Тимур Варшевитский
Когда у меня паршивое настроение? Когда дела идут паршиво! Я прямо чувствовал, как у меня готова взорваться голова от ярости. Хотелось сорваться, на что-нибудь или кого-нибудь, но вот незадача, сейчас я вынужден быть самым спокойным и уравновешенным. Думаю, скоро я научусь контролировать свои эмоции, а пока придётся потерпеть.
Передо мной лежала Тереза, парализованная и неспособная говорить. На её шее виднелся огромный тёмный синяк. Она лишь мотала глазами туда-сюда, показывая, что всё ещё в сознании.
Я даже не знаю, получиться ли у меня её вылечить, сможет ли она снова двигаться, или проживёт всю жизнь овощем? Я сжал кулаки и помчался искать сумку, надеясь найти в ней хоть что-то полезное.
— Тимур. — Позвала меня Татьяна, когда я уже рылся в сумке.
— Что?! — Раздражённо спросил я, отвлёкшись и посмотрев на неё.
— Ты уже в пятый раз туда заглядываешь. — Беспокойно сказала она мне.
Я остановился, как вкопанный, и сжал виски, вспоминая все свои действия за сегодня. Я откинул сумку к стене, случайно задев третью руку, от чего почувствовал лёгкий приступ боли.
— Надо… надо найти какие-нибудь препараты, или создать их! Придумать их! Я уверен, что в Дарвении найдётся что-нибудь полезное.
— Ты уверен? — Неуверенно спросила меня Татьяна.
— Нет. — Честно ответил я. — Но и выбора тоже. Будем с ними договариваться. — Заявил я. — Нельзя Терезу оставлять в таком состоянии.
— Я понимаю. И как мы с ними свяжемся?
— Через их агентов. Вероятно, здесь, в Кауле, их бродит достаточно много. Как-никак, здесь проходит торговля через Северную Великую реку. Только найти их надо. Возможно, будет достаточно ворваться на один из их складов.
— Талия очнулась! — Радостно воскликнула Тамара, заходя в комнату.
— Как она? — Сразу заговорила Татьяна.
— Маленькое сотрясение, но всё в пределах нормы. — Ответила она.
— Чёртов Арчи! Да как он посмел?! — В этот момент, следом в комнату влетела перебинтованная голова, громко ругаясь.
Я скривил лицо.
— Талия, заткнись. — Сурово произнёс я, раздражаясь.
Она хотела сказать что-то ещё, но остановилась. Да, мои команды всё ещё работают на них, и они не способны их игнорировать.
Однако мне тошно, подавлять чужую волю, таким беспринципным образом. Поэтому я стараюсь использовать её как можно реже. Сейчас же я и сам был не в том состоянии, чтобы выслушивать чьи-то жалобы.
Я даже не понимаю, что чувствую. Ощущение, будто меня закапывают всё глубже и глубже в бездну мои собственные переживания и не оправданные ожидания. Когда-нибудь всё пройдёт по плану? Получится ли?
— Ну, правда, Арчи жестоко обошёлся с нами. — Высказалась Татьяна.
— Скажите спасибо, что не убил. — Урезонил я её. — А ведь он мог.
— Так и мы никого с их стороны не убили, даже не ранили серьёзно, лишь парализовали. — Ответила она.
Я же почувствовал, как вздуваются вены на лбу.
— В твоей логике, есть небольшой – огромный! Изъян. Мы причислены к предателям, и мы совершили вооружённое нападение на чёртового политика! Вполне естественно… — Я оборвал себя на полуслове. — А вообще, знаете… вы правы. Мы были слишком мягки. — Я начал теребить свои длинные волосы, то и дело случайно вырывая пару волосков. — Почему мы использовали обычный парализующий яд? Почему мы не используем бомбы? Надо увеличить нашу вариативность.
Я, кажется, обнаружил слона в комнате. Я, нет, мы всё ещё боимся причинят реальный вред. Теперь это измениться.
— Отныне мы будем более радикальными в своих действиях. — Заявил я.
***
Проходя мимо своего двора, в котором играли маленькие дети, я невольно сам вспоминал своё детство, проведённое в веселье, радости и беззаботности. Вот только, я не понимал, что не для всех оно было беззаботным. Не для Тимура, который переживал потерю своих родных. Не для Розы, которая потеряла контакт со своей матерью, порвавшей с ней все связи. Грустно, что она так и не объявилась, когда пришли вести о пропаже её дочери.
Погружённый в свои размышления, я вошёл в свою квартиру.
— Я дома! — Крикнул я по привычке, зная, что никто мне не ответит.
В последнее время я всё больше нахожусь в компании Лены, но сегодня был день рождения Тимура. Я толком не знал, что придумать в этот памятный день, но решил купить торт, который Тимур любил.
— Ты здесь. — Неожиданно я услышал ответ.
Я напрягся. В доме кто-то был. Оставив торт в прихожей, я прошёл по коридору и наткнулся на знакомую фигуру в комнате, бесстыдно рассевшеюся на диване.
На ней была серая безэмоциональная маска, с изображённой римской цифрой 1.
— Что ты здесь делаешь? — Спросил я злобно, готовый атаковать.
— Расслабься. — Она подняла руки в знак того, что не собирается что-либо предпринимать.
