Глава 11. Казнь
Дэвид, наконец, почувствовал любовь, и то что он кому-то нужен. Теперь он жил счастливо, наверное. Каждый день он рассказывал детям о своих страхах и мечтах, и каждый вечер он помогал им с делами, стараясь сделать их жизнь чуть лучше в этом тяжелом мире. Но похоже самим богам не было интересно смотреть на это и тучи над ними сгущались.
—Спасибо большое... — Тихо и нежно произнесла женщина, смотря своими добрыми и зелеными глазами, на юношу.
—Не стоит, это вы мне помогаете, без вас, меня бы давно схватили.
—Что намереваешься делать, как стража вновь откроет выход?..
—Сбегу, оставаться здесь равняется смерти.
—Ты больше, никогда... Не вернешься?..
—Да.
На этом их разговор закончился. Мать с огорченным видом скрылась на лестнице. Дэвид в свою очередь, улегся в своей комнатушке, подстелив пару тряпок. Его глаз уже восстановился, поэтому перед сном, он разглядывал жучков, бегающих по стенкам. Так и прошла вся ночь. Внезапно на утренней заре, когда солнечные лучи только-только пытались пробиться сквозь облака, раздался громкий стук в дверь и пронзительные крики стражи. Дверь резко распахнулась, и в хибару вломились высокие фигуры в доспехах, размахивая мечами и щитами. Городская стража, иссеченная недоверием и настороженностью, искала Дэвида, какого-то жалкого скелета, которого они считали угрозой. Женщина сразу же спустилась вниз, а с ней и дети.
— Где он?! Мы знаем, что ты его прятала! — закричал один из стражников, приближаясь к женщине.
Дэвид, чувствуя приближающуюся опасность, тихо отступил в темный угол комнаты. Его сердце колотилось, и он знал, что медлить нельзя. Надо бежать, но что тогда с ними? Нет, им ничего же не сделают, они такие же граждане, скажут что я им угрожал.
Мать тряслась от страха, но она бросилась к стражам.
— Уйдите! Я ничего не знаю о нем! Его тут нет! Не трогайте нас!
Но ее слова не прекратили гнев стражников. Они начали опустошать хибару, переворачивая мебель и хватая младших детей, которые прятались за материнской юбкой, в страхе. Дэвид не мог оставаться в стороне. Он знал, что у него есть всего несколько минут, чтобы вытащить семью из этой ловушки. Применив свои силы, Дэвид выбил дверь с ноги, сразу занырнув в окно. Его действия, были столь быстры, что ненадолго остановили наступление стражи.
— Ну-же, я тут, я то самое чудовище! - прокричал он, обнажая лицо, он должен был увести солдат.
Стража побежала за ним. Их глаза были полны настроя и гнева. Однако в этот момент раздался ужасный звук, будто топали сотни лошадей, в хибару вломилась еще одна группа стражников. Ситуация накалилась до предела, и раздались крики. Побег - единственное, что оставалось скелету, но солдаты не отставали. Они бежали по ночным улицам, пока не оказались в безопасной части города. Наконец выбившись из виду он спрятался за углом в канаве. Прошло пару часов, уже была глубокая ночь, сознание было полно мыслей : что с ними стало? Все ли хорошо с семьей? Правда вскоре оказалась еще более жестокой. Он почувствовал в воздухе что-то зловещее, смерть была совсем близко.
*сознание*—Нет, нет, НЕТ!
С этими мыслями, Дэвид рванул по улицам, скорость достигала максимум, еще чуть чуть, и тело не выдержив, просто рухнет. Но его бег остановился при виде огромной толпы, они окружили нечто ужасное. Юноша стал прорываться сквозь этих отребей. Вскоре перед ним встала ужасная картина. Его худое сердце замерло, на возвышенности, привязанные к балкам, были мать и трое ее детей. Смешанные крики, угроза в воздухе и холодность взгляда горожан магически охватили пространство.
— Сжигайте предательницу! — кричали люди, рвя глотку. Они так ждали их смерть. Они же такие же люди как и они. Дэвид не знал, что делать. Его сердце разрывалось от боли, когда он стоял в стороне, наблюдая за тем, как людей собираются сжечь на потеху публике. Он знал, что они не виноваты, но всем было плевать. Он уже хотел рвануть вперед чтобы помочь. Но эта женщина взглянула на Дэвида, ее глаза были полны ненависти, она была готова своими руками убить Дэвида, теперь он ненавистен даже тем детям, что его любили. Толпа вокруг них разрасталась, энергично поддерживая идею казни. Крики и смех смешивались с паникой, создавая атмосферу настоящего кошмара. Дэвид остался один на краю, ощущая, как его сердце разрывается от беспомощности. Он снова пытался сосредоточиться, но его ум затмевала боль утраты. Почему он не может спасти их? Почему этот мир такой жестокий? Дэвид чувствовал, как холодное дыхание смерти касается его души, обхватывая мрак, который он думал что давно поборол. Среди толпы началась неразбериха, и на жертв бросили последние взгляды. Как будто обретя решимость, стражники начали готовить пламя. Дэвид замер не в силах контролировать тело, и понимал, что сейчас он не может ничего сделать. Он погряз в отчаянии. Среди всеобщего неистовства раздался треск, когда огонь вспыхнул. Пламя охватило стену вокруг жертв, и Дэвид увидел, как их лица искажаются от боли и страха. В этот момент его мысли засомневались.
—Вы не имеете права! - закричал, но никто не слышал его криков. Он чувствовал, что его голос теряется в нависшем хаосе.
Всё это казалось невыносимым. Вместо действий он только стоял, замерев, как окаменевший скелет, охваченный тьмой. Тени окутали его, в то время как он ловил себя на мысли, что всё было бесполезно. Все его усилия, все страдания, которые он пережил за последние годы, не привели ни к чему. Как бы он ни хотел изменить все это, он не мог вмешаться, не мог спасти их. В груди у него поднимался гнев, но он знал, что этот гнев ничего не изменит. Юноша был как тень, не имеющая права голоса в этом ужасном представлении. Весь его взор был сосредоточен на пылающее пламя, наблюдая, как оно уносит души, пока мир вокруг него становился все более невыносимым. И вот, он остался в полном безмолвии, просто глядя на смерть своих новых друзей и, возможно, свою собственную судьбу. Прошло так много и мало времени одновременно, уже догорали последние языки пламени. Дэвид ощутил, как что-то внутри него лопнуло. Он был не просто безжалостным существом, он был жертвой, казненной на алтаре безумия. У него не осталось ни надежды, ни целей.
Оставшись один с горем и беспомощностью он не знал, что делать дальше, как жить с этой тяжелой утратой. Но чувство вины сжигало его, как те языки пламени. С каждым шагом назад Дэвид понимал больше, чем когда-либо: этот мир не всегда полон любви и тепла. Он был безжалостен, и даже его сила не смогла бы помочь. Взрыв эмоций и воспоминаний снова охватил его, когда он ушел в темноту, оставляя сзади это место ,и тех, кто никогда больше не сможет его покинуть. Собрав свои мысли, Дэвид подумал.
*сознание*—Почему бы, мне вас не сожрать?
Это была последняя мысль, прежде чем та самая жадность вновь не овладела телом и душой мальчишки...