— Раз уж это мое первое выступление перед таким количеством зрителей, я хотел исполнить песню, в которой уверен больше всего.
— …Хочешь сказать, это твоя сильнейшая коронка?
— Это песня, которую я засматривал до дыр и репетировал больше всего на свете.
И он действительно затирал её до белых мух перед глазами. Настолько, что с какой бы секунды ни включили трек, тело срывалось в танец автоматически.
Он мог бы отработать её с закрытыми глазами. Если сложить все выступления на концертах и телешоу в прошлой жизни, наберется добрая тысяча раз. Но это была история Ча Му Ына, живущего внутри Ким Му Ына. Судьи же, понятия не имевшие о подоплеке, сидели с озадаченными лицами.
Поэтому Му Ын добавил с легким смущением:
— Я большой фанат соонбэнимов из Frosteve.
И всё же неловкая пауза в зале не рассеялась полностью. Впрочем, их можно было понять. Какими бы успешными ни были Frosteve в свое время и какой бы легендарной ни считалась «No Limit»… по нынешним меркам это был древний трек двадцатилетней давности. Группа из эпохи динозавров.
«Ким Му Ыну сейчас двадцать, да?»
Получается, песня вышла примерно тогда же, когда он только появился на свет. Обычно трейни ровнялись на артистов максимум предыдущего поколения или на тех, кто гремел на вершинах чартов прямо сейчас. Ответ Му Ына звучать странно и подозрительно.
Неудивительно, что следом прилетел закономерный вопрос:
— Ты ведь не пытаешься просто хайпануть на имени продюсера Ча? …Честно говоря, со стороны выглядит так, будто ты намеренно выбрал эту песню, чтобы тупо выделиться.
Теперь, когда Frosteve — главный столп карьеры продюсера — и сам архитектор этой программы скоропостижно скончался, трейни, который чисто случайно оказался его тезкой, выходит и поет именно его трек. Любой заподозрит шкурный интерес и спекуляцию на теме смерти Ча Му Ына.
Если пустить это в эфир, зрители зададутся теми же вопросами:
— Это что, постановка?
— 100% просчитанный хайп.
— Вау, ну и жуткий же расчет у пацана.
— Да пофиг, лол, спел-то круто, какая разница.
И неважно, в какую сторону качнутся комментарии… Му Ын был абсолютно уверен, что сможет развернуть общественное мнение в свою пользу.
— Я думаю, оценивать мои искренние намерения — исключительно право зрителей.
Потому что свой номер он отработал на разрыв. Сделай Му Ын хоть одну помарку, выгляди его выступление топорной заготовкой — подобные громкие слова сыграли бы против него. Но когда артист выдает железобетонный перформанс, сама сцена становится главным аргументом.
Слова о фанатской любви и уважении к памяти… Каждый, кто видел этот номер, был обязан признать как минимум одно: Ким Му Ын выложился на сто процентов и был предельно искренен.
— Я исполнил бы эту песню даже если бы Му Ын… то есть продюсер Ча Му Ын стоял сейчас здесь. Я действительно мечтал спеть её хотя бы раз в жизни. Для меня он был настоящим идолом.
На губах Му Ына мелькнула горькая ухмылка. Дикая ситуация — называть «идолом» самого себя, но в битве за выживание все средства хороши. Даже если приходится так нагло и бессовестно приукрашивать действительность.
— …Спасибо за выступление.
После короткой паузы Шин Юн Чан взял микрофон. Его глаза казались влажными… или, может, Му Ыну просто показалось.
— Я верю тебе. Верю, что ты фанат. Потому что не будь ты им, воссоздать номер с такой пугающей точностью было бы просто невозможно.
И то правда.
— Хёну… то есть продюсеру Ча бы понравилось. …Отличное выступление. Единственное, о чем я жалею — номер выглядел слишком скопированным.
Выражение лица Юн Чана мгновенно стало собранным. Тень грусти, висевшая над ним, испарилась. Перед ними стоял уже не скорбящий младший бро, а профессиональный судья до мозга костей.
Он дал строгий, но дельный совет:
— Если мы пройдем этот путь вместе, я бы хотел, чтобы в будущем ты сосредоточился на поиске индивидуальности самого Ким Му Ына.
— Да! Я буду стараться изо всех сил! — бодро отчеканил Му Ын и согнулся в идеальном девяностоградусном поклоне.
«М-да, кланяться вот так спустя столько лет… непривычное ощущение. Впрочем, вежливость всегда приносит бонусные очки».
Возвращаясь на свое место под аплодисменты, Му Ын мысленно прокручивал слова Юн Чана.
