Уроки этикета.
Глава 12 из 26
Настройки чтения
18px
1.8
1

Уроки этикета.

Глава 12

Уроки этикета.

«Из той клубники, которую передал Рэм, можно приготовить отличный пирог».

Нэлли решила испечь десерт для императрицы. Она часто готовила такие пироги в кафе своей мамы, но с тех пор прошло немало времени. Теперь у неё в личных закромах была мука и все необходимые ингредиенты, а значит, можно было приготовить настоящий ароматный пирог.

Она аккуратно раскатала песочное тесто и выложила его на дно чугунной сковороды. Поверх ровными слоями разложила свежие ломтики клубники и обсыпала их сахаром, который заранее настояла с ванильным стручком. Этот запах, сладкий и тягучий, наполнял кухню, привлекая всех вокруг.

Сверху Нэлли раскрошила остатки теста, а затем отправила пирог на огонь, вытирая руки о фартук. Глядя на печь, девушка задумалась: а вдруг стоило бы остаться здесь и открыть свою пекарню? Заниматься выпечкой, а не искать бесконечные ответы на свои вопросы…

Её размышления прервал звук шагов.

— Ты и правда готовишь десерты для императрицы? — Айза заглянула на кухню, бросив взгляд на печь.

От неё пахло табаком. Видимо, она только что закончила курить.

— Я ведь не врала тебе, — Нэлли усмехнулась.

Айза забрала с полки разделочную доску и принялась нарезать овощи.

— Почему ты сегодня не ушла? У тебя ведь выходной. - спросила Нэлли.

— Скоро отпуск, — Айза пожала плечами. — Решила, что лучше поработаю и подзаработаю побольше денег.

Нэлли внимательно посмотрела на неё, затем, недолго думая, спросила:

— А зачем тебе деньги?

Айза замерла на мгновение, будто оценивая, стоит ли отвечать, но затем продолжила резать овощи.

— У меня есть брат. Старший. И я о нём забочусь.

Нож в её руках двигался уверенно, без единой дрожи, но что-то в её голосе заставило Нэлли почувствовать печаль.

— Он болеет. Не может говорить и мыслить, как взрослый человек. Вся его жизнь зависит от меня.

— Прости, — тихо сказала Нэлли.

Айза покачала головой:

— Не извиняйся. Я ведь сама тебе рассказала.

Её голос звучал, почти без эмоций, но за этой сдержанностью пряталось слишком многое.

Во время войны Айза потеряла дом. Пожар уничтожил всё, что было ей дорого. Тогда она забрала брата и отправилась в столицу, где нашла учреждение, готовое принять его и ухаживать за ним. Сама же Айза устроилась во дворец, сначала горничной, потом кухаркой. Теперь вся её жизнь крутилась вокруг одной цели — работать, чтобы у брата было всё необходимое. И, похоже, на себя у неё уже не оставалось ни времени, ни сил.

За всеми этими разговорами прошло немало времени, и пирог был готов.

Нэлли вынула его из печи, подождала, пока он немного остынет, а затем переложила на красивый металлический поднос. Осталось лишь отнести его императрице.

Комната Мари не была похожа на рабочий кабинет. Светлая и чистая комната с нежно-голубыми стенами и розовыми диванчиками. Даже рабочего стола в комнате у императрицы не было, ведь для её части работы скопление бумажек и расписывания огромных полотен, писем не предусмотрено.

Её слова хорошо записывал и реализовывал Лука, и больше она не хотела ни с чем связываться. Она была женой императора, и это было её работой, не более. Только маленький кофейный столик окружал диванчики и намекал на то, что Мари очень любила чаепития и гостей. С ними было намного веселее, чем сидя в своей комнате каждый день.

— Добрый день, госпожа Мари. Я могу войти? — Нэлли остановилась у двери, держа поднос перед собой.

Императрица повернулась к ней и тут же оживилась.

— Нэлли! — воскликнула она. — Что ты приготовила на этот раз?

Её глаза загорелись, а в голосе зазвучало детское нетерпение.

Девушка поставила поднос на стол и осторожно убрала салфетку, открывая пирог.

— О, это великолепно! — Мари ахнула, любуясь десертом.

Императрица прыгала от счастья по комнате в ожидании, когда Нэлли покажет, что же скрывается за её спиной. Нэлли поставила поднос на столик и, убрав тканевую салфетку, показала свой клубничный пирог. Императрица не встречала настолько красивых пирогов в своей жизни, и она ходила вокруг него, боясь взять кусочек и испортить его внешний вид. Всё же Мари себя переборола и, сев на диван, взяла кусок пирога. От ванильно-клубничного пирога сводило все вкусовые рецепторы, и императрица, пытаясь не пускать слюни на пол, стала поедать этот кусочек.

