[Вчера Мо Цзэ всё ещё приглашал её на ужин и больше ни о чём не упоминал.]
[Похоже, сейчас они с Цзян Юйцин ещё не были особенно близки.]
[Но если не Мо Цзэ, то кто тогда помог ей получить роль?]
И тут Хо У внезапно вспомнила о своём дедушке Чжан Цяну.
[Раньше он говорил, что хочет встретиться с Цзян Юйцин.]
[Но тогда как раз был период празднования Нового года, и Хо Юйсэн предложил перенести встречу на время после праздников, всё-таки у актёров тоже должно быть время для семьи.]
[Хо У была уверена, что дедушка увидится с Цзян Юйцин уже после окончания первого лунного месяца.]
[Но сейчас Цзян Юйцин получила роль гораздо раньше.]
[Неужели дедушка уже успел встретиться с ней и именно он помог ей получить эту возможность?]
Чем больше Хо У думала об этом, тем тревожнее ей становилось.
[Почему ей вообще никто ничего не сказал о встрече дедушки с Цзян Юйцин?]
[Если бы она знала заранее, то хотя бы смогла лично понаблюдать за происходящим.]
[А теперь она совершенно не представляла, как всё прошло.]
[Впрочем…]
[Даже если Цзян Юйцин действительно похожа на бабушку, дедушка ведь не сможет сразу связать всё воедино, верно?]
[В стране столько людей, что похожие лица встречаются постоянно.]
[Более того, очень часто именно не связанные кровью люди оказываются внешне удивительно похожими друг на друга.]
[Так что одного сходства явно недостаточно, чтобы дедушка решил, будто настоящая родственница, это Цзян Юйцин, а не Хо У.]
[И всё же…]
Несмотря на все эти логичные доводы, Хо У продолжала нервничать.
В итоге она резко поднялась на ноги и приняла решение: [поехать к Хо Юйсэну в компанию и напрямую всё выяснить.]
[Именно Хо Юйсэн должен был организовывать встречу дедушки с Цзян Юйцин.]
[А значит, если встреча действительно состоялась, то он наверняка присутствовал там и прекрасно знает, что произошло.]
Подумав об этом, Хо У без колебаний схватила ключи от машины с журнального столика и сразу отправилась в компанию Хо Юйсэна.
Когда она приехала, было только половина пятого вечера.
[Обычно Хо Юйсэн заканчивал работу в пять.]
[До конца рабочего дня оставалось всего около получаса, поэтому Хо У решила просто подождать его внизу, а не подниматься и отвлекать.]
[Сначала она хотела посидеть в ближайшей кофейне.]
Но, выйдя из машины, неожиданно заметила неподалёку пожилого старика, игравшего на эрху.
На вид ему было около восьмидесяти.
Седые волосы и борода уже полностью побелели, а сам он сидел сгорбившись, из-за чего казался особенно худым и слабым.
Руки старика заметно дрожали, поэтому мелодия звучала прерывисто и неровно.
Перед ним стояла небольшая миска для пожертвований прохожих.
Но сейчас в ней лежало всего несколько купюр, вместе они едва ли тянули больше чем на десять юаней.
На улице стоял сильный холод.
Старик был одет в старую ватную куртку и время от времени дрожал от ветра.
Но даже так он крепко держал эрху и продолжал играть «Отражение луны в Эрцюане», каждый раз снова начиная мелодию после очередной дрожи.
[Если честно, играл он далеко не идеально.]
Но Хо У всё равно направилась к нему вместо кофейни.
Подойдя ближе, она достала кошелёк, вынула пять купюр по сто юаней и аккуратно положила их в миску.
Сверху она прижала деньги небольшим камешком, чтобы ветер не унёс их.
Затем Хо У медленно присела перед стариком на корточки, посмотрела в его расфокусированные глаза и с улыбкой сказала:
“Дедушка, вы очень красиво играете.”
Услышав это, старик медленно улыбнулся.
Его взгляд был мутным и не совсем ясным, но улыбка оставалась удивительно доброй.
“Спасибо тебе, девочка.”
Хо У покачала головой.
“Не за что.”
Холодный ветер продолжал дуть.
Хо У плотнее укуталась шарфом и мягко предложила:
“Дедушка, может, вам лучше пойти домой? Сегодня слишком холодно.”
Старик сначала кивнул, а потом снова покачал головой.
“Ты очень добрая девочка. Позволь мне сыграть для тебя одну мелодию, а потом я пойду домой.”
Хо У потёрла замёрзшие руки и улыбнулась:
“Хорошо.”