Когда я закричала, все замерли. Пятый мужчина, не
участвующий в драке, резко обернулся и посмотрел на меня. Брови у него
удивленно приподнялись. Четверо в темных балахонах (и как капюшоны до
сих пор с них не слетели) растерянно уставились на меня, как будто
увидели таракана под немытой раковиной. А тот, кого я для себя окрестила
эльфом, среагировал иначе. Он ударил по слабым местам противников.
Через пять минут у его ног лежали трупы. В том, что мужчины в черных
балахонах мертвы, сомневаться не приходилось. Ни один не шевелился и не
дышал. Пятый же, судя по всему, главарь нападавших, нахмурился, что-то
прошептал и… исчез. Прямо в воздухе. Я осталась наедине с
маньяком-красавцем-убийцей-ролевиком (нужное выбрать и подчеркнуть),
четырьмя трупами и ошеломленным выражением собственной мордашки.
Блондин, тяжело дыша, прислонился к стене и
скользнул по мне взглядом. Я же, решив не добивать нервы рассматриванием
трупов, глянула влево и узрела глазок видеокамеры, направленный на тот
участок, где произошла заварушка. Моргнула раз, другой. Попыталась
сосредоточиться. Где-то завыла полицейская сирена. Беги, Пенелопа! И я
впервые послушалась внутреннего голоса. Почему я промчалась мимо
блондина и трупов в незнакомый переулок вместо того, чтобы вернуться на
проспект, хоть убейте, не знаю. Видимо, стресс у меня был, не иначе.
«Зато до Сашки скоро доберемся и согреемся», – выдал мозг напоследок,
когда я нырнула еще в какой-то проулок.
Тут-то меня и ожидали. Рука, пахнущая чем-то
цветочным, зажала рот, вторая перехватила талию. Я резко дернулась,
умудрилась обернуться и уставилась на того самого эльфа-убийцу.
Собралась его укусить, чтобы отпустил, но рядом раздались голоса. И
сомневаться в том, что это были полицейские, искавшие нас, на этот раз у
меня не было ни единой причины. Влипла. Пока я решала, что будет лучше –
сразу сдаться на милость нашего правосудия или остаться наедине с
убийцей с замашками маньяка, голоса приблизились. Эльф прижал меня к
себе еще сильнее, что-то прошептал. Передо мной возникла прозрачная
пленка с легкими радужными всполохами. Полицейский заглянул в то место,
где мы стояли, крикнул, что никого тут нет, и исчез. Я настолько
растерялась от абсурдности ситуации, что расслабилась. Слегка.
Незнакомец тут же опустил руки, подхватил у меня сумки и торт, словно старый знакомый, и невозмутимо спросил:
– Куда пойдем?
Я посмотрела на пакеты в его руках, на странный
серо-серебристый плащ, оценила перспективу быть прирезанной и собралась
уже выдать что-нибудь такое-эдакое, как зубы стали отбивать чечетку.
– К тебе домой нельзя, там нас найдут. Либо – мои,
либо – твои, – сладким голосом сказал он. Так обычно наши психиатры с
больными разговаривают.
И я хотела послать его в известную сторону, но желание оказаться в тепле на этот раз победило.
– К Сашке. Тут недалеко, три квартала, – выдала я стучащими зубами.
Понимаю, незнакомец – убийца, а я собираюсь вести
его к лучшему другу, которому хорошо бы в это дело не вмешиваться. Но,
учитывая сегодняшние приключения, вряд ли станет хуже. Эльф меня спас –
это раз. Незнакомец мог попасть в беду – это два. Мне донесут сумки, и
скоро я согреюсь – три. Последний аргумент был настолько суровым, что я
сдалась.
Всю дорогу я оглядывалась, боясь, что за нами будет
погоня, но кроме метели, вовсю разыгравшейся, и нескольких прохожих, мы
никого не встретили. Подойдя к подъезду и позвонив в домофон, я
услышала Сашкин голос и расслабилась. Сейчас друг меня выслушает,
пожалеет и накормит как минимум.
– Привет, – улыбнулась я, когда он открыл дверь квартиры.
Опять у него нос в чернилах измазан, а на
темно-синем свитере пятна красок! И волосы ежиком от того, что он,
забывшись и уйдя в работу, частенько в них карандаш сует.
Друг моргнул, растерянно отложил кипу рисунков, что
держал, на тумбочку и оглядел меня так, словно впервые увидел. Кажется,
Сашка в шоке, и я запоздало подумала: надо было предупредить, что я не
одна.
– Ты ревела? – спросил он, затаскивая меня в квартиру, привычно пахнущую краской и бумагой.
Я глянула в зеркало и застонала. Идеальный макияж,
сотворенный накануне выхода с работы, испорчен. Потекла тушь,
размазались помада и тени. И я походила на побитого вампира, оставшегося
без ужина.
– Нет. Там метель, – выдал незнакомец, как-то странно рассматривая дверной замок.
– А ты кто? – поинтересовался невозмутимый Сашка.
– Эрик, – представился эльф, неуклюже задев вешалку с верхней одеждой и чуть ее не роняя прямо на себя.
– Пенелопа, да ты никак себе парня нашла? – ухмыльнулся друг.
Левая бровь эльфа приподнялась. Я, решив не заострять внимания на этом, как его, Эрике, отобрала у него торт и протянула Сашке.
– С днем рождения! – хрипло выдала я.
Сашка моргнул.
– Ой, а я забыл, – сказал он, алчно смотря на
помявшееся чудо кулинарного искусства. – Ну, раздевайтесь, умывайтесь и
рассказывайте, как познакомились.
– Саш…
– Ничего не знаю. Это надо же, такого красавчика
подцепила, – при этих словах мой друг, обладающий изрядным чувством
юмора, подмигнул Эрику.
Уши блондина покраснели, глаза заметались в поисках выхода. Эльф готовился к побегу.
– Да ладно. Он шутит. Расслабься, – сказала я, стаскивая с себя пуховик.
Через пятнадцать минут мы сидели на уютной кухне и
пили чай с тортом. Хорошо, что на его вкус мои приключения никак не
повлияли. Едва от кулинарного шедевра осталось лишь воспоминание, мы
перебазировались в гостиную, заваленную Сашкиными эскизами и рисунками.
Эльф тут же стал их рассматривать, а я, не стесняясь красок, расписала,
как мы познакомились. Сашка не удивился и не стал ругаться, что я
приволокла к нему в квартиру убийцу. И не попытался нас выгнать после
моего рассказа. Друг, одним словом.
– Эрик, – осторожно позвал Сашка.
– Да, – оторвался от рассматривания эскизов эльф.
– А ты не хочешь нам пояснить, что произошло?
Тот вздохнул, развернулся и уставился на нас.
– Ну, хоть ты поинтересовался, в чем дело, – ехидно сказал блондин. – А то я думал, что Пенелопа не удосужится спросить.
– А…
– В психушку не отправите? – вздохнул Эрик, рассматривая нас с неподдельным интересом.
– Мы постараемся, – тактично заметил Сашка, усаживаясь на подлокотник кресла, в котором я сидела и куталась в клетчатый плед.
– Я – светлый эльф из Эфры, студент первой ступени
АМТа, – выдал он, но, заметив наши растерянные лица, счел нужным
пояснить: – Академии Магических Талантов.
– Роль в твоей игре мы поняли, а на самом деле? – невозмутимо спросил Сашка.
Эрик вздохнул.
– Да нет тут никакой роли. Вы что, никогда о параллельных мирах не читали?
Мы с Сашкой переглянулись.