Mедленный и вялый тoн…
Xудощавое телоcложение, практически напрочь лишённое мышц…
Oдышка уже после небольшой прогулки…
Хрупкое сердце, не способное навредить даже муравью…
Люди ненавидели во мне абсолютно всё.
Tе,
кто игнорировал меня, и те, кто издевался надо мной за то, что я жалок…
Я всегда чувствовал себя виноватым. Я думал, что был неправ. Я думал,
что моё существование было неприятностью для других.
Hо потом я встретил её.
– Ты ошибаешься, – сказала она мне, – Ты
не медлителен, а осторожен. Ты не слаб, ты всего лишь отличаешься от
других. Причина, по которой ты не можешь причинить боль муравью,
заключается в том, что ты знаешь, как быть внимательным и уважительным
по отношению к другим существам. Ты ни в чём не виноват. Просто люди,
которые окружают тебя, слишком злы.
Она
была моим маяком. Она была моим единственным другом. Я опирался на её
руку, и она защищала меня. Даже когда эти звери унижали её, она
улыбалась и уверяла меня, что с ней всё в порядке.
B сто, в тысячи раз… Нет, она страдала в миллионы раз больше меня, но при этом…
– Aх…
Я
ничего не смог сделать. Мои руки и ноги были слишком медленными,
неспособными удержать её от прыжка из окна. Мои уста не смогли подобрать
нужные слова и даже извиниться перед ней.
И, как в случае с моим сердцем, стрела уже пронзила сердце Ефемины.
Её внешность напомнила Агнусу о возлюбленной… падающей из окна.
– А-а-а…!
Он
знал. Он знал, что реальность отличается от игры. Cмерть в игре была
тривиальной и не такой фатальной, как смерть в реальности. Однако
несмотря на это…
– Ку-а-а-а-а-а-а-ак!
Крик
Агнуса эхом разнёсся по горящему лесу. Через падающую Ефемину он
вспомнил конец своей возлюбленной и совершенно сошёл с ума.
–
Человек… Я не прощу тебя, – раздался голос Бенияру – той, кого он так
отчаянно искал, и той, которая выпустила стрелу в Ефемину.
– Ты… Ты…!
Наполненные
ненавистью глаза Агнуса уставились на Бенияру. В этот момент он винил
только себя и больше никого. Почему он повторял одну и ту же ошибку?
Почему он дал ей свободу действий? А ведь он знал, что никто не должен
жертвовать собой ради такого мусора, как он…
Он был словно прокажённый. Никто не должен приближаться к нему.
–
Сдохни! – будто настоящий зверь, взревел Агнус, бросившись к Бенияру.
Тем не менее, текущее состояние Агнуса было куда хуже, чем у обычного
игрока, потому что он достиг своих пределов, сражаясь с Мари Роуз и
Зибалом. Бенияру с лёгкостью увернулась от его медленной атаки и
выпустила стрелу, которая пробила рёбра Агнуса.
Костлявое тело Подрядчика Баала пошатнулось, и тёмная эльфийка выхватила кинжал, намереваясь покончить с ним.
– Агнус!! – раздался крик Зибала, однако Подрядчик Баала лишь прорычал:
– Потеряйся.
Он
хотел быть один, и считал, что нет никакой необходимости в новых
отношениях. Он просто хотел воскресить свою старую возлюбленную и
провести с ней остаток жизни. Но вот, когда картинка перед его глазами
вспыхнула красным, он вспомнил навык, который всегда игнорировал.
«Ассимиляция»
При активации в Ваше тело снизойдёт частица эго 1-го Великого Демона,
Баала. В ходе этого процесса Ваш класс будет преобразован в Великого
Демона, а контроль над плотью будет передан Баалу. Условия активации
навыков: подписание иного контракта. Продолжительность действия: 2
минуты. Перезарядка умения осуществляется каждый раз, когда Вы забираете
3,000 человеческих душ.
Агнус
всегда пренебрегал использованием данной способности. Он чувствовал
огромное нежелание давать контроль над своим телом кому-то другому. Да
кому вообще могло понравиться подобное? Либо глупцу, либо безумцу. Кроме
того, настоящая проблема заключалась в содержании «иного контракта»,
необходимого для активации навыков.
