Пепел ещё не осел, когда Ло Чэнь почувствовал, что за пределами разрушенной долины мир больше не воспринимает его как человека, потому что земля под ногами дрожала не от его шагов, а от самого факта его существования, и воздух вокруг медленно сгущался, будто сама реальность пыталась задушить того, кто не должен был вернуться.
Из глубины гор вышли фигуры, не скрываясь, не прячась, не боясь, потому что страх был привилегией смертных, а они давно перестали ими быть. Три силуэта, окутанные божественным светом, но свет этот был не чистым, а надломленным, словно отражение истины в треснувшем зеркале, и когда они приблизились, пространство вокруг стало тяжелее, каждое движение требовало усилия, каждое дыхание напоминало о границе между жизнью и ничто.
«Ло Чэнь» — прозвучал голос, спокойный, низкий, будто имя его было старой молитвой. — «Прошли эпохи, а ты всё ещё выбираешь путь разрушения».
Он медленно поднял взгляд, и в глазах не было ярости, не было безумия, не было даже ненависти, только холодная усталость того, кто слишком долго наблюдал один и тот же результат.
“Путь разрушения… интересное слово”, подумал он, и губы чуть дрогнули в подобии улыбки.
«Вы пришли поздно» — сказал он. — «Мир уже разрушен. Я лишь завершаю работу».
Один из них шагнул вперёд. Его облик напоминал воина, но под доспехами из света угадывались трещины, словно божественная форма больше не могла удерживать истинную сущность.
«Ты был тем, кто должен был стать хранителем» — сказал он. — «Тем, кто удерживает баланс между смертными и небесами. Мы дали тебе силу. Мы дали тебе путь. Мы дали тебе место рядом с нами».
Ло Чэнь опустил взгляд на свои руки, на когти, на тёмную кровь, медленно капающую на камень.
“Вы дали мне повод”.
Он поднял голову.
«Вы дали мне цепь».
Второй бог сделал шаг, и его голос прозвучал мягче, почти сочувственно.
«Ты забыл, кем был. Ты забыл тех, ради кого поднялся. Ты забыл женщину, которая молилась за тебя. Ты забыл город, который называл тебя спасителем».
На мгновение мир дрогнул.
Память вернулась не как видение, а как боль.
Солнце над живым небом.
Руки в крови монстров.
Люди, стоящие за его спиной.
И девушка с тихим голосом, держащая его за ладонь.
«Ты вернёшься?» — спрашивала она.
“Вернусь”.
Ло Чэнь медленно вдохнул.
«Я ничего не забыл».
И тогда память пошла дальше.
Он видел, как боги сидят на тронах, обсуждая судьбы людей, как фигуры на доске, как ресурсы, как источник веры, как батареи для небесных доменов.
«Мир нестабилен».
«Человечество слишком быстро развивается».
«Его нужно сократить».
Он видел, как его город был выбран первым.
Божественное очищение.
Небо, падающее огнём.
Крики.
Пепел.
Тела тех, кого он защищал.
Её тело.
«Это необходимо ради баланса» — сказали они тогда.
Ло Чэнь медленно сжал пальцы.
Когти дрогнули.
“…Баланс”, повторил он мысленно, и в этом слове больше не было смысла.
Третий бог, молчавший до этого, наконец заговорил.
«Ты стал оружием. Ты стал тем, кто нарушает цикл. Ты стал тем, кто угрожает самому существованию миров. Разве ты не понимаешь, что без нас всё рухнет».
Ло Чэнь рассмеялся. Не громко. Не истерично. Просто сухо.
«Всё рухнуло при вас».
Он сделал шаг вперёд.
«Вы создали мир, где жизнь была монетой. Где вера была налогом. Где смерть была инструментом политики. Вы назвали это порядком. Я назвал это поводом».
Система вспыхнула.
Фрагмент памяти синхронизирован
Эмоциональный якорь восстановлен
Печать Конца усиливается
Его тело дрогнуло, но не от боли, а от ясности.
“Я не стал убийцей богов из-за ненависти”.
“…Я стал им из-за понимания”.
Он поднял руку.
Когти вытянулись ещё сильнее, удлинились, стали похожи на лезвия самой пустоты, и яд внутри них бурлил, готовый пожрать даже концепт божественности.
«Я не спасал мир».
Он посмотрел им в глаза.
«Я спасал смысл».
Первый бог шагнул назад.
«Ло Чэнь, если ты продолжишь, исчезнут эпохи, исчезнут миры, исчезнет всё».
Он наклонил голову.
«Тогда всё начнётся честно».
И он двинулся.
Бой не был схваткой. Это было стирание. Когти прошли сквозь божественный свет, как нож через ткань, яд проник в сущности богов, разрушая их домены, разрывая их существование на уровни, где даже молитва не могла достигнуть. Один пал без крика. Второй попытался заговорить, но слова растворились вместе с его лицом. Третий успел лишь посмотреть на Ло Чэня с чем-то похожим на понимание.
Система зафиксировала:
Божество устранено
Кармический вес увеличен
Печать Конца усилилась
Домены Небес ослаблены
Пепел снова осел.
Ло Чэнь стоял среди пустоты, где только что были те, кто управлял судьбами миллионов.
“…Теперь вы знаете, почему”, подумал он. “…И если мир снова создаст богов, я снова стану их концом”.
Он повернулся к дороге.
Впереди лежала бесконечность эпох.
И он собирался пройти их все.