Глава 7. За стеной прошлого
Пустоцветы забирают жизненную силу того, в кого цепляются. Они медленно вытягивают из своей жертвы всё, что поддерживает её существование, оставляя после себя лишь слабость и неизбежное угасание. Именно поэтому мысль о том, что Рин сейчас здесь, казалась мне чем-то невозможным.
Сном, которому я никак не мог поверить.
Я знал, что Куро потерял его. Знал, что пустоцветы не оставляют своим жертвам возможности вернуться к прежней жизни. И всё же голос, прозвучавший среди иллюзий, был слишком настоящим. В нём слышалось что-то знакомое, что-то такое, от чего даже я не мог просто отмахнуться.
Но если это действительно был Рин, почему он не хотел встретиться с Куро?
И почему говорил со мной?
— Сакуя, мы должны узнать, откуда идёт этот голос.
Куро нарушил тишину. Его уши чуть заметно дрогнули, а взгляд стал серьёзнее обычного. Он больше не выглядел растерянным котом, который только что услышал голос давно потерянного друга. Теперь передо мной снова был хранитель Обители духов, привыкший искать ответы даже там, где остальные давно сдались.
Я посмотрел на него и пожал плечами.
— Играем в «Найди призрака»? Будет весело.
— Это не игра.
— Куро, ты слишком серьёзно к этому относишься.
Я произнёс это без особого интереса, но продолжил наблюдать за ним. Куро явно не собирался отступать. Он хотел найти источник голоса, выяснить, кому тот принадлежит, и, вероятно, добиться встречи любой ценой.
Возможно, именно поэтому Рин и не желал с ним разговаривать.
Лисы не любят слишком серьёзных и скучных собеседников. По крайней мере, мне всегда казалось, что они предпочитают тех, кто умеет играть по их правилам, а не тех, кто пытается разобраться во всём до последней мелочи.
Но дело было не только в этом.
Духи-лисы особенно сторонятся тех, кто действительно начинает их искать. Чем настойчивее преследователь, тем осторожнее становится тот, за кем он охотится. И если Куро продолжит действовать так открыто, то вряд ли добьётся желаемого.
Он словно забыл обо всём остальном. О собственном положении, о том, что находится на чужой территории, и даже о том, что голос может принадлежать существу, которое вовсе не хочет быть найденным.
Похоже, придётся вмешаться.
Иначе мы рискуем задержаться здесь надолго.
Куро и не пытается меня найти. Это ты хочешь сказать?
Мысль прозвучала в голове так отчётливо, что я невольно замер.
Я не сразу понял, кому принадлежал этот голос. Он не раздавался вокруг нас, не отражался от стен храма и не звучал из темноты. Скорее, он возникал где-то внутри моего сознания, словно собеседник находился совсем рядом, но при этом был отделён от меня невидимой преградой.
Я медленно повернул голову.
— Дух лиса, ты ведь говоришь со мной сейчас потому, что не хочешь его видеть?
Ответ последовал не сразу.
Несколько мгновений я слышал лишь тишину. Куро стоял рядом, внимательно осматривая храм, и, судя по всему, ничего не замечал. Для него я просто разговаривал сам с собой.
Наконец голос снова прозвучал.
Я не смогу с ним встретиться сегодня…
Я нахмурился.
— Почему?
Ведь я сейчас не здесь…
— Эй, постой!
Я невольно сделал шаг вперёд, словно мог догнать собеседника, который даже не имел определённого местоположения.
— Что это значит — ты не здесь?!
Ответа не последовало.
Голос исчез так же внезапно, как появился, оставив после себя лишь неприятное ощущение недосказанности.
Я огляделся. Передо мной были стены старого храма, потемневшие от времени деревянные балки и узкие проходы, уходившие вглубь здания. Ничего не изменилось. Никаких следов присутствия духа, никаких признаков того, что кто-то только что говорил со мной.
Словно этого разговора вовсе не существовало.
— С кем ты сейчас говоришь, Сакуя?
Я медленно повернулся к Куро.
Он смотрел на меня с нескрываемым беспокойством. Возможно, его насторожило моё поведение. Впрочем, я и сам понимал, что выглядел странно: несколько минут назад шутил, а теперь разговаривал с пустотой и пытался остановить невидимого собеседника.
Я грустно посмотрел на него.
— Так он правда не может с тобой встретиться сегодня. Ведь он сейчас не здесь…
Куро замер.
— О чём ты говоришь?..
В его голосе больше не было прежней решительности. Только растерянность, которую он пытался скрыть, но не слишком успешно.
Я отвёл взгляд.
Самому мне тоже хотелось понять, что именно имел в виду дух лиса.
Сейчас не здесь.
Эти слова могли означать многое. Возможно, он находился в другом месте и просто разговаривал со мной на расстоянии. Возможно, речь шла о чём-то совершенно ином, о чём я пока не имел ни малейшего представления.
Но почему тогда он сказал, что не сможет встретиться с Куро именно сегодня?
Был ли в этом какой-то тайный смысл?
Или он пытался предупредить нас, что произошедшее в храме — лишь начало чего-то большего?
