После того как его навещали и Мин Хо и Харин, к нему также редко приходила Аделя естественно из-за того, что сейчас у неё в семье происходит просто ужасная атмосфера она редка приходить, но зато не забывает писать ему хотя бы раз в день.
Всё из-за того, что отец решил выдать замуж старшую сестру которая сама не хотела выходить за не любимого человека которого знала всего-лишь то пару дней она пыталась объяснить отцу, что она не хочет выходить за него замуж, но не смогла отец назначил свадьбу весной, и сказал готовиться сейчас поэтому Аделя и всё остальные в семье были так заняты из-за свадьбы старшой сестры.
Аделя спросила нужно ли что-то Тамохи-кун в плане еды, воды, одежку, но он отказался сказал, что у него от Мин Хо есть много фруктов и прочего там и не только одежда, но даже новый телефон, Аделя знала сколько стоит новая модель такого телефона ведь младшей совсем недавно купили новый телефон, а старый был очень сломан поэтому его выкинули в мусорку.
Аделя попрощалась с Тамохи-куном и ушла из больницы прямиком домой ведь отец специально сказал не задерживается с ним и также отец попросил Аделию когда она вернётся зайти к нему и спросить какое платье она выбрала своей сестре, Аделия зашла к отцу и рассказала какое платье она выбрала ей пышное красивое огромное.
Отец, нахмурившись, кивнул. Ему, казалось, было все равно, какое именно платье выбрала Аделя, главное, чтобы оно соответствовало его представлениям о роскоши и статусе семьи. Он больше беспокоился о количестве гостей и размере приданого.
Аделя вздохнула и направилась в свою комнату. Ей было жаль сестру, обреченную на брак без любви. Она чувствовала себя бессильной что-либо изменить. В голове крутились мысли о Тамохи-куне, о его одиночестве в больнице, о его благодарной улыбке. Она обещала писать ему каждый день и старалась сдержать свое слово, хотя с каждым днем это становилось все сложнее.
Вечером, перед сном, Аделя снова написала Тамохи-куну. Рассказала о приготовлениях к свадьбе, о грустном лице сестры, о равнодушии отца. Она не знала, прочитает ли он ее сообщение сразу, но ей было легче, когда она делилась с ним своими переживаниями. Он был единственным, кому она могла открыться, кто слушал ее без осуждения, кто понимал ее боль.