«Моя индивидуальность…»
«Я и есть Ча Му Ын, а ты просишь меня найти собственную индивидуальность. Ну и ирония».
Му Ын усмехнулся про себя. Юн Чан бросил эту фразу между делом, но над этим реально стоило задуматься на будущее.
«Похоже, придется немного скорректировать подачу».
Пока Му Ын был погружен в мысли, Кан Джин У закончил приготовления к номеру. Из колонок зазвучала музыка… хит одной айдол-группы трехлетней давности. Если память не изменяла Му Ыну, в том треке упор делался не на вокал, а на рэп-партии.
Рэп был сильной стороной Джин У. Очевидно, парень выбрал песню, чтобы подсветить свои козыри. А значит, как и ожидалось…
«Авторский рэп».
Му Ын отмечал это каждый раз, когда слышал его: рэп Джин У действительно впечатлял. Приятный низкий тембр, манера начитывать практически речитативом, читка и чувство ритма на хорошем уровне. Тексты хромали, но от айдолов и не требовалось уровня подпольных рэп-батлов. В крайнем случае A&R-отдел всегда мог написать 80% текста, оставив участнику пару строчек для галочки. Му Ын видовал такое сплошь и рядом. Разумеется, от фанатов эти кухни жестко скрывались.
В этот момент Кан Джин У споткнулся на одном из хореографических элементов. Он попытался сгладить заминку, но Му Ын моментально срисовал эту микропаузу. Парень сбился с шага — и в ту же секунду его лицо «поплыло».
«А вот за это балл снизят».
«Косяки на сцене — это табу».
Но куда важнее было другое: даже если ты жестко завалил движение, ты не имеешь права показывать зрителям свой страх. Иначе весь магия номера мгновенно рушится.
Когда выступление закончилось, этот момент, разумеется, вынесли в разбор.
— Всё было хорошо, но мне бы хотелось, чтобы ты не «выпадал» из образа после ошибки. Со стороны зрителя это сильно ломает погружение. Честно говоря, даже если ты лажаешь на публике, делай это с самым каменным и уверенным лицом, — отчитал его Шин Юн Чан.
Му Ын удовлетворенно кивнул.
«Видал? Не зря я тебя учил в свое время».
Закончив прослушивание, Кан Джин У пошел на свое место и, проходя мимо, смерил Му Ына тяжелым, недовольным взглядом с головы до ног. Му Ын лишь хмыкнул про себя. Парень вел себя точно так же, когда проиграл в «камень-ножницы-бумага».
«И начерта ему эта детская конкуренция в голове?»
Му Ын не имел ни малейшего желания втягиваться в эти дешевые разборки. Словно почувствовав витавшее в воздухе напряжение, оператор навел камеру крупным планом на Му Ына. Тот мгновенно изобразил самое дружелюбное выражение лица, на которое был способен. Изучив внешность Ким Му Ына, он понял, что его черты лица нельзя назвать мягкими. С расслабленным лицом он выглядел мрачновато — такое легко могло спровоцировать скандал на тему «плохого характера», так что Му Ыну приходилось буквально заставлять себя улыбаться чаще.
После нескольких выступлений других трейни, песни которых он едва узнавал… настал черед У Сын Бина.
Му Ын сам не заметил, как подался вперед, обратившись во слух. Разумеется, он знал, какую песню выбрал Сын Бин. Похоже, парень всё-таки прислушался к его совету, потому что сменил репертуар на трек из 2000-х. Но в отличие от Му Ына, взявшего спортивный и агрессивный хип-хоп…
«Я иду к тебе прямо сейчас,
Сотню раз передумал, но не могу сдержать этих чувств…»
У Сын Бин выбрал милую, освежающую песню с концептом концептом «яркой юности».
…К слову, вайб у песни был светлым, а вот текст — не совсем. В песне пелось о том, как парень влюбляется в девушку своего лучшего друга и идет ей признаваться.
«В мое время такие сюжеты в текстах были сплошь и рядом…» — с ностальгией подумал Му Ын.
Номер завершился гладко. Из-за дикого нервяка У Сын Бин шумно выдохнул сразу после того, как смолкли последние аккорды. Для него это был огромный вызов. На памяти Му Ына за всё время в H9 Сын Бин ни разу не исполнял ничего подобного. А значит, совет Му Ына сработал на все сто.
«Так, ладно… посмотрим на реакцию».
— Сын Бин, это было очень круто!
— Никогда не видел, чтобы Сын Бин пел такие вещи. Он же всегда сидит в своих тяжелых вокальных партиях.
