Стояло душное лето.
Небо стремительно темнело, но реальность казалась еще мрачнее.
Алкоголь, к которому она никогда в жизни не прикасалась, лился в горло глоток за глотком.
Сколько бы она ни пила, забыться никак не получалось.
Ли Юн Со, двадцать один год.
Максимальный срок жизни — три года.
Ни родителей, ни знакомых, ни гроша за душой.
Даже когда она пыталась утопить тоску в бутылке и забыться, эти жестокие факты безжалостно терзали ее разум.
Разве существовал на свете кто-то столь же несчастный?
В тот день Юн Со снова погрузилась в уныние и поднесла стакан к губам, как вдруг ее мрачные мысли оборвал чужой голос.
— Моя жизнь — полное дерьмо-о-о...
Это кричал парень за стеной.
Сначала она проигнорировала это, списав на разовую пьяную выходку.
— Боже, ну и дерьмище, а не жизнь...
«Вот же придурок. Насколько все должно быть плохо, чтобы распевать об этом на весь дом?»
Терпение Юн Со лопнуло. Она подошла к его двери и принялась яростно колотить в нее, вымещая всю свою злость в каждом ударе.
— ...А?
— Чего?
Каким-то образом она оказалась у него в квартире. Сначала Юн Со собиралась сразу уйти, но любопытство взяло верх. Ей безумно захотелось узнать, насколько же разрушена жизнь этого парня, раз он так отчаянно воет. Если бы причина оказалась пустяковой, она без колебаний съездила бы ему по лицу.
— Ого...
Однако жизнь Со До Хёна оказалась далека от сказки. Выслушав его историю, Юн Со почувствовала к нему нечто вроде родства. С той самой первой ночи Со До Хён мгновенно занял первое место в ее крошечном списке людей, которые ей искренне нравились. Сам он, разумеется, об этом даже не догадывался.
Как бы то ни было, алкоголь продолжал литься рекой. В какой-то момент Юн Со заметила, как До Хён то и дело бросает на нее особые взгляды. Обычное мужское любопытство, желание — то самое вожделение, которое она так часто видела у других мужчин.
«Этот парень ничем не отличается от остальных».
Прежняя Юн Со, наученная горьким опытом никому не доверять, презирала бы подобные чувства и сразу оттолкнула бы его. Но теперь, с висящим над головой смертным приговором, она вдруг задумалась: «Каково это вообще — когда на тебя так смотрят?»
Алкоголь, любопытство и едва уловимое чувство близости к До Хёну окончательно разрушили ее внутренние барьеры. Ни одна нормальная девушка не отдала бы свою невинность первому встречному собутыльнику, но Юн Со никогда не была нормальной — ни в жизни, ни в мыслях.
Наступило утро. В отличие от До Хёна, который, судя по всему, отключился и напрочь все забыл, Юн Со помнила каждую деталь. Ощущения, удовольствие и то мимолетное, спасительное бегство от реальности. Та ночь стала самым ярким воспоминанием во всей ее жизни.
Чем лучше она узнавала Со До Хёна, тем сильнее становились ее чувства. Та летняя ночь казалась все сладостнее — настолько, что она ни за что не согласилась бы ее вычеркнуть. А этот недотепа умудрился на целых два года напрочь забыть о случившемся.
«Ну и дурак».
Если честно, ей хотелось повторить. Будь ее воля, она бы каждый день растворялась в этих ощущениях, начисто стирая реальность из памяти. Но это было бы слишком жестоко по отношению к До Хёну, ведь у него впереди еще вся жизнь. Поэтому она оставила ту ночь лишь сном в летнюю ночь. Даже если ей безумно хотелось увидеть его снова, она знала: это разобьет ему сердце так, что уже ничего нельзя будет исправить.
Этим утром врач сказал:
— Если вы хотите начать лечение, подготовку нужно начинать уже сейчас. Если затянуть еще сильнее, то даже поездка за границу вам не поможет.
Время, отведенное Юн Со, стремительно истекало. Настал момент принять решение: проигнорировать ее запреты, окончательно разрушить остатки собственной жизни и спасти ее во что бы то ни стало, или же отпустить все и сделать вид, будто это был лишь сон в летнюю ночь.
«Да я, черт возьми, пойду ва-банк, тут и думать нечего».
Прости, Юн Со, но я собираюсь броситься с головой в бездну. Провести остаток дней в рабстве у ростовщиков куда лучше, чем стоять у нее на похоронах.
Оставив спящую Юн Со, я выскользнул из больницы и направился к ростовщику, которого приметил заранее.
— Хочешь занять денег?
— Да.
— Нет.
И на этом разговор закончился.
— Парень, ты явно что-то путаешь. Мы не раздаем деньги первому встречному.
— У тебя судимость и нет поручителя. С чего мне тебе верить? Очевидно же, что ты заберешь наличку и свалишь.
