Масава Ицуки находился на кухне кофейни, готовясь к наплыву вечерних посетителей.
Он тщательно вымыл и продезинфицировал руки, бегло проверил духовку и аппарат для взбивания молока, а затем переложил замороженный баскский чизкейк в холодильник на разморозку.
На магните-стикере, прилепленном к дверце холодильника, красовалось главное блюдо сегодняшнего дня.
Карамельный пудинг.
Именно с него он когда-то начал свое обучение у госпожи Моризуми.
Теперь же он превзошел учителя.
Масава Ицуки замешал порцию пудинга, после чего поставил духовку разогреваться до 180 градусов.
Закончив с приготовлениями, он вышел из подсобки.
На барной стойке уже стояла чашка свежесваренного кофе для господина Моризуми, от которой поднимался легкий парок.
Масава Ицуки взял чашку – пенку украшал аккуратный рисунок в виде листочка.
Сделав маленький глоток, он ощутил глубокий аромат кофе в сочетании с идеальной, ненавязчивой сладостью.
Господин Моризуми варил кофе потрясающе: даже Масава Ицуки, не отличавшийся тонким вкусом, легко чувствовал разницу с магазинным растворимым пойлом.
Допив кофе, Масава вымыл чашку.
Время подбиралось к семи вечера.
Приближался вечерний час пик.
Вскоре в дверях показались первые посетители.
Масава взял на себя прием заказов, а если кому-то требовались фирменные десерты, он тут же перевоплощался в кондитера.
Пока госпожа Моризуми была в отъезде, за всю выпечку в кофейне отвечал исключительно он.
Профессиональный уровень выпечки позволял ему справляться без труда – находились даже те, кто захаживал сюда специально ради его сладостей.
Разобравшись с заказами постоянников, Масава принялся убирать со столиков грязную посуду.
У двери мелодично зазвенел колокольчик.
В заведение вошла девушка в длинном пальто и темных очках.
Та самая гостья, что заглядывала сюда ради его десертов, пожаловала и сегодня.
С подносом в руках Масава случайно встретился с ней взглядом через темные стекла очков, и она едва заметно кивнула в знак приветствия.
Девушка уселась за свой излюбленный столик у окна. Убрав посуду, Масава подошел к ней.
— Госпожа Синева уже давненько у нас не появлялась, — с дежурной улыбкой произнес Масава Ицуки.
— Да… в последнее время навалилось много работы.
В голосе девушки сквозила легкая усталость.
Звучал он прохладно, но приятно – закрывая глаза, можно было легко представить скрытое за очками лицо, холодное и прекрасное, словно у легендарной снежной женщины.
Среди всех посетителей кофейни «Моризуми» госпожа Синева определенно была самой необычной.
Масава Ицуки познакомился с ней прошлым летом, в один из знойных августовских вечеров.
Тогда господин Моризуми покинул кофейню пораньше, заведение закрыли досрочно, и Масава как раз наводил порядок в залах.
В тот момент в дверь робко постучала хрупкая фигурка.
— Извините… у вас можно перекусить?
На госпоже Синеве красовались ее фирменные темные очки, открывавшие лишь безупречный овал нижней части лица.
Масава уже собирался сказать, что кофейня закрыта, но, услышав ее слабый голос, проглотил готовый сорваться ответ.
— …Мне срочно нужно что-то сладкое, у меня упал сахар, — донесся с синеватых губ еле слышный шепот.
Масава на секунду замялся.
— Прошу прощения, бариста уже ушел, но если вас устроит, я могу заварить кофе и приготовить какой-нибудь десерт сам.
— Спасибо. — Девушка с облегчением выдохнула и опустилась за угловой столик.
Масава с помощью кофемашины сварил для нее мокко: до мастерства шефа было далеко, но с базовыми функциями он справлялся.
В придачу он угостил ее свежеприготовленным карамельным пудингом – тем самым, рецепт которого только-только освоил.
P> Помимо хозяина и госпожи Моризуми, никто еще не пробовал его выпечку, так что она стала его самой первой клиенткой.
Тихо поблагодарив его, девушка молча принялась за кофе и пудинг.
Было заметно, что пить кофе она не привыкла – в чашку отправилось порядочно кленового сиропа и молока.
Зато когда она зачерпнула ложечку пудинга, рука ее на мгновение замерла. Так и застыв с поднесенной ко рту ложкой, она выглядела совершенно ошеломленной.
Она молча доела лакомство и отложила приборы.
— Скажите, у вас найдется еще порция пудинга? Я бы хотела взять с собой для друзей.
— К сожалению, пудинг – это не полуфабрикат, я делаю его на месте, и лишних ингредиентов на сегодня не осталось. Если вам по вкусу, в следующий раз смело приходите с друзьями, — строго по инструкции ответил Масава Ицуки.
Девушка немного помолчала, кивнула, рассчиталась и ушла.
С тех пор она превратилась в постоянную гостью.
Заглядывала нечасто – где-то раз в пару месяцев, но каждый раз неизменно требовала, чтобы десерт для нее готовил именно Масава Ицуки.
Однажды из-за рабочей запарки он случайно подал ей торт, испеченный госпожой Моризуми. Девушка тут же подзвала его и недовольно бросила:
— Твой вкус изменился.
— Что? — Опешил Масава.
— Попробуй сам. — Она подвинула к нему тарелочку с отломанным кусочком торта.
Масава растерялся, но раз уж клиентка явно не шутила, рискнул попробовать.
И тут же понял: перепутал. Это был образец, который готовила госпожа Моризуми – баланс кислинки и сладости в нем был куда более зрелым.
Лишь благодаря профессиональным навыкам он обладал столь тонким восприятием.
Он никак не ожидал, что девушка тоже способна уловить эту разницу.
Извинившись за оплошность, Масава заменил десерт на тот, что приготовил сам.
Эмоций из-за черных очков разглядеть было не получалось, но то, как у нее забавно двигались щечки во время еды, выдавало полное удовлетворение.
После этого случая Масава стал относиться к ней внимательнее, и постепенно они начали перекидываться парой фраз.
Чтобы не путать ее с остальными клиентами, девушка разрешила называть себя просто «Синева».
С тех пор Масава Ицуки звал ее не иначе как «госпожа Синева».
Сейчас же госпожа Синева изучала меню, и в ее голосе сквозило странное, ничем не обоснованное воодушевление.
— Сегодня главным десертом идет карамельный пудинг?
— Да.
— Тогда я возьму его, — уголки губ госпожи Синевы изогнулись в загадочной улыбке. — А из кофе… пусть будет мокко. С сахаром.
— Секунду, я сейчас. — Масава записал заказ, предупредил господина Моризуми насчет сладкого мокко и скрылся на кухне.
Заготовки для пудинга уже дожидались в камере шоковой заморозки. Он достал охлажденную порцию, щедро посыпал сахаром и расплавил его с помощью кулинарной горелки.
Профессиональный навык позволял ему творить чудеса: карамель застывала на поверхности причудливой снежной сеточкой, выглядя потрясающе.
Закончив с пудингом и поставив его вместе с кофе на поднос, Масава отнес заказ к столу госпожи Синевы.
Та была без ума от его сладостей, но к кофе относилась равнодушно – видимо, здешняя бурда ей не особо нравилась.
В тишине расправившись с кофе и десертом, госпожа Синева внезапно произнесла:
— Послушай, парень, не думал сменить работу?