Закрытых комнат было две. И обе были в самом конце второго этажа.
После быстрого осмотра других комнат — спален и уборных, я использовал,
несколько длинных неиспользованных запасных спален, "комната хобби" с
аудио оборудованием и камерами в нем — я привел Мей в эти две комнаты.
С помощью одного из ключей, она принесла из ящика в библиотеке,
Мей открыла дверь.
Мы могли бы сразу сказать, что первая была просто кладовкой.
Различные шкафы и комоды были выстроены к стене, и несколько больших сундуков
были расположены в оставшемся пространстве.
— "Эта комната..."
Мей наклонила голову, поэтому пришлось пояснить.
— "Я держал старые вещи моих родителей здесь."
— "Матери и отца?"
— "Моя мать умерла одиннадцать лет назад. В Йомияме в 1987
году из-за феномена. Когда мы уехали из Йомиямые до того летнего перерыва, мой
отец сложил свои вещи в эту комнату ..."
Я рассказал ей историю, возвращая мои воспоминания о прошлом, в
контурах которых не было недостатка расплывчатых пятен.
— "После этого мы переехали в другой дом, но мой отец оставил
комнату такой. Потом, когда умер мой отец, и я начал жить здесь шесть лет
назад, я положил свои вещи сюда же. Я думал, что это будет приятно сложить их
вместе ".
— "Понятно", Мей Мисаки ответила коротко, сморщив ее
правый глаз.
— "Твоя мать и отец были близки, да, Сакаки-семпай?"
// //
— "Ты любил их.
Она издала мрачный вздох, а потом спросила: "Твое тело не здесь,
не так ли?"
— "Нет", я безвольно покачал головой. "По крайней
мере, это было не так. Я заглянул внутрь шкафов и ящиков, но я не мог найти
свое тело ни в одном из этих мест."
В следующей комнате, что отперла Мей Мисаки, была также комната из
прошлого, не в том же смысле, что и первая.
Как только мы вошли и увидели внутренность комнаты - "О
..."
Голос, который мог бы быть удивлением или стоном, выскользнувшим
из ее рта.
— "...Это-"
Я уже знал, что увижу, но даже осматривая, зрелище было в
некотором смысле странным.
Комната была не такой большой, но кроме одной стены с окнами,
каждая стена была покрыта газетными и журнальными вырезками или распечатками,
фотографиями, большими кусками вручную исписанной бумаги, и многое другое. В
центре комнаты стоял длинный узкий стол, на котором были нагромождены газеты,
журналы, тетради и клей.
— "Это..."
Мей осторожно подошла к стене и близко поднесла лицо к одной из
висевших вырезок.
— "Насильственная смерть ученика средней школы. Трагический
случай на фоне подготовки к фестивалю культуры?" ... Это произошло в
Северной Йоми? Октябрь 1985 года... Тринадцать лет назад.
— "Эта еще старше."
Она перевела взгляд на другую статью.
— "Декабрь 1979 года. 'Трагедия в ночь перед Рождеством.
Пожар в доме, Один человек погиб.'... Причиной огня стали свечи для
рождественского торта? И похож, что погибший человек был студентом Северной
Йоми. В 1979 году , это может быть одним из тех годов, в котором Чибики-сан был
завуче класса 3"
— "Кто это?"
— "Он сейчас библиотекарь, но в то время он преподавал
обществознание. Никогда не слышал о нем?"
— "Я не помню."
— "Ох"
— "Здесь статья об автобусной аварии 1987 года"
Я указал на то, где висела статья.
— "Все другие статьи о прошлых инцидентах, которые тоже
произошли в Йомияме. Есть даже некоторые с датой позднее 1987. Рукописный
материал в виде таблиц, что я написал суммировались каждый год. Я мог только
заполучить в свои руки такую информацию, так что я сомневаюсь, что они
завершены".
— "А фотографии? Ты их делал?"
— "О, да. Иногда я ходил к месту аварий или поблизости от
нее, чтобы увидеть это собственными глазами .. .Тогда я и снимал."
— "Ах ..." Мэй снова пробормотала, и обнимая свои тонкие
плечи, она вздрогнула. После этого, она шла вдоль стены на некоторое время, ее
глаза осматривали все, что там висело, но в конце концов она издала глубокий
вздох, как будто пытаясь успокоиться.
— "Ты собрал все это, Сакаки-семпай?", спросила она с
признанием. "Ты собирал информацию и документы о бедствиях в Йомияме"
— "Что-то типа того, да", я согласился, но я не
чувствовал никакой внутренней реакции на это. Можно даже сказать, что ощущения
засохли. Несомненно, это была последействием моей посмертной потери памяти.
— "Я думаю, что я говорил об этом раньше, но я полагаю, я до
сих пор вытягиваю свой опыт проживания в Йомияме одиннадцатилетней давности.
Тем не менее, это не значит, что я пытался каким-то образом остановить
бедствия, которые происходили в Северной Йоми после этого или что я чувствовал,
что должен сделать это или вроде того ... Как бы сказать, я не уверен. Я
чувствовал, что это не имеет больше ничего общего со мной, но я до сих пор не
мог забыть об этом, не мог достать это из моего ума ...так что ... "
Я не мог забыть об этом, не мог достать это из моего ума ...так
что ...
— "Как если бы вы оказались в ловушке этого?"
Слова Мей были резкими. Я опустил взгляд.
— "В ловушке .. .Возможно, и так."
— "Катастрофа, которая постигла тебя одиннадцать лет назад.
Смерть, что ты тогда видел"
В ловушке ... Да. Возможно, и так."
— "Тогда твое внимание шло отсюда ко всем бедствиям, которые
продолжаются уже в Северном Йоми уже двадцать пять лет ..."
Да .. .Возможно, так и есть.
Ты все время был в ловушке. Все еще в плену.
— "Может быть и
так."
Через некоторое время, мы оставили этот архив бедствий, но как
только вышли, Мей Мисаки повернула глаза к стене рядом с дверью и подошла к
ней. На ней черными чернилами было написано —
Кто ты?
Кем ты был?
Без сомнений написано моей / Теруи Сакаки рукой.