в алменианском стиле. Золотой
подсвечник, письменный стол и стул. Вся мебель была великолепной. Похоже, что
его перенесли, пока он спал.
― Любовь моя... Я знала, что ты честный человек, который
ценит целомудрие. Даже когда я приглашала тебя, ты отказывал мне, говоря
подождать до свадьбы. Так что же произошло, пока я тебя не видела? Когда ты
начал спать с женщинами? Сколько их у тебя было?
Лучиано не ответил, ему было наплевать на нынешние
обстоятельства.
― Флавия, ты накачала меня наркотиками.
У него стучало в затылке. Он привык к отравлениям с детства,
поэтому наркотики бы не подействовали на Лучиано, только если он не были
сильнодействующими. Что ж, должно быть так и было. Пока он спал, ничего не
заметив, на него набросилась эта женщина.
― Меня постоянно беспокоило, что ты очень чутко спишь. Я
слышала, что тебе постоянно снились кошмары после потери Серрата. Ты плохо
спал, поэтому тебе нужно было отдохнуть. Они дорого стоили, но это всё ради
тебя. Мне не жаль, ― невнятно пробормотала женщина над ним.
― Это то самое «лекарство для мужчин», о котором ты говорила
раньше, верно?
― Да, он потрясающий, верно? Он непостижимый человек, но его
мастерство впечатляет. Ярость закупорена внутри тебя, потому что сейчас ты не
убиваешь людей. Вот почему я сделала это; чтобы мы могли стать одним целым.
Ледяной взгляд Лучиано скользнул по женщине. Её кожа была
влажной от пота, а из рта раздавались стоны. Должно быть, она делала это в
течение долгого времени. На самом деле, его нижняя часть живота была влажной от
женских соков. Лучиано затошнило.
― Это фармацевт маркиза Лонголия?
― Да, моего мужа. С помощью этого препарата он уничтожил
своего политического врага. И это ещё не всё. Ещё я использовала афродизиак... Давай
не будем говорить об этом старике, мне это не нравится. Теперь ты здесь, со
мной. Этого достаточно.
Флавия крепко к нему прижалась.
― Ах... Лучиано, я люблю тебя. Ты ведь тоже любишь меня,
верно?
Лучиано почувствовал отвращение и растерянность. Он
попытался оттолкнуть женщину, но его тело было слишком тяжёлым, поэтому он не
мог двигаться. Наркотик был очень сильным, а в сочетании с его плохим
физическим состоянием, Лучиано был словно труп.
― Твое тело онемело, да? Как и ожидалось, любовь моя, яд на
тебя не действует. Фармацевт сказал, что тот, кто его выпьет, не проснется до
утра... Но тебе... потребовалось всего два часа, чтобы проснуться. Ты
действительно потрясающий, ― Флавия заворожённо уставилась на него в
благоговейном страхе.
― Я запомню тебя и этого твоего фармацевта. Не думай, что
сможешь сбежать.
― Нет, не говори ничего такого пугающего, мой дорогой, это
тоже для будущего Серрата. Королевская семья не должна погибнуть. Так больше не
может продолжаться. Мы обязаны создать следующее поколение. Каждый день я буду
давать тебе его, чтобы ты кончал, ― Флавия яростно присосалась к его шее. Появились
четкие красные отметины. ― А ты знал? Ты самый красивый мужчина, которого я
знаю. Твоя внешность такая утончённая. Но дело не только в твоем лице.
Флавия сморщила нос и, положив руки на простыни, намеренно
приподняла бедра, показывая место, где они соединялись. Толстая нитевидная
жидкость капала из неё.
― Смотри, ты такой красивый. Даже твой член. Цвет, форма ―
всё это как будто создано для меня.
― Заткнись, шлюха. Ты заперла комнату.
― Ах, это моя резиденция, так что мне даже ключ не нужен.
Конрад, который охранял ту комнату, глубоко спал, приняв свой собственный
наркотик. Его храп похож на гром. Я сменила комнату, потому что там было так
шумно.
Верно, хотя скорее это был особняк не Флавии, а её мужа.
Лучиано, убив короля и принца Алмении, скрывался там, готовясь к своему
следующему шагу.
― Дело не в том, что я не знаю, что сказать. Ты меня изнасиловала.
― Это не изнасилование, я твоя невеста. Мы станем единым
целым друг с другом, это неизбежно.
Флавия проигнорировала его слова и начала снова двигаться. Кровать
скрипела каждый раз, когда она шевелилась.
― Ах... Лучиано. Я люблю тебя. Я хочу родить тебе ребёнка в
ближайшее время. Ты будешь королём, а я твоей королевой, и Серрат будет возрожден.
Я красивая, а ты просто великолепен, наш ребенок будет самым красивым и совершенным.
Так что, пожалуйста, влей в меня побольше своего семени, хорошо?
Лучиано лежал на кровати, смехотворное чувство отвращения к
этой женщине захлестнуло его. Вены на его скованных руках вздулись от тихой
ярости. Он испытывал к ней только отвращение.
― Ты бредишь, твой муж ― маркиз Лонголия. Ты забеременеешь
от этого старика.
― Это невозможно. Этого человека больше нет.
Когда Лучиано нахмурился, она остановилась и улыбнулась.
― Ты, наконец, пришёл сюда, чтобы уничтожить Алмению. Я ждала
этого два года. Я наконец-то смогла снова встретиться с тобой, как я могла
стоять в стороне и ждать? Мой муж был препятствием на пути к тому, чтобы я как
можно скорее стала твоей женой. Вот почему я приказала Амансио... Давай делать
это каждую ночь, ― прошептала она.
У него на виске вздулась вена.
― Не будь смешной... Ты убила маркиза? Бездарнотсть!
Лучиано в гневе оттолкнул женщину. Когда её сбросили с него,
она ударилась о край стола. Дорогая ваза треснула с резким звуком.