Если это действительно было не концом, то почему он не рассказал обо всём Куро? Почему выбрал меня, человека, который даже не знал, кем этот дух являлся на самом деле?
Я не любил загадок. Вернее, я не любил тратить на них время, особенно когда ответы намеренно прятали от меня за множеством ненужных слов.
Но сейчас я не мог просто уйти.
Слишком многое не сходилось.
— Куро, — тихо позвал я. — Кто этот дух на самом деле?
Кот не сразу ответил.
Он опустил голову, словно пытался подобрать слова, которые не причинят ему ещё большей боли. Его взгляд был направлен куда-то в сторону, но я понимал: он смотрел не на стены и не на тёмные коридоры храма.
Он вспоминал.
— Это было довольно давно, — наконец произнёс Куро.
— У людей и духов разве не разное чувство времени?
Я посмотрел на него с вопросительным выражением лица.
Время всегда казалось мне чем-то очевидным. Оно шло вперёд независимо от того, хотели мы этого или нет. Люди старели, теряли близких, совершали ошибки, а потом умирали, не успев исправить даже половину того, о чём сожалели.
Но для духов всё могло быть иначе.
И если их восприятие времени отличалось от человеческого, то то, что для Куро было далёким прошлым, для Рина могло ощущаться совершенно по-другому.
— Сакуя, ты прав. У нас действительно разное чувство времени, — ответил Куро. — И в этом вся загвоздка…
Он замолчал.
Я заметил, как изменилось его выражение лица. Впервые за всё время нашего разговора Куро словно посмотрел на происходящее с другой стороны.
Не как хранитель Обители духов, который должен найти пропавшего духа.
А как тот, кто слишком долго ждал человека, которого, возможно, уже никогда не увидит.
Рин…
Имя возникло в моей голове само собой.
Неужели он всё-таки провёл меня?
Я нахмурился.
Если голос действительно принадлежал Рину, то его поведение становилось ещё более странным. Он говорил так, будто знал о поисках Куро, но при этом избегал встречи с ним. Он мог обратиться ко мне, мог отвечать на мои вопросы, однако не желал объяснять, почему не хочет показаться своему старому знакомому.
И всё же оставалась ещё одна вещь.
Пустоцветы.
Я не мог забыть о них, сколько бы ни пытался отвлечься. Если Рин действительно погиб из-за этой болезни, то его возвращение было невозможно объяснить обычными причинами.
А если он всё ещё существовал и страдал от пустоцветов, то, возможно, именно поэтому держался от нас на расстоянии.
Не хотел, чтобы мы приближались.
Не хотел, чтобы Куро снова увидел его таким.
Или боялся, что однажды мы обнаружим правду, которую он так старательно скрывал.
Я сжал пальцы.
Мне не нравилось, когда кто-то решал за других, что им лучше не знать. Особенно если это касалось людей, которым и без того пришлось пережить слишком многое.
Однако я не собирался заставлять Куро рассказывать о прошлом, если он сам ещё не был готов.
По крайней мере, пока.
— Сакуя, на сегодня всё.
Я поднял голову.
— А как же поиски?
Куро посмотрел на меня. В его глазах всё ещё оставалась печаль, но теперь к ней примешивалось что-то другое. Будто он наконец нашёл ответ на вопрос, который мучил его всё это время.
— Думаю, я нашёл то, что искал.
Он ненадолго замолчал.
— Спасибо тебе…
Я недоумённо посмотрел на него.
— За что?
— За то, что выслушал его. И за то, что рассказал мне о разговоре.
Я пожал плечами.
— Не стоит благодарности. Я всего лишь передал то, что услышал.
— Для тебя это может быть незначительным, но для меня…
Куро не закончил фразу.
Наверное, некоторые слова действительно невозможно произнести вслух. Не потому, что они слишком сложные, а потому, что за ними скрывается слишком много чувств.
Я отвёл взгляд.
Мне всегда казалось странным, насколько сильно люди и духи привязываются друг к другу. Они могут годами хранить воспоминания, ждать возвращения тех, кто давно исчез, и надеяться на встречу, которая, возможно, никогда не состоится.
Всё это выглядело утомительно.
Но, пожалуй, я не имел права судить их за подобное.
В конце концов, даже я когда-то хотел получить ответы на вопросы, которые не давали мне покоя.
И пусть мои причины отличались от причин Куро, результат был одним и тем же: прошлое продолжало удерживать нас, даже когда мы пытались двигаться дальше.
— В этом плане нет смысла скрывать свои чувства, — произнёс я.
Куро удивлённо посмотрел на меня.
Я продолжил, стараясь говорить как можно спокойнее:
— Ни людям, ни духам. Мы ведь всё равно чувствуем одно и то же. Боль и радость, печаль и гнев. Не вижу смысла притворяться, будто ничего не происходит, только потому, что кто-то может посчитать тебя слабым.
Я не знал, почему решил сказать это именно сейчас.
Возможно, мне просто надоело смотреть на то, как Куро пытается спрятать собственную боль за привычной серьёзностью. Возможно, я хотел, чтобы он перестал мучить себя вопросами, на которые не мог получить немедленный ответ.
