Утром Чисаки сложила плащ. Сначала один раз. Посмотрела на неровный край.
Развернула. Сложила снова.
Плащ всё равно лежал неправильно.
Рядом на кровати находились две рубашки, дорожные брюки, перчатки и почти
пустая сумка. Чисаки перебирала собственные вещи уже больше часа, но так и не убрала
внутрь ничего, кроме карты и кошеля. Аканэ стояла у окна.
Блэйд находился за её спиной.
После возвращения с памятного склона она не сняла меч даже в доме. Ножны
мешали проходить через двери, цеплялись за мебель и давили на плечо, однако Аканэ
только сильнее затянула ремень.
Асахи сидела на полу рядом с кроватью Хару.
Кукла с серебристыми волосами находилась у неё на коленях. Никто не спал.
Они вернулись поздно вечером, разожгли огонь, выпили воду и поднялись наверх.
Чисаки легла в своей комнате. Аканэ закрылась в своей. Асахи осталась на кровати Хару.
Через несколько минут все три двери снова открылись. Они молча спустились вниз.
До рассвета сидели за столом. Не разговаривали.
На этот раз никто не услышал шагов, стука ставни или скрипа пола и не подумал,
что Хару вернулся. Камень сделал своё дело.
Теперь они знали, где его нет.
— Ты берёшь слишком мало вещей, — сказала Асахи.
Чисаки посмотрела на кровать.
— Остальное есть во дворце.
— Ты не возьмёшь одежду отсюда?
— Одного комплекта хватит до Glyrt.
— А плащ?
— Возьму.
Она снова попыталась сложить его. Асахи наблюдала.
— Он не станет ровнее.
— Знаю.
— Тогда почему переделываешь?
Чисаки остановила руки.
— Потому что не хочу заканчивать.
Аканэ не обернулась.
— Повозка всё равно приедет.
— Не карета.
— Какая разница?
— За мной пришлют закрытую повозку. Она будет ждать за западными воротами.
— Это всё равно карета.
Чисаки сжала ткань.
— Я не хочу, чтобы в Wist увидели дворцовую охрану.
— Лина всё равно когда-нибудь узнает.
— Не сегодня.
— Почему?
— Потому что сегодня ей достаточно одной потери.
Аканэ посмотрела через плечо.
— Ты считаешь свой отъезд потерей?
Чисаки замерла.
— Для неё — возможно.
— Самоуверенно.
— Я не это имела в виду.
— Тогда что?
Чисаки медленно положила плащ на кровать.
— Лина думает, что команда потеряла Хару. Если сейчас выяснится, что я всё это
время была принцессой и возвращаюсь во дворец, она поймёт, что команды больше нет.
— Её и так нет.
— Знаю.
— Тогда какая разница?
Чисаки посмотрела на неё.
— Ты действительно хочешь, чтобы я это сказала ей?
— Мне всё равно.
— Нет.
Аканэ отвернулась к окну.
— Не начинай.
— Ты повторяешь эту фразу уже несколько дней.
— Потому что она всё ещё подходит.
— Вчера возле камня тебе не было всё равно.
Аканэ сжала подоконник.
— Вчера закончилось.
— Именно так ты собираешься жить? Разделять каждый день и делать вид, что
предыдущего не было?
— Я ещё не решила, как собираюсь жить.
— Но уже решила уйти.
Асахи подняла голову. Аканэ медленно повернулась.
— О чём ты?
Чисаки посмотрела на Блэйда.
— Ты не снимала меч всю ночь.
— И?
— Собрала катану.
Возле двери стояла небольшая сумка Аканэ.
Асахи тоже посмотрела на неё.
На сумке был закреплён свёрнутый дорожный плащ. Рядом лежала фляга. Никакой
одежды для нескольких дней Аканэ не подготовила, но всё необходимое для короткого
задания уже находилось внутри.
— Куда ты идёшь? — спросила Асахи.
— Пока никуда.
— Тогда зачем собрала вещи?
