«Красный свет»

Утро Виктора началось с мигрени.

Он сидел на балконе, удерживая пальцами переносицу в надежде, что холодный воздух хоть немного приведёт мысли в порядок.

В другой руке медленно тлела сигарета, а дым лениво растворялся в прохладном утреннем воздухе.

— Доброе утро, Виктор Фомич.

От чужого голоса брови тут же сошлись, выдавая раздражение и усталость. Рука опустилась от лица.

— Я слушаю.

Этого тона оказалось достаточно, чтобы водитель сразу перешёл к сути:

— Вы получили приглашение на похороны Марии Штэйн.— И что?— Его прислал лично Эдуард Штэйн.

Сигарета медленно поднялась к губам. Глубокая затяжка. Несколько секунд тишины, нарушаемой только шумом города внизу.

А затем уголок губ едва заметно дрогнул.

— Надо же. Эдуарду наконец доверили что-то серьёзнее пустой болтовни — рассылать приглашения.

Виктор задумчиво смотрел вниз, на утренний Киев, будто собирая мысли воедино.

— Господи… как же я устал от этого бесконечного шума вокруг семьи Штэйн.

Пальцы скользнули по виску.

— Скандалы, борьба за влияние, попытки что-то друг другу доказать… даже похороны они умудряются превращать в цирк.

— Простите, мне казалось, Вам нравится Стелла.

Пепел тихо осыпался на пол.

— Скорее, она меня заинтриговала.

Взгляд снова ушёл куда-то вдаль.

— Но это не отменяет того факта, что её семья утомляет меня уже одним своим существованием.

— Хотите отказаться от визита?

На несколько секунд повисла тишина. Виктор потёр висок, хмуро о чём-то размышляя.

— Эдуард также приложил к приглашению личное письмо с просьбой встретиться с ним в день похорон.

Тяжёлый взгляд тут же вернулся к водителю.

— Насколько я помню, личную встречу мне обещала Стелла, а не этот старик.

Раздражение мелькнуло в чертах лица почти мгновенно.

— Неинтересно.

— Стелла тоже будет присутствовать на похоронах. Вы сможете встретиться с ней лично в тот же день.

Виктор едва заметно усмехнулся:

— Я поеду.

Короткая пауза.

— Мне нравятся торги.

***

В спортивном зале отеля глухо раздавались удары по груше, эхом отражаясь от высоких стен.

За панорамными окнами медленно светлело. Холодный рассветный свет постепенно заполнял помещение, ложась бледными полосами на пол и металлические тренажёры.

Стелла методично била по груше, вкладывая в каждый удар накопившееся напряжение.

Кожа на бинтах уже потемнела от пота. Дыхание становилось тяжелее, но останавливаться Стелла не собиралась.

Мысли возвращались к переписке с Лизой снова и снова.

«Скорей бы она хоть что-то узнала.»

Удар.

«Может, у меня просто паранойя и флешка всё это время лежала там?»

Ещё один.

«Я схожу с ума…»

Раздражение и тревога смешивались внутри в вязкий ком.

Стелла снова ударила по груше, заставляя её тяжело качнуться в сторону.

Только спустя несколько минут она наконец остановилась, тяжело выдыхая и вытирая влажный лоб предплечьем.

Подняв с скамьи полотенце и телефон, Стелла направилась к выходу.

Коридоры отеля в это время оставались почти пустыми.

Вернувшись в номер, она тихо закрыла за собой дверь.

Жан медленно открыл глаза и поморщился, пытаясь понять, где находится.

— Стелла?.. Когда ты успела переодеться?

Он потёр глаза и уже внимательнее посмотрел на неё.

— Ты тренировалась?

Стелла всё ещё восстанавливала дыхание, параллельно разматывая бинты с рук.

— Прости. Я тебя разбудила?

Жан устало провёл ладонью по лицу.

— Чёрт. Я вообще не должен был засыпать. Такой себе из меня сторож.

На её губах появилась слабая усмешка.

— Да, отбор в мою охрану ты точно не прошёл.

— Отлично. Уснул на посту в первую же ночь. Карьера телохранителя официально закончилась, так и не начавшись.

Стелла хихикнула заметно громче прежнего, направляясь в сторону ванной.

У самой двери её догнал голос Жана:

— Всё в порядке?

Стелла на секунду замерла, держась за ручку двери.

А потом обернулась.

На лице появилась лёгкая улыбка.

— Всё прекрасно.

Она скрылась за дверью ванной.

Достаточно долго изнутри не доносилось ничего, кроме ровного шума душа.

Жан тем временем снова прошёлся по комнате.

Внимательно осмотрел пол возле кровати, даже заглянул под стол и кресло в надежде найти что-то ещё.