На самом деле эта песня сильно ограничивала Сын Бина — в ней нельзя было продемонстрировать его коронный, мощный вокал. Трек строился на мелодизме, не требовал сложной техники и выезжал за счет тембра. Зато хореография давала дикую нагрузку на ноги, из-за чего удержать стабильность дыхания было безумно трудно. И Сын Бин справился с этим идеально.
— Как у него вообще голос не дрожит? Это жестко.
— А, спасибо…
— Но послушай, выбор песни… Ты сам ее выбрал, Сын Бин? — с любопытством спросил Пак Чи Хун.
Вздрогнув, У Сын Бин быстро качнул головой и перевел взгляд на Му Ына:
— Нет, мне посоветовал Ким Му Ын.
— Чего? — от неожиданного упоминания Му Ын застыл с глупым выражением лица.
«Э-э… погоди. Это же не…»
— Ким Му Ын помог мне отсеять лишнее и выбрать нужный трек.
«А… ну да. Было дело».
Парень долго мучился с выбором, поэтому Му Ын между делом набросал ему пару вариантов — с несложной хореографией, подходивших под его визуал и подсвечивавших стабильность вокала.
— Серьезно? А у Му Ына хорошая чуйка! Песня сидит на Сын Бине как влитая!
— …Спасибо.
Сын Бин вежливо поклонился и снова посмотрел на Му Ына. Он ничего не сказал, но смысл этого взгляда был предельно понятен.
[Уровень доверия: +10]
Внезапно перед глазами выскочило системное окно.
«Честное слово, он читается как открытая книга».
Съемки затянулись до глубокой ночи. И вот настал момент оглашения результатов.
Честно говоря, Му Ын вообще не нервничал. Его проход был аксиомой. Да, после них было несколько неплохих номеров, но он с уверенностью мог сказать: ни один не произвел такого эффекта, как его «No Limit».
— Поздравляем. Ким Му Ын.
Как и ожидалось, Му Ын получил четвертый проходной билет на PROJECT:NEXT.
Изначально эти билеты должны были достаться всем участникам. Пройти-то он прошел, но на душе всё равно остался паршивый осадок. С одной стороны — недовольство автора: его проект сошел с рельсов еще до старта.
«Те, кто вылетел сегодня, скорее всего, пойдут на увольнение из компании».
Как продюсер, он чувствовал укол вины. Когда агентство запускает новую группу, следующая волна дебютов ждет своего часа годами — минимум года три, а то и все пять. Для айдолов (особенно парней, над которыми висит армия) каждый год на счету. Поэтому провал на отборе почти всегда означает расторжение контракта и уход. Таковы жесткие реалии этой индустрии. Собственно, именно так сам Ким Му Ын в свое время и оказался в стенaх H9.
Что ж, это могло случиться с каждым — вопрос времени. Но прямо сейчас он был не продюсером, а участником битвы. С этой точки зрения то, что отсеяли так много народу — даже к лучшему. Больше экранного времени достанется сигнал-песне.
«В любом случае нужно искать плюсы».
Сжимая в руках билет участника и прикидывая дальнейшие шаги, Му Ын внезапно замер — перед глазами вспыхнуло новое уведомление:
[Миссия «Участие в PROJECT:NEXT» выполнена!]
[Выдан купон на разблокировку мастерства]
«Есть!» — Му Ын незаметно сжал кулак. Наконец-то хотя бы одно ограничение будет снято.
Но в следующую секунду он буквально онемел, когда следом всплыла новая задача:
[Дебютировать через PROJECT:NEXT. Провал = Смерть]
Не паниковать было невозможно.
«Погодите… То есть прямо сейчас…»
«Я должен пройти ВЕСЬ проект на выживание, имея на руках всего ОДИН купон?!»
«И этот купон снимает только один блок?!»
Му Ын издал сухой смешок, открыв рот от абсурдности ситуации. Он-то рассчитывал на цепочку поэтапных миссий, где за каждый шаг ему будут постепенно возвращать былые навыки… Но никак не ожидал, что разрыв между задачами окажется настолько гигантским.
«Что за бред?!»
Подавив закипающую злость, Му Ын спокойно вызвал окно статуса:
Имя: Ким Му Ын (Ча Му Ын)
Внешность: A+ (A+)
Вокал: C+ (A)
Танцы: C (A–)
Харизма: C– (S+)
Всеми своими адскими тренировками он кое-как поднял вокал и танец на один ранг — но этого было катастрофически мало. А харизма так и болталась на дне.
Поразмыслив пару секунд, Му Ын пришел к единственному верному выводу. В условиях жесткого дефицита времени… Если выжимать максимум всего из одного купона…
Ответ был очевиден.