Девушка вела стримы уже года два-три, но популярность никак не шла к ней в руки – она была готова на всё, лишь бы прославиться.
Ради заветной славы она бы надела что угодно.
Какое там костяное ожерелье – она даже пыталась завести амулет Янь для призыва духов, только попалась на удочку мошенников, подсунувших ей пустышку.
─ Мисс Бинбин, вы хорошенько подумали? Нацепив эту вещь, вы окажетесь под постоянным прицелом публики, каждый ваш шаг и каждое слово станут достоянием общественности. Если у вас в шкафу есть скелеты, их обязательно вытащат на свет, ─ предупредил её Лу Фэй, честно обрисовывая все побочные эффекты.
Ломбард Сэ отнюдь не был притоном жуликов, и здесь привыкли вести дела честно и открыто.
Демонический предмет может как погубить, так и помочь, но за всё нужно платить.
Бинбин помялась какое-то время: ради того, чтобы пробиться в топ, ей уже приходилось пачкать руки.
Но жажда славы перевесила всё. Рассудив, что чёрный пиар – тоже пиар, она со скрипом сердца выскребла все свои сбережения, влезла в онлайн-долги и наскребла полмиллиона юаней, чтобы выкупить у Лу Фэя костяное ожерелье.
Обычное украшение с тяжёлым побочным эффектом ушло за полмиллиона.
Купить подешевле, продать подороже.
В этом и заключалась суть ремесла Ломбарда Сэ.
Как говаривал дед, если дела в ломбарде идут как надо, то ни слава, ни богатство себя долго ждать не заставят.
Лу Фэй с барского плеча отвалил старику Лю пятьдесят тысяч.
Люди старались, помощь требовалось вознаграждать по заслугам.
─ Молодой лавочник Лу, если у твоего ломбарда снова появятся диковинки на продажу, первому сообщи старому Лю – уж я расстараюсь, разрекламирую как надо! ─
─ Благодарю, дядя Лю, вся надежда на тебя. ─
─ Полноте, для меня великая честь сотрудничать с Ломбардом Сэ. ─
Заручившись поддержкой столь загадочного заведения, Лю Фугуй светился от счастья и отрабатывал комиссионные с удвоенным усердием.
Правда, Лу Фэй никак не ожидал, что отдача окажется столь стремительной.
На следующий же день после продажи ожерелья в лавку пожаловал новый клиент.
─ Лу Фэй, выручай! ─
В дверь влетел худой, похожий на жердь парень, обливающийся потом и безумно встревоженный.
─ Ты… ─
Лу Фэй не сразу узнал посетителя.
─ Да это же я, Ху-цзы! ─
─ Ого! Ху-цзы, с чего это тебя так разнесло… то есть, почему ты так исхудал? ─ Лу Фэй отшатнулся от неожиданности.
Ху-цзы работал подмастерьем в одной из антикварных лавок на улице.
Раньше он был парнем хоть куда – ростом под метр восемьдесят, плечистый, с бугрящимися на руках мышцами.
Теперь же от него осталась одна кожа да кости, щеки провалились так глубоко, будто он не ел несколько месяцев.
─ Тут на улице болтают, будто вы скупаете всякую чертовщину, это правда? ─ Ху-цзы вытащил из кармана старинную медную монету и швырнул её на прилавок, точно ядовитую змею.
─ Погляди ради бога, не демоническая ли это дрянь!
─ Секунду. ─
Натянув перчатки, Лу Фэй взял монету и поднёс к глазам.
Круглая, с квадратным отверстием посередине, почерневшая от времени. По всем признакам – подлинная древность, но от металла веяло едва заметным черноватым дымком.
Эта дымка отличалась от той, что клубилась вокруг костяного ожерелья: там была зловещая аура убийства, а здесь – отчетливый дух мертвечины.
─ Похоже на могильную вещь, погребальный инвентарь. Где ты её раздобыл? ─
─ А у тебя глаз алмаз, сразу понял, что из могилы! ─ Ху-цзы торопливо поднял большой палец вверх. ─ Так это демонический предмет?
─ Сперва расскажи всё как есть, а я уж решу, демонический он или нет, ─ Лу Фэй заметил потрескавшиеся губы парня и молча налил ему стакан воды.