Но ничего.

Ни следов, ни зацепок.

Только ощущение, что в этой истории слишком многое не сходится.

Дверь ванной наконец открылась.

Стелла вышла уже полностью собранной.

Уложенные волосы, аккуратный макияж, строгая одежда — теперь она действительно выглядела как наследница крупной корпорации, а не студентка, что вчера сидела в панике посреди разгромленного номера.

На секунду Жан даже растерялся.

— Прекрасно выглядишь.

Стелла усмехнулась, поправляя локоны.

— После твоего вчерашнего замечания о моём внешнем виде мне стало неловко, и я решила привести себя в порядок.

— Я не хотел тебя обидеть…

— Я шучу.

Она спокойно застегнула часы на запястье.

— У меня встреча с отцом. Так что на завтрак спускайся один.

— Ты не завтракаешь?

Стелла вопросительно взглянула на него.

— Почему спрашиваешь?

Жан чуть пожал плечами.

— Не хочу показаться капризным ребёнком, но я не люблю есть один.

Она неожиданно тихо хмыкнула.

— Ты забавный.

Подойдя к зеркалу в полный рост, Стелла бегло осмотрела себя со стороны.

— Я с детства ем одна. Так что в этом плане мы немного разные.

— Вот как… жаль.

Она перевела на него взгляд через отражение.

— Почему?

— С кем-то есть вкуснее.

Стелла собирала документы в сумку, машинально проверяя содержимое по второму кругу.

«Теперь буду носить всё с собой.»

— А с кем ты обычно ешь? С напарниками?

— Нет. С братом.

Она на секунду замерла.

— У тебя есть брат?

— Младший.

— Он в Днепре?

— Нет. В Киеве.

— А… вот как.

Ответ прозвучал рассеянно.

Стелла продолжала перекладывать документы, слушая вполуха.

Жан это заметил.

— Ты очень напряжена.

Она ответила, не поднимая взгляда.

— Встреча с моим отцом — это примерно как добровольно засунуть голову в пасть крокодилу и надеяться, что у него сегодня хорошее настроение.

Жан подошёл ближе.

— Тогда я тем более настаиваю, чтобы ты сначала позавтракала.

И прежде чем она успела снова начать нервно перебирать бумаги, его пальцы мягко коснулись её кисти, останавливая движения.

— Остановись на секунду.

Стелла подняла на него взгляд, будто только сейчас действительно услышала.

— Прости… что ты сказал?

— Поедим вместе?

Он слегка улыбнулся.

— А потом я отвезу тебя туда, куда тебе нужно.

Стелла невольно опустила взгляд на его руку, всё ещё удерживающую её запястье.

Тёплая кожа. Спокойное, уверенное прикосновение без давления.

Почему-то это подействовало лучше любых слов.

Напряжение внутри немного ослабло.

Она медленно выдохнула.

— Ладно. Давай.

Жан тут же убрал руку.

— У меня есть время на душ?

— Да. Я подожду тебя в ресторане.

— Хорошо.

Стелла вышла из номера и направилась к лифту.

Спустившись на этаж ресторана, она вошла внутрь и сразу подошла к официанту, делая заказ на двоих.

— Спасибо за заказ. С вас тысяча восемьсот шестьдесят три гривны.— Картой, пожалуйста.— Конечно.

Терминал издал характерный звук оплаты, но подтверждение так и не появилось.

Официант неловко поднял взгляд.

— Прошу прощения… на этой карте недостаточно средств.

Стелла раздражённо выдохнула.

— Вот блин. Давайте другую попробуем.

Она начала быстро рыться в сумке.

И в этот момент позади раздался знакомый мужской голос:

— Я оплачу её завтрак.

Стелла замерла так резко, будто её окатило ледяной водой.

Пальцы сжались на ремешке сумки. Внутри всё неприятно провалилось вниз.

Этот голос она узнала мгновенно.

Дыхание сбилось, а тело перестало слушаться.

— Привет, моя дорогая.

Мужчина подошёл вплотную и крепко обнял её со спины — уверенно, по-хозяйски, будто имел на это полное право.

По телу пробежал холод, заставляя пальцы едва заметно дрожать.

— Я так долго искал тебя после того, как ты уехала из Киева три года назад.

Слова застряли в горле.

Она не могла заставить себя ответить.

— Ты же уехала не из-за меня, верно?

— Ма… Максим.

— Да, моя дорогая?

Его голос звучал ласково.

— Отпусти меня, пожалуйста.

— Что? Прости, я делаю тебе больно?

В тоне скользнула странная игривость, будто вся ситуация его забавляла.

Максим всё-таки разжал руки и сделал шаг назад.

