— Сегодня, второе марта. Сборная по футболу Казахстана победила сборную Намибии со счётом 6:7. Самым же лучшим игроком сборной Казахстана стал Мега Розыбакиева…
Мать Артура выключила телевизор. После вчерашнего скандала, который закатила мать Артура, он чувствовал себя не в своей тарелке. Да и мать не хотела смотреть на своего сына. Она лишь молча листала ленту.
— Мам?
— Что?
— Нет, ничего.
Артур молча доел завтрак и ушёл.
***
Войдя в аудиторию, Артур заметил, что тут сидит только одна студентка. А именно — Кальяда Риверо, напротив парты препода. Из-за того что мать не стала его торопить, как она это обычно делает, он чуть не опоздал на занятие. Но атмосфера для Артура в аудитории была чуть мягче, чем дома.
Он сел на пустое место рядом с выходом. Через какое-то время в аудиторию вошёл тот самый декан с одним преподавателем. С виду средних лет, с неухоженными и растрёпанными волосами, с помятой рубашкой и с галстуком.
— Что-то много вас сегодня, — саркастически сказал декан.
Артур неловко посмеялся, а Кальяда не реагировала, лишь смотрела вбок, разглядывала стену.
— Георгий Садыков, вы точно уверены, что это та самая учебная группа? — волнительно сказал преподаватель.
— Я уверяю вас, Кеннеди Браун. Эту группу я лично создал буквально вчера. По приказу. И готов лично познакомить с каждым участником. Ведь каждого из них по случившимся обстоятельствам я выбирал сам.
На слова декана Кеннеди Браун лишь молча кивнул. Но никто в аудитории не думал говорить, пока через 15 минут не вошёл один студент.
— Извините за…
— Заходи, — сказал декан, перебив его.
Со стороны для Артура он был таким… не от мира сего. Поведение его было странным, говорил как-то с акцентом, одевался в кожаное, с чёрными очками. Волосы торчали дыбом, чёрного цвета, но было видно, что он когда-то красил волосы в оранжевый. Глаза карие. Носил джинсы. Но его лицо показалось знакомым Артуру.
Этот загадочный тип сел на последнюю парту, а после него зашли ещё две студентки.
Они были одеты абсолютно одинаково: в платья-рубашки чёрного цвета. Причёски у них тоже были одинаковыми — волосы уложены, «мальвинка», одним словом.
Никто не понимал, зачем их собрали, даже препод. Все сели как попало.
— Давайте познакомимся друг с другом. Есть желающие стать первым? — любезно произнёс декан. Но все молчали. — Вижу, вы очень рады этому. В таком случае будем идти по списку. Кхм. Сейтшелина!
Из этой толпы студентов две близняшки обратили внимание на декана, но не знали, какой из них стоит вставать. Увидев это, декан продолжил:
— Сейтшелина Аружан!
Одна из близняшек встала.
— Представься.
— Меня зовут Аружан. Я учусь на актёра, мечтаю стать знаменитой.
Сидящая рядом близняшка начала громко хлопать в ладоши… Потом перестала. Никто не стал её поддерживать.
— Дальше. Сейтшелина Аяжан.
— Все-ем приве-т! — Она всем помахала рукой. — Меня зовут Аяжан, и я учусь то-оже на актёра.
Она села на своё место так же быстро, как и произнесла свои слова.
— Палматский Се… Се?
— Всем здравствуйте. Меня зовут Сецилиум. Я учусь на писателя.
— Так, подождите, Георгий Садыков. Почему в этой группе… актёры и писатели? Я же преподаю сценаристам, — в недоумении сказал мистер Браун.
— А вот эти оба по обе стороны аудитории — как раз те самые сценаристы. Представьтесь по очереди.
Первой стала Риверо.
— Меня зовут Риверо Кальяда. Я учусь на сценариста.
—… А теперь ты.
— Я Коршего Артур. Приятно познакомиться. Тоже учусь на сценариста.