— Потому что не хочу потом возвращаться наверх.
— Откуда?
Аканэ ничего не ответила. Чисаки закрыла глаза.
— Из гильдии.
Асахи посмотрела на неё.
— Она возьмёт задание?
— Да.
— Я ещё ничего не взяла, — произнесла Аканэ.
— Но возьмёшь.
— Возможно.
— Какое?
— Не знаю.
— Самое опасное, которое тебе разрешат.
Аканэ усмехнулась.
— Ты теперь знаешь меня лучше Хару?
Чисаки побледнела.
— Не используй его имя, чтобы прекратить разговор.
— А ты не решай за меня.
— Я не решаю. Я вижу твою сумку.
— Хочешь, чтобы я осталась здесь?
— Да.
Ответ прозвучал сразу. Аканэ замолчала.
Чисаки сама будто не ожидала, что скажет это настолько прямо.
— Зачем? — спросила Аканэ.
— Потому что ты не готова выходить на задание.
— Я C-ранг.
— Речь не о ранге.
— Тогда о чём?
— Вчера ты впервые признала, что Хару умер.
— И теперь должна сидеть дома?
— Хотя бы несколько дней.
— Чтобы делать что?
Чисаки не ответила. Аканэ подошла к столу.
— Смотреть на его стул?
Она указала на лестницу.
— Заходить в комнату и проверять, не изменилось ли что-нибудь?
Потом на дверь.
— Открывать каждому человеку, который придёт выразить соболезнования?
Её голос оставался спокойным.
— Или снова идти к камню и повторять то, что уже сказала?
— Можно ничего не делать, — произнесла Чисаки.
— Я не умею.
— Научись.
— Ты сама уезжаешь.
Чисаки сжала руки.
— Меня вызывает отец.
— И ты подчинишься.
— Это не так просто.
— Очень просто. Твои вещи на кровати. За воротами ждёт охрана. Через два дня ты
будешь во дворце.
— Аканэ…
— Ты вернёшься в свою комнату. Твоя мать будет рядом. Отец даст тебе работу,
охрану и столько обязанностей, сколько потребуется, чтобы не оставалось времени думать.
Чисаки смотрела на неё.
— Ты считаешь, что я сбегаю?
— Нет.
— Тогда почему говоришь так?
— Потому что это правда.
— Ты не знаешь, что меня ждёт во дворце.
— Знаю достаточно.
— Мне придётся объяснить отцу всё лично. Смотреть на мать. Разбираться с домом
Вингман. Подписывать показания о смерти Хару и убийстве Алекса.
Голос Чисаки стал жёстче.
— Я должна буду сидеть перед людьми, которые никогда не видели Хару, и
отвечать, сколько минут он оставался жив после выстрела. Почему я не извлекла болт.
Почему продолжала лечение после остановки сердца. Почему тело исчезло.
Аканэ отвела взгляд. Чисаки продолжила:
— Они будут записывать каждое слово. Переспрашивать. Искать противоречия. А
потом кто-нибудь обязательно скажет, что я была недостаточно сильным целителем.
— Они не посмеют.
— Откуда ты знаешь?
— Твой отец не позволит.
— Отец не сможет находиться в каждой комнате.
Аканэ снова посмотрела на неё.
— Тогда не возвращайся.
Чисаки замерла.
— Что?
— Останься.
Слова прозвучали без вызова. Без злости. Почти пусто.
— Скажи отцу, что не вернёшься.
Чисаки долго молчала.
— Я не могу.
— Знаю.
— Не говори это так, будто я выбрала дворец вместо Хару.
— Хару нет.
— Именно поэтому я должна вернуться.
— Какая связь?
Чисаки опустила взгляд.
— Когда он был рядом, я могла позволить себе быть просто Чисаки.
Комната затихла.
— Могла регистрироваться в гильдии без фамилии. Жить здесь. Спорить с отцом.
Уезжать в другие государства.
Она коснулась сложенного плаща.
