5.
Утро в доме Чхэ.
Ён У закончила собираться на работу и спустилась на первый этаж. Из-за того, что всю ночь проворочалась, на лице лежала лёгкая печать усталости.
На кухне мать, Мин Сок, была в разгаре приготовления завтрака.
— Опять вчера поздно вернулась?
— Ну да, как всегда.
Ён У неопределённо закончила фразу и села за стол.
Перед ней поставили пиалу с твенджан-ччигэ.
— Сколько раз подогревала — уже пересолено. Сегодня съедим и выбросим.
— Хорошо.
Ён У только занесла ложку, как на лестнице раздался грохот. Это был старший брат Ын Хëн.
— Ну что там! Нашёл ты эту сволочь?
Человек, который за всю жизнь ни разу не встал вовремя. Даже вечно пропадающий допоздна и опаздывающий на работу Чхэ Ын Хëн, похоже, изрядно извёлся.
— Пока нет.
С застывшим холодным лицом Ён У зачерпнула немного бульона и отправила в рот.
— Эй, Чхэ Ён У! Ну и выдержка у тебя. У тебя что, сейчас еда в горло лезет?
А сам ведь ни ложки не проглотил. Ён У отложила ложку и резко бросила:
— А ты тогда что! Зачем ты вообще вынес такие важные данные наружу!
— Сейчас это важно? А, чёрт, разве я знал, что эта сволочь На Джи Сок вот так вот всё отберёт!
«С больной головы на здоровую» — это, видимо, как раз про такое. Данные, где безопасность — это сама жизнь, вообще нельзя было трогать с самого начала.
То, что вынес Ын Хëн, были материалы о ключевой технологии производства раствора для покрытия анодного материала вторичных аккумуляторов — высокоразмягчённой смолы (High Softening Point Pitch, HSPP).
Будь президент Чхэ в порядке, такое было бы невозможно даже вообразить.
Отец Ён У и Ын Хëна, Чхэ Ён Су, управлял малым предприятием, выпускающим ключевые вещества для вторичных аккумуляторов.
Раньше эти вещества полностью зависели от импорта. «Эйч-энд-Ти Кемикал» стало первой в Корее компанией, решившей наладить собственное производство раствора для покрытия.
Последние несколько лет Чхэ Ён Су носился день и ночь. А потом свалился с острым кровоизлиянием в мозг.
Уже три месяца он лежал в реанимации, и из-за долгого отсутствия директора компания начала шататься. Ён У, руководитель исследовательского отдела, стиснув зубы, ускоряла разработку.
Хотя старший брат, Ын Хëн, и исполнял обязанности директора.
Ха-а, из уст Ён У вырвался вздох. От него не было ни помощи, ни проку — один вред.
И зачем он поднял такой шум, мол, надо проверить данные по технологии производства.
Как раз тогда, когда Ён У уехала по работе на завод под Кёнгидо.
Только дела начали путаться, как в техническом отделе оборудования случилась небольшая авария, и на её улаживание ушло ещё несколько дней.
О том, что случилось, Ён У узнала только вчера.
— Но как генеральный директор На Джи Сок узнал? О том, что у тебя есть технические данные.
Вчера она, едва услышав, ни о чём не думая, бросилась наружу. Но утром, поспав и подумав, обнаружила не одну-две странности.
— Не могли у тебя вот так просто отобрать. Как данные перешли к нему? Когда и где вы встречались?
Когда Ён У начала дотошно выпытывать, Ын Хëн вздрогнул и закрыл рот. Помычал, как бык, только миг — и вскоре, пыхтя, повысил голос:
— А, чёрт! Ты сейчас меня винишь?
— Когда я тебя винила?
На вытаращившуюся от изумления Ён У Ын Хëн, брызгая слюной, заорал в ярости:
— Ты же говорила, что он не мог вот так просто отобрать! Так что, я, выходит, сглупил и меня обчистили? Ты сейчас его сторону принимаешь, что ли?
Как и ожидалось, Чхэ Ын Хëн — человек, с которым невозможно нормально разговаривать.
С детства Ын Хëн был неуёмным. И когда ломал Ён У кукол или крал копилку. И когда, повзрослев, требовал поменяться новейшим телефоном или ноутбуком на свои вещи.
Он выдвигал не проходящие здравого смысла доводы или плёл нелепые софизмы — и всё равно делал по-своему.
Причина, по которой Ын Хëн мог быть таким наглым, была одна.
— Ён У, ты чего это с самого утра брату нервы треплешь?
Мин Сок поставила перед Ын Хëном дымящийся глиняный горшок с укором. Это был только что сваренный прозрачный суп из ростков сои.
— И без того Ын Хëну тяжело, а ты ещё добавляешь? Зачем хватаешь человека, собирающегося на работу, и портишь настроение?
Сегодня Мин Сок снова кружила вокруг Ын Хëна.