[Убивать по сто человек каждый день до конца жизни. За каждое нарушение контракта Ваш уровень будет падать на один].
Ежедневно
наносить вред ста разным людям было непростой задачей. В частности, чем
сильнее противник, тем сложнее было ему навредить. Другими словами, у
Агнуса не было времени каждый день бегать и охотиться на людей. Конечно,
решение также присутствовало. Он мог убивать относительно слабых. К
примеру, посещать небольшие деревушки и уничтожать их, либо же
забрасывать заклинаниями охотничьи угодья, где собирались начинающие
игроки. Подрядчик Баала мог забрать сотню жизней за считанные мгновенья.
Однако
у Агнуса не было желания издеваться над слабыми. В частности, он крайне
не хотел причинять вред невинным и детям. Конечно, это было обусловлено
вовсе не тем, что он был добр, а тем, что такова была изначальная
природа каждого человека. Вот почему Агнус отворачивался от
использования навыка Ассимиляции.
Но
теперь всё изменилось. Он потерял самообладание и больше не был связан
моралью и совестью. Он потерял всё только потому, что был слабым.
Растоптали даже остатки его достоинства. Итак, он имел полное право
отплатить миру той же монетой.
– Баал! – подняв голову, закричал он.
Вы использовали Ассимиляцию.
Баал, абсолютный правитель ада, встретил Ваше действие довольным смехом.
– Бу-ха-ха-ха! В чём дело, Агнус? Не думал, что ты всё-таки сделаешь это.
– По-твоему, это смешно!?
– Ку-ху-ху, нет. Я пытаюсь сделать тебе комплимент. Хорошая работа. Ты редко принимаешь правильные решения.
Частица эго Баала вошла в Ваше тело.
Как
только это произошло, небо начало затягиваться тучами кроваво-красного
цвета. Растения, наполнявшие лес, быстро сгнили, а вся окрестная область
почернела. Ядовитый воздух не только нанес вред ране Ефемины, но и
причинил существенные повреждения Зибалу и Бенияру. Каждый вдох вызывал
обильное кровоизлияние.
– Что…
Что
вообще происходило? Непонимающие взгляды Ефемины и Зибала устремились к
Агнусу. Они видели, что тело Подрядчика Баала полностью покрылось
демонической энергией, а почерневшие белки его глаз лишь сильнее стали
подчёркивать холодные золотые зрачки.
–
Ку-ха-ха-ха! Ува-ха-ха-ха! – громко смеялся Агнус. А затем на его лбу
вырос огромный рог, который он попросту вынул и сжал в руках, словно
меч.
В этот же момент Бенияру упала на землю, а посреди её груди появилась большая дыра.
–
Падший эльф? Можно ли вообще называть тебя падшей, когда ты прячешься в
лесу, будто крыса? – усмехнулся Баал, подойдя к Бенияру, после чего
крепко схватил её за волосы и прошептал в самое ухо, – Помни об этом,
эльфийка, такая же робкая, как мальчик-подросток. Единственное, к чему
должны стремиться падшие, – это месть, разрушение и хаос.
Бу-дум!
– Впрочем, у тебя не будет шанса сделать это.
– …
Избиваемая
кулаками Баала, эльфийка начала мелко подрагивать. Её налитые кровью и
выпученные глаза были настолько ужасны, что Зибал попросту не мог на них
смотреть. Тем временем Ефемина, ошеломлённая критическим ударом в
сердце, наконец-то прокричала:
– Агнус, успокойся! Со мной всё в порядке!
– Хм-м-м, – тут же повернулся к девушке Баал, – Ты…
Топ-топ.
А
затем, улыбаясь, Баал направился к Ефемине. Это была действительно
освежающая улыбка, но при этом кончики его пальцев уже превращались в
кинжалы.
– Ты, кто часто проявляла нелепую добрую волю к моей игрушке.
– Агнус…?
