Глава 135. Навстречу уговору
— Изложить все на бумаге — дело нехитрое, — согласно кивнул Ли Сюаньфэн.
Задумавшись на несколько мгновений, он все же добавил:
— Однако обычному человеку освоить это искусство будет невероятно трудно. Если у практика нет духовных корней в ладонях, то даже годы упорных тренировок вряд ли принесут плоды. А если кто и преуспеет, мощь выстрелов окажется ничтожно малой, ведь им не удастся взрастить ту самую разрушительную ци. Моя техника сильна именно благодаря этой ци. Без нее стрелы потеряют девять десятых своей силы, что принесет лишь горькое разочарование.
— Вот оно как… — Ли Тунъя слегка нахмурился и с легким вздохом разочарования покачал головой. — Что ж, если выкроишь время, все равно запиши. Пусть у семьи останется хотя бы это знание.
— Слушаюсь!
Вскоре они опустились на пик Лицзин. Сверившись со временем, они поняли, что до назначенной Кланом Юй встречи оставалось еще больше суток. Ли Тунъя выложил добытые куски медвежатины из пространственного мешка на землю и распорядился:
— Забери это, отправляйся в окружной город и продай. Заодно разузнай, как поживают наши младшие ученики в городе, а после возвращайся и доложи мне.
— Будет исполнено!
На лице Ли Сюаньфэна отразилась неприкрытая радость. Он быстро подхватил пространственный мешок из рук дяди, почтительно поклонился и, оседлав ветер, со всех ног припустил на восток. Ли Тунъя не смог сдержать доброй улыбки, глядя ему вслед. Он покачал головой и тихо хмыкнул:
— Ну и сорванец.
Проводив взглядом тающую в небесах фигуру племянника, Ли Тунъя погрузился в размышления. Спустя пару вздохов он негромко пробормотал себе под нос:
— Вот только у Чицзина нет потомков… Нужно внимательно присмотреться к детям остальных братьев. Если у кого-то из них родятся одаренные духовными корнями сыновья, нужно будет отдать одного Чицзину на воспитание в качестве преемника, чтобы эта ветвь нашего рода, упаси небо, не угасла окончательно…
————
Ли Сюаньфэн какое-то время летел вдоль Тракта Гули. Памятуя о прошлом опыте, он без лишних остановок перемахнул через городскую стену и опустился на улочки городка. Хотя внутри у него все так и зудело от желания поскорее увидеть свою ненаглядную, юноша пересилил себя — дела семьи превыше всего. Первым делом он направился в аптечную лавку, принадлежащую Клану Ли.
В лавке царил полумрак. За прилавком, подперев голову рукой и пуская слюни, сладко спал молодой парень. Ли Сюаньфэн присмотрелся и узнал в нем сына своего двоюродного дяди Ли Ешэна. Должно быть, Ли Сюаньсюань отправил его сюда присматривать за торговлей. Ли Сюаньфэн недовольно хмыкнул и слегка нажал на него своей духовной аурой. Спящий парень мгновенно подскочил, испуганно хлопая заспанными глазами. Наконец, разглядев гостя, он потрясенно воскликнул:
— Брат Фэн! Ты… как ты здесь?..
Пусть Ли Сюаньфэн и был младше, в детстве среди сверстников он славился настоящим заводилой и грозой местной детворы. С луком наперевес он гонял старших мальчишек так, что те только пятками сверкали. Разумеется, парень сразу узнал его и, несмотря на разницу в возрасте, без тени сомнения назвал «братом».
Ли Сюаньфэн небрежно махнул рукой, прерывая расспросы, и коротко бросил:
— Позови сюда Ван Тяньчоу!
Парень спохватился и тут же убежал на задний двор, чтобы позвать управляющего.
Вскоре появился и сам Ван Тяньчоу, облаченный в скромные серые одежды. Он шел торопливо, заметно раздавшись в ширях со времен их последней встречи. В его округлившемся лице едва угадывались черты прежнего мальчишки. Его культивация достигла третьего слоя Зарождения Дыхания. Подойдя, он отвесил глубокий поклон:
— Какие будут приказания, молодой господин?