— Не в том дело, из-за брата компания сейчас…
— Что Ын Хëн? Это он один мается уже несколько месяцев, с тех пор как отец свалился? Ах ты бестолковая девчонка. Сама-то красуется в халате, сидит только в помещении.
— Мама!
Ён У сокрушённо выдохнула.
— Молчи и ешь. Как же Ын Хëну тяжело на душе, он вчера даже чепуху нёс. Что-то там про банкинг? До чего тяжело, что даже во сне припадок случился.
Ён У яростно уставилась на Ын Хëна.
— Уж не ты ли, Чхэ Ын Хëн, опять играешь в азартные игры?
— Ч-что!
Ын Хëн с побагровевшим лицом рявкнул.
— У меня что, деньги есть! Ставки в последнее время какие стали большие!
Внезапно в голове Ён У промелькнуло недоброе предчувствие. Ключевая технология о производственном оборудовании и технологии изготовления, которую, как утверждал Ын Хëн, он потерял.
Сколько это в деньгах? Сердце разом ухнуло вниз.
— Брат, скажи честно. Зачем ты взял технические данные?
— Вот ведь, говоришь странно? Я же сказал, чтобы проверить ход работы?
— Обязательно выносить наружу, за пределы компании? И ты, если посмотришь, что, разберёшься?
— А, чёрт, опять раздражаешь своими словами. Ты человека не уважаешь? Мне что, нельзя немного посмотреть?
И упрекать его — Ён У была в своём праве.
До того, как президент Чхэ свалился, он и близко к лаборатории не подходил.
В компании даже ходила такая шутка: если Чхэ Ын Хëн поедет на переговоры, он и не будет знать, что именно пошёл продавать.
Только бы не попадать в переделки и делать то, что поручено.
Это была присказка президента Чхэ Ён Су.
Человек, который ни за что не согласился бы с этими словами, находился прямо рядом.
Шлёп — тяжёлая рука взлетела и хлестнула Ён У по спине.
— Я же говорила, не груби брату!
— Мама, я сейчас важное обсуждаю.
— Что там за важные разговоры! Это из-за тебя Ын Хëн всю жизнь не может расправить плечи!
Любовь Мин Сок к сыну была не просто особой — чрезмерной. С детства, когда Ён У приносила контрольную с сотней баллов, она ругала её за то, что та дерзко давит брата.
Именно Мин Сок подняла шум, требуя устроить Ын Хëна по блату. Усадить его на должность управляющего директора.
Если не слушали, она по несколько дней лежала пластом, причитая, что умрёт с голоду, и у президента Чхэ не было выхода.
Ён У давно опустила руки. Ведь Мин Сок, стоило ей получить стресс из-за дел Ын Хëна, падала в обморок и её увозили в больницу.
Это было не притворство — паническое расстройство Мин Сок было тяжёлым.
— Я пойду на работу раньше. Договорим в компании.
Сдерживая готовое взорваться нутро, Ён У поднялась с места.
Ён У, придя на работу, сразу проверила данные, которые запрашивал Ын Хëн. К счастью, на самом опасном материале следов утечки не было.
На такой случай доступ к ключевым файлам был открыт лишь двоим — президенту Чхэ Ён Су и Ён У.
Но всё же данные, которые унёс Ын Хëн, тоже были ценными материалами. Если ошибиться, усилия последних нескольких лет могли пойти прахом.
Вернувшись в кабинет, Ён У порылась в сумке и достала телефон На Джи Сока.
Допрашивать брата бесполезно. Чхэ Ын Хëн — человек, который, когда ему невыгодно, становится на удивление крепок на язык.
Лучше уж спросить напрямую у На Джи Сока.
Вопреки решению, сразу позвонить не получалось.
Если выложить всё как есть, как же растеряется На Джи Сок. Вчера он обращался с ней как с проституткой и спрашивал, сколько она берёт.
К тому же вчера……
Стоило вспомнить то, что она старательно гнала прочь, как всё тело вспыхнуло.
Звук, раздвигающий влажную плоть; уголки глаз, томно изгибавшиеся, пока тыльная сторона ладони стирала губы.
Он был мужчиной, похожим на сладкий яд. Инстинкт громко предупреждал, что ни в коем случае нельзя с ним связываться.
Но что поделать.
На данный момент выбора не было. Срочно нужно было вернуть данные, попавшие в руки Джи Сока.
— Здравствуйте. Вчера я по ошибке забрала телефон. Алло, вчера я, кажется, случайно перепутала телефоны……
С напряжённым лицом бормоча, Ён У набирала номер быстрого вызова 1 и репетировала, что скажет.
После гудка, спустя мгновение, из трубки послышался голос молодого мужчины.
[Алло.]
— Здравствуйте. Э-э, я бы хотела связаться с владельцем этого номера. Я вчера случайно телефон…
[Минуточку.]
Видимо, прикрыл микрофон — послышалось приглушённое бормотание. Вскоре бодрым голосом мужчина сказал:
[Да. Он просил выбросить, мол, не нужен.]
Телефон резко оборвался.