- Я в восторге! Как это вкусно! – императрица восхваляла пирог и благодарила девушку за столь вкусное произведение.

Съев пару кусочков, Мари промокнула свои губы от крошек своим шелковым платком и сказала:

— Это потрясающе, — вздохнула она с блаженной улыбкой.

А затем вдруг спросила:

— Нэлли, а не хочешь стать моей личной прислугой на время?

Девушка замерла.

— А что с вашими прежними служанками?

— Они… начали увольняться, — императрица грустно улыбнулась. — Кто-то ушёл в другие части дворца, кто-то решил, что служба не для него… В общем, мне нужна помощь.

Нэлли задумалась, но спорить с императрицей было не лучшей идеей.

— Я буду рада побыть вашей правой рукой, госпожа – девушка просто подчинялась тем правилам, что существовали тут, и перечить императрице было слишком опасно.

— Прекрасно! Тогда завтра жду тебя у себя.

Так началась её новая жизнь. Теперь Нэлли почти не работала на кухне — только если хотела испечь что-то для себя или для императрицы.

Поскольку госпожа Мари доверяла Нэлли, она поручила ей заниматься мелкими вопросами, которые адресовывались императрице по её статусу. Теперь девушка хорошо разбиралась в титулах и иерархии знатных особ.

А в преддверии собрания глав стран, которое собирался устраивать император, это знание оказалось особенно полезным. Подготовка мероприятия легла на плечи Мари: ей предстояло организовать зал, найти музыкантов и позаботиться о достойных условиях для гостей. Как же вовремя Нэлли стала её личной служанкой!

От такого объёма информации у неё буквально пухла голова, и она всё сильнее мечтала вернуться на свою родную кухню, где всё было просто и понятно.

— Тэро! — возвращаясь в кабинет императрицы, девушка заметила знакомого охранника и, не сдержав улыбки, окликнула его. — Эй, Тэро! Обернись!

Парень, заметив её, чуть смутился.

— Ой, Нэлли, давно не виделись.

— Как твои дела?

— Пока меня перевели в императорскую часть, тренируюсь вместе со всеми, — пожаловался он, потирая затылок. — Честно? Хотелось бы, как раньше, просто охранять тебя... Представляешь, пару дней назад мне так врезали на тренировке, что я полдня встать не мог!

— Ужас, Тэро! — ахнула Нэлли. — Береги себя. Рано или поздно императрица найдет себе новых служанок, я вернусь на кухню, а ты снова будешь сторожить меня.

— Скорее бы… — тяжело вздохнул охранник.

Он хотел было продолжить разговор, но командир уже окликнул его, отправляя на очередную отработку боевых навыков.

«Да уж, не повезло парню… А может, наоборот, к лучшему – научится быть выносливее», — подумала Нэлли.

Вспомнив, что в её руках всё ещё письма от музыкантов, желающих выступить после совещания, Нэлли спохватилась и поспешила передать их императрице.

— Нэлли, как тебе предложение немного поучиться этикету? — вдруг спросила Мари, наблюдая, как девушка совершенно неэлегантно пьёт чай. — Совсем скоро в страну прибудет много влиятельных людей, и ты, как одна из прислуг императрицы, должна показать себя утончённой леди.

Нэлли поморщилась.

— А можно мне просто не присутствовать на этом мероприятии?

Ей совершенно не хотелось вникать в премудрости этикета, а уж тем более появляться среди важных персон.

— Боюсь, выбора у тебя нет, — с улыбкой констатировала неприятный для Нэлли факт госпожа Мари.

Раз так, императрица с воодушевлением приступила к обучению. В библиотеке она выбрала одну из популярных книг по этикету и правильному общению с мужчинами под названием «Код общения». Да уж, глядя на то, как неформально Нэлли разговаривала со всеми вокруг, ей определённо не мешало бы её прочитать.

Мари начала с самых азов, ведь даже от умения правильно здороваться формировалось впечатление о человеке. Но, несмотря на свою привычку говорить напрямик и не всегда следовать нормам вежливости, Нэлли вовсе не была так уж безнадёжна. В своё время ей пришлось научиться красноречию и умению держать лицо – иначе не пройти кастинг. Правда, на работу её в итоге так и не взяли… Чёрт.

Императрица с искренним восхищением хвалила девушку за успехи, а сама Нэлли лишь мысленно отсчитывала минуты до конца дня, мечтая о том, как вернётся в свою комнату и, наконец, отдохнёт.

— Возможно, тебе придется много общаться с иностранными гостями, поэтому речь должна быть четкой и спокойной, чтобы все могли тебя понять. Ни в коем случае не выдаем лишних эмоций и мило улыбаемся каждому, — за время обучения императрица расцвела и стала настоящей дружелюбной хохотушкой.

«Я больше не могу-у-у!»