— Он стоял рядом, и мне казалось, что если всё станет слишком тяжело, я просто
вернусь в этот дом.
— Дом остался, — сказала Асахи.
Чисаки посмотрела на неё.
— Но Хару больше не откроет дверь.
Асахи прижала куклу ближе.
— Я открою.
Чисаки закрыла глаза. Её губы дрогнули.
— Знаю.
— Тогда можешь вернуться.
— Не знаю, когда.
— Ключ останется.
Чисаки посмотрела на небольшой металлический ключ, лежавший возле её кошеля.
Она положила его туда утром. Отдельно от остальных вещей. Будто уже решила
оставить. Асахи заметила.
— Ты хотела положить его на стол?
Чисаки не ответила.
— Это твой ключ, — продолжила Асахи.
— Я больше не буду здесь жить.
— Ты не знаешь.
— Асахи…
— Хару-хозяин дал ключ каждому, кто живёт в доме.
— Именно.
— Он не просил вернуть.
Чисаки сжала пальцы.
— Его нет, чтобы попросить.
— Тогда никто не может забрать.
Аканэ смотрела на ключ.
— Возьми.
Чисаки подняла голову.
— Что?
— Ключ.
— Ты хочешь, чтобы я оставила его?
— Я сказала возьми.
— Почему?
Аканэ отвернулась.
— Потому что Асахи права. Он твой.
Чисаки медленно взяла ключ.
Металл исчез в её ладони.
— Это не значит, что я вернусь.
— Знаю.
Чисаки закрыла глаза.
— Опять.
— Что?
— Ты снова говоришь «знаю».
— Потому что знаю.
— Нет. Ты просто не хочешь просить.
Аканэ посмотрела на неё.
— О чём?
— Вернуться.
Аканэ молчала. Чисаки ждала.
— Я не буду просить, — произнесла она наконец.
— Почему?
— Потому что не имею права.
— При чём здесь право?
— Ты меня ненавидишь.
Чисаки сжала ключ.
— Да.
Асахи опустила взгляд.
Аканэ не изменилась в лице.
— Тогда всё правильно.
— Нет.
— Ты только что сказала…
— Я сказала, что ненавижу тебя. Не что хочу больше никогда не видеть.
— Какая разница?
— Огромная!
Чисаки шагнула ближе.
— Я смотрю на тебя и всё ещё вижу ту дорогу. Вижу Алекса. Слышу, как ты
говоришь, что собиралась рассказать потом.
Аканэ не отступила.
— Я всё ещё думаю, что ты должна была сказать раньше.
— Да.
— И думаю, что Хару мог остаться жив.
— Да.
— Прекрати соглашаться!
— Ты хочешь, чтобы я спорила?
— Хочу, чтобы ты хотя бы раз защитила себя!
— От чего?
— От меня!
Аканэ несколько секунд смотрела на неё.
— Я не хочу.
— Почему?
— Потому что ты права.
Чисаки сжала ключ так сильно, что металл вдавился в кожу.
— Я не знаю, права ли!
Аканэ впервые растерялась.
— Что?
— Я знаю только факты. Алекс пришёл за тобой. Ты скрывала правду. Хару погиб.
Голос Чисаки дрогнул.
— Но всё остальное я повторяю, потому что иначе придётся признать, что ответа
нет.
Она провела ладонью по лицу.
— Если ты не виновата полностью, значит, Хару мог погибнуть просто потому, что
один человек приказал, другой выстрелил, а мы не успели.
— Так и произошло.
— Я не могу принять это.
— Тогда обвиняй меня.
— Не решай за меня!
— А что мне делать?
Аканэ повысила голос впервые за утро.
— Сказать, что я не виновата? Что не должна была рассказывать? Что Алекс не
имел отношения ко мне?
— Я не прошу этого.
— Тогда чего?
Чисаки смотрела на неё.
Долго.
— Не уходить сегодня.
Аканэ замерла.
— Я не могу остаться.
— Почему?
— Потому что ты уедешь.
