Заноза

Шурх.

Оно коснулось его. Сильный испуг тут же сковал все тело. Мысли D в ту же секунду отключились. Каждая мышца напрягся до предела. Он замер в судорожном ожидании чего-то очень плохого. Сердце заколотилось как сумасшедшее, оно билось о ребра так сильно и быстро, что этот стук отдавался в ушах.

Но вместо чего-то плохого произошло странное. Чья-то ладонь теплая и мягкая осторожно опустилась на его голову. Пальцы начали медленно, ласково гладить его по волосам.

Напряжение уходило неохотно, мышцы расслаблялись медленно. D лежал в полном недоумении и шоке. Он не понимал, что происходит. В этот момент на D аккуратно, стараясь не шуметь, накрыли одеялом. И D наконец осознает по ощущениям, что этим пугающим ночным существом была всего лишь его Мать. Она просто пришла проверить его перед своим сном.

Мать тихо повернулась и вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. В узкой щели под дверью погас свет из коридора. Комната снова погрузилась во тьму.

D остался один в тишине. Его сердце все еще продолжало очень громко и часто стучать.

«Почему я так сильно испугался?.. Чего я ждал? Какой же я наивный тупица».

«Так тяжело... В груди...»

«Так хочу покоя...».

D сонно и вяло потянул на себя одеяло, плотно скомкал его руками в большой бесформенный ком, а затем обнял его. Глаза закрылись сами собой, и уставшее сознание постепенно выключилось. Он провалился в глубокий сон без сновидений.

Утро встретило его привычной серостью за окном.

D снова нехотя встал по звонку будильника. Все утренние дела происходили на автомате, как на жестком повторе. Сначала привычная гигиена в ванной, где он тупо смотрел на себя в зеркало. Потом безвкусный завтрак, который почти не лез в горло. Затем долгая дорога, серая школа и душный кабинет. И все это бесконечное время D ни о чем другом не мог думать. Он мысленно молился каждую минуту:

«Хоть бы Ермак вернул мой реферат... ».

Но Ермака все не было. Его место за партой пустовало, назойливо раздражая. Время неумолимо шло вперед, приближая начало урока. А ведь это был как раз тот самый предмет, по которому надо сдать эту несчастную работу. D судорожно и без остановки дергал ногами под партой. Его кроссовки глухо стучали по полу, ладони сильно потели от страха, и он постоянно вытирал их о штаны.

Прозвенел звонок на урок. Этот звук показался D сигналом к началу казни. Вокруг сразу зашевелились, зашумели одноклассники. Все они дружно копошились в своих сумках и рюкзаках, чтобы достать распечатанные листы.

— Добрый день! Садитесь, — в кабинет быстрыми шагами вошла учительница, громко топая своими каблуками. Этот стук больно бил D по натянутым нервам.

Все ученики встали для приветствия, а потом с шумом сели. D почувствовал, как его пальцы сами собой сжимаются в кулаки. Дыхание сильно учащалось, становилось рваным.

«Где он ходит?! Почему его до сих пор нет?! Где этот придурок?! Где?! Где?!»

— Ребята, сдаем быстренько рефераты мне на стол! Живее, время идет! — громко скомандовала учительница, раскрывая классный журнал.

Одноклассники со всех сторон уже несут свои работы. Они спокойно переговаривались, улыбались, шутили. Даже Антон, который никогда ничего не делал, подготовился и гордо нес свою папку. D сидел неподвижно и лихорадочно думал, как бы выкарабкаться из этой ужасной ситуации:

«Может, сказать учительнице, что мой реферат забрал Ермак?.. Но тогда он убьет меня. Бля...»

D нервно и быстро стучал пальцами по парте, не зная, куда деться. Но вдруг его осенила простая идея. Она показалась ему спасительной.

«Точно. Скажу, что я забыл свой реферат».

D с трудом сглатывает сухой ком в горле и окончательно решается на эту ложь. Но внутри у него все равно было плохое ощущение. Будто он упустил какую-то очень важную деталь, которую не учел.

Учительница тем временем быстро отмечала в журнале всех учеников, которые сдали ей работу. В итоге на странице красовались две пустые ячейки — напротив фамилии Ермака и напротив фамилии D.

Она подняла строгий взгляд от журнала, осмотрела класс и громко сказала:

— Так, все сдали, кроме D и Ермака! Ну и где ваши работы?! Почему я их не вижу?!

