Сегодня я проснулся с хорошим настроением и чувствовал, что жизнь понемногу налаживается. Почти забыл про ту жуткую ситуацию — и тут вдруг зазвонил телефон.
— Алло…
— Доброе утро. Вас зовут Алексей Баранов?
— Да. А вы кто?
— Вас вызывают в полицейский участок. Сможете приехать в течение часа?
«Чёрт… Что же мне теперь делать?» — эта мысль обожгла, как разряд тока.
— Ну да… А что случилось?
— Не могу сказать по телефону. Нужно, чтобы вы приехали.
— Ладно, сейчас буду.
В голове тут же завертелась страшная карусель: вот я захожу, на меня надевают наручники, зачитывают приговор… Голова закружилась, живот скрутило, а сердце кололо так, будто само пыталось вытолкнуть из груди чувство вины за всё случившееся.
«Надо поесть, — подумал я, пытаясь хоть как-то вернуть себе контроль. — Если просто сбегу, они сразу решат, что я её убил. А если нанять адвоката… Только вот денег на него у меня нет. Может, он всё-таки смог бы что-то сделать…»
Нужно было срочно звонить адвокату, просить его приехать в участок.
Когда я подходил к зданию, сердце билось так, словно хотело вырваться наружу. За последние три дня оно уже столько раз срывалось в этот бешеный ритм, что сейчас мне казалось: вот сейчас оно просто не выдержит, и я умру прямо здесь. И, как ни жутко это звучало, в тот момент такая развязка казалась почти облегчением — всё лучше, чем провести остаток жизни в тюрьме.
— Здравствуйте, меня вызывали сюда, — сказал я, подходя к девушке за стойкой у входа.
И тут на моё плечо легла тяжёлая рука. Человек в дорогом пиджаке — на вид такой стоил не меньше сорока тысяч долларов — улыбнулся без теплоты.
— Привет. Ты ведь тот самый сосед бабули, да? Это я тебя вызвал. О ней сегодня и поговорим. Пройдём со мной.
— Д-да… Давайте.
Откуда-то изнутри вдруг поднялась волна острой, почти животной ненависти к этому человеку. В голове мелькнула дикая мысль: «Если я убью его, все проблемы исчезнут». Но я одёрнул себя: «Я не настолько глуп. Таких, как он, тут тысячи. Убийством ничего не решить».
Мы подошли к комнате, над дверью которой висела табличка «Комната допроса». Всё шло ровно так, как я и боялся. Оставалось только держаться своей легенды.
Я шагнул внутрь — и замер. Там, на стуле, сидела Алиса.
— Алиса? Что…
Детектив не дал мне договорить.
— Итак, в день убийства вы были вместе. По камерам у подъезда и с машин мы восстановили хронологию. Алексей вышел из дома ровно в семь. Он выглядел растерянным, в руках был пакет. Его он выбросил в мусорный бак возле подъезда. Потом направился к остановке, где встретил вас, Алису. Вы немного поговорили, потом уехали. Прибыли в колледж. Там камеры в тот день не работали, так что этот пробел нам не закрыть. Но мы опросили кураторов. Один из них сказал, что Алексей выглядел, цитирую: «как-то бледно и потерянно». После этого вы пошли по набережной, прогуляв пары, зашли на кладбище, потом отправились в лес. А из леса, согласно записям с камер, в 18:31 вы вместе подошли к подъезду, где живёт Алиса. Так почему вы ушли с занятий?
— Мы решили просто прогулять, — ответил я, стараясь говорить уверенно.
— Допустим. А зачем вы зашли на кладбище?
— Проходили мимо и решили зайти.
— Ещё вопрос: вы встречаетесь? И если да, то как давно?
— Вчера начали.
— То есть спустя два дня после убийства бабушки?
— Получается, что так. Но это просто совпадения.
— Неважно. Мы нашли отпечатки пальцев Алексея на лопате у кладбища. Что вы на это скажете?
Мне нечего было ответить. Слова застряли в горле, а в висках застучала кровь.
И в этот момент, словно ангел с небес, в комнату вошёл мой адвокат.
— Я не понял, вы допрашиваете моих клиентов без их адвоката? И вы даже не разъяснили им их права?
— Нет…
— Отлично. Тогда я спокойно заявляю ходатайство о признании любых показаний недопустимыми. Я буду обжаловать ваши действия.
— Ну, не нагнетайте, успокойтесь.
— Не указывайте мне. Сейчас главный здесь я. По какой причине мои подзащитные находятся у вас?
— Они подозреваются в убийстве.
— Какие у вас веские основания?
— Странное поведение, множество совпадений по времени и отпечатки на лопате. Кстати, сейчас на кладбище идут раскопки — вскрывают каждую могилу. Если выяснится, что в одной из них лежит та самая бабушка, они станут главными подозреваемыми. И если у меня появится ещё хоть одна причина для задержания, они точно окажутся в тюрьме.
