[От лица Юки]
Что происходит… Почему…
— Что я тебе сделала, Сора?.. Почему… — мои глаза покраснели от слёз, всё тело дрожало, а рука раз за разом сама набирала его номер.
«Абонент недоступен, пожалуйста, перезвоните позже» — раз за разом раздавался в трубке механический голос.
Я звонила десятки раз, писала сотни сообщений, но ответа не было.
Днём попыталась узнать что‑нибудь у его матери, но она лишь отдала мне мои вещи и просила больше не приходить.
Я до крови прикусила губу. Больно, но боль от разрывавшегося изнутри сердца была в разы сильнее.
Почему он так со мной поступил? Он же говорил, что любит меня. Что изменилось? Неужели этот идиот не понимает, каково мне сейчас?..
Десятки вопросов возникали в голове, но ответов на них я не знала.
Я упала лицом на заплаканную подушку, пытаясь остановить слёзы.
Он забрал всё, даже свои фотографии и те, на которых мы были вместе. Зачем?
Сначала он позвонил и сказал, что бросает меня, а когда я вернулась домой, тут уже ничего не было.
Я верила, ждала, что он всё‑таки придёт, и только днём пошла к его матери. Но всё было тщетно.
— Чем я заслужила все эти муки, Сора?..
Мой плач эхом разносился по пустой квартире, давая мне понять: теперь мне снова придётся ступать по пути жизни в одиночку.
Но я обязана узнать, почему он так поступил…
[От лица Соры]
Первый день пролетел незаметно. Ну, точнее… Я проспал до самого вечера и проснулся только в восьмом часу.
Май сказала, что договорилась с художницей, а Харуто и правда взял перерыв, чтобы помочь мне.
К тому же они забили холодильник до отвала, так что мне какое‑то время не придётся думать о том, что я, а точнее, мы будем есть.
Хотя в доме царил хаос, всё‑таки у меня нет времени разбирать вещи, да и нужды в этом нет — в комнате было чисто.
Ну не могу я работать в бардаке!
На небольшом столе лежал одинокий ноутбук, кровать была аккуратно заправлена. К тому же рядом со столом появился ещё один небольшой столик и кресло…
И это было даже не самым удивительным. Они перетащили сюда доску из моего кабинета. На большом белом полотне красивыми буквами было написано: «Владыка удачи».
Хах…
Рядом на кровати лежала стопка бумаги, маркеры и магниты для этой самой доски.
— Вот это подготовка… — только и мог выдавить из себя я.
— А ты как хотел? — Харуто весело улыбнулся.
Харуто был высоким парнем, почти два метра ростом. У него были довольно тёмные волосы, которые сейчас были завязаны в хвост. На кровати валялся уже его ноутбук и блокнот с ручкой.
Хорошо… Всё будет хорошо, мы справимся.
Пока я подбадривал себя, в голову пришла дурная мысль. Нужно ведь договориться не только с художницей, но и с издательством, моим руководством и типографией…
От этих мыслей у меня разболелась голова, и я бессильно упал в кресло. Сделав в нём один оборот, я обратился к Май:
— Слушай, касаемо типографии и всего остального… — я говорил необыкновенно тихо, но Май разобрала моё бормотание и лишь махнула рукой.
— Я уже всё уладила, — на её лице появилась довольная улыбка. — А ты, Сора, твори так, как не творил никогда!
Девушка хлопнула меня по плечу.
В это время в комнату вернулся Харуто, а в руках у него было несколько книг.
— Я подумал, что ты не можешь знать всё наизусть, и захватил их из издательства. — В руках гиганта красовались десять книг, а на их корешках было написано позолоченными буквами: «Владыка удачи» — первые десять томов моей истории.
Харуто, ты нечто!
— Отлично! — искренне поблагодарил я друга. — Осталась последняя деталь, — мой голос немного поник.
Под вопросительные взгляды я вышел из комнаты. Найдя рюкзак, я аккуратно вытащил фотографию.
Затем, хоть и не с первого раза, я нашёл ещё две в пакетах, привезённых из дома.
На одной мы с Юки сидели в парке, а на второй был мой отец. В правом нижнем углу была чёрная лента.
Вернувшись в комнату, я поставил все три фотографии на стол. Пусть хоть что‑то напоминает мне о моих близких.
На лице снова появилась горькая улыбка.
Харуто, сидевший на кровати, скрестив ноги, спросил:
— Все готовы?
Мы с Май одновременно кивнули.