— Три года я искал тебя.

Взгляд медленно скользил по её лицу, будто до сих пор не верил, что наконец нашёл её.

— Как ты вообще умудрилась так спрятаться в этом Днепре, что я не нашёл ни одной зацепки?

Сердце колотилось так сильно, что Стелле казалось — это слышит весь ресторан.

— Три года прошло, Максим. Ты должен прекратить это.

— Ты не забирала мои подарки. Почему?

— Хватит.

Он снова подошёл ближе, почти загоняя её к стене возле дверного косяка.

— Ты такая капризная. Неужели ни один из моих подарков тебе не понравились?

— К чему всё это?..

— А ведь они были чертовски дорогими.

На губах появилась довольная улыбка.

— Я лично выбирал лучшее, то что тебе больше всего подходит.

— Максим!

— Я так скучал по твоему голосу.

Он наклонился чуть ближе, не сводя с неё жадного взгляда.

— Я сохранил всё что ты отправила назад.

Пальцы медленно коснулись её волос.

— Мы можем поехать ко мне и посмотреть их вместе. И сегодня же купим тебе кольцо. Любое, какое захочешь.

— Пожалуйста… уйди.

Улыбка дрогнула.

— Почему ты снова просишь меня уйти?

Взгляд стал тяжелее.

— Ты ведь моя будущая жена. Я хочу быть рядом с тобой.

Ладонь нервно скользнула по лицу, будто он сам пытался справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Мне так нравится, что я был у тебя первым… я не могу просто взять и отпустить это.

Максим тихо усмехнулся.

— Ты сейчас напугана. Снова.

Стелла сильнее вжалась в стену, стараясь удержать голос ровным:

— Любой нормальный человек был бы напуган.

— Почему?

Максим медленно наклонил голову, разглядывая её лицо так жадно, будто пытался наверстать потерянные три года.

— Ты стала ещё красивее.

— Не надо.

— А я ведь всё это время правда искал тебя.

На губах появилась слабая улыбка.

— Знаешь, сколько раз мне говорили, что это ненормально?

Стелла молчала.

Пульс глухо отдавался где-то в горле.

— Но никто из них не понимает, как сильно я тебя люблю.

Максим сделал ещё шаг ближе.

— Я каждый день думал о тебе. Каждую чёртову неделю проверял, не появилась ли ты где-нибудь. А потом включаю новости…

С губ сорвался тихий смешок.

— …и вижу тебя на всю страну.

Внутри холодело всё сильнее.

— Это не любовь, Максим.

На секунду в его взгляде мелькнуло раздражение.

Но исчезло так же быстро.

— Нет, это самая настоящая любовь. Просто ты всегда убегала от неё.

Повисла тишина.

Улыбка медленно исчезла с его лица.

И впервые за весь разговор в глазах мелькнуло что-то по-настоящему опасное.

Стелла смотрела на него уже почти с отчаянием.

— Я приехала в Киев всего на три месяца. Всего на три чёртовых месяца, Максим.

Голос дрогнул.

— И за это время ты превратил мою жизнь в кошмар.

Он едва заметно нахмурился, будто искренне не понимал, о чём речь.

— Ты караулил меня возле квартиры, появлялся в местах, куда я ходила, каким-то образом узнавал, с кем я встречаюсь и куда собираюсь.

Дыхание снова начало сбиваться.

— Я говорила тебе «нет» столько раз, что давно сбилась со счёта. А ты продолжал вести себя так, будто мы вместе.

Максим молчал.

Только взгляд становился всё тяжелее.

— А потом я уехала обратно в Днепр… и даже после этого ты не остановился.

Пальцы нервно сжались.

— Цветы. Подарки. Кольца. Сообщения с новых номеров. Люди, которые внезапно начинали расспрашивать обо мне.

Она качнула головой.

— Ты даже сейчас не понимаешь, насколько это ненормально, да?..

Максим несколько секунд молча смотрел на неё.

А затем резко притянул к себе и поцеловал. Заставляя её замолчать.

Стелла тут же начала вырываться, упираясь ладонями ему в грудь.

— Мхм!.. Мх!!!

Но он только сильнее прижал её к себе.

Дыхание стало тяжёлым и сбивчивым, а в глазах читалось почти болезненное возбуждение от одной лишь близости к ней.

Только спустя несколько секунд Максим всё же отстранился, продолжая удерживать её за плечи.

— Ты злишься потому, что я слишком долго искал тебя.

Голос дрожал от эмоций сильнее прежнего.

Ладонь нервно скользнула по волосам, и почти шёпотом прозвучало:

— Прости меня.

Взгляд снова жадно прошёлся по её лицу.