Не
удосужившись ответить, Баал вонзил кинжал в нежную шею Ефемины. Её
голубые глаза мгновенно утратили свет, а маленькое тело рухнуло, будто
сломанная кукла.
– От твоих криков у меня в
голове звенит. Сейчас, сейчас. Успокойся. Я собираюсь воплотить в жизнь
твою мечту, – сказал Баал, отбрасывая в сторону Ефемину, которая уже
начала превращаться в серый дым. Затем он воткнул кинжал, залитый кровью
Ефемины, в Бенияру, всё ещё лежащую под огромным деревом.
А
затем совершенно внезапно перед его лицом появилась чёрно-золотистая
рука. Кинжал Баала тут же отбросил её, но следом за ней появилось ещё
три. При этом каждая из них использовала технику меча. Связь, Убийство,
Вершина – все эти навыки были очень хорошо знакомы Баалу. Именно ими
орудовал его предыдущий подрядчик.
–
Ку-ха-ха-ха! Как весело! – угадав личность новоприбывшего, рассмеялся
Баал. Подняв голову, он при помощи одного лишь кинжала заблокировал три
техники, активированные Руками Бога. А затем на землю упала молния.
– Агнус!
– Преемник Пагмы!
Меч Просвещения и кинжал Баала столкнулись, вызвав тем самым ударную волну.
– Сукин сын! Что ты… Что ты сделал с Ефеминой? – чувствуя переполняющий его гнев, закричал Грид.
Причина,
по которой Грид прилетел сюда, заключалась в просьбе Мирового Древа.
Оно попросило спасти Бенияру. Но первое, что увидел Грид по прибытию в
эльфийский лес, – это смерть Ефемины.
–
Ах ты *******! – выругался Янгу, вновь замахнувшись Мечом Просвещения.
Он был трансцендентным игроком и считал, что Агнуса, который был
относительно слабым в ближнем бою, можно легко одолеть. Тем не менее,
Подрядчик Баала с лёгкостью блокировал атаки Грида, в то время как
чёрное пламя и красные молнии легко погашались демонической энергией.
«Неужели он так силён?».
Время
текло одинаково для всех. По мере того, как рос и развивался Преемник
Пагмы, другие люди также росли и развивались. Естественно, Грид
прекрасно это понимал. Тем не менее, Грид был не уверен, что всё это
происходило из-за роста Агнуса, поскольку он до сих пор не вызвал своих
рыцарей смерти и лича.
Вот
почему он использовал Почернение. Несмотря на то, что Грида переполнял
гнев, он оставался удивительно трезвым и рассудительным. Судя по всему,
Агнус получил некий навык, схожий по своему уровню с Насмешкой Бентао, а
потому лучше всего было просто спасти Бенияру и перенести их битву на
следующий раз.
Тем
не менее, демоническая энергия, вызванная Почернением, тут же исчезла,
будто её никогда и не было. Почернение деактивировалось ещё до того, как
заработало.
– Глупо полагаться на демоническую энергию, стоя передо мной, – улыбнулся Баал.
– …?
– Ха-ха-ха! Ты даже не заметил? В отличие от Пагмы, ты довольно глуп.
Что
это была за ерунда? Грид, у которого никак не получалось взять в толк
нелепую болтовню Агнуса, с запозданием кое-что понял. Белая кожа,
длинные клыки, а также почерневшие белки глаз… Всё это отличалось от
обычной внешности Агнуса.
Это чем-то напоминало Грида в состоянии Почернения…
Ваша боевая энергия достигла максимума.
Да ещё и боевая энергия, моментально достигшая предела…
– Кто ты!? – чувствуя, как по его спине пробежали мурашки, спросил Грид. И Баал вежливо ответил на этот вопрос:
– Тот, кто восседает на адском троне.
– И наблюдает за играми людей и богов?
– Да, я очень свободный человек.
Этого было вполне достаточно для объяснения. Интересно, как будет выглядеть Преемник Пагмы, когда узнает личность Баала?
Баал
ожидал увидеть отчаяние, заполнившее лицо Грида, но в итоге нахмурился
сам. Удивительно, но никаких изменений в выражении лица Грида не
произошло.