Только сейчас я заметил, что на девушке уже не было тех строгих брюк, рубашки и кардигана. Их сменили тёмно‑синие шорты и белая футболка.
Так и началась наша работа.
Первый день, а точнее, его вечер ушёл на пересказ того, что нам предстоит написать.
Я усердно рассказывал друзьям всё то, что давно хранил в своей голове, записывая важные моменты на доске.
В этой дискуссии мы просидели порядка пяти часов, но я всё‑таки смог донести основную мысль.
Мы решили сделать небольшое разделение труда. Что логично в нашей ситуации.
Я в первую очередь пояснял все детали сюжета и лора мира, расписывал главных героев и все ключевые сцены, а также помогал Харуто.
Май взяла на себя задачу быть мостиком между нами. Она выполняла уже привычную ей работу редактора — выискивала ошибки и неточности, а также координировала, кто из нас что должен писать.
Харуто же взял на себя сцены-переходы, большую часть описаний местности и развитие некоторых второстепенных героев, на которых у меня просто не было времени. Конечно, он должен был постоянно со мной сверяться, но у него была некоторая свобода.
Таков был наш план.
На часах перевалило за полночь, и я открыл первую жестяную банку. Получив небольшую подзарядку, я продолжил объяснять им детали уже конкретного тома.
— Итак, Харуто, ты можешь написать сцену встречи… — я не умолкал ни на минуту, то и дело давая ему задания.
— Ага, понял тебя, — с серьёзным выражением лица отметил Харуто и сделал несколько записей в блокноте.
И вот в третьем часу ночи мы с Харуто сели писать.
Я то и дело поглядывал на фотографии, стоявшие около меня, и моё сердце болезненно сжималось.
К этому времени мы уже закончили примерную структуру тома, разделили между собой сцены и принялись работать.
Май в то же время расписывала ТЗ для Хины.
Час, второй, третий.
Одна за другой пустые банки отправлялись в мусорное ведро, а руки всё сильнее дрожали. Меня начала накрывать лёгкая усталость.
Но я не могу отступить — идёт только второй день.
Харуто то и дело зевал, а в шестом часу утра решил немного поспать.
Май отправилась на кухню, а я писал, писал и писал, пока силы полностью не покинули моё тело, и я не свалился в сон прямо за столом.
[От лица Харуто]
С трудом открыв глаза, я потянулся и зевнул.
— И всё‑таки тебя вырубило прямо за столом, — усмехнувшись, я встал с кровати и посмотрел на Сору.
Как же он безмятежно спит…
Вытащив его ноутбук, я глазами пробежался по написанным страницам — их было втрое больше, чем у меня.
Я посмотрел на часы, надетые на левую руку, и уголки губ дёрнулись.
— Ты что, только уснул? — спросил я, не ожидая ответа. — Ладно, отдохни.
Ведомый голодом, я направился на кухню, где встретил Май.
Ну какая же она милая в фартуке!
— Ты спала вообще? — присев на стул и положив на стол блокнот, который я взял с собой из комнаты, спросил я.
— Ага, — бодро ответила она. — На мне не так много работы пока что, вот я и решила поспать. Правда, уснула я тут…
Мой глаз невольно дёрнулся: она вымотала себя настолько, что уснула сидя.
— Ну мы же принесли с собой спальный мешок, Май!
Кто бы мог подумать, что мешок, который я покупал для походов, пригодится нам в такой ситуации? Хех.
Девушка невинно улыбнулась.
— Прости‑прости, Харуто, — она нежно поцеловала меня в лоб и поставила на стол чашку с кофе. И когда она только успела?
— Спасибо, — сделав глоток, я немного взбодрился. — Как там дела с художницей?
Май присела напротив меня.
— Ну, она согласилась и даже сказала, что пришлёт первые эскизы уже сегодня вечером.
«Вот это скорость», — невольно подумал я, но удержал мысль при себе.
— Отлично.
— Как он там? — настороженно спросила девушка, но я лишь улыбнулся.
— Уснул.
Она облегчённо выдохнула.
— Я всё ещё не верю во всё это… Казалось бы, ещё пару дней назад всё было как вчера. — Её голос дрожал от грусти и печали, которые переполняли её душу.
— Как бы мы ни хотели, нам остаётся только пытаться ему помочь, но возможно ли это вообще… — допив кофе, я аккуратно поставил кружку на стол.
Май некоторое время молчала, смотря на своё отражение в кофейной гуще.
— Да, — она кивнула сама себе. — Если мы продолжим так же, то успеем, но даже наше здоровье может пошатнуться, не говоря уже о нём…
Пока у него не было ярко выраженных симптомов, хотя я заметил непривычную для него дрожь в руках.