Чисаки вздрогнула. Аканэ продолжила тише:
— Ты уедешь. Асахи останется наверху или на кухне. А я буду сидеть внизу и
слышать, как Хару ходит по дому.
— Его шагов нет.
— Знаю.
— Тогда что ты слышишь?
— Память.
Она коснулась Блэйда за спиной.
— Здесь всё принадлежит ему. Стол. Двери. Кровать. Даже тишина.
Аканэ посмотрела на лестницу.
— На дороге хотя бы ничего не притворяется домом.
Асахи встала. Положила куклу на кровать. Подошла к Аканэ.
— Я не притворяюсь.
— Я не о тебе.
— Но я останусь здесь.
— Это твой выбор.
— Да.
Аканэ посмотрела на неё внимательнее.
— Ты уже решила?
— Да.
— Когда?
— Ночью.
— Почему не сказала?
— Вы спорили.
— Мы сейчас тоже спорим.
— Сейчас спросила.
Асахи подошла к сумке Хару, которая всё ещё стояла возле стены.
Большую часть вещей из неё перенесли в комнату, но сама сумка оставалась
закрытой.
— Я останусь в доме.
— Одна? — спросила Чисаки.
— Да.
— Ты можешь поехать со мной в Glyrt.
Асахи посмотрела на неё.
— Могу.
— Во дворце безопасно. Там есть люди, которых ты знаешь. Моя мать…
— Я не хочу во дворец.
— Почему?
— Это твой дом.
Асахи посмотрела на Аканэ.
— Могу пойти с тобой.
— Нет, — сразу ответила та.
— Почему?
— Я не возьму тебя на задание без регистрации.
— Я могу зарегистрироваться.
— Не сегодня.
— Тогда позже.
— Асахи…
— Но я не пойду.
Аканэ нахмурилась.
— Зачем тогда говоришь?
— Потому что это тоже выбор.
Асахи коснулась чистого запястья.
— Раньше мне казалось, что свобода — это возможность пойти за Хару-хозяином,
даже если никто не заставляет.
Она посмотрела на кровать.
— Теперь его нет. Я могу выбрать тебя. Чисаки. Дворец. Гильдию. Другой город.
— И выбираешь пустой дом? — спросила Чисаки.
— Не пустой.
Асахи подошла к двери комнаты. За ней находился коридор. Комната Хару.
Лестница.
Кухня.
— Здесь его вещи. Моя кукла. Наш стол. Моя кровать.
Она снова посмотрела на девушек.
— Хару-хозяин сказал, что это мой дом. Если все уйдут, это не перестанет быть
правдой.
Аканэ отвела взгляд.
— Тебе будет тяжело.
— Вам тоже.
— Одной опасно.
— В Wist безопаснее, чем на задании.
— Не открывай незнакомым людям.
— Знаю.
— Закрывай ставни.
— Знаю.
— Если кто-нибудь спросит про дом, иди к Лине или Сайрону.
— Знаю.
Аканэ сжала губы. Асахи чуть наклонила голову.
— Ты говоришь как Хару-хозяин.
— Нет.
— Он тоже перечислял очевидное, когда волновался.
Аканэ хотела возразить. Не стала. В дверь постучали. Один раз.
Тихо.
Все три девушки посмотрели в сторону лестницы.
Через несколько секунд стук повторился.
— Наверное, посланник, — сказала Чисаки.
Никто не двинулся.
Третий удар прозвучал осторожнее предыдущих. Асахи пошла вниз.
Чисаки схватила её за руку.
— Подожди.
— Что?
— Я открою.
Она отпустила Асахи. Поправила волосы. Провела ладонями по одежде.
На мгновение перед ними снова появилась принцесса. Не полностью.
Без платья, украшений и охраны. Но спина выпрямилась. Голос стал спокойнее.
Чисаки спустилась первой.
Аканэ и Асахи последовали за ней.
***
За дверью стоял мужчина в дорожном плаще.
Обычном.
Тёмно-коричневом.