Плечи D тут же сильно сжались, а его взгляд напуганным.

В этот самый момент кто-то открыл дверь кабинета. D вздрогнул и сразу оглянулся на громкий скрип двери. На пороге стоял Ермак, а в его руке была зажата папка с рефератом.

«Ура! Он пришел! Он успел!» — внутри D все запело от облегчения, страх стал быстро отступать.

Ермак лениво идет между партами к учительскому столу. Когда он проходил мимо места D, тот протянул к нему руки, ожидая получить свою вещь. D с надеждой в голове мыслил:

«Зря я все-таки много тревожусь... Постоянно накручиваю себя. Все-таки надо больше людям доверять, не все же вокруг коз-..»

Но Ермак просто проходит мимо D. Он даже не повернул голову в его сторону, словно D вообще не существовало в этом классе.

«Что?..» — руки D так и остались висеть в воздухе. Внутри у него все резко похолодело от нехорошего предчувствия.

— Вот мой реферат, держите, — протягивает папку Ермак, зевая.

— Ермак, хватит постоянно опоздывать! Когда это прекратится?

— Извините, пробки были. Понимаете?

— Ладно, садись. Дай-ка проверю твою работу... Хм-м-м. Я удивлена, что ты вообще принес реферат. Точно сам делал?

— Да. Я просто подумал, что пора уже браться за учебу, оценки исправлять. Поэтому я целый вечер сидел и писал этот реферат.

— Ну, удивляешь ты меня, Ермак. Приятно удивляешь. Ладно, пять.

В этот момент у Ермака на лице появилась эгоистичная, едва заметная ухмылка. И эту победную ухмылку заметил только D.

В голове у D все поплыло.

«Он... украл... мой... реферат?! Он выдал мою работу за свою?! И он еще улыбается?!.. Этот пидор просто взял и поменял обложку реферата на свою фамилию?!»

Учительница заканчивает что-то подписывать в журнале, ставит оценку Ермаку и строго смотрит прямо на онемевшего от шока D.

— Так, с этим разобрались. И в итоге работу не сдал только ты один. Где твой реферат, D?! Я жду ответа.

Сознание D сузилось до одной крошечной точки. Прошлая трещина на его маске начала сильно воспаляться и словно излучать вокруг густую тьму. Эта обида и злость пульсировали в голове, заполняя все мысли. Трещина стала увеличиваться пластиковым скрежетом.

Учительница видит его молчание и оглушительно громко бьет ладонью по столу. D резко вздрагивает, очухиваясь от этого ступора.

— Я с кем разговариваю?! Я спрашиваю! Где... твой... реферат?!

— Я-я... — тихо выдавил он. Голос подвел его и превратился в жалкий, едва слышный писк.

D испуганно оглядывается на класс. Все одноклассники смотрят на него как на какого-то странного дурачка. На лицах у многих были насмешки. D сильно берется рукой за свое предплечье от стыда, сжимая кожу пальцами до боли.

— Я-я... забыл реферат дома...

— Что значит забыл?! Я не раз говорила вам всем, что меня после этого урока в школе вообще не будет из-за срочных командировок! Иди быстро домой за рефератом, бегом, иначе останешься не аттестован за эту четверть!

— М-мой дом находится очень далеко... Я не успею вернуться, — тихо пролепетал он, сильнее вжимаясь в стул.

— Боже... Ладно, я сама буду звонить твоим родителям. Садись!

D садится на место очень медленно и тихо. Он старается вообще ни на кого не смотреть, забившись в самый угол парты. И в таком звенящем, удушливом кошмаре проходит весь оставшийся урок.

После уроков D идет медленно к автобусной остановке. Ноги казались деревянными и налитыми свинцом, они еле двигались. Он зашел в автобус, садится на свободное место у окна и все время пути тупо смотрит в грязный, затоптанный пол автобуса. В голове была зловещая пустота.

Доехав до дома, D уныло подходит к двери своему дому. Но, даже не успев схватить пальцами за дверную ручку, он замирает. До его ушей доносится громкий, полный ярости голос отца, который кричал прямо изнутри прихожей:

— Как же меня все это заебало! Почему D соврал мне про этот чертов реферат! Мне теперь из-за него выслушивать это дерьмо по телефону?!

D весь мгновенно напрягся. Сердце испуганно заколотилось где-то в самом горле.

