Я не знаю, как Кайден получил такую рану, но на следующий
день он так и не проснулся.
Это было похоже на следы когтей животного, но было ли оно
таким же ядовитым, как когти монстра, напавшего на Энока?
Я вздохнула, когда увидела, что кусок ткани, который я
использовала в качестве полотенца, совсем изодрался.
Думаю, мне придется ещё разорвать платье. Оно уже было
разорвано, обнажая голые ноги до половины икры.
Сначала мне было интересно, что я могу сделать с платьем в
этой дикой природе, но теперь я думаю, что носить платье — это хорошая идея.
Я должна найти хижину в ближайшее время. Там должна быть
современная одежда, и я бы хотела подобрать себе штаны.
Мы решили оставить Кайдена и снова разведать местность
вокруг пещеры. Нужно было найти реку. Рядом есть долина, но добыть в ней еду
непросто.
Конечно, было бы неплохо за это время найти подсказки о бункере
и хижине.
Насколько я помню, и бункер, и хижина располагались у
подножия огромной горы, вплотную к обрыву.
В последний раз, когда я поднималась на вершину горы, я
запомнила, что огромных гор на этом острове было всего три.
Если я осмотрю гору, на которую я поднялась с Эноком, и всё
ещё не найду бункера или хижины, я должна буду обыскать область вокруг
следующих двух гор.
— Жарко.
Прогуливаясь по траве с Эноком, я вздохнула, вытирая пот.
— Здесь есть где помыться. Нужно немного потерпеть.
Эноку тоже было жарко, поэтому он расстегнул запонки на
рукавах и закатал их, открывая предплечья.
Я посмотрела на его широкие предплечья с выделяющимися
венами, а затем встретилась с ним взглядом. Когда он закатал рукава, то
нахмурился:
— Тебе есть что сказать?
— Ниче… ой!
Я попыталась ответить, что мне нечего сказать, но наткнулась
на выпирающий камень. В моём теле не осталось сил из-за жары.
К счастью, Энок обвил меня рукой за талию и не дал мне
упасть.
На самом деле, проснувшись на этом острове, я до сих пор
чрезмерно переутомляла своё тело. Удивительно, что я не заболела. Но сейчас моя
иммунная система ослаблена, может быть, из-за жары.
Я схватилась за руку Энока и глубоко вздохнула. На его руке
было много ран. Должно быть, все они были получены на поле боя.
— Маргарет.
Энок, двинувшийся вперёд, позвал меня. Я посмотрела на него
пустым взглядом. Бесполезные мысли несоответствующие ситуации, продолжали
витать у меня в голове.
Он остановился и оглянулся на меня.
— Ты в порядке?
— Просто жарко.
О, Боже... Думаю, я так помру...
Пока я думала, вид перед моими глазами изменился. Потому,
что Энок внезапно обнял меня.
У меня не было сил что-то говорить, поэтому я просто
позволила своему телу остаться в его объятиях. Думаю, что я устала.
К счастью, вскоре я увидела водопад, струящийся в долине.
Энок опустил меня, когда мы достигли берега.
— Я буду стоять там на страже, так что наслаждайся, сколько
хочешь.
Сказав это, Энок развернулся и ушёл.
При виде Энока я слегка улыбнулась и опустила руку в воду
долины. Я только опустила руку, то почувствовала, что жар ушёл.
Я попыталась снять платье, но не смогла дотянуться до
пуговицы на спине. У меня не было сил из-за жары. И в конце концов я позвала
Энока.
— Энок, я не могу дотянуться до спины. Пожалуйста, помоги мне.
Я повернулась к нему спиной и указала пальцем на
пуговицу.
— Пожалуйста, расстегни моё платье.
Вместо ответа Энок подошёл ближе. Затем я почувствовала, как
большая рука коснулась моей спины.
Возможно, из-за того, что это был особенно жаркий день, тепло,
казалось, исходило от тыльной стороны его ладони. Он очень медленно расстёгивал
пуговицы, отчего у меня щекотало спину.
Я почувствовала странное ощущение, поэтому прикусила нижнюю
губу.
— Энок?
Я позвала его, чтобы закончить побыстрее.
— Маргарет, ты...
Вместо ответа Энок продолжал говорить:
— Что ты хочешь сделать больше всего, как только выберешься
с этого острова?
Внезапный вопрос.
Я не могла видеть выражение его лица, потому что он был
позади меня. Так что я понятия не имела, что он имел в виду, задавая такой
вопрос.
— Я хочу сначала помыться с мылом.
— Что ещё?
Энок продолжал медленно расстегивать моё платье, совершенно
не торопясь.
Я на мгновение задумалась над его вопросом, затем выбрала
ответ, который могла бы дать настоящая Маргарет.
