Глава 227: Кристаллы Физза
Глава 232 из 595
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 227: Кристаллы Физза

Глава 232

Глава 227: Кристаллы Физза

Глава 227: Кристаллы Физза

На следующий день я готовилась сосредоточиться на долгосрочном планировании. Мне также нужно было доставить письма Маркуса и показать маму врачу. В конце концов, она так и не восстановилась в умственном плане. Я потратила годы, исцеляя её, но ей не становилось лучше. Я хотела знать, почему так происходит.

К счастью, у меня был способ решить всё сразу.

Мне нужно было пойти к врачу, которого рекомендовал Маркус.

С этой мыслью я первым делом купила новый комплект одежды. После нашего путешествия в Дамилиус я выглядела как попрошайка. Я приняла ванну и привела себя в порядок, но одежда, если не считать этого, выглядела так, будто побывала в зоне боевых действий. От неё пахло как из канализации. Я была благодарна за то, что у моего платья была способность к самоочищению, потому что другой одежды у меня сейчас не было.

Пока я выбирала себе новый наряд, я также купила всем остальным что-нибудь из одежды. Может, они и не сидели идеально, но, по крайней мере, выглядели прилично. Это истощило большую часть денег, которые дал нам Маркус, но у меня всё ещё оставалась моя доля, которой хватило бы на врача и еду. Поэтому я взяла маму и отправилась на поиски подруги Маркуса, врача из Винтеллы.

Потребовалось некоторое время, чтобы найти дорогу на улицах. Спустя час ходьбы мы стояли перед небольшим, ярко освещённым кабинетом врача недалеко от университета алхимии. Вывеска снаружи гордо гласила, что мы собираемся войти в Общую клинику доктора Триш.

Я глубоко вздохнула, прежде чем открыть дверь и провести внутрь маму.

— Здравствуйте? — спросил мужчина, сидевший за столом. — У вас... запись? — Он посмотрел на мою маму, а затем нахмурился в замешательстве. — Мэм? Если... срочно, вам лучше... обратиться к врачу неотложной помощи.

— У меня нет записи, — сказала я. — Мы недавно в этом районе. Это не срочно. — Я подавила желание нахмуриться. Вчера вечером со Старым Мо я выучила больше дамилианского языка, а также фразы, необходимые для посещения врача. Но я всё ещё понимала не всё, что говорил регистратор.

Регистратор, казалось, удивился тому, что заговорила я, а не моя мама. Он перевёл взгляд с неё на меня.

— Это... срочно? Она...? — спросил регистратор. В этот раз он осмотрел маму гораздо более критически. Казалось, его встревожило то, что он увидел.

— Я надеялась попасть к доктору Триш, но это не срочно, — сказала я, стараясь не запинаться. Моей маме не стало лучше даже после двух лет исцеления. Я сомневалась, что несколько часов что-то изменят.

Регистратор нахмурился. — Она... мать? Или... сестра? Она... кажется...

Я вздохнула. — Она моя мама. Она... э-э... — я попыталась вспомнить слово «была», но в голове была полная пустота. — Она так долго уже. — От собственной грамматики я поморщилась. Сейчас я говорила как пещерный человек. Первое, что мне нужно было сделать — выучить правильный дамилианский.

Регистратор начал хмуриться, а затем посмотрел на меня.

— Вы не... дамилианский?

Я потратила несколько секунд, пытаясь разгадать смысл, прежде чем покачала головой.

— Не очень. Плохо говорю. Стараюсь.

Регистратор присмотрелся ко мне чуть внимательнее, а затем кивнул. Когда он заговорил снова, он замедлил темп речи. Мне стало намного легче понять, что он говорит.

— Уверен, я смогу... время... Дайте мне минуту. — Регистратор прочистил горло и начал листать стопку бумаг. Через несколько мгновений его глаза загорелись. — Доктор Триш свободна... через два часа. Это подходит?

Я кивнула. — Звучит хорошо. Я пообедаю. Вернусь позже. Хорошо? Я Мириа.

— Конечно! — сказал регистратор, бросив на меня ещё один обеспокоенный взгляд. — Я записал... Теперь у вас есть запись. Вы... уверены, что... с мамой... всё в порядке? Она правда... выглядит хорошо. Опасно.

Я кивнула. — Два года. Ни лучше, ни хуже. Как всегда. Просто надеюсь, этот врач поможет.

Этот ответ, похоже, удовлетворил регистратора. Часть беспокойства исчезла с его лица, когда он услышал, что мама в таком состоянии уже давно. Затем он нахмурился и посмотрел на меня гораздо пристальнее.

— Ты... ребёнок?

— Мне шесть, — сказала я.

— У тебя... есть... родители?

— Старый Мо, — сказала я после минутного раздумья. Я была почти уверена, что регистратор спрашивает, есть ли у меня другой родитель. Старый Мо был для меня чем-то вроде отца. И я не хотела, чтобы регистратор волновался из-за шестилетнего ребёнка, бродящего без взрослых. Я могла позаботиться о себе, но он не мог этого знать.

Регистратор выглядел облегчённым после этого ответа. Я увела маму и ушла, прежде чем регистратор успел задать ещё какие-нибудь неловкие вопросы.