Единственным человеком, которого я знал, была Юн Со. А значит, найти поручителя для кредита было абсолютно нереально.
Следующий ростовщик, к которому я обратился, ответил отказом. И тот, что был после него, тоже. Все они вежливо, но твердо выставляли меня за дверь. Один из них даже усмехнулся:
— Твоя подруга смертельно больна, ей нужно лечиться за границей, и для этого тебе требуются сотни миллионов вон?
— ...Да.
— Парень, ты пересмотрел дорам. Если уж врешь, то ври правдоподобнее. Под такую сказочку тебе никто денег не даст. Вообще, присядь-ка на секунду. Ты хоть представляешь, насколько суров реальный мир? Знаешь, как нам неловко, когда к нам заявляется такой юнец? Если ты действительно хочешь заработать, тебе стоит...
Он даже прочитал мне целую лекцию об успешной жизни. Ну и бред.
«Ростовщикам вообще не пристало строить из себя праведников».
Я сплюнул на тротуар.
Где достать сотни миллионов вон буквально из воздуха? Если с ростовщиками ничего не вышло, оставался лишь один путь. В конце концов я наступил на горло собственной гордости и решил связаться с двумя людьми, у которых мне меньше всего хотелось просить помощи.
Первой была моя мать. Та самая женщина, которую я ни разу не видел с тех пор, как она ушла из семьи.
По слухам, она даже не пришла на похороны отца, настолько окончательно оборвав все связи. Но вдруг, если сын будет умолять ее на коленях, она все же поможет?
[ Мама ]
«Абонент временно недоступен...»
— Цц.
Впрочем, я особо ни на что и не рассчитывал. Скорее всего, у нее все равно не было таких денег, так что не стоило и надеяться.
Перейдем ко второму варианту.
«Боже, как же мне не хочется с ней связываться».
В отличие от матери, эту связь разорвал я сам, отчего на душе становилось еще паршивее.
[ Та старшая ]
Она была школьной хулиганкой из богатой семьи, учившейся на класс старше. Я терпел ее выходки почти год, пока наши отношения не закончились грандиозным скандалом. Но сейчас было не время привередничать.
«Телефон вызываемого абонента выключен...»
— Да ладно тебе.
Почему этой женщины никогда нет рядом, когда она действительно нужна? Я продолжал звонить через определенные промежутки времени в надежде, что она ответит, но трубку никто так и не взял. Попытки продолжались три дня, после чего мне пришлось признать очевидное: она либо сменила номер, либо заблокировала меня.
— Эх.
На дворе стояло начало лета, но где-то неподалеку все еще цвела сакура. Глядя на кружащиеся лепестки, я вдруг вспомнил прошлое. В день, когда меня впервые посадили в тюрьму, погода была точно такой же. Что же я тогда пробормотал себе под нос?
— Жизнь несправедлива. Абсолютно несправедлива.
Да уж. Жизнь — это сплошная манипуляция вероятностями. Какой-то злобный бог явно затаил на меня обиду.
Вероятность родиться у неблагополучных родителей.
Вероятность того, что твой брат убьет их.
Вероятность того, что полиция проигнорирует твои ложные показания.
Вероятность выйти из тюрьмы и не найти ни единой работы.
Вероятность того, что твоим первым другом окажется соседка, да еще и красавица.
Вероятность того, что эта самая подруга окажется смертельно больна.
Вероятность того, что ее болезнь излечима, но у тебя не окажется денег на лечение.
Сложи все эти вероятности вместе, и я должен был выиграть в лотерею раз сто.
— Неужели так сложно подкинуть мне хоть один удачный бросок?
Хотя ладно, один все-таки был: вероятность того, что моим первым другом станет красивая соседка.
По пути обратно в больницу ноги казались налитыми свинцом. Вдруг я вспомнил о кое-чем важном:
— Ах да, я же собирался принять душ перед возвращением.
Я несколько дней не отходил от постели Юн Со, не менял одежду и не мылся. Она уже начала жаловаться на запах.
— Надо заскочить домой.
Я развернулся и направился к своей квартире. Соседняя дверь пустовала — Юн Со выставила жилье на продажу, смирившись со своей скорой смертью.
Даже сейчас мне казалось, что из-за стены вот-вот раздастся стук, а следом за ним веселый голосок позовет: «До Хён, давай поиграем!»
Фантастия. Каждый раз, заходя в игру, я думал о ней. Я начал играть только ради нее, и мы проводили там целые дни напролет. Даже когда Юн Со не станет, я, скорее всего, продолжу фармить на жизнь. Мой уровень уже приближался к двухсотому, так что я вполне мог выжить в одиночку. Но смогу ли я когда-нибудь снова получать удовольствие от этой игры? Я медленно покачал головой.
— ...Раз уж я здесь, заберу хотя бы награду за вход.
Я натянул привычный шлем, и мое сознание мгновенно перенеслось в виртуальное пространство игры.
