Нас всего было двадцать два ребёнка.Двенадцать мальчиков и десять девочек.Хотя я был самым старшим среди них, мне было всего восемь лет.Остальные были ещё младше.Все мы жили в деревне не имеющей даже названия.Вспоминая это сейчас, я думаю, что те, кого мы называем дикарями и кто был изгнан из различных общин, скорее всего, и основали эту деревню.Я пришёл к этому выводу потому, что все взрослые в деревне выглядели примерно одного возраста — других поколений не было, а оставшиеся дети были примерно одной возрастной группы.Это место было похоже на солянку из самых разных семей.Среди тех, кто там жил, не было ни капли разумности или мудрости, поэтому мы неизбежно были вынуждены вести примитивный и нищенский образ жизни на грани существования.
Затем в один из дней в деревню пришли грабители.Они расстреливали всех взрослых. Это было похоже на тир. Их расстреливал с такой же точностью как и мишени.Затем они схватили оставшихся детей и забрали их с собой в качестве рабов.То, что нас пощадили и не убили, вовсе не означало, что к нам относились с какой-то добротой.На нас всех надели ошейники и сковали цепями в два ряда.Мы даже не успели понять, что происходит, и, пока мы находились в шоке, нас связали и стали таскать за собой, как скот.Мы были окружены со всех сторон: с каждой стороны шагали по пять бородатых мужчин.Это были те самые грабители, которые всё это устроили.Двадцать человек. Пятеро из них были вооружены.У нас не было никакой возможности сопротивляться или сбежать.— Не останавливаться!Кто-то ударил меня в спину.Я не стал оглядываться.Даже если бы я оглянулся, насилие всё равно бы не прекратилось.Я ни о чём не думал, я просто продолжал идти.Я не хотел думать о том, какая жизнь ждёт меня там, куда они нас ведут.Наше положение всё равно бы не сильно изменилось.Вот что я говорил себе.В бедных деревнях даже дети не освобождались от тяжёлого труда.Голод также был обычным делом.Мы всегда жили как рабы.Изменилось лишь то, что люди, отдающие приказы, сменились с наших родителей на этих грабителей.Именно так я пытался думать, но это не помогало.Глубоко в душе я скорбел по ним.Во мне всё кипело так сильно, что мне хотелось кричать.Но если бы я это сделал, они бы точно меня просто избили бы. Поэтому я не закричал. Мне приходилось терпеть.— Вставай! Умереть захотел?!Похоже, кто-то позади меня упал. Из-за этого движение всей колонны остановилось.В одно мгновение моя злость обратилась в их сторону. Я больше не мог держать её в себе.— Прекратите! — закричал я.Грабитель, пинавший упавшего ребёнка, посмотрел на меня с удивлением.В конце концов выражение его лица снова стало равнодушным, и он без единого слова достал мачете и медленно приблизился ко мне.Тогда я понял, что меня сейчас просто убьют.Но я продолжал свирепо смотреть на него.Затем мужчина поднял мачете.Если бы следующие события произошли на несколько секунд позже, меня бы без сомнения убили на месте.Один из грабителей, шедших позади, рухнул без единого звука.Затем грабители, находившиеся на нашем левом и правом флангах, упали один за другим.У всех троих было оружие.Всё произошло бесшумно.Через несколько секунд воздух сотрясли три последовательных выстрела.Хотя только сейчас я понял, что произошло, это были пули из высокоскоростной снайперской винтовки, летевшие со скоростью, превышающей скорость звука.— По нам стреляют! — закричал кто-то.Впереди всё ещё оставались парни с оружием.Головы тех двоих затем так же бесшумно раскололись на части.Они были буквально раздроблены стрелком.— Где они?! Откуда они стреляют?!Несколько человек попытались забрать оружие у своих мёртвых друзей.В следующий момент все они были застрелены один за другим.Стрелок был метким снайпером.— Кто-нибудь, подберите оружие!— Да сам ты его подбери, чёрт возьми!Мужчины кричали друг на друга, затаившись на земле.Снайпера нигде не было видно.Они даже не знали, с какой стороны он ведёт огонь.— Чёрт!Мужчина с мачете пополз по земле и потянулся к оружию.Пуля с ювелирной точностью пробила его голову, разорвав её, будто спелый арбуз.Всё тело мужчины забилось в конвульсиях, когда он умирал.Вскоре грабители бросились рассыпаться кто куда, пытаясь спастись.В конце концов все грабители сбежали, оставив там только нас — тех, кто был скован цепями.Мы не могли сделать ни шагу.У нас не было способа узнать, не являемся ли мы теперь мишенью.Всё, что мы делали — это просто стояли там, оцепеневшие.
