Чун Ли замер на месте, а рука с занесённой чашкой так и осталась висеть в воздухе. Ему почти мерещилось, будто перед ним стоит Гуй Чжун – та самая, что давным-давно канула в Лету, но каким-то непостижимым образом выиграла собственный матч реванша на выбывание.
Они молча смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова. В этой сцене читалось всё классическое: «Глядим мы друг на друга без конца, и слёз не счесть с уставшего лица».
Стоило Ро Мо огласить список наград, как чат трансляции взорвался хвалебными одами и благословениями. Ро Мо физически ощутил, как его карма взмывает к небесам – аминь, благое дело сотворил.
Видя, что парочка по-прежнему хранит молчание, Ро Мо решил взять инициативу на себя: ─ Ну, раз вам обоим есть что обсудить после стольких лет разлуки, я, пожалуй, пойду, не буду мешать вашему воссоединению.
Едва Ро Мо ретировался, Гуй Чжун уселась рядом с Чун Ли и сама завела беседу: ─ Господин Чун Ли, расскажите же мне, как сильно изменилась Гавань Ли Юэ за это время? Мне безумно любопытно.
С мягкой улыбкой Чун Ли отозвался: ─ Обязательно расскажу. Времени у нас теперь предостаточно.
Оставив их за беседой, Ро Мо вернулся домой, развалился на диване с величественным видом и шумно выдохнул – благодать, да и только.
Посидев так с минуту, он нашарил бумагу и набросал рецепты пары блюд. Раз уж он столько времени возился со всеми этими делами, то всё ещё числится в штате «Ванминя», а перед отъездом из Ли Юэ неплохо бы оставить хозяевам парочку ценных идей.
К моменту возвращения Люмин и Паймон Ро Мо как раз закончил писать. Дунув на чернила и аккуратно сложив листки в стопку, он объявил: ─ Всё, сегодня обедать дома не будем, отправляемся в «Ванминь».
По дороге Люмин похвасталась диковинкой, полученной от Пухляша – изящным чайником по имени Чайник безмятежности. Оказалось, внутри этого сосуда скрывается целый собственный мир, где вполне можно обустроить уютное жильё.
Видя, что подруга продолжает восторженно щебетать, Ро Мо охладил её пыл простым вопросом: ─ А у тебя хоть момора есть на покупку мебели? ─ Испуганная перспективой нищеты, Люмин мгновенно сникла, превратившись в ходячее воплощение скорби.
В ресторане они столкнулись с Ху Тао, уплетавшей обед за обе щеки, и решили составить ей компанию за общим столом.
Пока девушки болтали о своём, Ро Мо заглянул на кухню и протянул листки Сян Лин. Глаза юного шеф-повара загорелись при виде записей, и она тут же пообещала опробовать новинки при первом же удобном случаан.
Вернувшись к столу, он застал компанию за выбором блюд.
Ей стоило только Ро Мо занять своё место, как Ху Тао вцепилась ему в рукав: ─ Послушай, Ро Мо, вы с Чун Ли устраивали Церемонию вознесения – почему меня-то не позвали? Признавайтесь, тут явно что-то нечисто!
Под её подозрительным взглядом Ро Мо перекрестил руки на груди и передразнил интонации Чун Ли: ─ Ну что вы, госпожа Ху, человек вы занятой, хлопот у вас невпроворот, как же мы смели тревожить ваш покой.Не успел он договорить, как Ху Тао с брезгливым видом отодвинулась: ─ Фу-у… Ты что это вдруг заговорил точь-в-точь как наш почтенный гость? Он часом на тебя порчу не навел?
Ро Мо отмахнулся: ─ Ничего подобного, просто мы с господином Чун Ли сошлись на почве общих интересов.
На этом дознание прекратилось. Вскоре подоспел заказ, и четвёрка принялась уплетать угощение за обе щеки.
В разгар трапезы Паймон украдкой зыркнула на Ху Тао, а затем подлетела к уху Люмин и зашептала: ─ Люмин, тебе не кажется, что Ху Тао понятия не имеет, кто такой Чун Ли на самом деле?
Люмин тихонько ответила: ─ У меня тоже такое ощущение. Наверное, Чун Ли просто не стал ей говорить, чтобы не шокировать ребёнка.
Заметив их шептания, Ху Тао подозрительно прищурилась: ─ Вы случайно не замышляете какую-то пакость?..
Обе в один голос замотали головами: ─ Ни в коем случае.
Успокоившись, Ху Тао погрузилась в собственные мысли.
Все человеческие горести и радости столь непохожи друг на друга… а мне лишь кажется, что вокруг слишком шумно.
Покончив с обедом, Ху Тао упорхнула продолжать рекламную кампанию ритуального бюро, а троица героев, не имея срочных дел, направилась домой.
У порога их дома уже толпилось несколько человек. Приглядевшись, Ро Мо узнал Чун Ли, Гуй Чжун и всех пятерых Якш.
Распахнув дверь, хозяин пригласил гостей внутрь. Переступив порог, те принялись восторженно озираться по сторонам, точь-в-точь деревенские жители, впервые попавшие в столичный дворец.
Оглядывая убранство, Гуй Чжун с любопытством спросила Чун Ли: ─ Невероятно… Неужели за столь короткое время Ли Юэ продвинулось в ремесле настолько?
Чун Ли со вздохом покачал головой: ─ Вовсе нет. Подобное под силу лишь нашему юному другу.