— Я уже расслаблялся и общался с тобой, но затем потерял сознание. Так с чего бы мне тебе доверять? — Я спокойно подошёл к ней, смотря в непроницаемые глаза.
Она выдохнула и сняла маску, открывая лицо, до жути похожее на лицо Тимура, но с некоторыми отличиями.
— Зови меня Татьяной. И я действительно ничего не планирую.
Я посмотрел на эти тёмные глаза, слегка затуманенные, но всё такие же целеустремлённые и решительные.
— Чего ты хочешь? — Я перешёл сразу к делу.
Она изящно поднесла пальцы к подбородку, явно обдумывая мой вопрос.
— Наверное, чтобы угрожать? — Произнесла клон со странным спокойствием.
Я же поморщился от её слов и собирался влепить ей пару успокоительных ударов, но она резко исчезла с дивана, телепортировавшись.
— Вообще, я пришла сюда, не согласовано и никому не сказав. По большей, части мне было любопытно рассмотреть место из воспоминаний. Насколько сильно оно изменилось. — Раздался голос позади меня, когда незваная гостья начала осматривать фоторамки.
— Ты не Тимур. — Сказал я ей.
— Верно. — Согласилась она. — Я – человек, выращенный из пробирки и имеющий воспоминания Тимура. — Грузно произнесла клон. — И я просила звать меня Татьяной.
Её слова вызвали у меня некоторое любопытство и усмешку.
— Как ты можешь называть себя человеком? — Небрежно произнёс я.
— И то верно. — Ответила она, кивая и выходя в коридор. — О? Ты купил тортик? Значит помнишь-таки. — Сказала клон, радостно хватая его и неся на кухню.
Я же обомлел от её наглости.
— Эй! — Крикнул я ей в след, также идя на кухню.
Там же я обнаружил, что она деловито раскладывала тарелки и ставила чайник.
— Ты думаешь, я буду с тобой есть? — Спросил я, ошеломлённый. — Как только наглости хватает?
— Ты сам сказал, что я его клон, значит, сегодня и мой день рождения. Что тебе мешает разделить трапезу с клоном твоего брата? — Спросила она разочаровано.
— Многое. Например, ты – убийца, террорист и предатель родины, а я – герой.
— И что? — Не обращая внимания на мои слова, клон ловким движением разрезала торт на кусочки и разложила по тарелкам.
Себе, как ни странно, она положила меньший кусочек. А потом также изящно налила чай из закипевшего чайника, у которого начинала свистеть фляга.
— Сейчас я именинница. — Невозмутимо сказала она.
Я вздохнул и сел за стол, но так и не притронулся к торту.
— Не думаю, что ты понимаешь, кто мы и, что мы. — Неожиданно вновь заговорила клон, промеж перекусов. — Знаешь какого было очутится со всеми своими воспоминаниями в чужом теле? Было ужасно. Но к своему и Тимура удивлению мы быстро адаптировались. Как оказалось, часть сознания Розы и Марьи проникли в нас, повлияв на наши личности. Можно сказать, это было скрытым благословением. — Она съела большую часть кусочка, разочарованно посмотрев на него.
— Зачем ты это рассказываешь?
— Особой причины нет. Мне просто было интересно пообщаться с тобой. А точнее, я хотела узнать, насколько сильна разница между воспоминаниями Тимура и реальностью. Как оказалось она существенна. — Рассказала клон нечто интересное. — Хочешь узнать каким тебя видел Тимур? По глазам вижу, что да. Он видел в тебе идеального старшого брата – скалу, за которой не будет страшно. Я же вижу в тебе слабого человека, не способного на действительно решительные действия. У тебя были все возможности схватить меня, избить, лишить сознания и отправить на допрос, но ты этого не сделал. Ты продолжаешь слушать меня, боясь что-либо предпринять. — Закончила она резкими словами.
— Ты провоцируешь меня? — Спросил я, наклонившись поближе.
— Ещё как. Помнишь я говорила, что вроде как угрожать тебе собиралась? Так вот. — Она вытащила из кармана неизвестное устройство с таймером на нём. — Здесь находится бомба, и она сдетонирует, когда истечёт время.
Я напрягся от её слов и, резко откинув стол, быстро сократил дистанцию, схватив её за шею и подняв.
— Отключи это, иначе я реально убью тебя. — Пригрозил я ей.
— Не получится. — Прокряхтела она. — Время избавиться от всего, что сдерживало нас.
Я почувствовал жгучую ярость и нарастающую панику. Я уже было хотел сжать её шею, но что-то остановило меня. Я выдохнул.
— Больше не надейтесь на диалог со мной. — Холодно произнёс я, вышвыривая её в кухонное окно.
Но удара так и не произошло. Она исчезла в момент перед ударом. Стараясь не поддаваться панике, я посмотрел на таймер. Пять секунд. Слишком мало, чтобы что-то сделать и слишком много, чтобы не успеть пожалеть обо всём.
Прогремел взрыв, всё окрасилось в багровый, я почувствовал невероятный жар, но это продлилось пару мгновений.
Я очутился посреди выжженного пространства, некогда бывшего моим домом, в обгоревшей одежде. Ветер начал обдувать меня, а я стоял, потерянный. Затем решил осмотреть, что осталось от дома и как сильно пострадали соседи.
Но я нашёл нечто необычное. Целую фоторамку, давшую огромную трещину, но защитившую фотографию внутри. Там были Тимур, Роза и я.