На поясе не было дворцового герба. Только короткий меч и небольшая сумка.
— Госпожа Чисаки? — спросил он.
— Да.
Мужчина посмотрел за её плечо. На Аканэ. На Асахи. На Блэйда.
— Мне приказано передать письмо лично.
Чисаки отступила.
— Войдите.
Он переступил порог. Асахи закрыла дверь.
Только после щелчка замка мужчина опустился на одно колено.
— Ваше Высочество.
Аканэ отвернулась к окну.
Чисаки не изменилась в лице.
— Встаньте.
Посланник поднялся. Достал запечатанный конверт.
На воске находился королевский герб. Чисаки приняла письмо.
— Кто прибыл вместе с вами?
— Шесть человек дворцовой охраны. Двое остались у западного тракта, остальные
ждут за городом. Без формы и знаков.
— Хорошо.
— Его Величество приказал, чтобы вы выехали в Glyrt сегодня.
— Когда мы должны прибыть?
— При обычном ходе повозки — через два дня.
— Я знаю.
— Также мне поручено спросить, нуждаются ли ваши спутницы в сопровождении
до Glyrt.
Аканэ ответила:
— Нет.
Мужчина посмотрел на неё. Взгляд задержался на Блэйде.
— Госпожа Вильдфорт?
— Да.
— Ваше присутствие потребуется для официальных показаний.
— Отправлю письменные.
— Дело касается смерти наследника дома Вингман.
— Я его убила. Можете записать сейчас.
Посланник замер. Чисаки закрыла глаза.
— Аканэ.
— Что?
— Он не следователь.
— Тогда передаст следователю.
Мужчина осторожно произнёс:
— Мне известно содержание первого донесения.
— Значит, уже знаете.
— Его Величество не обвиняет вас без расследования.
— Мне всё равно.
— Аканэ, хватит, — сказала Чисаки.
Та посмотрела на неё.
— Ты хотела, чтобы я защищалась.
— Не так.
— Другого не умею.
Посланник сделал вид, что не слышал.
— Повозка будет готова через два часа.
Чисаки посмотрела на письмо. Не открыла.
— Я приду к западным воротам сама.
— Его Величество приказал…
— В город никто из охраны не входит.
— После нападения…
— Алекс мёртв. Наёмники разбежались. До ворот меня проводят.
Мужчина посмотрел на Аканэ. Та не отреагировала. Потом на Асахи.
— Я провожу, — сказала Асахи.
— Ваше Высочество…
Чисаки подняла взгляд.
— Вы передадите отцу, что я подчинилась и выезжаю сегодня. Этого достаточно.
Посланник склонил голову.
— Да, Ваше Высочество.
Он направился к двери. Возле порога остановился.
— Мне жаль вашего товарища.
Чисаки сжала письмо.
— Вы его знали?
— Нет.
— Тогда почему?
Мужчина растерялся.
— Я…
Чисаки закрыла глаза.
— Простите.
Она медленно выдохнула.
— Спасибо.
Посланник ушёл. Асахи закрыла дверь.
На этот раз повернула ключ.
В комнате снова остались трое.
Чисаки посмотрела на королевскую печать.
— Я не хочу открывать.
— Тогда не открывай, — сказала Аканэ.
— Там может быть что-то важное.
— Всё важное ты и так знаешь.
— Аканэ.
— Отец требует вернуться. Охрана ждёт. Что ещё?
Чисаки провела пальцем по воску.
— Он может написать о матери.
Аканэ замолчала. Чисаки сломала печать. Развернула письмо. Читала медленно.
Асахи наблюдала за её лицом.
— Что там?
— Мать знает.
— Как она?
Чисаки опустила письмо.
— Отец пишет, что она ждёт меня.
— Только это?
— Нет.
Чисаки снова посмотрела на строки.
— Дом Вингман отрицает, что Алекс действовал по приказу семьи. Они
утверждают, что он отправился за мной как официальный сопровождающий.
Аканэ усмехнулась.
— С десятью наёмниками.