Спустя несколько минут—В пространстве в нескольких метрах от нас появилось марево, похожее на мираж.В следующее мгновение что-то возникло из ниоткуда... это была девушка.Для нас, детей дикарей, что не знали о науке и технологиях, это казалось магией.— ...Ну надо же, в этот раз я действительно переборщила.У девушки был озадаченный вид, и она почесала затылок.— Пи!У ног девушки прижалась маленькая машинка красного цвета.
Именно так я впервые встретил её.
Курьер Филия.Именно так представилась девушка, когда освобождала нас от кандалов.Тогда мы даже не знали, кто такой курьер.Поскольку я был самым красноречивым среди всех детей, я стал с ней пробовать наладить контакт.И всё же, как человек, говорящий только на упрощённом языке глухой затерянной деревни, я не мог понять и половины из того, что она говорила.Но, по крайней мере, я был уверен, что она не собирается плохо с нами обращаться.Если бы она хотела нас убить, она бы уже сделала это, а если бы хотела взять в рабство, ей не нужно было бы снимать с нас кандалы.Каким бы необразованным я ни был, я, по крайней мере, понял это, поэтому стал молить её о помощи.Прямо на месте она развела костёр и накормила нас простой едой.
— То есть даже если я верну вас всех обратно в деревню, вы всё равно больше не сможете себя прокормить, верно?— Да... мы не сможем выжить сами по себе, — неуверенно ответил я на её вопрос.Остальные были слишком заняты поеданием каши, чтобы разговаривать.Впрочем, я и так был единственным в нашей группе, кто мог более-менее связно изъясняться.— Это... ещё.Семилетняя Исла прервала наш разговор, протягивая пустую миску.— Ещё порцию, да? Хорошо, — Филия улыбнулась и взяла поварёшку из котелка.Это подтолкнуло и остальных детей попросить добавки.Она с кроткой улыбкой накладывала им по очереди. Я же просить не стал.Я посмотрел на миску в своих руках.Там всё ещё оставалась примерно половина порции.Бешеный аппетит овладел мной, и я выпил остатки одним махом.Хотя мне было стыдно за то, что я ничем не отличаюсь от остальных, но я просто не мог больше сдерживать голод.Отчасти дело было в истощении, но ещё я никогда в жизни не пробовал ничего настолько вкусного.— Это вкусно.— Да это же обычные консервы. что вы обычно едите?— Орехи, иногда рыбу. Ещё траву, грибы... а когда совсем нечего есть — насекомых.— А землю вы не обрабатывали?— Нет. Взрослые говорили, что сначала пробовали, но быстро поняли, что из этого ничего не выйдет.— ...Быть человеком действительно непросто, да?— Э-э?— Да так, я просто вслух размышляю.
Утолив голод, некоторые дети свернулись калачиком прямо на месте и уснули.Они были без сил после тяжёлого пути.Филия, упёршись локтем в колено, подпёрла подбородок рукой и задумчиво протянула:— Неподалёку отсюда есть руины. Я часто использую их как базу, когда обшариваю эти места. Не скажу, что там комфортно жить, но у меня припрятаны кое-какие припасы. Хотите отправиться туда?У нас не было причин отказываться.Чтобы выжить вместе с другими детьми, мне была необходима помощь Филии.Хотя тащить за собой ораву слабых детей явно было обузой, но она вовсе не выглядела недовольной.Мне казалось, что в её облике есть что-то странное, какая-то несомненная тайна.Путешествие заняло около полумесяца.Место, куда мы пришли, было долиной.Это был живописный край с чистыми ручьями, протекающими среди гор.