— Я больше тебя не оставлю.

Стеллу уже заметно трясло.

К глазам подступали слёзы — от чистого ужаса и ощущения полной беспомощности.

— Максим… пожалуйста…

Но он будто не слышал её.

Всё внимание оставалось болезненно приковано только к ней.

— Девушка, с вами всё в порядке?..

Официант всё-таки решился вмешаться и осторожно подошёл ближе.

Максим резко повернул голову в его сторону.

— Не лезь.

Удар последовал мгновенно.

Официант не удержался на ногах и с глухим звуком врезался в соседний столик, опрокидывая посуду.

По ресторану тут же прокатились испуганные голоса.

Стелла в ужасе отшатнулась назад.

Максим тяжело выдохнул, явно раздражённый тем, что им помешали.

Он снова шагнул к ней, собираясь продолжить, но вдруг остановился, заметив её состояние.

Взгляд тут же смягчился почти болезненно.

— Прости меня.

Ладонь снова нервно скользнула по волосам.

— Я опять не сдержался. Я же обещал тебе больше не срываться на людях.

Стелла закрыла рот ладонью, со всех сил сдерживая слёзы.

— Забери меня отсюда, пожалуйста, моя дорогая.

Она быстро огляделась по сторонам.

Люди вокруг лишь напряжённо наблюдали за происходящим, старательно не вмешиваясь после того, что произошло с официантом.

Максим сделал ещё шаг вперёд, добавив уже шепотом:

— Я изобью его до полусмерти, если ты сейчас не поедешь со мной.

Стелла вздрогнула.

И уже собиралась подойти к нему, лишь бы всё это прекратилось, как между ними внезапно появился Жан, полностью закрывая её своей широкой спиной.

— Может, лучше ты поедешь со мной?

Он спокойно показал удостоверение.

Лицо Максима тут же перекосило раздражением.

— Сколько ты хочешь, чтобы свалить отсюда нахрен?

Жан коротко усмехнулся.

— Видишь ли, у нас с тобой желания сейчас совпадают. Я тоже очень хочу, чтобы ты свалил отсюда нахрен.

Удостоверение исчезло обратно в кармане.

В этот момент двери ресторана резко распахнулись.

Внутрь быстро вошли несколько сотрудников полиции вместе с охраной отеля.

— Полиция! Никому не двигаться!

Посетители тут же начали нервно отходить в стороны.

Один из офицеров сразу направился к официанту, который с трудом поднимался с пола, второй подошёл к Максиму.

— Руки держим так, чтобы я их видел.

— Вы серьёзно сейчас?..

Раздражение на лице сменилось откровенной яростью.

— Вы подозреваетесь в нанесении телесных повреждений, угрозах и нарушении общественного порядка.

— Да вы вообще знаете, кто я такой?

— Замечательно. Назовётесь в отделении.

Полицейский попытался взять его за руку, но Максим резко дёрнулся назад.

— Не трогай меня, блять.

Двое сотрудников мгновенно перехватили его руки, разворачивая лицом к стене.

— Спокойно! Руки за спину!

— Отпустите меня!

Металл наручников щёлкнул слишком громко.

Максим тяжело дышал, продолжая вырываться и смотреть только на Стеллу.

— Я всё равно найду тебя! Слышишь?!

Она невольно вздрогнула.

Один из полицейских жёстко потянул его в сторону выхода.

— Успокоились и пошли.

Максим продолжал оборачиваться на неё даже тогда, когда его уже выводили из ресторана.

И только когда двери наконец закрылись, Стелла смогла нормально вдохнуть.

— Стелла… ты как?

Жан осторожно шагнул ближе, собираясь коснуться её плеча, но она тут же дёрнулась назад.

Он сразу замер.

— Какой же я идиот. Прости.

Стелла быстро отвела взгляд.

— Всё нормально.

— Нет.

Жан нахмурился, внимательно глядя на неё.

— Тебя всю трясёт.

С соседнего кресла он взял плед и осторожно накинул ей на плечи.

Пальцы нервно сжали ткань.

— Жан… он выйдет до конца дня.

— Нет. Его задержат подольше. И я постараюсь оформить запрет на приближение к тебе.

На губах появилась короткая, почти обречённая усмешка.

— Ничего не выйдет.

— Я обещаю, что сделаю всё, что смогу.

Стелла медленно подняла на него взгляд.

— Максим — сын Григория Карпенко, главы Национальной полиции Украины.

Несмотря на эту информацию, Жан даже не дрогнул.

— Тогда я просто буду защищать тебя.

Он смотрел на неё удивительно спокойно.

— Разве не ради этого ты попросила меня приехать?

