Мир людей был отделён от иных измерений. Эту границу установило верховное божество, и ни одному существу из другого мира не полагалось свободно пересекать её. Поэтому любой разлом, ведущий в мир демонов, должен был почти сразу захлопнуться.
Но портал, открытый Александром, вёл себя иначе. Он оставался маленьким и нестабильным, слишком тесным, чтобы через него свободно проходили живые существа, — и всё же постепенно врастал в пространство человеческого мира, словно становился его частью.
Тёмная мана забурлила вокруг разлома. Александр жадно впитывал силу, поступавшую оттуда. Его присутствие становилось всё более зловещим, а глаза горели хищным торжеством.
— Дети мои, примите благословение тьмы!
Поднятые заклинанием мертвецы завыли. Их тела начали раздуваться и меняться. Ещё недавно это были обычные павшие солдаты, но теперь один за другим они превращались в чудовищ размером с крупных монстров. Портал ещё не достиг полной силы — ради этого Александр так долго ждал нужного часа, — однако даже малой толики демонической энергии хватило для невероятных изменений.
По ту сторону прохода лежал источник тьмы. Сам факт его присутствия в человеческом мире многократно усиливал и Александра, и созданную им нежить.
— Роман Дмитри, ты наверняка считаешь себя сильнейшим из людей, — произнёс Александр. — Если бы я оставался обычным человеком, возможно, ты бы меня победил. Но посмотри, кем я стал. Сила мира демонов вознесла меня туда, куда существам вроде тебя никогда не добраться.
Тёмная мана разливалась вокруг него, словно живое море.
— А теперь склони колени перед неизбежным.
Мертвецы с рычанием бросились вперёд. Их было столько, что земля вокруг почернела. Они двигались подобно приливной волне, обнажив длинные зубы и когти. Александр раскинул руки.
— Кара тьмы!
Из разлома хлынула магическая энергия и, пройдя через его тело, превратилась в огромный вихрь. Воздух дрогнул и словно раскололся. В тот момент, когда орда обрушилась на Романа, буря тёмной маны стала разрывать всё без разбора — врагов и собственных мертвецов.
Сила заклинания была чудовищной. Огромные тела нежити распадались на клочья, но твари продолжали ползти вперёд, цепляясь за Романа уцелевшими конечностями.
Он одну за другой рубил их. Твёрдая, словно броня, кожа не оказывала мечу сопротивления. Встречая поток магии, Роман высвобождал ауру. Ударные волны отбрасывали тьму, а его клинок рассекал всякое существо, преграждавшее путь к Александру.
Расстояние между ними сокращалось с каждым мгновением. Человек не должен был двигаться с такой скоростью. Но Александр только смеялся.
— Вот так. Сопротивляйся до последнего.
Он сжал ладонь, и тёмная мана рассыпалась тысячами острых шипов, устремившихся к Роману.
Зазвенел металл. Атаки следовали с невообразимой скоростью, но ни одна не достигла цели. Мертвецы продолжали набрасываться, не обращая внимания на бушующую магию. Битва казалась бесконечной. На место каждого срубленного чудовища вставали новые, а когда Роман стирал целый участок пространства искусством меча Небесного Демона, его тут же заполняла очередная нежить.
Даже разрубленные на части твари восстанавливались. Пока из демонического портала поступала энергия, уничтожить их окончательно было практически невозможно.
— Хе-хе-хе! Ну как тебе? — издевался Александр. — И это лишь малая частица того мира, который я создам. Глупые люди, смиритесь! Как ни сопротивляйтесь, ваше будущее уже предрешено. Иллюзия!
Фигура Александра разделилась надвое, затем на четыре, на восемь… Вскоре на поле боя стояли десятки одинаковых магов.
— Адское пламя!
Тридцать два Александра одновременно сотворили заклинание. Со всех сторон поднялись огненные волны, и казалось, весь мир превратился в преисподнюю. Александр был уверен: даже сопротивляемость Романа огню не спасёт от подобной мощи.
Мертвецы с воем бросились к нему и вцепились в руки и ноги. Они не пытались избежать собственной гибели в огне. Их задача заключалась в том, чтобы не дать Роману уклониться.
Мгновение спустя огненная лавина поглотила его. Александр улыбнулся в предвкушении победы.
На самом деле Роман мог избежать этого удара. Времени оставалось достаточно.
Но он сознательно остался на месте.