— Хм, я хочу нормально поесть. Последний приём пищи в
особняке Флоне был просто восхитительным.
Конечно, ела не я, а настоящая Маргарет, но её память теперь
моя.
На самом деле, я скучала по Корее больше. Меня некому было
поприветствовать, потому что я вышла из детского дома, но это всё ещё то место,
где я родилась и выросла.
Но в Корее меня ударило в голову вывеской, и я умерла, так
что, возможно, мне придётся жить как Маргарет всю оставшуюся жизнь.
Размышляя об этом, я заметила, что Энок почему-то молчит.
Он двигался так медленно, что я не могла понять, застёгивает
он моё платье или расстёгивает его.
— Энок?
Ответа не было.
Подумав об этом, я задала ему тот же вопрос:
— Тогда, что ты сам хочешь сделать больше всего, когда
выберешься с этого острова?
— ... Я не знаю.
— Правда? Хорошо подумай. Я честно ответила, значит, и ты
должен.
Он немного посмеялся над моим вопросом.
— Маргарет, но...
Кажется, он опустил голову, потому что его дыхание коснулось
моего уха.
— Если я скажу честно, у тебя будут проблемы, — прошептал
он, заправляя мои волосы за ухо.
Тёплое дыхание коснулось моего затылка.
У меня будут проблемы? Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду?
Потом он слегка надавил пальцем на мой затылок, чтобы
убедиться, что он расстегнул все пуговицы. Я был так поражена, что даже
оглянулась.
— Я уже давно расстегнул его, ты просто стоишь на месте.
— Тогда ты должен был мне сказать!
Я была так поражена, что положила руку на грудь и повысила
на него голос. Потом он улыбнулся и снова извинился.
Нет, ну почему ты так лыбишься?
Я сняла платье только после того, как убедилась, что Энок
стоит спиной ко мне. После этого я сняла сорочку, которая была на мне под
платьем, и окунула ноги в воду.
— Аах...
Было так холодно и освежающе. Затем я услышала смех Энока,
как будто он услышал моё восклицание.
— Не оглядывайся назад.
Когда я сказала это ещё раз, Энок иронично согласился.
Я погрузилась в воду глубже, ныряя, плавая и взволнованно
играя в воде.
— Ты так взволнована.
Я слышала бормотание Энока, но проигнорировала.
В следующий раз, когда Энок будет мыться, буду его дразнить.
Мне было так хорошо, что хотелось всё время быть в воде, но
надо было закончить до захода солнца и вернуться в пещеру.
Я попыталась выйти в том же направлении, где сняла платье,
но нигде его не увидела.
На земле осталась только моя сорочка. Неловко.
— Энок? Куда ты положил моё платье?
— Я не знаю, почему ты спрашиваешь меня о платье, которое
сама сняла.
Энок всё ещё стоял ко мне спиной. Он как будто не сдвинулся
ни на шаг с того места, где был раньше.
Да, Энок прав. Он не мог так пошутить...
— Чёрт.
Сколько бы я ни оглядывалась, моего платья нигде не было
видно. Я снова позвала Энока:
— Энок, кажется, я потеряла своё платье.
— Что?
Удивлённый, он обернулся, но, когда наши взгляды
встретились, он снова поспешно отвернулся. Я всё ещё была в воде, и я не знаю, почему
он был более смущён, чем я.
— Можешь поискать моё платье. Пожалуйста.
Затем Энок снова посмотрел на меня. Я погрузилась в воду до
основания головы и посмотрела на него.
Я не знаю, кто, чёрт возьми, взял это рваное платье.
— Я даже не слышала, чтобы кто-то подошёл. Что случилось?
Был кто-то ещё?
— Кто-то ещё...?
Энок стал серьёзнее и осмотрелся.
— Я осмотрюсь, подожди немного.
— Да? Ты должен побыстрее вернуться!
Я сказала это, потому что начинала волноваться. Что мне
делать, если зверь придёт, пока я тут голая в воде? Энок какое-то время смотрел
на меня, затем нахмурил брови, словно сожалея:
— Я скоро вернусь.
И с этими словами, Энок скрылся.
Я терпеливо ждала его в воде. Но Энок, который сказал, что
скоро вернётся, всё не приходил.
Я не могла не надеть рубашку, как только вышла из воды.
Моё тело уже начинало дрожать от холода.
Я посмотрела на небо. Кажется, я в беде. Солнце скоро
садится, но Энок ещё не вернулся.
Что-то случилось?
***
Энок шёл как можно дальше от Маргарет.
С собой он тащил мужчину.
Энок бросил человека на землю.
— На этом острове есть много лиц, которых я давно не
видел.
Острый гарпун был направлен мужчине в шею. Энок, держа
гарпун, посмотрел на человека с ужасающим выражением лица.