Артур сел на место, а препод шёпотом начал разговаривать с деканом. Но их разговор всё равно было прекрасно слышно тем, кто сидел на первых партах.
— Георгий Садыков, мне кажется, объединять учеников разных факультетов в одну и ту же группу — это плохая затея.
— Пользователь Георг… — Декан в спешке достал телефон и вырубил весь звук. — Ну смотрите, вы что преподаёте, Кеннеди?
— Я — актёрское мастерство и сценарные искусства. Но разве нам не стоило хотя бы сортировать таких студентов?
— Ну, вот тут есть и актёры, для которых это важно, и сценаристы, для которых важно мастерство актёрское этакое. Уметь писать сценарий для них и для писателя. Как раз там вместе будете, и им всё равно суждено вместе работать.
— Но то, как я преподаю сценаристам и как актёрам — это две разные вещи. У них программы разные и степень сложности. Я не говорю, что приказ правительства… это плохая затея. Но, Георгий Садыков… Вы же…
Декан положил руку на его плечо:
— Оставить сомнения. Я уверен, вы справитесь.
— Ладно, допустим. А что мне с писателем делать? Ему же эта дисциплина вообще ни к чему.
Декан развёл руками и ушёл, быстро. Ведь теперь это не его забота. Препод не знал, что ему стоит делать… Сел и тяжело вздохнул. Открыл журнал. И пока листал, Кальяда подняла руку.
— Извините, мистер… Браун.
— Да, Риверо?
— А можно перевестись в другую группу? — После этих слов препод выглядел поникшим, будто не хотел ни с кем говорить, но всё же ответил ей: — Думаю, что это нельзя… сделать. Официально… никаким образом.
— Можно я буду проходить ваше занятие в других группах? А вы будете отмечать меня…
— Нет. Декан сказал, что будет проверять эту группу. Каждый день… Ладно, забыли. Кхм. Давайте выберем старосту.
Артур думал высказаться самолично на роль старосты, но его опередила одна из близняшек, которых он не отличал.
— Я хочу быть старостой.
— Все же не против, если старостой будет Аяжан?
— Меня зовут Аружан.
— Да. Точно. Аружан. Да…
Все промолчали. Артур всё никак не мог решиться — ему никогда не удавалось выдвигать свою кандидатуру.
— Раз никто не против, то я думаю, все за. Сценаристы и актёры могут пока разминаться… А ты… — Он посмотрел на Палматского. Пару минут щурился. — Давай тоже с ними.
После короткой разминки им раздали один отрывок из литературы, практикуя мимику лица и голос.
***
Препод объявил об окончании урока, где они старательно практиковались. Кроме писателя — ему это далось хуже всего. Артур, как и многие другие, думал уйти пораньше домой, но Сецилиум задержал Артура у дверного проёма.
— Пацан, это… ты же тот самый.
— Кто?
— Помнишь, я с тобой заговорил во время сдачи творческих экзаменов? Я чёт смотрел на тебя, думал, ты не ты. — Сецилиум протянул руку. Артур пожал в ответ, но в душе не знал, кто это. Поэтому пытался около трёх минут вспомнить день сдачи и сказал: — Это ты, который спрашивал, как экзамены сдаются?
— Да, прикинь, мне удалось сдать на грант. Я думал, что это… А оказалось, мне платить за обучение не надо.
— А ты всё такой же странный.
— Есть такое. Ха-ха!
— Уйдите с дороги, — недовольно высказалась Кальяда, которая выходила из аудитории. Быстрым шагом она ушла прочь из этого университета, оставив Артура и Сецилиума наедине.
— Ну ты это, друг, завтра свидимся, наверное.
— Ты, кстати, как сдал, если не знал ничего?
— Я просто писал про свою жизнь! — говорил Сецилиум, уходя от Артура.
Артур остался единственным, кто не покинул стены университета. По правде, он чувствовал некую вину за то, что Кальяда попала в эту группу по его вине. Поэтому думал, как же ему стоит перед ней извиниться, или стоит ли вообще извиняться.