А может, я просто говорил то, что сам когда-то хотел услышать.
— Сакуя?..
— Что?
— Ты действительно так думаешь?
Я ненадолго задумался.
— А что, по-твоему, я должен думать?
Куро не ответил.
Я усмехнулся и отвернулся, не желая продолжать этот разговор.
— Не смотри на меня так. Я не пытаюсь тебя утешить. Просто в этом нет никакого смысла.
Я произносил эти слова так, будто они ничего для меня не значили. Будто всё сказанное было лишь случайным замечанием, не заслуживающим внимания.
На самом деле я и сам не понимал, почему иногда мне хотелось сказать что-то подобное.
Я не чувствовал особой радости или печали, разговаривая с духом. По крайней мере, мне так казалось. Для меня это была обычная работа, а чужие переживания оставались чужими, пока не начинали мешать выполнению задания.
Но разве это означало, что так будет всегда?
Возможно, однажды что-то изменится.
Хотя я не собирался торопить события.
Куро печально посмотрел на меня. В его взгляде было что-то такое, чего я не мог понять. Он словно хотел задать вопрос, но сомневался, стоит ли это делать.
Наконец он заговорил:
— Сакуя, скажи мне… Ты ведь слышишь его голос не просто так?
Я замолчал.
Вот оно.
Вопрос, которого я ожидал с самого начала, но надеялся избежать.
Куро не был глупым. Он прекрасно понимал, что в моём поведении есть что-то необычное. Я слышал голос духа, которого он сам не мог найти, и разговаривал с ним так, словно мы находились рядом. Более того, этот дух обращался ко мне напрямую, хотя у него была возможность связаться с Куро.
Случайностью это назвать было трудно.
Я вздохнул.
— Ты и сам всё видишь.
— Я хочу услышать это от тебя.
— Какой настойчивый кот.
— Сакуя.
— Ладно, ладно.
Я поднял руку, словно сдаваясь, и посмотрел в сторону выхода из храма.
— Я слышу голоса духов и вижу их довольно чётко. Насколько я понимаю, это не совсем обычно даже для человека с духовной силой.
— Но ты не удивляешься этому.
— А должен?
Куро нахмурился.
Я же лишь пожал плечами.
— В моём случае всё немного иначе. Я ведь не простой человек.
Слова прозвучали легко, почти равнодушно. Однако стоило мне произнести их, как в голове возникли воспоминания, которые я предпочёл бы оставить в прошлом.
Если бы я действительно был таким, как все…
Возможно, многое сложилось бы иначе.
Возможно, я никогда не узнал бы о существовании духов. Никогда не столкнулся бы с тем, что изменило мою жизнь, и не оказался бы по другую сторону привычного мира, где даже самые обычные вещи могли скрывать нечто пугающее.
Возможно, мне не пришлось бы узнавать, каково это — потерять то, что казалось незыблемым.
Но прошлое не интересовалось тем, чего я хотел.
Оно не возвращалось по первому требованию и не менялось оттого, что кто-то сожалел о собственных поступках.
Годы жизни всегда хотелось повернуть вспять. Вернуться в тот момент, когда всё ещё можно было исправить, сказать нужные слова, сделать другой выбор или хотя бы попрощаться с теми, кого больше нет рядом.
Но время не принадлежало мне.
Как бы сильно я ни желал изменить произошедшее, как бы ни пытался найти способ исправить ошибки, прошлое оставалось прошлым.
Его нельзя было догнать.
Нельзя было заставить вернуться.
И нельзя было вымолить у него прощение.
Я медленно выдохнул.
Как ни желай. Как ни плачь.
Богов нет.
По крайней мере, я никогда не видел доказательств обратного. Люди любят верить, что где-то наверху существует кто-то, кто следит за их судьбами, слышит их просьбы и однажды обязательно вмешается, если всё станет слишком плохо.
Но если боги действительно существовали, почему они позволяли всему этому происходить?
Почему не спасали тех, кто отчаянно хотел жить?
Почему не возвращали тех, кого любили?
И почему оставляли людей наедине с последствиями решений, которые порой невозможно было исправить?
Я усмехнулся.
Смешно выходит.
Мы живём, надеемся, теряем и продолжаем идти вперёд, хотя даже не знаем, существует ли у всего этого какой-то смысл.
А потом называем это судьбой.
— А что, если оно и так, чёрный кот?
Куро медленно повернул ко мне голову.
Я смотрел на него с лёгкой усмешкой, но сам не знал, чего именно ждал от этого разговора.
Возможно, ответа.
Возможно, очередного спора.
А может, мне просто хотелось проверить, что скажет тот, кто всю свою жизнь провёл среди духов и наверняка видел куда больше, чем я.
Куро ничего не ответил сразу.
За стенами храма продолжал шуметь ветер. В его порывах слышалось что-то похожее на далёкий шёпот, но я не стал прислушиваться. На этот раз мне не хотелось искать очередной голос среди тишины.
Я лишь посмотрел на Куро и чуть заметно улыбнулся.
Впервые за долгое время мне стало интересно, что он скажет дальше.
Продолжение следует…