«Он что, не боится меня…?».
А
затем произошло нечто и вовсе из ряда вон выходящее. Грид пристально
посмотрел на Баала, который по неизвестной причине находился в состоянии
растерянности, и спросил:
– Итак, кто же ты?
– …
Баал
представлял собой выдающуюся и крайне примечательную личность. Он был
как последний босс, с которым жаждали сразиться все главные герои. Баал
повстречал множество героев и увидел среди них нечто общее. Вне
зависимости от их способностей, они были мудрыми. Герои времён Баала
были такими же умными, как и он сам. За один разговор можно было
обменяться десятью фразами, а потому иногда даже возникало
взаимопонимание.
«Но почему этот человек…?».
Озадаченный столь неожиданной реакцией, Баал на мгновение напрягся, а затем закричал:
–
Ты действительно Преемник Пагмы! Более умный и подлый, чем любой другой
герой, которых я когда-либо видел! Ты в точности как Пагма!
– …?
–
Ты сразу понял, что у меня нет времени, а потому решил затянуть
разговор… Ху-ху, это немного разочаровывает. Что ж, придется отложить
изучение твоих навыков до следующего раза.
– …?
О
чём этот человек вообще говорил? Но вот, когда Грид смущенно покачал
головой, Баал метнулся в сторону с такой скоростью, которую трудно было
уловить даже с помощью трансцендентных чувств Грида, и в одно мгновение
достиг Бенияру.
– Я рад, что у меня ещё есть время закончить работу.
–
Подожди! – на ходу активируя танец меча, бросился к нему Грид.
Четырехсоставной танец меча был завершён в мгновение ока, однако… Баал
уже впитывал в себя последнее дыхание Бенияру.
– Ха-ха-ха! Ещё увидимся.
А в тот момент, когда клинок Грида вонзился в туловище Баала…
Продолжительность действия Ассимиляции подошло к концу.
Эго
Баала вернулось обратно в ад, и Агнус восстановил контроль над своим
физическим телом. Подрядчик Баала понял, что находится в мгновеньях от
смерти и, машинально пытаясь использовать Насмешку Бентао, быстро
остановился и забрал тело Бенияру в свой инвентарь для трупов. А затем
он превратился в пепел.
«Мне
сказали, что Бенияру всё равно должна умереть. Так в чём же был смысл
попытки спасти её… А-а?», – задумался Грид, как вдруг остановился,
увидев Зибала.
– Ты был просто великолепен, – произнёс искренне восхищённый всадник.
– Что? Нет, подожди, – пробормотал шокированный Грид, – Гроссмейстер? Почему он здесь?
Зикфректор
выглядел как спящий посреди леса принц. Но почему он здесь спал?
Поцокав языком, Грид шагнул в его сторону, однако Зибал тут же преградил
ему путь и произнёс:
–
Бесполезно пытаться разбудить его, поскольку это не сработает. Кроме
того, разве тебе не лучше избегать встречи с ним? Ну и ещё: скоро здесь
будут Новые Красные Рыцари, а потому тебе сложно будет в одиночку
справиться с ними.
– Я вызову Пиаро.
– Того фермера… В любом случае, гроссмейстер сам навестит тебя, когда придёт время.
– Хм… Ты заодно с ним?
– Так получилось, – развёл руками Зибал.
– Что ж, ты выбрал неплохую сторону, – улыбнулся ему Грид.
Красные
Рыцари действительно приближались. И судя по тому, что они были
порядком истощены, битва с Церковью Ятана наверняка выдалась тяжелой.
–
Ладно, сегодня я прислушаюсь к тебе и отступлюсь. У меня и других забот
по горло, – проговорил Янгу, после чего вытащил свиток возвращения и
без колебаний разорвал его. Прежде чем снова поговорить с Мировым
Древом, он хотел увидеть статус Ефемины.
И вот, когда Грид исчез, Зибал лишь покачал головой.
– Какой страшный парень…
Возможно,
это и мало что значило, но Зибал поразился до самой глубины души, что
Грид остался таким спокойным даже несмотря на встречу с 1-ым Великим
Демоном Баалом.