Во взгляде впервые за всё утро мелькнуло что-то похожее на надежду.

— Я правда не до конца понимаю, зачем ты всё это делаешь.

Жан едва заметно усмехнулся.

— Скажем так… у меня есть свои причины оставаться рядом и помогать тебе. Так что просто положись на меня.

Он чуть склонил голову набок.

— Но если ты всё-таки решишь нанять меня в телохранители, очень прошу не вспоминать, как я вырубился в кресле во время дежурства. Репутация и так еле жива.

Стелла неожиданно рассмеялась.

Сначала тихо, почти неверяще, а потом уже по-настоящему, закрывая лицо ладонью.

Жан с облегчением выдохнул.

— О, отлично. Смех — хороший знак. Значит, мои шансы получить должность телохранителя ещё не окончательно уничтожены.

Она качнула головой, всё ещё улыбаясь.

— Ты невозможен.

— Зато полезен в критических ситуациях. Иногда даже эмоционально.

Стелла снова тихо хмыкнула.

Жан оглянулся на разгромленный ресторан, перевёрнутые стулья и растерянный персонал.

— Думаю, у них и без нашего завтрака теперь дел полно.

Взгляд снова вернулся к ней.

— Пошли в другое место? Найдём тихое кафе без психопатов, драк и внезапных предложений руки и сердца.

— Звучит как хороший план.

— Отлично. Тогда сегодня я официально отвечаю за твой завтрак и попытку вернуть тебе веру в адекватность человечества.

«Так он всё слышал?»

***

Время близилось к десяти.

Виктор уже был полностью собран и теперь лишь поправлял манжеты рубашки перед зеркалом.

— Голова раскалывается.

В дверь тихо постучали.

— Заходи, Артур.

Водитель вошёл внутрь, держа в руках папку с документами.

— Виктор Фомич, я получил досье на Жана Фогеля, как вы и просили.

— Почему так долго?

— В первый раз я ничего не нашёл.

Виктор нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Чистый. Полностью. Без единой царапины в биографии. Родился, учился, служил, работал. Всё слишком идеально.

Мигрень неприятно пульсировала в висках.

— Я решил, что этого недостаточно, и копнул глубже.

Виктор подошёл к креслу, взял сигарету и устало опустился в него.

— Начинай.

— Во-первых, Жан Фогель родился и вырос в Киеве. Учился здесь же. Но после службы внезапно переехал в Днепр.

— Причины?

— Не нашёл. Но сам факт странный, потому что…

Виктор раздражённо прикрыл глаза.

— Артур, давай без театральных пауз.

— Около трёх лет назад его младшего брата обвинили в убийстве. Сразу после этого Жан переехал в Днепр.

Сигарета замерла между пальцев.

— Что в этом странного?

— Дело очень грязное.

Папка легла на стол.

— Они были очень близки. А доказательства против брата… мягко говоря, сомнительные. Большая часть обвинения построена на косвенных уликах и показаниях, которые легко разваливаются при нормальной проверке.

Виктор задумчиво выдохнул дым.

— Уже интереснее.

— И ещё кое-что.

— Ну?

— Вчера поздно ночью Жан прибыл в Киев.

На губах появилась слабая усмешка.

— Да? Решил братишку навестить?

Артур заметно напрягся.

— Кхм… не совсем.

— Не раздражай меня.

Водитель медленно выдохнул.

— Он приехал в отель, где сейчас проживает Стелла. И…

Виктор поднял на него взгляд.

— …и, судя по всему, остался у неё на ночь.

Повисла тишина.

— Что блядь?

Артур благоразумно промолчал.

Виктор медленно поднялся с кресла.

Мигрень будто стала сильнее.

Подойдя к панорамному окну, он несколько секунд смотрел на город, но мысли уже были далеко не там.

— Они были знакомы раньше?

— Да.

Артур кивнул.

— У них была личная встреча в ресторане, где работала Стелла. Там они и познакомились. Позже Фогель вёл её дело о проникновении в номер отеля в Днепре.

— Я помню. И это всё?

Водитель осторожно поправил воротник рубашки.

— Возможно, всё связано с расследованием.

Виктор коротко усмехнулся.

— Мужчины редко остаются у красивых женщин до утра исключительно ради расследования.

В комнате снова повисла тишина.

Пальцы задумчиво скользнули по подбородку.

— Продолжай следить за Фогелем. Особенно за его контактами со Стеллой.

— Понял.

Взгляд снова опустился на папку с досье.

— Подготовь машину.

Артур кивнул и уже собирался выйти, как голос снова остановил его:

— И ещё кое-что.

— Да?

Взгляд стал холоднее.

