«Принц Юнь,
помимо использования травы Иньлуо на простолюдинах, вы также использовали ее на
солдатах Наньчжао?» — спросил Цинь Лин сквозь стиснутые зубы.
Юнь Жофэн
холодно ответил: «В то время Наньчжао был в опасном положении. Мы бы не
выиграли без травы Иньлуо, даже если бы у нас была лучшая стратегия! Кроме
того, этот Принц использовал его в течение двух месяцев, чтобы уменьшить боль в
моем колене, так что какая разница, если я использовал его на солдатах?
Именно в течение
этих нескольких месяцев он начал ненавидеть Нин Рулан и в результате начал
изменять ей с Нин Анлиан. Использование Травы Иньлуо также отправило его в
эйфорический туман.
«Принц Юнь, ни в
коем случае нельзя использовать такие пагубные травы! Старшая имперская
принцесса им не воспользовалась, но ей все же удалось перерезать линию
снабжения врага в тылу. Без нее Иньлуо Трава не помогла бы тебе победить!
Цинь Лин говорил
откровенно. Юнь Руофэн стал героем после этой битвы, в то время как Нин Рулан
держала свое участие в секрете. Она не хотела лишать его кредита и даже
сказала, что все благодаря Юнь Жофэну!
Юнь Жофэн в шоке
отшатнулся, услышав правду. Какая? Лан-эр помог отрезать врагов у нас в тылу,
чтобы я смог победить? Она никогда раньше мне об этом не говорила и даже
поздравляла с победой.
Фэн, все четыре
народа слышали о твоих героических подвигах. Вы непревзойденны в военной
стратегии!
Юн Руофэн
вспомнил, как после битвы почувствовал сильную эйфорию и взял Нин Рулана в свои
объятия. Из-за того, насколько пьяным он был в то время, он попытался толкнуть
ее на кровать, но его быстро оттолкнули. Недовольный тем, что его ухаживания
были отвергнуты, он выгнал ее из палатки. Однако он все еще находился в эйфории
от победы, а также под влиянием травы Иньлуо. Так уж получилось, что Нин
Аньлянь появилась в нужное время и забеременела в результате последовавшего
романа. Чтобы замести следы, Юнь Жофэн приказал кому-то подсунуть ей лекарство,
которое могло вызвать выкидыш.
«Принц Юнь, этот
подчиненный хотел сказать вам правду, когда вы убили старшую имперскую
принцессу, но командующий Вэй остановил меня и перевел в другое место. Командир
Вэй умер после этого, но я не хотел усугублять вашу боль, видя, как сильно вы
скучали по старшей императорской принцессе. Почему ты пытаешься разрушить ее
счастье теперь, когда у нее появился второй шанс на жизнь?» — спросил Цинь Лин,
взволновав Юнь Руофэна.
Когда слухи
начали распространяться, Цинь Лин смог сложить два и два и опирался на свой
опыт того, как Нин Рулан справлялся с делами, чтобы выяснить правду. Он знал, что
в конце концов она придет искать его.
— Ее счастье? —
спросил Юнь Жофэн на повышенных тонах.
Цинь Лин
продолжил: «Почему вы распространяли слухи и вызывали беспорядки в Бэймине,
Наньчжао и Западном регионе? Четыре страны сейчас в мире, и Западный регион
быстро развивается. Разве не здорово, что люди в безопасности? То, что вы
делаете, может привести к войне!
«Этот Принц —
единственный, кто может подарить ей счастье. Она моя, пока она Нин Рулан. Никто
не может забрать ее!» Юн Жофэн опасно ухмыльнулся.
«Принц Юн, у
этого подчиненного не хватило смелости заговорить в прошлом, но теперь я
понимаю. Какое право ты имеешь дарить счастье старшей императорской принцессе?
Как можно сравнивать с принцем Хао? Этот подчиненный очень разочарован в вас
из-за того, что вы использовали Траву Иньлуо против невинных гражданских лиц.
«Все
предопределено, и она не должна маскироваться под Су Си-эр и принцессу-консорт
Хао, если ее душа — Нин Рулан. Этот принц заставит все вернуться к тому, что
было раньше. Что касается тебя, можешь ли ты вообще считаться гражданином
Наньчжао, учитывая то, как ты сейчас помогаешь Бэймину? — холодно спросил Юнь
Жофэн, не понимая ни слова Цинь Лина.