Белая пелена рассеялась, и я увидел над собой беззвёздное небо. Хотя быть уверенным, что это именно небо, тоже нельзя. Затылок ныл, а ладони нащупали что-то твёрдое и шершавое. Поворачиваясь со спины на бок, я сдавленно выдохнул. Асфальт. Самый обычный, к слову.
Ноги немного подкосились. В голову ударило, в глазах потемнело. Нельзя так резко вставать. Я хватал ртом воздух, как пылесос. Очень сложно дышать. Такое чувство, что я зашёл в какую-то сауну. В ушах стоял гул, как от трансформаторной будки, давящий на мозг. Щурясь от боли, поднял взгляд и зацепился за тёмный силуэт. Пятиэтажка из кирпича, что напоминал выцветшие фотографии. Несмотря на цвет камня, удивительно, что такой знакомый образ находится здесь. Учитывая, что всего минуту назад я падал в бело-чёрном туннеле, это странно.
Окна горели тёплым оранжево-жёлтым светом, как от старой лампочки. Почему интерьер за окном кажется мне таким странным? Он словно… не имеет объёма. Кажется, что смотрю не на квартиру, а на картину за стеклянной рамкой.
Мою попытку рассмотреть хоть что-то прервало мычание позади. Я обернулся, сжимая кулаки:
— М-м-м… не могу, — сел на асфальт Кирилл, держась за голову.
Он резко согнулся и закашлялся. Пока он прикрывал рот, я заметил лёгкие потёки слёз на его щеках. Кирилл судорожно выдохнул, содрогаясь всем телом.
— Кирилл?
Парень посмотрел на меня, и облегчённая улыбка сползла с его лица:
— Это… что такое? — его взгляд устремился дальше по улице, часть которой утопала в тёмно-голубом тумане. — Где я?! Это…
Наши взгляды встретились, когда он поднялся.
— Твоих рук дело?..
— Нет!.. — я замялся. — Я… честно, сам не знаю.
Кирилл отвернулся, а мой взгляд упал на вывеску над крыльцом одного здания. Зелёный «плюсик» ясно давал понять, что передо мной аптека, но вот надпись — её не разобрать. Буквы искажаются, плывут, иногда вовсе расплываются — подобно лицу той девушки из бетонных коридоров.
Мы оба посмотрели вглубь улицы в полной тишине. По обочине стояли фонари, но словно не светили. Горели, но никаких лучей до земли не доходило.
— Не знаешь? — спросил Кирилл тише. — Но это твой…
— Не имеет ко мне отношения этот колокольчик, — ногти впились в кожу. — Я же просил не трогать его.
Парень выставил руки, отступая чуть назад.
— Погоди, Тёма… Артём. Если хочешь поругаться, то прошу, только не здесь! П-пожалуйста, я и так готов в штаны наложить.
Пальцы я разжал, но колючая боль в груди не пропала. Стала ощущаться по-другому. Это я дурак, что вот так оставил чёртов «артефакт» на видном месте. О чём я вообще думал? Наверное, будь я таким же, как он, такая вещица и меня бы заинтересовала.
В голову лезли две мысли, и обе — «почему». Конечно, не стоит искать логику в вещах, связанных с перемещением в пугающие места, но всё-таки ответы мне нужны. Почему это место не тот бетонный лабиринт? Экдизия что-то говорила про подсознание, но, чёрт, понял ли я её вообще?
И колокольчик — почему сработал? На нём моё имя, но именно от действий Кирилла тот зазвонил. Там имя для красоты, а так любой может переместиться?
Под внимательным взглядом Кирилла я всё-таки подошёл к окну. Всё, как и думал. Как картина за рамкой. Касаясь стекла пальцами, я не мог предположить, что стоит приложить ладонь полностью — и по окну пойдут волны, как по воде. Кисть провалилась внутрь, и я мигом отдёрнул её, чуть не споткнувшись о бордюр.
— Тебя… что-то ударило? — Кирилл подошёл ближе.