Чего нельзя было сказать о Нэлли. Бледная и измученная девушка сидела на кушетке и записывала все правила настоящей воспитанной дамы, что ей диктовала госпожа. Как же сильно ей хотелось вернуться на кухню!— Госпожа Мари, а есть информация, когда пройдет данное мероприятие? — Нэлли хотела отвлечься хотя бы на пару минут.— Пока никто не знает. Многие страны еще не подтвердили своё участие. Нэлли, может ты хочешь приготовить какой-нибудь вкусный десерт мне?

— Хочу! Очень хочу! — это был шанс для Нэлли сбежать от императрицы хотя бы на время.

Девушка бежала на кухню, едва сдерживая счастливые слёзы. Она, конечно, по-своему любила императрицу, но после десяти дней, проведённых рядом с ней, мечтала наконец свободно передвигаться по дворцу и делать то, что хотелось только ей. В этот момент ей даже стало жаль Луку, который целыми днями бегал от кабинета к кабинету без единого перерыва.

«Надо бы сходить на рынок и пополнить запасы…» — подумала Нэлли, порывшись в своём сундуке с припасами для десертов. Однако, увидев, что там ещё оставались нужные продукты, она решила приготовить пирожки с вишней. Вишня как раз полностью созрела — самое время использовать её в выпечке.

Девушка отправилась в сад и нарвала полную корзину ягод. На обратном пути к кухне она заметила свою подругу Каю, которая перебирала высушенное бельё в компании ещё одной девушки. Девушки о чём-то весело хихикали.

— Привет, Кая, — поздоровалась Нэлли.

— Нэлли! Я так скучала по тебе! — Кая порывисто шагнула вперёд, собираясь обнять подругу, но, заметив корзинку с вишней, передумала — не хотелось испачкать императорское бельё вишнёвым соком. — Кстати, познакомься, это Лилит. Мы теперь работаем вместе.

— Очень приятно, — Нэлли внимательно посмотрела на девушку, и её лицо показалось ей до боли знакомым. — Ты ведь раньше была служанкой госпожи Мари, верно?

— А, эм… да… — Лилит смущённо отвела взгляд и, нервно теребя чёлку, попыталась спрятать лицо.

— Вы все так быстро уволились. Почему? Теперь я работаю с императрицей одна, и, если честно, это ужасно тяжело.

— Так… так получилось, — пробормотала Лилит. Она и сама толком не знала причину своего перевода в стирку и не могла ответить на этот вопрос.

— Ладно, я пойду, — Нэлли опустила взгляд на вишню, из которой уже сочился тёмно-рубиновый сок, капая прямо на землю. Нужно было скорее идти на кухню, чтобы успеть приготовить пирожки. — Ещё увидимся!

Лилит была невысокой и обладала удивительно женственными, изящными движениями. Казалось, её руки плыли по воздуху, придавая её облику особую грацию. Чёрные волосы подчёркивали глубокий оттенок её ярко-зелёных глаз, а во взгляде читалась грусть, будто она была самой яркой звездой с тёмным, мрачным прошлым. Даже её имя словно отражало её тяжёлый, печальный взгляд — тёмная луна.

На улице стояла удушающая летняя жара, и за всё это время на небе не появилось ни одной тучки. Это было настоящей катастрофой: без естественного полива урожай мог просто погибнуть. Дворцовые сады и поля поливались ежедневно, поэтому на протяжении месяца на столах была свежая зелень и овощи, что радовало всех рабочих. Но вот у обычных фермеров ситуация была куда хуже. Без дождя их посевы находились на грани гибели, а оплатить воду могли далеко не все. К счастью, император распорядился выделить запасы воды для фермеров и простых жителей, хоть это и было серьёзным ударом по бюджету.

Тэро вместе с группой военных развозил огромные сосуды с водой по полям и садам, но энтузиазма это ему не прибавляло. Н он не мог выбирать себе работу — и так был самым слабым среди новобранцев. Единственное, чему ему оставалось радоваться, так это тому, что его ещё не выгнали из армии.

Нэлли замесила тесто и перебрала вишню, удаляя косточки. Затем она щедро засыпала ягоды сахаром, позволяя начинке напитаться сладостью. Девочки на кухне с интересом наблюдали за тем, как Нэлли придумывает такие необычные десерты, но для самой девушки эти пирожки были самым обычным лакомством из её прошлого.

Когда тесто подошло, Нэлли сформировала пирожки и отправила их в печь. Оставшуюся вишнёвую начинку она отдала девочкам, и те с удовольствием слопали её, буквально вылизав миску. Когда выпечка была готова, девушка отложила пару пирожков для кухарок, которые пришли в восторг от её кулинарного мастерства, а остальное отнесла императрице.