Однако Ху-цзы замахал руками так, словно перед ним стояло само воплощение ужаса: ─ Нельзя мне! Нельзя! Меня от любой еды воротит, да и воду пить не могу – выворачивает так, что кишки наружу лезут! ─
─ Ничего не ешь? ─
Лу Фэй присмотрелся к лицу гостя.
Меж бровей залегла чёрная тень, под глазами залегли свинцовые круги – классические признаки одержимости.
Но что самое странное: при общем истощении, когда от тела остались одни кости, живот у него странно выпирал, напоминая солидное пивное пузо.
Подобный диссонанс выглядел жутковато.
Сгорая от любопытства, Лу Фэй поторопил его: ─ Так выкладывай давай, откуда эта монета взялась? Без рассказа я тебе не помогу. ─
Ху-цзы тут же зачастил, объясняя происхождение находки.
Монету он заприметил в тот день, когда они с хозяином ходили по домам в поисках антиквариата.
Пока шеф сидел в комнате и договаривался о цене, Ху-цзы ждал снаружи.
К нему подошёл какой-то старик в крестьянской одежде и вкрадчиво предложил купить старинную монету всего за пятьсот юаней.
Ху-цзы за пару лет работы с антиквариатом успел набраться опыта и сразу признал в ней подлинник рыночной стоимостью от нескольких тысяч до десятка тысяч юаней.
В голове мелькнула мысль: перепродам её на стороне и срублю лёгкие деньги, которых хватит на целую месячную зарплату.
И он, ничего не сказав хозяину, втихую выкупил монетку, рассчитывая сбыть её при первом удобном случает.
Кто же знал, что в ту же ночь организм начнет давать сбои.
Вечером у него невероятно зачесался рот, жутко захотелось есть. Хотя обычно ему хватало пары тарелок лапши, в тот раз он умял целых пять и всё равно не наелся.
Испугавшись, что лопнет от пережёра, он кое-как сдержался и лёг спать.
Но едва он коснулся подушки, как живот пронзила дикая боль, будто кто-то полосовал ножом по кишкам. Следом подступила страшная тошнота, и всё съеденное вышло наружу.
Стоило очистить желудок, как голод вспыхнул с новой силой – так он и промаялся всю ночь, не сомкнув глаз.
Подумав, что подхватил обычный гастрит, он сбегал в аптеку за таблетками. Но лекарства лишь усилили рвоту.
Не выдержав, Ху-цзы поплёлся в больницу, но врачи, как назло, ничего не нашли и выписали стандартный порошок для желудка.
Таблетки не помогали, тошнота не прекращалась.
За несколько дней он исхудал до состояния скелета.
Тут даже самый тупой догадался бы, что дело вовсе не в болезни, а в столкновении с нечистой силой.
Перебрав в памяти все события, Ху-цзы вспомнил про злополучную монету – кроме неё, подозрительных вещей в руках он не держал.
Знающих толк в оккультизме мастеров он не знал, но краем уха слышал про Ломбард Сэ, куда и примчался от безысходности.
─ Понимаешь, Лу Фэй, я ведь с ума схожу! Не ем – умираю от голода, поем – тут же выворачивает. Голод грызёт душу, зубы ломит, так и хочется вгрызться в кого-нибудь живьём! ─
Ху-цзы с жадным стуком сглотнул слюну и уставился на шею Лу Фэя столь хищным взором, что это походило на реальную угрозу нападения.
Лу Фэй поспешно отступил назад, увеличивая дистанцию, и краем глаза заметил во рту посетителя что-то странное.
─ Постой-ка, Ху-цзы, а что это у тебя во рту? ─
─ Чего? Я ничего не ел, ─ растерянно моргнул тот.
─ Разяни пасть, дай взглянуть. ─
Ху-цзы послушно разинул рот.
Лу Фэй включил фонарик на телефоне и заглянул внутрь. То, что он увидел на дне ротовой полости парня, заставило его руку дрогнуть так, что мобильный едва не выпал из пальцев.
─ Ну что там? Лу Фэй, что у меня во рту? ─
Заметив реакцию лавочника, Ху-цзы похолодел от страха.
Лу Фэй с трудом взял себя в руки и выдавил: ─ Зубы… ─
Он считал себя человеком неробким, после истории с костяной цепочкой повидал всякое, но увиденное в пасти Ху-цзы превосходило любые границы разумного.
─ Да не пугай ты меня так, что с зубами? ─ Ху-цзы был близок к слезам.