Выставляя руку перед ним, я посмотрел на его лицо. Знать его не знаю, но бегающие глаза, сжатые челюсти, губы, которые не улыбаются. Всё это настолько отличается от того Кирилла, который заселился совсем недавно. И, к сожалению, в этом моя вина. Большая её часть.
— Ничего не ударило. Просто испугался, — опустил я руку.
— Чего? Окна?
В горле встал ком. Губы сухие, и даже облизывай их — без толку. Вот за что мне всё это? Иные миры, чувство, что кто-то страдает из-за меня. Я не готов.
Да даже перемести меня обратно в школу. Скажи: подойди и разберись, а если нет — случится что-то плохое. Я бы смог? Откуда мне знать. Такого сценария не было в голове даже в самые критические моменты. Просто утешить мать — даже на такое не способен был.
Что же я за человек такой?..
— Точно всё норм?
— Кирилл, — начал я, сглатывая. — Ты сможешь мне довериться?
— Довериться? Н-но как? То есть… — он виновато опустил взгляд. — У меня будто выбор есть.
У меня его тоже немного. Только довериться самому себе и тому, что случилось в последний раз в подобном месте.
— П-просто пошли за мной, — я нелепо, почти наугад указал налево, в туман. — Куда-нибудь туда.
Он проследил за моим жестом и криво улыбнулся.
— Отличное решение…
— Лучше, чем просто стоять.
Молчание. Долгое, которое перебивалось лишь постоянным гулом в ушах. Я потирал пальцы и, хоть в этом «городе» не было жарко, ощущал, как ладонь вспотела. Кирилл сипло выдохнул сквозь зубы, судорожно поправляя воротник блейзера.
— Если я там подохну, то на том свете тебя проклинать буду.
В сердце кольнуло, но я почему-то улыбнулся. Кирилл сделал то же самое, хотя было заметно, как дрожат уголки его губ. Значит, мне всё-таки можно довериться. Лишь бы это нас не погубило…
За первым шагом последовал второй. Приятель держался чуть позади, и мне то и дело приходилось оборачиваться на него. Продвигаясь по улице, я всё больше убеждался, что мы попали в какой-то потусторонний город. Жилые дома, ларьки с перемазанными табличками, нарисованные пешеходные переходы. Всё так же, как я бы представил любой город в стране. Но здесь всё такое… неживое.
Не хотелось смотреть, но мне надо. Экдизия вытащила меня тогда через стену с помехами, значит, здесь должна быть такая же. Лишь наивная надежда найти подобную в «городе» сподвигла вообще сдвинуться с места.
Мы вышли на первую развилку. Если всё устроено, как в реальном мире, то, повернув сейчас направо, мы пройдём во двор девятиэтажного дома. Проверить, наверное, нужно. Всё-таки дворик — немного времени уйдёт.
— Постой! Ты куда? — остановил меня Кирилл, когда я повернул.
— Проверить хочу. Не хочешь?..
— Да не то чтобы не хочу… Думаю, что если идти по центральной улице, то мы больше можем встретить.
— Откуда ты знаешь, что именно эта дорога — центральная улица?
Кирилл выпучил глаза, словно я спросил самую глупую вещь на свете.
— Думаешь, я улицы родного города уже не узнаю?
— Это Вересков?.. — спросил я, и он кивнул.
Новость, которую я совсем не готов был услышать. Не будь сейчас Кирилла, бродил бы, как потерянный щенок. Да нет, не будь его — скорее всего, забился бы в самый дальний угол.
Когда мы вернулись на дорогу, мне пришла в голову идея поувереннее, но, как по мне, столь же безумная. Меня пугала мысль о прогулке по «городу», и я не знал, сколько идти. Стоило просто надеяться, что здесь нет таких же — с размазанным лицом…
— Покажешь, где универ? — спросил я, переводя на него взгляд.
— Универ? З-зачем?
— Мы оттуда попали сюда, поэтому… — опустив взгляд, пожал я плечами. — Может, и выход там.
— Во блин… — Кирилл почесал затылок и глубоко вдохнул. — Хорошо, покажу. Только из-за того, что в твоих словах есть хоть что-то, что мне логику напоминает.
