Глава 369. Именно это мне и нужно было услышать
Хэ Дунцин — человек умный, он с первого взгляда понял, что Ван Чжи не верит его словам.
Его тут же охватил страх.
Он лучше всех знал методы своего дяди.
Тот не только состоял в родстве с одним Великим мастером третьего ранга.
Но и с главой Лекарственного Союза был в близких отношениях.
С такими связями, если просочится слух, что это он предал Ван Чжи...
То, что бы ни случилось, он умрет, причем вместе со всей своей семьей!
В этот миг Хэ Дунцин словно провалился в ледяной погреб.
— Похоже, ты передумал? Ничего, когда выкопаем трупы, ты заговоришь как миленький.
Янь Лин с улыбкой велел Ши Синю и Юнь Жо выяснить, сколько больших софор растет в аптеке Ван Чжи.
Время шло минута за минутой.
В конце концов, оба доложили:
— Господин Янь, в аптеке Ван Чжи всего одна большая софора, вон там.
Недалеко от стены двора находилась искусственная горка, а за ней — то самое большое дерево.
— Копайте.
— Есть!
Не прошло и времени, необходимого для того, чтобы выпить чашку чая, как софору уже повалили.
Вскоре откопали семь трупов.
Все люди в аптеке Ван Чжи, увидев это, смертельно побледнели.
Спина Ван Чжи согнулась еще сильнее.
В глазах Чжао Цина и остальных мелькнуло удивление.
Эти трупы — просто подарок судьбы!
Их появление в сто раз облегчит дальнейшее расследование дела!
Чжао Чунхун, погрузившись в раздумья, жестом велел стоящему рядом военачальнику вместе с ним проверить личности погибших.
Сюда позвали всех находившихся поблизости слуг, чтобы они опознали тела.
— Хэ Дунцин, я обещал тебе тогда: если ты дашь показания, то за убийство этих семерых слуг ответственность будет минимальной, по крайней мере, сохранишь жизнь.
— Это обещание все еще в силе. Ты готов теперь рассказать?
Янь Лин снова перевел взгляд на Хэ Дунцина.
Хэ Дунцин смотрел на трупы, в его душе шла борьба.
Крупные капли холодного пота непрерывно выступали у него на лбу.
В глазах Ван Чжи промелькнула легкая насмешка.
Раз уж предал, какой смысл сейчас ломать комедию?
— Господин Янь, я осознал свою вину, готов доложить все как есть, — хрипло произнес Хэ Дунцин.
Янь Лин с облегчением вздохнул.
На самом деле он тоже рисковал, делая ставку на то, что Хэ Дунцин окажется меж двух огней и будет вынужден встать на сторону Департамента Железных Одеяний, пытаясь спасти свою жизнь.
В противном случае, если бы тот стоял на своем до конца, у него не было бы никаких доказательств, чтобы связать эти семь трупов с Ван Чжи.
С такими связями, как у того, дело, скорее всего, просто замяли бы.
И дальнейшую работу провести было бы невозможно.
Теперь он выиграл.
И немалая заслуга в этом принадлежит поведению самого Ван Чжи.
Именно его слова заставили Ван Чжи окончательно перестать верить Хэ Дунцину, загнав того в угол, откуда не было выхода!
— Эти семь трупов — слуги, которые помогали Кровавому Книжнику собирать горючее масло повсюду.
Медленно проговорил Хэ Дунцин.
Чжао Цин и остальные вздрогнули.
Янь Лин:
— Госпожа Юнь Жо, занесите в протокол.
Юнь Жо тут же начала записывать показания Хэ Дунцина.
Чжао Чунхун невозмутимо произнес:
— Потом дайте копию показаний и нашей управе.
— Разумеется.
Лу Юньчэнь с улыбкой кивнул.
Слова Хэ Дунцина намертво связывали Кровавого Книжника с аптекой Ван Чжи.
Таким образом, смерть Кун Синху была связана с аптекой Ван Чжи.
Если идти по этому следу, результат обязательно будет.
— Кровавый Книжник на самом деле много лет содержался Ван Чжи и тайно выполнял для него грязную работу.
— Моя база совершенствования невысока, поэтому я в основном помогал со стороны.
— Занимался тем, что подчищал хвосты.
— После того как все случилось, Ван Чжи велел мне убить тех семерых слуг, боясь, что Департамент Железных Одеяний обнаружит улики.