— Начальник на работе достал, ебаные учителя со своими жалобами, сын и ты еще Ирина! Не хватало нам еще лишних проблем!

— Прости, Влад... — совсем подавленно, тихо и беззащитно сказала Мать.

— Сын еще как заноза в жопе! Он все больше становится неудачником-затворником!

D после этих жестоких слов еще сильнее обострил слух. Он прижался ухом к двери, ловя каждое слово.

— Но ты не можешь так говорить о нашем сыне... Он просто ошибся, — попыталась слабо заступиться за него женщина.

— Если мы сейчас ничего не будем делать, он окончательно скатится по этой учебе, вылетит из школы и будет до конца жизни сидеть на нашей шее паразитом!

— Но... — Мама решила больше не спорить с мужем, поняв, что это бесполезно, и лишь тяжело вздохнула.

«Я же просто не сдал реферат... Почему отец думает обо мне так?..»

Глаза маски начали сильно слезиться. D быстро вытирал их рукавом пиджака, но слезы не хотели кончаться. Обида душила его. Он полностью убирает руку от двери квартиры, разворачивается и уходит прочь . Он шел куда глаза глядят, лишь бы скрыться от этой боли.

После ухода из дома D подавленно и медленно шагал по дорожкам в ближайшем парке. Под ногами тихо хрустели сухие ветки.

«Меня никто не ценит... Я настолько бесполезный...».

Сердце от этих горьких мыслей стучало все быстрее и быстрее, совершая дикие удары. Зрение становилось совсем туманным из-за новых подступающих слез. От сильного недомогания D падает на старую деревянную скамейку, полностью обмякший. В его мыслях по кругу крутилась цепочка слов:

«Учеба. Ермак. Родители. Реферат. Унижения».

«Учеба... Ермак... Родители... Реферат... Унижения...»

«Унижения... Унижения... Унижения...»

Каждое это слово больно выжигало остатки рассудка.

— Ч-черт!! — D с сильным надрывом и громким всхлипом со слезами вскрикивает на весь пустой парк.

Его левый кулак судорожно сжимается от накопленной злости. Парень замахивается и со всей дури ударяет рукой по жесткой деревянной обшивке скамейки.

— Эти ебаные люди!! Как же я вас ненавижу! На! На нахуй! Получайте!

Удар. Послышался сухой треск дерева. И еще удар. И еще один, еще сильнее, вымещая всю свою слабость и боль на этой деревяшке.

И вдруг его руку пронзает резкая, очень острая боль.

— Ай! — громко и резко вскрикнул D от неожиданности.

Он мгновенно останавливается. Безумие и злость тут же отступили. Парень тяжело, хрипло дышал и испуганно смотрел на свою руку. В ней застряла глубоко под кожей огромная, грязная деревянная заноза. Из раны уже начала быстро проступать темная кровь, пачкая пальцы.

D попытался аккуратно вытащить занозу другой рукой, но малейшее движение вызывало такую сильную, дергающую боль, что его выворачивало. Он бессильно опустил руки вниз.

«Похрен уже на всё... Пусть пока побудет ебаная заноза... Ай... »

D так и остался сидеть, сильно сгорбившись на скамейке. Он старался вообще не трогать и не шевелить раненую ладонь, которая теперь горячо и неприятно пульсировала в такт сердцу.

Гнетущую тишину парка вдруг прервал странный, ритмичный металлический скрип. Этот звук шел откуда-то с левой стороны.

D медленно и с трудом поднял отяжелевшую голову.

Недалеко от его скамейки была старая спортивная площадка с турниками. На одном из железных снарядов, тяжело и шумно дыша, раскачивался какой-то очень потный и просто огромный, широкий в плечах мужик в зеленой футболке.

— П-пятнадцать! Ф-фух... — громко прохрипел он. — Шестнадцать! Фух, все!

Он закончил свой тяжелый подход и с глухим стуком спустился ногами на землю. Мужик быстрым движением вытащил из кармана штанов телефон, несколько раз раздраженно пощёлкал кнопкой включения, но экран оставался черным. Он разочарованно и громко цыкнул:

— Черт. Зарядка сдохла. Надо бы время узнать, а то на акцию опоздаю.

Он остановился посреди площадки, вытирая пот со лба, и начал оглядываться по сторонам в поисках людей, пока наконец не наткнулся взглядом на сгорбленного, одинокого D, который сидел на скамейке в полной прострации.

— Пойду что ли у этого пацана спрошу.