С тех пор как Ли Тунъя уничтожил Клан Цзи и швырнул к его ногам отрубленную голову Цзи Дэнци, Ван Тяньчоу выплакал все слезы. С тех пор в его душе не осталось прежней мести — он женился, вошел в Клан Ли в качестве зятя, да и культивация его с тех пор почти не двигалась с места. Его новоиспеченная супруга оказалась женщиной с крутым нравом, держащей мужа в ежовых рукавицах. Не выдержав домашней тирании, Ван Тяньчоу с радостью ухватился за возможность отправиться в округ, лишь бы подальше от грозной благоверной. Здесь, вдали от дома, он чувствовал себя превосходно, пока судьба вновь не свела его с Ли Сюаньфэном.
«Какое счастье, что я сегодня никуда не ушел, — лихорадочно соображал Ван Тяньчоу, пока его мысли неслись вскачь. — Пропусти я этого господина, старшие клана точно снизили бы мне оценку за службу. А если слухи дойдут до дома, жена меня живьем сожрет!»
Из размышлений его вырвал ледяной голос Ли Сюаньфэна:
— Когда в следующий раз откроется рынок на Пике Гуаньюнь?
Ли Сюаньфэн обошелся с Ван Тяньчоу вполне дружелюбно. Тот поспешно ответил:
— Докладываю молодому господину — ровно через месяц!
— Понятно, — Ли Сюаньфэн кивнул и, окинув управляющего внимательным взглядом, поинтересовался:
— Как продвигаются дела с нашими лавками в округе? Никто не чинит препятствий?
— Что вы, что вы! Никаких проблем! Стоило местным заправилам прослышать, что за нами стоит Клан Ли, как они тут же поумерили пыл и отступили. К тому же люди из Клана Сяо нам во всем помогают, так что дела идут как по маслу!
Выслушав краткий отчет о важнейших событиях за последнее время, Ли Сюаньфэн удовлетворенно кивнул и прямо на глазах у изумленных слуг растаял в воздухе, устремившись прочь.
Покинув аптеку, он легким, парящим шагом добрался до уединенного дворика. На губах юноши заиграла нежная улыбка. Он негромко постучал в деревянную дверь. Из-за створки тут же донесся мелодичный голос Цзян Юйнюй:
— Кто там?
— Это я.
Стоило Ли Сюаньфэну отозваться, как за дверью послышался торопливый, частый стук шагов. Дверь с надрывным скрипом распахнулась, и на пороге показалась круглолицая девушка. У ее ног, гордо выпятив грудь и вытянув шею, расхаживал крупный дикий гусь, который принялся враждебно буравить гостя своими маленькими глазками.
— Господин!
— Это еще что такое?..
Ли Сюаньфэн подхватил бросившуюся к нему в объятия девушку, но его взгляд по-прежнему был прикован к воинственной птице. Он глуповато усмехнулся, увлек девушку в поцелуй, сминая ее мягкие губы, а затем с улыбкой спросил:
— Почему ты его до сих пор не приготовила?
— Одной мне здесь слишком тоскливо, — тихо ответила девушка, утыкаясь ему в плечо. — У этого гуся сломано крыло, он только и делает, что хлопает им, а взлететь не может. В детстве дома мы держали гусей, вот я и решила выходить его, пускай живет вместо домашней птицы.
Девушка ласково улыбнулась. Ли Сюаньфэн подхватил ее на руки и перенес на постель, на ходу избавляясь от одежд.
— Разве я не говорил тебе нанять несколько слуг?
— Я ходила смотреть на невольничий рынок, — шумно дыша, отозвалась Цзян Юйнюй, преданно заглядывая ему в глаза. — Цены там просто безумные! Да и к стирке с готовкой я с малых лет привычна. Не рождена я госпожой, к чему мне служанки?
В этот момент гусь, яростно хлопая поврежденным крылом, с воинственным клекотом попытался клюнуть Ли Сюаньфэна за ногу. Практик с легким смешком отпихнул наглую птицу и легким щелчком пальцев окутал ее духовной энергией, намертво прижав к полу.
— Надо же, какая злопамятная тварь.
Вдоволь насладившись податливым телом Цзян Юйнюй, Ли Сюаньфэн нежно осушил капли пота на ее лбу и с улыбкой спросил:
— Как ты жила все это время?
— Все хорошо, господин, — Цзян Юйнюй принялась собирать растрепавшиеся волосы.
По ее белоснежной шее скатилось несколько капель пота. Она обвила руками шею Ли Сюаньфэна, устраиваясь у него на коленях, и преданно уставилась на него своими абрикосовыми глазами. Юноша ласково погладил ее по спине и тихо произнес:
— В этот раз я прибыл в округ по делам клана. Как только закончу, мне придется уйти в закрытое уединение для культивации. Я застрял на первом слое Конденсации Ци целых два года, пора бы уже совершить прорыв.