Добравшись до второго этажа, Гуй Чжун едва не лишилась дар речи при виде диковинных переключателей и механизмов. Для истинного любителя автоматонов это место выглядело настоящим райским уголком.
Ей страшно хотелось разобрать тут всё до винтика, но воспитание и понимание того, что они находятся в гостях у спасителя, удерживали её в рамках приличий.
Усевшись в гостиной, компания заговорила о чудесном возвращении к жизни. Люмин украдкой бросала на Ро Мо полные благоговейного трепета взгляды: ей и в голову не приходило, что этому парню подвластны такие вещи.
─ Благодетель! ─ голос Босациуса вывел всех из раздумий. Якша опустился на колени перед Ро Мо, перепугав остальных. Ро Мо тут же бросился поднимать его: ─ Опомнитесь, герой, к чему эти церемонии! Прошу, встайте, не стоит столь громких почестей.
─ Умоляю вас, благодетель, найдите способ исцелить кармическое проклятие златоволосого Сяо! ─ в голосе Босациуса звучало отчаяние. Остальные трое Якш тяжело опустили головы, а Чун Ли лишь горько вздохнул, переводя взгляд на Ро Мо.
Тот почесал в затылке: ─ Ну… вообще-то у меня есть один вариант, правда, метод… мягко говоря, радикальный.
Босациус встрепенулся: ─ Поведайте же!
─ Убиваем Сяо, я его воскрешаю – и вуаля, кармического следа как не бывало.
Зависла зловещая тишина. Предложенный способ оказался… мягко говоря, чересчур инфернальным.
Босациус скрестил все четыре руки в защитном жесте: ─ Пожалуй… давайте-ка поищем что-нибудь менее экстремальное.
Пусть исцелить недуг сию минуту не вышло, сам факт всеобщего чудесного воскрешения уже был величайшим благом. Ро Мо предложил закатить в этот вечер грандиозный пир по случаю возвращения блудных сыновей и дочерей – гулять так гулять, пока все не попадают.
Идея пришлась по душе абсолютно всем. Пока четвёрка Якш отправилась заново знакомить Сяо с преобразившейся Гаванью Ли Юэ, Ро Мо вместе с Люмин и Паймон принялся хлопотать на кухне, параллельно рассылая приглашения друзьям. Гуй Чжун же отправилась с Чун Ли – якобы навестить одного старого знакомого.
Проводив спутников, Чун Ли и Гуй Чжун поднялись к уединённой горной вершине неподалёку от Гавани Ли Юэ. Спустя мгновение лёгкий порыв ветра принёс с собой переливы струнной музыки, возвещая появление юноши.
На голове у него красовалась зелёная бархатная шляпа, украшенная веточкой сесилии, иссиня-чёрные волосы заплетались в косу, спускающуюся до поясницы. Одет он был в белую плиссированную рубашку, перехваченную на талии коричневым кожаным кушаком, зелёные короткие шорты и плащ за спиной. Белые чулки и светлые короткие ботинки завершали образ.
Сыграв финальный аккорд, юноша прикрыл глаза, наслаждаясь послезвучием собственной арфы.
Распахнув глаза, он поприветствовал гостей: ─ Эге, старик, до меня дошли слухи, будто ты искал меня. ─ Заметив стоявшую рядом фигуру, бард резко замер.
Гуй Чжун с одобрительной улыбкой захлопала в ладоши. Чун Ли, по-прежнему заложив руки за спину, произнес: ─ Если не ошибаюсь, теперь тебя зовут Венти. Как видишь, она вернулась.
Улыбка мгновенно слетела с лица барда. Взволнованно подавшись вперёд, он выдохнул: ─ Но, старик, мёртвые не возвращаются!
─ Нашлись те, кому это оказалось по силам, ─ невозмутимо парировал Чун Ли. ─ Я позвал тебя потому, что у тебя ведь тоже осталась давняя, неизбывная боль.
Венти опустил взгляд. Перед его взором вновь возник образ юноши, павшего на дороге восстания.
Назвав барду адрес дома Ро Мо, Чун Ли добавил: ─ Сегодня вечером там будет пир, путешественница тоже будет среди гостей. Дальше – решай сам.
Проводив взглядом удаляющихся Чун Ли и Гуй Чжун, Венти устремил взор в безоблачное небо. Пусть происходящее казалось безумием, в этом крылась надежда – та самая искра свободы, которую он некогда обещал своему другу. К тому же, раз там намечается обильная выпивка, пропустить такое было бы просто преступлением.
Тем временем Гуй Чжун тормошила спутника за рукав: ─ Куда мы теперь, Чун Ли?─ А теперь мы навестим ещё одного твоего старого друга.
…
Обойдя с приглашениями Нин Гуан, Кэ Цин, Гань Юй, Ху Тао, Юнь Цзинь, Сян Лин, Син Цю, Чун Юня, Синь Янь и прочих знакомых, Ро Мо с Люмин отправились на городской рынок за провизией.
Местные торговцы давно знали их как главных спасителей Ли Юэ, поэтому наотрез отказывались брать плату, силой запихивая продукты в руки. Впрочем, безразмерный магический браслет Ро Мо вместил абсолютно всё без возражений.
Вернувшись домой, Ро Мо сгрузил припасы на кухне. Оставив Люмин и Паймон наводить порядок в комнатах, он сам спустился в подвал.
Отворив крышку массивного глиняного чана с выдержанным хмельным мёдом, он расплылся в зловещей, предвкушающей улыбке.
Пора бы аборигенам Тейвата познакомиться с настоящими северными традициями.