Когда пламя хлынуло на него, а сила тьмы начала стремительно возрастать, в памяти ожили события прежней жизни. Роман шагнул навстречу огню.
Жар обжигал тело. Он давно достиг ступени, на которой обычный холод и зной не могли причинить ему вреда, но Адское пламя всё же обжигало кожу и приносило боль. Это не тревожило Романа. Он наступил на голову обугленного мертвеца, который всё ещё пытался до него добраться, и полностью погрузился в воспоминания.
«Так же было, когда я достиг ступени Неба».
В тот далёкий день Пэк Чжунхёк постиг новую истину. Приняв в себя саму силу природы, он столкнулся с мощью, которую человеческое тело не было способно выдержать. Его плоть начала разрушаться.
Тогда ему впервые по-настоящему показалось, что он умрёт. Пэк Чжунхёк пережил бесчисленные битвы и смертельные опасности, но энергия природы была чем-то иным. Кровь текла из глаз, ушей, носа — из каждой поры. Кожа плавилась и лопалась, тело утрачивало человеческий облик. Он рухнул на колени, уткнулся лицом в землю и дрожал от боли, уже не имея сил даже кричать.
И всё же не отступил. Он поглотил силу природы и слился с ней. В момент, когда сделал шаг на новую ступень, он ощутил, как по всему телу разливается невероятное могущество.
Мог ли Александр хотя бы предположить, что сейчас происходит внутри пламени?
Для Романа происходящее было знакомо. Жар Адского пламени напоминал испытание, пройденное при постижении природы, а энергия мира демонов по своей сущности кое в чём была близка силе Культа Небесного Демона.
Обычные люди называли её «тёмной» маной, но это был лишь человеческий способ описания. Мир демонов не воплощал тьму как таковую. Его обитатели стремились к наиболее разрушительным проявлениям силы, существующей в мироздании. Именно поэтому различные формы этой энергии со временем объединили под названием тёмной магии.
В этом она напоминала искусства Культа Небесного Демона. Да, различий было множество. Но для Романа достаточно было общего принципа.
Он начал поглощать поступавшую энергию и позволил огненному вихрю сомкнуться вокруг себя.
Сражение с Александром было столь грандиозным, что ни один обычный солдат не осмеливался приблизиться. Со стороны казалось, что даже Роман не мог быть уверен, переживёт ли он этот бой. Сила Александра действительно была огромной. Но невероятным образом Роман использовал схватку на грани жизни и смерти как очередную ступень тренировки.
Если бы он хотел немедленно закончить бой, всё завершилось бы значительно раньше.
Встретившись с Александром лицом к лицу, Роман убедился: тот пока не способен поставить его жизнь под угрозу. Поэтому он позволял противнику раскрывать всё новые способности и продолжал наблюдать, какую пользу сможет извлечь из них сам.
Снаружи бушевал огонь, а Александр торжествовал. Он не догадывался, что происходит с Романом в самом сердце пламени.
Время шло. Свидетели ожидали его смерти. Александр уже считал победу окончательной: он чувствовал мощные всплески маны и видимое угасание жизненной силы. Но эти признаки лишь укрепляли его ошибочную уверенность.
— Неужели всё? — разочарованно произнёс Александр.
Битва закончилась слишком быстро. Ощущая, как жизненная сила внутри огненного столба затихает, он ожидал большего. Если в прошлой жизни Роман действительно принадлежал к мастерам, перед которыми Александр когда-то благоговел, разве не должен он был показать нечто ещё более невероятное? Победа над сильным противником принесла бы гораздо больше удовольствия. А сколько радости он получит, когда завладеет его техникой!
И всё же Роман оказался обычным смертным. Александр уже собирался рассеять заклинание, когда из огня появилась человеческая фигура.
— Что?!
Он не верил глазам. Роман вышел из пламени, весь охваченный языками огня. Но ни кожа его не плавилась, ни волосы не горели. Тридцать два одновременных заклинания девятого круга должны были уничтожить любое живое существо. А Роман шёл сквозь них как ни в чём не бывало.
У Александра задрожали веки. Инстинкт вопил об опасности. Он поспешно потянулся к магической силе.
Но не успел.
Одна едва заметная вспышка — и его голова слетела с плеч. Он даже не почувствовал волну ауры, лишь увидел, как мир перевернулся, а земля приблизилась к лицу.