Один вопрос не давал Нэлли покоя — неужели госпожа Мари и правда съедает всё, что она приносит? Ведь она готовила большие пироги и десерты. Разве можно столько есть сладкого и не поправляться?

Принеся пирожки в покои императрицы, девушка с удивлением наблюдала, как госпожа Мари с удовольствием поглощает выпечку, запивая её ароматным зелёным чаем.

— Я рада, что вам понравилось. Госпожа Мари, могу я отойти и прибрать кухню за собой? — спросила Нэлли. Она и сама хотела съесть пирожок, который оставила на кухне.

Императрица кивнула, отпуская девушку, и та радостно побежала обратно.

К обеду кухарки пригласили Нэлли поесть вместе с ними, и она наконец смогла хоть ненадолго расслабиться. Здесь не требовалось соблюдать официальный тон, можно было просто поболтать с девочками. Правда, Айза уже уехала в отпуск, и Нэлли не успела с ней попрощаться. Зато она услышала все свежие сплетни столицы.

Нэлли и рада бы остаться с кухарками подольше, но ей пришлось вернуться к императрице. Всё же она была её служанкой и должна была помогать госпоже во всём.

Когда девушка вернулась в комнату к императрице, она извинилась за долгое отсутствие, но госпожи Мари на месте не было. Зато она увидела принца Рэма, который как раз поедал её вишневые пирожки!

— Очень вкусно, — сказал Рэм, сидя на диване, закинув ногу на ногу и облизывая пальцы после пирожка. — Наконец-то я попробовал твои сладкие творения, которые восхваляла мама.

— Очень рада, что тебе понравилось. Где госпожа Мари?

— Она обедает, но попросила подождать её здесь, а пирожки оказались как раз ко времени.

Нэлли прошла вглубь комнаты и почувствовала запах алкоголя. Её возмутила привычка принца постоянно пить, и она решила выразить своё недовольство.

— Я и не знала, что принц великого императора настоящий алкоголик.

— Как ты смеешь так со мной говорить?! — возмутился Рэм и вскочил с дивана. — Я не алкоголик!

— Поэтому каждый день ходишь с перегаром по всему дворцу? Тебе самому нравится выглядеть как свинья?

— Замолчи! Не смей со мной так разговаривать! — принц кипел от злости и подошёл близко к девушке. Но Нэлли лишь сложила руки на груди и продолжила говорить.

— Мне противны пьяные люди, и, если ты продолжишь стоять так близко, я закричу, — Нэлли была непреклонна. — Сколько ты пьёшь? Недели три? А что дальше? Превосходно, принц Рэм. Нравится проводить свою жизнь в алкоголе?

— Ты ничего не знаешь, чтобы мне говорить подобное, ты совершенно глупая дура! — возмущался Рэм, собираясь уходить. Но как раз в этот момент в комнату вернулась императрица.

— Что у вас тут происходит? — обеспокоилась госпожа Мари.

— Всё хорошо, мама, я уже ухожу, — Рэм резко сбросил свой гнев, как только его мать вошла, и быстро вышел, хлопнув дверью.

Нэлли нисколько не задели слова принца. Она понимала, что в нём говорил алкоголь. Из-за работы в клубе она перестала терпеть пьяных людей, и сама давно отказалась от алкоголя. Поэтому тот факт, что Рэм пил несколько недель подряд, вызвал у неё гнев.

Возможно, если бы Рэм был для неё менее близким человеком, она бы не обращала внимания на его пьянство. Но тут Нэлли задумалась: когда он стал для неё настолько близким, чтобы о нём переживать?

— Ты прости его, он очень вспыльчивый парень, — сказала Мари, садясь на диванчик, где только что сидел Рэм, и заварив себе чашку чая. — Я хочу сказать тебе спасибо, на самом деле.

— За что, госпожа Мари?

— За то, что дружишь с моим сыном. Его многие боятся, и я рада, что хотя бы ты с ним общаешься. Он хороший человек, по правде, и подобен розе. Снаружи он колюч, не подпускает никого, а внутри — безумно нежный мальчик. Мой сынок… — в голосе Мари звучала грусть. Возможно, она о чём-то сожалела, что-то связано с Рэмом, но Нэлли так и не узнала, что именно.

— Госпожа, я не считаю его плохим человеком, — сказала Нэлли, решив сменить тему. — Может, мы продолжим обучение этикету? Напомните, как правильно приветствовать гостей?

Императрица, словно выбравшись из своих грустных мыслей, снова сосредоточилась на обучении девушки. Мари начала заново показывать, как правильно держать спину и ходить, снова погружая Нэлли в мир грации и изящества. Вот где была настоящая работа для девушки, а не на кухне, среди горячих плит и ароматов сладких пирогов.

назадназад
1 ... 10 11 12 13 14 ... 26
впередвперед