Я гуляла по улицам Винтеллы больше часа. Я быстро поняла, насколько Верн и Дамилиус отличаются друг от друга. В Дамилиусе было гораздо больше ресторанов, чем в Верне. На каждой второй улице было несколько ресторанов, в отличие от Верна, где они были редкостью. Моё представление о Верне было несколько предвзятым, так как я жила в трущобах. Но я всё равно была уверена, что плотность ресторанов там ниже.

Я также заметила, что в Дамилиусе много театров, а также несколько художественных галерей. Я не помнила, чтобы видела что-то подобное в Верне. Когда я спрашивала Анис, она говорила, что даже в районе среднего класса они встречаются редко.

Очевидно, Дамилиус уделял гораздо больше внимания искусству и культуре, чем Верн. Качество жизни людей в этой стране тоже казалось довольно высоким. Если у людей было время и деньги, чтобы часто ходить на спектакли, значит, здесь всё было не так уж плохо.

Небольшой опрос подтвердил это подозрение.

По-видимому, земли в Дамилиусе были очень плодородными возле самой большой реки в стране. Страна также была очень изолирована от остальной части континента. В результате Дамилиус тратил на армию гораздо меньше, чем большинство стран сопоставимого размера. Дамилиус вкладывал эти лишние деньги в искусство. Жители Винтеллы верили, что Дамилиус — это художественный центр мира. Я не знала, верят ли в это люди за пределами Дамилиуса, но это была интересная национальная идентичность.

Конечно, это не означало, что страну совсем не коснулись войны или завоевания. У Дамилиуса также было несколько колоний за морем и небольшая группа островов, где выращивали какао и сахар. У Дамилиуса всё ещё был достойный военно-морской флот и небольшая сухопутная армия. Но для страны такого размера военные расходы были низкими.

Погуляв час, я съела вкусное рыбное рагу в ближайшем ресторане и покормила маму.

После еды мы вернулись в клинику. Нам пришлось ждать всего пять минут, прежде чем я увидела, как из смотрового кабинета вышел старик. Регистратор тепло улыбнулся мне.

— Доктор Триш готова, — сказал он.

Я вошла в смотровой кабинет клиники, где увидела женщину лет двадцати с небольшим, стоявшую за стойкой. У неё были ярко-рыжие волосы, карие глаза и строгое, но тёплое выражение лица.

— Мириа, — сказала она, разглядывая меня. — Слышала, ты не очень хорошо говоришь на языке Дамилиуса?

Я кивнула.

— Тогда прошу прощения. Я не говорю на других языках. Если не знаешь слова, скажи мне. Я упрощу. Хорошо?

Я заметила, что она старается использовать очень простой словарный запас. На самом деле я поняла всё, что она сказала, и это было приятно.

— Ты доктор Триш? — спросила я. Она кивнула.

Я потянулась за письмами Маркуса. — От Маркуса, у меня есть письма!

— Маркус? — Доктор Триш выглядела потрясённой. Я быстро вытащила письма Маркуса из кармана. Доктор Триш посмотрела на конверты у меня в руках, и её взгляд смягчился. — Этот парень снова прислал мне письма, да? Спасибо, что... доставила их. — Она нежно погладила письма, прежде чем осторожно положила их в маленькую коробочку в глубине комнаты. Затем она повернулась ко мне и нахмурилась. — Я прочитаю... позже. Но почему он отправил письма с шестилетним ребёнком?

Я замолчала, пытаясь придумать, как объяснить обстоятельства нашего прибытия на ломаном дамилианском. Прежде чем я успела, она вздохнула.

— Неважно, узнаю, когда прочитаю. Сейчас у нас есть более неотложные дела. Это твоя мама? — она указала на мою маму.

Я кивнула и помогла усадить маму на смотровое кресло доктора Триш.

— Давай... её, — сказала она. Она начала задавать мне вопросы о том, когда и почему мама стала такой. Я ответила честно, рассказав о зависимости мамы от Физза и постоянном использовании моей целительской «способности», чтобы поддерживать её жизнь. Было немного трудно перевести некоторые мои слова на дамилианский, но после некоторого обмена репликами мы в основном поняли друг друга. В конце концов, она потратила несколько минут, ощупывая маму, проверяя её рефлексы и осматривая глаза. С каждым тестом её нахмуренность становилась всё глубже.

— Я... кажется, знаю, в чём проблема твоей мамы, но я хотела бы осмотреть её внимательнее, — сказала доктор Триш. — Есть определённое... что у многих долгосрочных зависимых от Физза... и, похоже, у твоей мамы это уже есть. — Затем она сделала паузу. — На самом деле, похоже, это должно было убить её уже давно. Я... твоя целительская способность поддерживала её жизнь гораздо дольше того момента, когда она должна была умереть.

Затем она открыла маме рот и вставила внутрь полоску какой-то бумаги. Она засунула две похожие полоски бумаги в обе ноздри мамы. Мама начала извиваться, и я вместе с доктором Триш на мгновение удержала её, чтобы она не вытащила бумаги. Наконец, доктор Триш вытащила полоски бумаги обратно.

Я уставилась на них и поняла, что все три бумажки стали ярко-синими.

Доктор Триш осмотрела кусочки бумаги, прежде чем кивнуть.

— Ага, это... оно. У твоей мамы... кристаллы Физза застряли в мозгу.

назадназад
1 ... 230 231 232 233 234 ... 595
впередвперед