Прозвенел звонок на обед.
В разных концах класса смешались звуки отодвигаемых стульев и раскрываемых бенто.
Краем глаза я заметила, как Мацумаэ-кун достаёт из сумки свёрток, и глубоко вдохнула за своей партой.
(Понемногу.)
Вспомнились слова, которые М-кун сказал мне в игре на днях.
«Если слишком наседать, он испугается, лучше понемногу».
«Поняла, тогда буду понемногу».
Тогда я сама так ответила.
Значит, сегодня только на немного.
Сколько раз я уже думала, что точно все получится и пыталась заговорить с ним.
Но каждый раз, когда до Мацумаэ-куна оставалось всего несколько шагов, кто-то окликал меня, я возвращалась в компанию, и всё тонуло в атмосфере класса.
(Пойду. Даже если придётся прорываться.)
Я решительно встала со стула.
Но.
— Кисараги-сан, что с тобой? Ты куда-то идёшь?
Меня окликнула одна из девочек, с которыми я обычно обедала, и я застыла с коробкой для обеда в руках.
— А… Извини, сегодня я…
Не договорив, бросила взгляд в сторону крайнего ряда у окна.
Девочка удивлённо посмотрела на меня, но больше ничего не спросила.
Я бесцельно провела пальцем по завязкам коробки и направилась к крайнему ряду у окна.
— Эм… Мацумаэ-кун.
Рука Мацумаэ-куна, который уже начал открывать крышку, остановилась.
Когда он поднял на меня взгляд, его лицо казалось слегка удивлённым.
— А… что?
— Можно я пообедаю с тобой?
На мгновение шум в классе стих.
(Это ведь слишком резко? Я переборщила?)
Несколько секунд тишины показались гораздо длиннее обычного.
— …Зачем?
Он переспросил, и у меня в голове всё опустело.
(Ну конечно.)
Мы ведь только здоровались.
Вдруг прийти обедать, я и правда переборщила.
Если слишком наседать, он испугается. Он сам мне это говорил.
Слова застряли в горле.
Пока я молчала, Мацумаэ-кун слегка отвёл взгляд.
— Извини, не хочешь не говори.
— Н-нет, не в этом дело.
Я поспешно покачала головой.
Я просто не могла подобрать слов, вовсе не то, что я не хочу говорить.
— Просто… мы с тобой ещё почти не разговаривали.
Я перевела дыхание.
— Мне хотелось бы поговорить с тобой ещё.
Я сказала это.
Мацумаэ-кун помолчал немного, а затем с лёгкой улыбкой, будто в замешательстве, ответил:
— Я не умею говорить что-то интересное… но если тебя это устраивает…
Он словно принижал себя.
Но это было гораздо добрее, чем я ожидала.
Улыбка сама появилась на моём лице.
— Хорошо, давай пообедаем вместе.
Сказав это, я задумалась.
Сдвинуть две парты и сесть напротив, или просто взять стул и сесть за его парту вдвоём?
(Ближе лучше.)
Я просто притащила свободный стул.
Поставила его перед партой Мацумаэ-куна.
Так мы сидели за одним столом с двух сторон.
Это было гораздо ближе, чем если бы мы сдвигали парты.
Мацумаэ-кун остановился и посмотрел на меня.
Удивлённый и одновременно растерянный.
Я улыбнулась, как ни в чём не бывало, и села на стул.
Мацумаэ-кун приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но в итоге просто вернул взгляд к своей коробочке.
Я открыла крышку и про себя ответила на его слова:
(С М-куном было интересно разговаривать.)
В игре, что бы я ни говорила, он всегда отвечал по делу.
«В этом виновата не Риса».
И то, как он вчера заступился за меня.
«Тогда я тоже буду на вы отвечать».
Мне нравилась его упрямая манера отвечать.
Мы вместе смотрели сюжет одного квеста, делились впечатлениями.
То время было по-настоящему приятным.
(…Но не могу ему сказать.)
Когда я опустила голову, волосы упали на плечи, и пальцами заправила их за ухо.
Я отложила палочки и посмотрела на Мацумаэ-куна.
Мне хотелось поговорить, и я искала тему.
— Как прошёл сегодняшний тест?
— Ну… так себе.
— Так себе это как? Сделал? Не сделал?
— Не сделал.
— Фух.
Я невольно рассмеялась.
(Интересно, когда он в игре говорит в таком же тоне?)
Низкий, спокойный голос.
К словам, которые раньше были просто текстом на экране, теперь впервые добавился его голос.
На мой внезапный смех Мацумаэ-кун отложил палочки и нахмурился.
Он не понимал, что тут смешного.
Чтобы он не начал расспрашивать, я сменила тему.
— Мацумаэ-кун, ты любишь жареное с насыщенным вкусом?
— Ага.
— Попробуешь?
— …Нет, не надо.
— Давай, попробуй.
— Ладно.
Отказался, но потом сразу сдался.
И даже кивнул как-то слишком резко, это было забавно.
Я протянула ему кусочек курицы, и он отправил его в рот.
— Вкусно?
— …Вкусно.
Сказав это, Мацумаэ-кун перевёл взгляд куда-то в сторону, бесцельно блуждая по коробке.
— Мацумаэ-кун, что ты делаешь после школы?
— …Сплю.
— А на самом деле?
— Играю в игры, потом сплю.
— Ну почему ты сказал, что просто спишь?
— …Я думал, тебе будет неинтересно, если я начну говорить об играх.
(Что за...)
Ему не нужно об этом беспокоиться.
Хотя так и думала, мне было приятно, что он заботится об этом.
Есть много людей, которые только и говорят о себе.
Оценки за тест, хвастовство клубными успехами, новые часы, пародии на учителей. Все говорят только о том, что хотят, чтобы их послушали.
Мацумаэ-кун заботится о том, что чувствую я.
(Он не хочет, чтобы я чувствовала себя неловко…)
Постепенно щёки начали гореть.
Я пыталась отвести взгляд, но между нами было расстояние в один стол.
Если поднять голову, то лицо Мацумаэ-куна прямо передо мной.
(Близко-близко-близко.)
Хотя это расстояние я выбрала сама.
Голова пошла кругом, будто только сейчас это поняла.
То, как он спокойно ест, выглядит по-взрослому.
Даже звуки пережёвывания тихие, чувствуется воспитанность.
Пальцы длинные, даже палочки держит красиво.
Даже вены на тыльной стороне ладони и те выглядят круто.
(Нет-нет-нет, я слишком пялюсь.)