Десять томов за месяц… Даже в самых смелых фантазиях я ещё не слышал о таком.
Ты как всегда безумен, Сора!
Но таков уж ты — человек, которого я знаю столько лет. Мог бы просто оставить мне сценарий, и со временем…
Хотя о чём я вообще думаю!
Разве мог он так поступить? Конечно же нет, что за чушь.
Витая в мыслях, я достал блокнот и пробежался по своим заметкам. Нет времени отдыхать — у нас слишком много работы!
Поднявшись, я направился обратно в комнату, оставив Май на кухне, и принялся за работу.
Сора проснулся через два часа и, не поднимая головы, продолжил писать.
***
Девушка с роскошными волнистыми чёрными волосами в приподнятом настроении гуляла по городу. Ей наконец удалось улизнуть с учёбы и насладиться летом. Кто вообще придумал учиться летом?
На её лице сияла лучезарная улыбка, лёгкое белое платье развевалось на ветру.
— Как же сегодня хороший день, — радостно промурчала она и зашла в ближайшее кафе.
Заказав кофе и малиновое мороженое, она любовалась видом за окном.
Девушка жила отдельно от своей матери, а тем более от брата, и из‑за большой нагрузки в учёбе не видела их уже две недели.
И вот у неё появился шанс!
«Для начала зайду к брату. С ним я, конечно, недавно болтала, но вот Юки в прошлый раз вообще не было. Надо будет захватить её любимые пирожные», — уплетая мороженое, думала девушка.
Накручивая волосы на палец, она предвкушала встречу со своей любимой Юки.
В это же время девушка с шёлковыми каштановыми волосами не могла подняться с кровати: её тело дрожало, а сердце было разбито на мелкие осколки.
***
— Это шутка?! — услышав от Май новости, директор издательства вспылил. — Какие ещё десять томов?! Он там совсем с ума сошёл?!
— Мне нужно многое вам сказать. Куда я могу подъехать? — голос девушки был на удивление тихим.
Согласовав место встречи, мужчина положил трубку. Он ещё никогда не слышал от неё столь подавленного голоса, и это заставило его напрячься.
***
В небольшой однокомнатной квартире девушка с розовыми волосами уже который час, не поднимая головы, рисовала. Её глаза покраснели от слёз, но она не отпускала стилус, продолжая работать.
— Хина… — послышался нежный мужской голос. — Может, тебе стоит отдохнуть?
— Всё хорошо, спасибо, Хиро, — она вымученно улыбнулась и продолжила рисовать.
Юноша обеспокоенно смотрел на свою невесту, но, зная всю ситуацию, не мог ничего сделать.
Совсем ничего…
От этих мыслей ему невольно стало грустно.
— Может, я могу чем‑то помочь? — неуверенно спросил он. Девушка задумчиво нахмурилась. Её волосы цвета сакуры качнулись вслед за головой.
— Возьми мой телефон и позвони по последнему номеру. Мне кажется, для тебя найдётся работа, — посмотрев на него, сказала девушка. — Спасибо тебе. — Её вымученная улыбка стала легче. Всхлипывая, она продолжила рисовать.
***
[От лица Май]
Поговорив с директором, Май устало потянулась. Она зашла в комнату и окинула парней взглядом. Они оба были погружены в работу.
— Мне нужно отъехать, Хиро. Я же могу рассказать директору?
Ничего не говоря, он лишь кивнул, даже не повернувшись в мою сторону.
— Сходите поесть, — устало сказала я.
— Ага, — отозвался Харуто. — Я за ним присмотрю.
Получив это обещание, я облегчённо вздохнула и покинула квартиру.
Добравшись до машины, я поехала в издательство.
Тук‑тук.
Постучав в дверь, я невольно сглотнула. Всё внутри сжалось, но я собрала волю в кулак.
— Входи, Май, — послышался грубоватый мужской голос.
Дверь с лёгким скрипом открылась, впуская меня в небольшое помещение. За столом сидел статный седовласый мужчина. Его карие глаза, немного сузившись, посмотрели на меня.
— Касаемо Соры… — начала я, рассказывая директору всю эту ужасную ситуацию. Мои глаза покраснели, слова выходили с трудом, а голос дрожал, словно хрупкий хрусталь.
Спустя несколько минут суровое лицо мужчины потемнело. Опустив голову, он достал из стола пачку сигарет и вынул одну.
Затянувшись сигаретным дымом, он внимательно слушал мой рассказ.