— Если этот Фогель действительно играет в какую-то свою игру рядом со Стеллой… я хочу узнать об этом раньше, чем он сам поймёт, что я заметил его.

Артур молча кивнул и вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

Виктор медленно затянулся сигаретой, продолжая смотреть в сторону окна.

И почему-то больше всего его раздражал даже не сам Фогель.

А Стелла.

Она производила впечатление человека, который привык всё просчитывать, держать дистанцию и никому не доверять. Но при этом спокойно оставляет у себя на ночь мужчину, которого едва знает.

«Либо происходящее вокруг действительно начало давить на неё сильнее, чем кажется со стороны.

Либо Жан Фогель оказался гораздо опаснее, чем выглядит.

Либо она просто глупая девчонка не заслуживающая моего внимания»

Дым медленно растворился в воздухе.

И всё же мысль о том, что рядом с ней сейчас может находиться человек, которого она серьёзно недооценивает, раздражала.

— Куда подевался твой рассудок?…

Взгляд снова скользнул к папке на столе.

Что-то во всей этой истории не давало ему покоя.

***

— Спасибо за визит! Приходите к нам ещё!

Стелла и Жан вышли из кафе.

— Ну как тебе завтрак?

— У них потрясающие брускетты с хамоном.

Жан довольно усмехнулся.

— Я плохих мест не советую.

— Откуда ты вообще знаешь про это кафе?

— Мы часто сидели здесь с братом.

Стелла чуть повернула голову в его сторону.

— Ах, да ты говорил что брат из Киева. Так вы выросли здесь?

— Да. Это мой родной город.

— А почему тогда переехал в Днепр?

Жан уже собирался ответить, но она вдруг взглянула на часы и резко выдохнула:

— Чёрт. Я уже должна быть там.

— Моя машина возле отеля. Пойдём, подвезу.

— Пока вернёмся — будет ещё дольше. Я лучше возьму такси.

Жан поморщился.

— Чёрт, виноват. Вообще за временем не следил.

— Ничего. Подождут.

Он приподнял бровь.

— А как же крокодил с плохим настроением?

На губах Стеллы появилась тонкая усмешка.

— Я не боюсь крокодила.

Она поправила ремешок сумки на плече.

— У него во рту голова ядовитой змеи. И если он попробует сжать челюсть — сдохнет первым.

Жан на секунду замолчал, внимательно посмотрев на неё.

А потом уголок губ едва заметно дёрнулся вверх.

— Напомни мне никогда не вставать между тобой и твоими семейными конфликтами.

Стелла коротко усмехнулась, открывая приложение такси.

— Поверь, я тоже стараюсь туда никого не втягивать.

Он наблюдал за ней ещё несколько секунд, будто пытался понять, где заканчиваются шутки и начинается то, что она на самом деле чувствует.

— Звучит так, словно ты всю жизнь разбираешься с этим в одиночку.

Стелла опустила взгляд на экран телефона.

— В основном так и есть.

На пару секунд между ними повисла тишина.

А потом Жан всё-таки вздохнул:

— И всё же предложение подвезти тебя никуда не исчезло. Как и мои амбиции стать твоим телохранителем.

На губах Стеллы появилась слабая улыбка.

— Ты слишком настойчиво продвигаешь свою кандидатуру.

— Работа мечты сама себя не получит.

Она тихо хмыкнула, но затем всё же покачала головой.

— Нет. С этим я должна разобраться сама.

Жан не стал спорить.

Только чуть нахмурился, глядя на неё внимательнее прежнего.

— Тогда хотя бы пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Если почувствуешь, что что-то идёт не так — сразу звони мне. Без раздумий.

Стелла задержала на нём взгляд чуть дольше обычного.

А потом всё-таки кивнула:

— Хорошо.

Такси плавно остановилось у тротуара.

Жан первым подошёл к машине и открыл перед Стеллой дверь.

— Постарайся никого сегодня не отравить змеиным ядом.

— Ничего не обещаю.

Она села в такси, и через несколько секунд машина медленно тронулась с места, растворяясь в утреннем потоке Киева.

Жан ещё какое-то время смотрел ей вслед.

А потом достал телефон и набрал номер.

— Мне нужна информация по одному человеку. Срочно.

***

Чёрный Mercedes Виктора медленно двигался сквозь плотный утренний поток машин.

Киев уже окончательно проснулся: сигналы автомобилей, люди с кофе в руках, раздражённые водители и бесконечные пробки.

Виктор сидел на заднем сиденье, просматривая документы в планшете.

Он раздражённо провёл рукой по лицу и отвернулся к окну.

— Красный.

Автомобиль плавно остановился у светофора.

Он перевёл взгляд в сторону — и почти сразу замер.

В соседнем ряду стояло такси.

