Год спустя после происшествия я устроился кассиром в торговом центре. Теперь моя жизнь состоит из того, что я просыпаюсь, иду на работу, возвращаюсь, сплю — и по новой. Устроился на работу я не так давно: прошло уже три месяца. Остальные девять месяцев я ходил, подрабатывал где только мог — просто хотел, чтобы про меня немного забыли.
Скоро заканчивается моя смена. Меня вчера повысили, и теперь я остаюсь здесь до конца дня и закрываю двери. Здесь я подружился с парнем и девушкой — Марией Антоновой и Сергеем Анатольевичем. Они весёлые, иногда такое чувство, что они забыли, где работают. Возможно, это я просто такой мрачный, в прошлом не привыкший к такой жизни.
У меня мама работала стоматологом, имела свою клинику. А отец имел свою компанию по недвижимости. Вот бы услышать их голоса ещё раз… Я так скучаю.
— Миш, смена закончилась, не забудь выключить свет и закрыть двери. — Да, хорошо.
Забыл сказать: я переехал, чтобы меня было тяжелее поймать, и теперь живу в Москве, как и хотел. Большой город, в котором затеряться будет не проблемой.
После смены шёл я по тёмным переулкам, сокращая путь до своей квартирки. Здесь часто можно встретить быдланов и пьяных бомжей. Я не раз уже видел, как тут каких‑то людей грабили. Пока размышлял о другом, ко мне подошёл мужик.
От него несло алкоголем. Не было двух зубов. В левой руке — бутылка от водки.
— Дорогой, не будет денег в долг? У меня девушка в беду попала, нужно к ней срочно.
— Нет, нету.
— Брат, ну что ты пиздишь? Ну дай полторы тысячи!
Ахуеть… Я остолбенел, я был в ахуе от того, что такие люди реально существуют.
— Мужик, я же сказал, у меня нет денег с собой.
Он достал нож и направил его на меня.
— Да ну, брат, показывай карманы.
Сука… Я ему этот нож сейчас по глотке засуну.
— Мужик, может, не надо? Я реально говорю: нету у меня с собой денег.
Он резко вскочил в мою сторону. Я чуть присел, ударил его ногой. Он немного пошатнулся, из руки выпал нож. Я посмотрел на нож, потом на него.
Я взял нож в руки. В голове пронеслись воспоминания.
Я пырнул его ножом в горло…
В глазах потемнело, голова кругом, и мысль в голове: «Чёрт, я его убил!»
Я только пришёл к нормальной жизни — без убийств и полиции. Ну почему опять…
Надо что‑то делать. Я вытащил воду из сумки, осмотрелся: рядом никого не было. Промыл весь пол, чтобы крови не было видно. Понятно, что от ДНК не избавиться, но хотя бы не будет заметно.
У меня есть идея. Я недалеко ушёл от работы — можно его туда отнести, а потом уже там с ним разобраться. Там как раз уже месяц не работают камеры.
Закинув мужика на спину и делая вид, что он просто пьян, я пришёл на место и положил его на стол. Поскольку я работаю в «Синнабоне», там была мини‑кухня.
Я взял шесть мешков для мусора, нож, надел перчатки, промыл всё его тело, чтобы не оставлять отпечатков. «Курица!» — вспомнил: при разделке человека идут те же этапы, что при разделке курицы. Я достал телефон, загуглил и по инструкции начал работу.
После всей грязной работы положил всё в мусорные мешки, надел маску и понёс их. Я помню, что за два часа езды отсюда есть лес.
Взяв каршеринг, я отправился в сторону леса, купил химикаты, розжиг и так далее. Спустя три часа приехал на точку, выложил тело на траву, облил его полностью химикатами и разжёг. Оно горело синим пламенем — так сильно, что я начал вспоминать, каково это — снова совершить убийство.
Никогда не забуду тот день. А ведь весь этот кошмар произошёл за четыре дня. Понадобилось всего четыре дня, чтобы я испортил всю свою жизнь…