⟨ Девственник Шрёдингера ⟩
[ Ур. 191 ]
Я провел здесь уйму времени: уничтожил бесчисленное множество монстров и выполнил гору квестов. Обычно она бежала впереди, агря мобов, а я атаковал заклинаниями из тыла. Когда выпадал ценный лут, мы радовались и прыгали как ненормальные.
Я посмотрел в сторону. Профиль, который, как мне казалось, всегда будет перед глазами, теперь отсутствовал.
— Тяжело-то как.
Смогу ли я вообще играть дальше? Я открыл почтовый ящик, чтобы забрать ту самую ежедневную награду.
[ О путник, прошедший долгий путь по Фантастии! ]
[ Каким было твое путешествие? Принесло ли оно тебе множество встреч и радостных мгновенний? ]
[ Отныне твой путь расцветет особой силой. ]
— А?
Что это еще такое? Я внимательно перечитал сообщение. Слог казался смутно знакомым.
[ О путник, впервые посетивший Фантастию! ]
[ Тебе будет дарована первая Уникальная черта, соответствующая твоей сути. ]
Неужели это тот самый выбор второй Уникальной черты, о котором все говорили?
— ...Неужели уже прошла тысяча дней?
Награда за тысячу дней входа полагалась каждому игроку. Однако вторая Уникальная черта, в отличие от первой, определялась поведением в игре.
Вторая черта, даруемая в качестве награды за тысячу дней, зависела от того, как именно игрок проводил свое время в Фантастии. И день, когда эта черта должна была наконец проявиться, настал именно сегодня. Последние несколько дней я провел в больнице и не мог зайти в сеть, так что момент оказался как нельзя более подходящим.
— Хорошо, что я зашел.
Будет о чем рассказать Юн Со. Фантастия была ее любимой темой для разговоров, поэтому я искренне надеялся, что мне выпадет что-нибудь стоящее.
[ На основе пройденного тобой пути тебе предлагаются следующие варианты второй Уникальной черты. ]
Особых надежд я не питал, зная свое обычное везение.
Раздался тихий гул.
[ Чувство маны (Обычный) ]
[ Коктейль Молотова (Обычный) ]
[ Клеймо несчастья (Редкий) ]
[ Несмешная шутка (Редкий) ]
[ Редкая магия (Редкий) ]
[ Облик несчастья (Героический) ]
[ Похититель предметов (Героический) ]
— Почему их так много?
Выбор действительно впечатлял. Рядом с каждой Уникальной чертой отображались условия ее получения. Ради интереса я открыл одну из них.
⟨ Облик несчастья (Героический) ⟩
[ Уникальная черта героического ранга ]
— Характеристика «Удача» снижается до 0, но ваша наивысшая характеристика удваивается.
[ Условие получения ]
— Характеристика «Удача» должна входить в нижний 1% среди всех игроков.
Значит, система работала так: выполняешь определенные условия во время игры, и соответствующая черта разблокируется.
«Удваивается? Это же безумие».
Штраф меня совершенно не пугал, поскольку он дублировал уже имеющееся у меня ограничение. Если я экипирую эту черту и достигну двухсотого уровня, то смогу грести деньги лопатой.
— ...Посмотрим, что там еще есть.
Я молча листал список доступных черт. Помимо «Облика несчастья», там хватало и других мощных вариантов. Нашлась даже черта легендарного ранга.
[ Магический гений (Легендарный) ]
Я слышал, что вторые черты легендарного ранга встречаются невероятно редко.
«Я ведь все это время только и делал, что фармил на жизнь, но, похоже, не зря потратил столько часов».
Описание черты поражало воображение.
Если я выберу ее и поиграю еще несколько лет, то смогу позволить себе новенький спорткар, пусть даже на покупку целого здания денег и не хватит. Я представил, как в будущем разъезжаю по городу на новенькой «Ламборгини». Но без Юн Со на пассажирском сиденье эта картина совсем не радовала. В любом случае я уже прокрутил список до самого низа. Стоило просто выбрать «Магического гения» и выйти из игры.
— Хм?
Подождите, список продолжался. Я думал, что легендарный ранг — это предел, но ниже красовалась еще одна строчка. Я тихо прочитал название черты:
— ...Манипуляция вероятностями.
А затем опешил:
— ...Что?
[ Манипуляция вероятностями (Мифический) ]
Увидев ранг, я едва не потерял сознание.
⟨ Манипуляция вероятностями ⟩
[ Уникальная черта мифического ранга ]
— Вы можете произвольно изменять любое значение вероятности, отображаемое системой.
[ Условия получения ]
— Первая профессия должна быть «Вор (Обычный)».
— Характеристика «Удача» должна быть равна 1 или ниже.
— Эффект состояния: «Отчаяние».
— Необходимо заслужить благосклонность Короля воров Кайлеруса.