— Что… что это?.. — растерянно выговорил Александр.
Голова вновь рассыпалась тьмой и вернулась на плечи, но он не мог прийти в себя. Перед ним стоял Роман, спокойно наблюдая за восстановлением тела.
— Когда я достиг ступени Неба, — произнёс он, — в мире не осталось никого, кто мог бы выдержать мой удар. Александр, если ты и правда бессмертен, держись до конца. Я хочу сам увидеть, сколько моей силы ты способен вынести.
Роман чуть изменил стойку.
Ничего особенного. Первый шаг Поступи владыки Небесных Демонов. Первая форма начальной ступени искусства меча Небесного Демона. Те же движения, которыми он ранее уничтожал обычных солдат.
Но стоило ему высвободить силу через меч, как всё изменилось.
Ни ослепительной вспышки. Ни оглушительного взрыва. Александр только ощутил, будто что-то рассекло само его существование.
— А-а-а-а!
Боль пронзила его до глубины души. Кровь брызнула из тела, и маг рухнул на колени.
Александр закашлялся и выплюнул на землю густую кровь.
Этого не могло случиться.
Его тело было всего лишь оболочкой. Он должен был умереть давным-давно, но тёмная мана поддерживала существование этой плоти. Пока магия продолжала поступать, Александр оставался бессмертным. Именно поэтому он спокойно переносил обезглавливание. А теперь, когда открыт ещё и прямой проход в мир демонов, он и вовсе должен был стать неуязвимым.
Но из его рта текла чёрная кровь.
— К-как?.. — с трудом выдохнул он.
Удар Романа разрубил не только плоть. Он задел саму основу существования Александра — его магическую силу. А тело, целиком поддерживаемое тёмной маной, не могло перенести повреждения, нанесённого на таком уровне.
Роман холодно посмотрел сверху вниз.
— Так вот где проходит твой предел.
Александр пережил один удар. Уже это было выдающимся достижением, заслуживавшим признания. Но лишь выжил — и теперь, похоже, не имел сил продолжать сражение. Роман был разочарован. Ему хотелось встретить более могущественного соперника. В прежней жизни после достижения ступени Неба он точно так же не находил достойных противников.
Александр молчал, не способный принять происходящее. Когда он явился на поле боя, ему и в голову не могло прийти, что его ждёт столь унизительный конец.
— Александр, за тобой явно кто-то стоит, — продолжил Роман. — Тот, кто дал тебе тёмную магию и теперь выжидает за проходом в мир демонов, чтобы проникнуть сюда. Надеюсь, он окажется достаточно сильным, чтобы меня заинтересовать. А ты сообщишь всё, что о нём знаешь. С самого начала на большее ты и не годился.
Роман применил искусство иллюзорного демона — технику подчинения сознания. Его воля подавила сопротивление Александра, проникая в глубины памяти. Перед ним открывались воспоминания, накопленные за бесчисленные столетия.
Сознание Александра оказалось полностью захвачено. Он чувствовал столь чудовищное бессилие, что даже перестал бороться и сам распахнул свой внутренний мир.
«Роман Дмитри, ты превосходишь всё, что я способен был вообразить. Забирай мои воспоминания. Смотри всю правду обо мне. Но взамен позволь узнать хотя бы крупицу истины о том, кто ты».
Он собрал последние силы и, пока Роман погружался в его сознание, попытался проникнуть в память противника.
Кем был этот человек? Александр, в прежней жизни простой невежда по имени Ким Пансок, не знал ничего, что могло бы объяснить подобную силу.
Но ментальная защита Романа оказалась непреодолимой. Александр отдал собственную душу и добровольно позволил войти в своё сознание, однако пробиться в чужое по-прежнему не мог. Эта защита давно превосходила человеческие возможности. Ни одно заклинание подчинения разума не смогло бы сломить такого противника.
Тогда Александр сосредоточился лишь на одной цели. Ему не требовались сокровенные секреты — достаточно было имени, которым Роман пользовался в прошлой жизни. Память о собственном имени вряд ли относилась к тщательно охраняемым тайнам. За эту единственную нить Александр ухватился с отчаянием умирающего.
И наконец в глубине сознания всплыло имя.
«Небесный Демон Пэк Чжунхёк».
Александр широко раскрыл глаза.
Небесный Демон.
Это имя не просто невозможно было вообразить. О нём не следовало даже сметь мечтать.