Сначала голос Хэ Дунцина дрожал, но к концу стал все более уверенным:
— У меня есть бухгалтерская книга, в которой записаны дела, что Ван Чжи заставлял делать Кровавого Книжника, а также происхождение этого горючего масла. Господа, если вы проверите все по этой книге, то обязательно найдете совпадения. Это докажет, что я не солгал ни на йоту!
Он выложил все, что знал, это занесли в протокол, и в конце он собственноручно поставил отпечаток пальца.
Ван Чжи с бесстрастным лицом смотрел на Хэ Дунцина.
Хэ Дунцин не смел поднять на него глаз, опустив голову.
— Ван Чжи, теперь доказано, что ты связан с Культом Бессмертных, вы — шпионы племени Жун, вас ждет конфискация имущества и казнь всей семьи!
Янь Лин, пристально глядя на Ван Чжи, резко произнес:
— Использовать горючее масло, чтобы сжечь жителей государства Чжао, да еще и погубить господина Куна, чиновника пятого ранга. Даже если ваш род Ван обыщут и разорят десять раз подряд, этого будет мало.
У сына Ван Чжи внезапно подкосились ноги, и он рухнул на землю.
В глазах Ван Синсу также погас свет, выражение лица стало отрешенным.
Многочисленные управляющие, разнорабочие и слуги аптеки Ван Чжи дрожали как в лихорадке.
Ван Чжи глубоко вздохнул, в его глазах промелькнула беспомощность:
— Господин Янь, я признаю, что Кровавый Книжник все эти годы находился в аптеке Ван Чжи.
— Я также признаю, что те беженцы были сожжены этим горючим маслом.
— Но это были всего лишь беженцы, а не жители государства Чжао.
— И я отнюдь не шпион племени Жун! И не имею ни малейшего отношения к Культу Бессмертных!
Сказав это, Ван Чжи внезапно выпрямился и посмотрел на Чжао Чунхуна. В его мутных глазах вспыхнул огонек:
— Господин Чжао, вы человек, приближенный к Его Величеству. Сегодня я вынужден честно во всем признаться. Только так мой род Ван избежит полного истребления.
Чжао Чунхун нахмурился:
— Здесь есть еще какие-то скрытые обстоятельства? В противном случае, даже если это были просто сожженные беженцы, вы все равно совершили непростительное преступление. Пусть они беженцы, но они — настоящие подданные государства Чжао!
Чжао Цин и остальные, видя такое поведение Ван Чжи, смотрели на него с подозрением.
Что еще может придумать этот старый хрыч?
— Конечно, есть. Доставить горючее масло во двор, где содержались беженцы, — это был приказ господина Куна!
Ван Чжи произнес это твердо и веско:
— Собирать горючее масло все эти годы — тоже был приказ господина Куна!
— И даже сжечь тех беженцев, чтобы вынудить вас сложить полномочия префекта префектуры Сянфэн, — этот план придумал младший соученик господина Куна!
Именно это мне и нужно было услышать.
В глазах Янь Лина мелькнула легкая улыбка.
Он наконец вытянул из этого старика нужный ему результат.
— Господин Чжао, хотите, чтобы я во всеуслышание назвал того, кто стоит за спиной Кун Синху!?
Взгляд Ван Чжи был агрессивным:
— Я ни за что не позволю, чтобы сотни жизней моего рода Ван пошли на покрытие этого долга!
Взгляд Чжао Чунхуна стал невероятно тяжелым.
Чжао Цин уже остолбенел, его лицо побледнело.
Ши Синь и остальные тоже оцепенели.
Кун Синху... придумал план?
Кто стоит за спиной Кун Синху? В их сердцах внезапно зародилась догадка, и они невольно втянули воздух сквозь зубы.
— Господин Лу, господин Янь, очистите место.
Медленно произнес Чжао Чунхун:
— Во дворе останемся только мы.
— Есть.
Лу Юньчэнь не стал возражать и тут же начал выводить людей.
Чжао Чунхун остался один, даже того военачальника он не оставил.
Со стороны Департамента Железных Одеяний присутствовали только Лу Юньчэнь, Янь Лин и Юнь Жо.
Даже Чжао Цина и Ши Синя вывели из двора.
В аптеке Ван Чжи, естественно, остались только сам Ван Чжи, его внуки и Хэ Дунцин.
Ван Чжи усмехнулся:
— Оказывается, господин Чжао тоже умеет бояться. Впрочем, это ведь можно считать вашими семейными делами, не так ли?