Стелла сидела у окна, задумчиво глядя куда-то перед собой и даже не замечая машину рядом.

Волосы слегка растрепались от ветра.Пальцы нервно крутили телефон.Уставшая. Напряжённая.

В голове мгновенно всплыло воспоминание о том, как вчера он буквально сходил с ума от мыслей о ней в собственном кабинете.

Виктор медленно отвёл взгляд, раздражённо сжав челюсть.

— Твою мать…

Слишком много мыслей о женщине, которую он видел пару раз.Слишком много эмоций для человека, привыкшего всё контролировать.

И теперь ещё этот Фогель рядом с ней.

Эта мысль неприятно засела в голове.

Светофор переключился на зелёный.

Такси медленно тронулось вперёд.

Несколько секунд Виктор продолжал смотреть вслед удаляющейся машине, прежде чем тихо произнести:

— Держись ближе к такси.

Артур коротко взглянул в зеркало заднего вида.

— Проследить?

— Пока просто не упускай её из виду.

***

Такси плавно остановилось на красный свет.

Стелла сидела у окна, нервно прокручивая телефон в пальцах.

На экране мелькали графики акций «Stein», новые статьи, комментарии аналитиков и свежие цифры по рынку. Она снова перечитывала отчёты перед встречей с отцом, пытаясь заранее просчитать разговор и подготовиться к очередному давлению.

Еда, которую она едва заставила себя съесть в кафе с Жаном, неприятной тяжестью лежала в желудке. Тошнота то отступала, то снова подкатывала к горлу.

Глаза слипались от усталости.

После появления Максима внутри поселилась липкая тревога, от которой никак не получалось избавиться.

Стелла слишком хорошо знала: это не конец.

«Он снова найдёт меня».

И хуже всего было то, что она понятия не имела, что с этим делать.

Телефон завибрировал в руке.

Очередное уведомление о рынке.

Она устало прикрыла глаза, пытаясь хотя бы на несколько секунд собраться с мыслями.

Светофор переключился на зелёный.

Машины медленно двинулись вперёд вместе с плотным утренним потоком Киева.

Спустя несколько минут такси наконец остановилось возле ресторана, где её уже ждал отец.

Стелла быстро расплатилась и вышла наружу.

Прохладный воздух ударил в лицо, но легче не стало.

Голова неприятно гудела.Тошнота усиливалась.А ноги почему-то казались тяжелее обычного.

Она направилась ко входу, параллельно открывая на телефоне последние отчёты по акциям.

«Нельзя сейчас выглядеть слабой. Только не перед ним».

До дверей ресторана оставалось всего несколько шагов, когда она внезапно почувствовала что-то тёплое над губой.

Пальцы машинально коснулись носа — и тут же на коже осталась кровь.

— Чёрт…

Перед глазами потемнело.Телефон едва не выпал из рук.

Она попыталась сделать глубокий вдох и ухватиться за перила возле лестницы, но пальцы соскользнули.

Тело повело назад.

Сознание провалилось в глухую темноту ещё до того, как Стелла успела понять, что падает.

И в тот же момент чьи-то руки резко подхватили её прежде, чем она ударилась о ступени.

Голова тяжело уткнулась в чужое плечо.

— Виктор Фомич!..

Артур быстро вышел из машины, напряжённо оглядываясь по сторонам.

— Вызвать скорую?

Мужчина крепче удержал Стеллу за талию, не позволяя ей сползти вниз.

Взгляд быстро скользнул по ресторану, припаркованным машинам и людям у входа.

— Нет.

Голос прозвучал резко и холодно.

— Последнее, что ей сейчас нужно, — это толпа журналистов и новости о том, как наследница «Stein» теряет сознание посреди улицы.

Артур нахмурился.

— Но…

— Без скорой.

Виктор раздражённо оборвал его, убирая волосы, упавшие ей на лицо.

— Поднимется шум — её сожрут заживо до вечера.

Тонкая полоска крови всё ещё тянулась по губе.

Он нахмурился сильнее.

«Слишком лёгкая и холодная.»

Несколько секунд Виктор молча смотрел на её лицо, пытаясь разобраться в собственных мыслях.

— Чёртова безрассудная девчонка…

Артур осторожно понизил голос:

— Что будем делать?

Виктор быстро перевёл взгляд на ресторан.

У входа уже начали останавливаться люди. Кто-то явно пытался понять, что происходит.

— Открой заднюю дверь. Быстро.

Артур сразу направился к машине.

Виктор без лишних усилий поднял Стеллу на руки.

Даже в бессознательном состоянии пальцы слабо сжимали ткань его пиджака, будто тело инстинктивно пыталось за что-то удержаться.