— Даже если это и весомые причины, я всё равно требую внести в протокол, что вы не разъяснили права моим подзащитным. А также заявляю, что приостанавливаю допрос до момента, когда права будут надлежащим образом озвучены.
Адвокат оказался действительно хорошим. Он вывел нас с Алисой в коридор, чтобы поговорить наедине. Мы рассказали ему всю правду — даже то, как всё случилось. Он помолчал, потом твёрдо сказал: «Я сделаю всё возможное, чтобы защитить вас». И мы ему поверили.
— Теперь мы готовы продолжать.
— И мы тоже. Мне только что позвонили: тело бабушки нашли в могиле. Я передаю дело прокурорам — они будут ждать вас в суде. До скорых встреч.
«Вот чёрт… Неужели это конец?» — подумал я. Бросил взгляд на Алису: она выглядела такой потерянной и грустной, что мне стало невыносимо тяжело на неё смотреть.
Нас всё-таки отпустили. Я хотел пойти домой, но Алиса поманила меня к себе. Я подошёл. Она смотрела на меня секунд пять, а потом крепко обняла. Пока она прижималась ко мне, я поймал взгляд детектива. Он смотрел с едва заметной насмешливой ухмылкой, будто уже знал, что всё кончено. И во мне вспыхнула такая острая жажда мести, какой я никогда раньше не испытывал. Теперь я понимал, почему отец всегда говорил: «Не выделяйся из толпы».
Я посмотрел на Алису, и в голове мелькнула отчаянная мысль: сбежать с ней. Уехать так далеко, чтобы никто никогда не смог нас найти. Держать её в объятиях всю оставшуюся жизнь.
На следующий день позвонил адвокат и велел явиться в суд. Я оделся, вышел из квартиры, и на меня снова нахлынули воспоминания о том дне.
«Я её не убивал, — пронеслось в голове. — Она просто упала на спину и начала задыхаться. В тот момент я потерял сознание, а когда пришёл в себя, бил кулаками стену. Не знаю почему — может, из-за того сна, может, от страха, что она умирает у меня на глазах… Какая теперь разница? Важно только то, что я не убийца. Но мне не поверят. Всё против меня: лопата, камеры, мои собственные действия… Я думал, что убил её, и вёл себя как преступник, вместо того чтобы позвонить в полицию или в скорую».
«Что же делать?» — мысль билась, как птица в клетке. «Нужно всё рассказать адвокату».
Приехав к зданию суда, я увидел адвоката и Алису. Подбежал к ним, схватил адвоката за рукав.
— Я вспомнил всё! Я её не убивал! — выпалил я.
Адвокат вздохнул, в его взгляде мелькнуло сожаление.
— Алексей, даже если это правда, доказать это будет невероятно сложно. Обвинение выглядит убедительно.
Слова прозвучали как приговор. И тогда я решился: «Пан или пропал». Нужно бежать. У меня есть брат, который работает с документами — он сможет сделать нам фальшивые паспорта. Мы улетим в Казахстан, в горы, где нас точно никто не найдёт.
— Алиса, у меня есть предложение. Давай отойдём, я всё расскажу.
Мы отошли в сторону, и я выложил свой план.
— Ну, не знаю… А как мы убежим прямо сейчас?
— Побежим в лес. Там нас будет ждать мой друг на машине. Он отвезёт нас к брату, мы заберём документы — и сразу в Казахстан.
— Давай. Я согласна.
— Отлично! Побежали!
Мы сорвались с места и помчались. Я держал Алису за руку, и мы бежали, бежали, не оглядываясь. На бегу я звонил другу, договаривался обо всём. Ещё вчера вечером я предчувствовал, что решусь на побег, и позвонил брату — он уже приготовил документы. Всё складывалось как нельзя лучше.
Добежав до леса, мы забрались в багажник пикапа друга. Он накрыл нас чем-то, чтобы камеры не смогли зафиксировать наши лица. Вскоре мы были у брата. Друг сам забрал документы и повёз нас дальше. Прошло всего полтора часа — скорее всего, нас ещё не объявили в розыск, и у нас был шанс спокойно пересечь границу.
— Не верю, что мы это делаем, — сказала Алиса, и на её лице появилась странная улыбка — будто она восхищалась этой безумной авантюрой.
— Я тоже не могу в это поверить. Но самое главное, что мы вместе.
Друг, сидевший за рулём, позвонил мне и сказал, что до границы на машине ехать пять дней. Но если лететь самолётом, будет намного быстрее. Я велел ему купить билеты и везти нас в аэропорт.
Неужели это скоро закончится? Тупая цепочка случайностей, проклятая бабушка, этот детектив, бесконечное напряжение, ожидание, что вот-вот всё рухнет… Я так устал.