На неё я бы здесь вообще не рассчитывал…
— Артём, ты чего весь такой спокойный? Типа, у меня, кроме того что скоро подохну, в голове ничего нет.
Появилось желание крикнуть в ответ, но я сам испугался случайно привлечь чьё-то внимание. Хотел сказать, как всё нутро трясётся, про мысль спрятаться где-нибудь — но не могу. Я не хочу так поступать.
— Ну мы же вместе, — криво улыбнулся я.
— Так просто?
— Угу-м, мне этого хватает.
Не знаю, что он решил, о чём подумал, но, глянув на меня пару секунд, двинулся по дороге, зовя за собой. Может, я даже нисколько не соврал. Если так подумать…
Мы позволили себе перейти на лёгкую пробежку. Взбираясь на пустые холмики и спускаясь с них, я уже скоро стал узнавать эти места. Вскоре появились круговая дорога, спуск к вокзалу и деревья. Возле последних я остановился, когда мы оказались совсем рядом.
Апрель не зря так важен в моей стране. Обычно из-за климата на большей части территории уже всё цветёт, стрекочут насекомые. Так сказать, просыпается вся жизнь. Но вот здесь… совсем по-другому. Верхушки деревьев, как в середине осени — с редкими листочками, и те засохли. Я потянулся к одному, но стоило легко коснуться — он рассыпался в пыль, просочившись меж пальцев.
— Ты что-то нашёл? — вернулся слегка ушедший вперёд Кирилл.
— Листик.
— А? Ты сейчас серьёзно? — развёл он руками.
— Да нет. Прости.
Мы замедлились, когда стали проходить мимо вокзала. Длинное здание внизу холма горело в окнах тем же уютным светом. Первое, что я заметил нового, — мелькающие внутри чёрные силуэты. Стоило их заметить, как в голове вместо гула всплыл шёпот. Быстрый, смешивающийся — ни единого слова понять не мог.
— А-а-а, чёрт, что это?! — взялся за голову Кирилл. — У меня сейчас башка лопнет.
Я уже потянул его, желая убраться побыстрее, как зацепился взглядом за перекрёсток с горящим красным сигналом светофора. Не обращал внимания на них до сих пор, но этот был первый работающий. Замер я не от вида красного, а оттого, кто стоял у пешеходного перехода.
Кроме как «чёрные», описать я их не мог. Чёрные силуэты, что лишь отдалённо напоминали людей. Очертания, у некоторых — элементы одежды вроде кепок или шляп, кто-то держал сумку. Только так в них и угадывалось что-то человеческое. Но даже среди этой аномалии нашлась своя странность. Всего один силуэт глубоко в толпе светился белым. Как белая ворона, ей-богу.
Загорелся зелёный. Чёрные силуэты двинулись одновременно, с одинаковым темпом и размером шага. Они прошли до конца и снова встали, только на другой стороне. Только один белый остался на месте. Я выглянул чуть сильнее, пытаясь что-то разглядеть в оставшемся. У него — кристально-голубые глаза-точки. Силуэт осмотрелся, и вдруг наши взгляды встретились.
— Т-ты что творишь, Артём?! Сядь ты, сядь!
Резко отвернувшись, силуэт виновато опустил голову. Я успел только моргнуть, как белый стал чёрным и снова загорелся красный. Ступив на пешеходку, силуэт сделал всего пару шагов и растворился в воздухе.
— Артём, мать твою! Ты меня убить хочешь?!
— П-прости, просто… — я замялся. — Этот белый выделялся. Вот и всё.
— А тебя их присутствие совсем не смутило? Боже, лучше бы на месте остался сидеть…
Сам того же мнения, но вроде они не агрессивные? Я очень сильно на это надеюсь. Вон, опять зелёный — и они пошли. Просто ходят, и мы пойдём.
— Пошли? — спросил я.
— Через этих?
— А другой путь есть?
Кирилл задумчиво глянул себе под ноги. Вскоре он указал на подъём на той стороне, и мы перепрыгнули заграждение, выбегая на дорогу.