— Где деревня? — спросила Исла. В её голосе слышалась нотка разочарования.Пейзаж был захватывающим, но вокруг простиралась лишь дикая глушь.— Сейчас вы её не видите, но, возможно, увидите прямо сейчас, — ухмыльнулась Филия, когда за её спиной проявилась железная дверь, скрытая в склоне горы.Это вызвало переполох среди всех нас.— Не нужно бояться. Это одно из самых безопасных мест, которые только можно найти в мире.С этими словами она пригласила нас внутрь комплекса.Дети онемели от зрелища, которое увидели впервые в жизни.— Это давний военный объект. Хотя он и небольшой, но я не думаю, что у вас возникнут проблемы с жизнью здесь на первое время.На базе было обширное подземное пространство, а также оборудование, необходимое для полного самообеспечения.Здесь имелся запас припасов, а неподалёку находился источник воды.Одежда тоже нашлась, хотя в основном это была взрослая военная форма.Затем Филия настроила систему гидропоники и доверила нам, детям, управление ею.До этого момента мы были похожи на полудикарей, ведя примитивную жизнь и поедая всё, что попадалось под руку, поэтому поначалу мы были растеряны из-за незнакомой нам работы.Но работать в помещении было безопаснее — это было куда лучше, чем блуждать по открытой местности в поисках пропитания.Все мы адаптировались к новой жизни с той гибкостью, которая присуща только детям.Как только наш быт наладился, Филия сразу же взялась за наше образование.Именно благодаря её обучению я стал тем, кто я есть сейчас.Учитывая то время, я думаю, что образование, которое мы получили, было едва ли не самого высокого уровня.Ни одно другое поселение не обладало бы столь высоким уровнем знаний.Филия использовала чётко структурированную учебную программу — уверен, именно такие программы в прошлом взращивали цивилизованных людей.Мы росли в среде, где были и чистая вода, и глубокие знания.Спустя несколько лет мы окультурились настолько, что могли читать и писать.Внутри группы каждый из нас взял на себя определенную специализированную роль.До этого момента Филия была поистине прекрасным лидером.Мы все полагали, что она всегда будет рядом и продолжит вести нас за собой.— Я — лидер?— Ага.— Но ведь у нас есть ты, Филия?— Я буду твоим советником.Я думал, это шутка. Это было слишком рано, как ни крути.Оказалось, она говорила всерьёз.Со следующего дня после того, как меня провозгласили лидером, ко мне стали поступать самые разные просьбы о помощи и советах.Я понимал: если ты хочешь расти, тебе необходимо пройти через трудности на практике.Вот почему я старательно работал.Я мог быть только благодарен за то, что под её руководством мне выпала такая возможность.И всё же, если честно, я хотел, чтобы лидером оставалась Филия.Тогда она была бы с нами навсегда.
Теперь, размышляя об этом, я думаю, что Филия с самого начала планировала кого-то поставить главным, сняв с себя эту роль.Она будто спешила дать нам образование, а также давала нам поручения, стимулирующие самостоятельность.Она была единственной, кто не пытался обосноваться на базе.Она заботилась о наших многочисленных нуждах, но никогда не выходила за рамки. Хотя она и помогала нам, она предпочитала, чтобы мы не заходили слишком далеко в своей привязанности к ней.К примеру, Филия никогда не учила нас тому, как «должно быть», как мать учила бы своего ребёнка. Вещам вроде того, что важно для человека и как важно заботиться о близких.Иными словами, я хочу сказать —Филия старалась избегать того, чтобы мы не стали её возвышать или считать матерью. Некоторые дети, вероятно, чувствовали дистанцию из-за такого отношения. Со временем, хоть и не из неприязни к ней, но они стали стремиться к большей независимости.В частности, Исла испытывала сильное чувство соперничества по отношению к Филии.Она воспринимала её уроки как вызов и была твердо намерена учиться.Вот почему Исла добилась лучших результатов среди старших учеников.Когда ей было девять, она начала с запоем читать труды по электротехнике.Должно быть, она чувствовала необходимость побыстрее овладеть этими знаниями.Я же, с другой стороны, нарабатывал опыт в качестве руководителя.Однако, если судить о себе только по успеваемости, я был в лучшем случае вторым или третьим с конца, и, в отличие от Ислы, у меня не было ничего, что можно было бы назвать моей специализацией. Я не был самым талантливым.Однажды я обсудил это с Филией.В то время меня это сильно угнетало.— Одна из причин в том, что ты самый старший, но другая причина — ты самый спокойный и сговорчивый из всех. Ты создан для того, чтобы быть гибким лидером.Моё лёгкое чувство неполноценности растаяло, как снеженка на ладони.Некоторые из тех, кто был остёр на язык, говорили мне: «Лев — собачка Филии» — и смеялись, что меня задевало, но со временем я перестал переживать.Я знал, что мне нечего стыдиться.Вот так основа государства, состоящего сплошь из детей, становилась всё крепче.Ссорам и неприятностям не было конца. Иногда дело не обходилось даже без драки.Но, несмотря на всё это, это всё равно было счастливое детство.