— И как долго это продлится? — в голосе девушки промелькнула неприкрытая тоска.
— Если повезет — несколько месяцев, если нет — около года, — попытался успокоить ее Ли Сюаньфэн.
Цзян Юйнюй поджала губы. Она нежно коснулась его лица, которое за прошедший год ни капли не изменилось, и с удвоенной страстью прильнула к нему, отдавая всю себя. В ее голосе послышались горькие, надрывные нотки:
— Вы — бессмертный мастер. Стоит вам уйти в медитацию, как пролетают годы. Пройдет совсем немного времени, и я состарюсь, а вы так и останетесь прекрасным юношей. Это так несправедливо… Пройдет двенадцать лет, мне исполнится двадцать восемь, и вы просто дадите мне мешочек с золотом, велев доживать свои дни в одиночестве…
— Глупенькая, о чем ты только думаешь! — Ли Сюаньфэн крепче прижал к себе ее хрупкое, миниатюрное тело и серьезно добавил:
— Вот увидишь, пройдет еще немного времени, и у нас родится ребенок. Тогда я заберу тебя в свой клан, и никто не посмеет смотреть на тебя свысока.
————
Тем временем Ли Тунъя завершил циркуляцию духовной энергии согласно Сутре Единой Ци Рек и Озер. С его губ сорвалась едва заметная струйка белого пара. Он поднялся с циновки, закрепил за спиной верный меч Зеленое Острие и вышел во двор. Солнце как раз поднималось над горизонтом. Сверившись со временем, он направился к выходу, где лицом к лицу столкнулся с Ли Сюаньсюанем.
— Дядя!
Ли Сюаньсюань успел отпустить аккуратную бородку, отчего выглядел куда взрослее и представительнее своих лет. Он управлял делами клана уже без малого десять лет, ка ка ка ка удерживая в строгом порядке как главную, так и побочные ветви рода. Он почтительно поклонился старшему. Ли Тунъя коротко кивнул ему и отдал распоряжение:
— Я отправляюсь на озеро. Присматривай тут за всем как следует. Пока меня нет, ни в коем случае не отключай Формацию Таинственного Света Солнечных Часов, если только к воротам не подойдут наши люди.
— Племянник все понял.
Оставив последние наставления, Ли Тунъя взмыл в воздух, оседлав ветер. Он стремительно пронесся над кристально чистой, искрящейся на солнце озерной гладью и опустился на Остров Посреди Озера.
На острове царило нездоровое, зловещее оживление. Огромный корабль из темного дерева замер у берега, а за его кормой, подобно выводку утят, тянулись полтора десятка мелких лодчонок. Все они были до отказа забиты обычными смертными. Люди, связанные толстыми веревками, грязные, оборванные и истощенные, с тупым, застывшим от ужаса выражением лица смотрели в небо, не смея издать ни звука.
— Двадцать первый пошел! — зычно крикнул кто-то на палубе большого корабля.
У кормы тут же показались около десятка практиков на стадии Зарождения Дыхания. Направив духовную энергию в ладони, они разом активировали скрытые плетения. Одна из маленьких лодок внезапно оторвалась от воды и плавно взмыла в воздух. В тот же миг над озером разнесся истошный, леденящий душу крик. Женский плач, детский визг и безумные проклятия слились в сплошной кошмарный гул.
Однако бродячие практики, стоящие на палубе, давно привыкли к подобному зрелищу. Их лица оставались холодными и безучастными. Лодка зависла прямо над центром острова, а затем резко накренилась. Несчастные люди посыпались вниз, прямо на невидимый Запретный Массив, защищавший остров. Стоило телам коснуться барьера, как по нему прошла мощная рябь — сполохи молний и яростное пламя с грохотом поглотили падающих, окрасив небо вспышками смертоносных заклинаний.
Истошные крики оборвались в одно мгновение. Кровавые брызги, ошметки плоти и оторванные конечности взметнулись в воздух. На землю пролился настоящий багровый дождь, и вода вокруг Острова Посреди Озера окрасилась в ярко-алый цвет. Почуяв поживу, из глубин озера стаями хлынули зубастые крокодилы и хищные крабы, устраивая под водой кровавое побоище за куски человеческого мяса.
«Так вот что Лу Сысы называл "торговлей без вложений"!» — мрачно подумал Ли Тунъя, содрогнувшись от открывшейся его взору картины.