Артур быстро открыл заднюю дверь Mercedes.

Виктор осторожно уложил Стеллу на сиденье, а затем сам сел рядом.

Машина почти сразу плавно тронулась с места, растворяясь в утреннем потоке Киева.

В салоне повисла тяжёлая тишина.

Стелла всё ещё не приходила в себя.

Дыхание оставалось неровным и слабым.

Несколько секунд Виктор молча смотрел на неё, а затем осторожно подтянул ближе, укладывая голову себе на колени.

Тёмные волосы рассыпались по ткани брюк.

Теперь, когда вокруг не было посторонних взглядов, напряжение внутри ощущалось только сильнее.

Он даже не представлял её настолько уязвимой.

Сейчас Стелла выглядела просто истощённой девушкой, которая долго пыталась выдерживать всё в одиночку.

Взгляд медленно скользнул по её лицу.

— И как ты до этого себя довела?..

Фраза прозвучала почти тихо.

Стелла едва заметно нахмурилась, будто даже сейчас продолжала с кем-то бороться.

Пальцы слабо дрогнули, продолжая цепляться за ткань его пиджака.

Виктор сразу опустил взгляд вниз.

Это движение было таким слабым и бессознательным, но почему-то отозвалось внутри слишком остро.

Ладонь медленно сдвинулась в её сторону, будто он собирался коснуться её руки.

Но через секунду Виктор резко отвёл её обратно.

Челюсть едва заметно напряглась.

— Не делай так…

Фраза прозвучала скорее самому себе, чем ей.

— Иначе ты не оставишь мне выбора…

Несколько секунд Виктор молча прокручивал варианты в голове.

А затем спокойно произнёс:

— Едем в «Syayvo Klinik».

Артур посмотрел в зеркало заднего вида.

— К Олексанру Романовичу?

— Да. Дед будет рад такой компании.

Ответ прозвучал без колебаний.

Частная клиника была единственным местом, где можно было организовать всё без лишнего шума, журналистов и утечек.

— И предупреди их заранее. Никаких записей в общей базе. Никаких посторонних глаз.

— Понял.

Артур тут же потянулся за телефоном.

Спустя двадцать минут Mercedes плавно остановился возле закрытого бокового входа клиники.

Их уже ждали.

Двое медиков быстро вывезли каталку, но Виктор всё равно сам поднял Стеллу на руки, не дожидаясь помощи.

Внутри клиники было тихо и почти пусто.

Никаких посторонних пациентов.Никакой суеты.

Только приглушённый свет и быстрые шаги персонала.

Медсестра уже открыла планшет для оформления.

— Имя пациентки?

— Стелла Штэйн.

Девушка заметно замерла, услышав фамилию, но быстро взяла себя в руки.

— Документы есть при себе?

Артур уже передал её сумку.

Медсестра начала быстро вносить данные.

— Что с пациенткой?

— Потеряла сознание. Перед этим пошла кровь из носа. Похоже на сильное переутомление и недосып.

Она быстро кивнула, продолжая печатать.

— Нам также нужен контакт близкого родственника или официального представителя на время оформления.

Второй медик добавил:

— В случае потери сознания должен быть указан человек, принимающий решения по пациенту, пока она не придёт в себя.

На несколько секунд повисла тишина.

Медсестра подняла взгляд:

— Вы кем приходитесь пациентке?

Артур тут же нахмурился.

— Вы вообще понимаете, с кем разговариваете?

Девушка заметно растерялась.

— Я… это стандартная процедура, я обязана…

— Артур.

Голос Виктора прозвучал спокойно, но этого оказалось достаточно, чтобы тот сразу замолчал.

Он даже не поднял взгляда от Стеллы, поправляя сползший плед на её плечах.

— Расслабься. Она просто делает свою работу.

Медсестра всё ещё напряжённо держала планшет в руках.

А затем Виктор наконец поднял на неё абсолютно спокойный взгляд.

— Запишите меня как человека, который будет принимать решения вместо семьи, пока пациентка не придёт в себя.

На секунду девушка будто перестала понимать, что услышала.

Даже Артур заметно растерялся.

Потому что все прекрасно поняли, что именно сейчас прозвучало.

Теперь именно Виктор собирался решать, кто получит доступ к Стелле, пока она без сознания.

Медсестра осторожно сглотнула.

— Мне… нужно указать степень родства или основание…

Виктор спокойно поднял на неё взгляд.

— Если вам нужен официальный статус — пишите «муж».

Тишина в коридоре стала почти осязаемой.

Даже Артур на секунду перестал дышать.

Но лицо Виктора оставалось абсолютно невозмутимым.

&

Благодарю за прочтение!