— Они называют их личной охраной.
— Пусть называют.
— Отец задержал нескольких родственников Алекса до выяснения обстоятельств.
— Хорошо.
— Он просит тебя приехать.
— Нет.
— Не требует.
— Всё равно нет.
Чисаки сложила письмо.
— Я передам показания сама.
— Передай.
— Они будут неполными без тебя.
— Напиши то, что слышала.
— Я не слышала вашего разговора до конца.
— Достаточно.
— Аканэ…
— Я не вернусь в Glyrt.
— Никогда?
Аканэ посмотрела на неё.
— Не знаю.
— Тогда хотя бы позже.
— Возможно.
— Это обещание?
— Нет.
Чисаки сжала письмо.
— Ты не обещаешь ничего.
— После Хару не хочу.
— Он не нарушил обещание специально.
Аканэ отвернулась.
— Знаю.
Чисаки хотела продолжить.
Остановилась. Положила письмо на стол.
— Мне нужно закончить сборы.
— Да.
Она поднялась по лестнице. Асахи пошла следом. Аканэ осталась внизу.
Через несколько секунд сверху донёсся голос Чисаки:
— Ты идёшь?
Аканэ посмотрела на лестницу.
— Зачем?
— Потому что мы ещё не закончили.
— Что именно?
— Не знаю.
Чисаки появилась на верхней ступени.
— Но через два часа я уеду.
Аканэ медленно поднялась.
***
Чисаки всё-таки сложила плащ. Не ровно.
Убрала в сумку вместе с остальной одеждой.
Ключ от дома положила во внутренний карман. Асахи проверила.
— Не потеряешь?
— Нет.
— Хару-хозяин потерял один ключ в первую неделю.
Аканэ посмотрела на неё.
— Он не потерял.
— Не мог найти три дня.
— Потом нашёл в кармане старого плаща.
— Значит, потерял в кармане.
Чисаки застегнула сумку.
— Я не положу в плащ.
Асахи кивнула.
— Хорошо.
На кровати осталось несколько вещей, которые Чисаки решила не брать. Старая
рубашка. Запасные перчатки.
Небольшая книга, купленная в Wist. Аканэ посмотрела на них.
— Забыла.
— Нет.
— Тогда почему оставляешь?
— Чтобы было за чем вернуться.
Чисаки произнесла это, не глядя на неё. Аканэ коснулась края книги.
— Можешь взять всё.
— Могу.
— Тогда возьми.
— Не хочу.
— Почему?
Чисаки подняла сумку.
— Потому что не знаю, смогу ли вернуться ради вас.
Аканэ убрала руку.
— Понятно.
— Но, возможно, смогу ради своих вещей.
— Это глупо.
— Хару бы оценил.
— Он бы сказал, что ты просто ищешь оправдание.
— Возможно.
Чисаки посмотрела на неё.
— А потом помог бы поставить книгу на самое заметное место.
Аканэ закрыла глаза.
— На столе заметнее.
Она взяла книгу. Положила рядом с лампой.
— Теперь увидишь сразу.
Чисаки смотрела на неё.
— Спасибо.
— Не за что.
Асахи взяла сумку Чисаки.
— Я понесу.
— Она не тяжёлая.
— Знаю.
— Тогда зачем?
— Хочу.
Чисаки отпустила ремень.
— Хорошо.
Они спустились.
В общей комнате Чисаки остановилась возле стола.
Провела ладонью по спинке стула Хару. Не села.
На кухне оставалась кружка, которой он пользовался чаще остальных. Асахи
вымыла её после первой ночи и поставила на прежнее место. Чисаки подошла. Взяла
кружку.
— Хочу забрать.
Аканэ сразу напряглась. Чисаки заметила.
— Не навсегда.
— Зачем она тебе?
— Не знаю.
— Тогда оставь.
— Здесь останется всё остальное.
— Именно.
Чисаки посмотрела на кружку.
— Во дворце ничего его нет.
— Там был он.
— Несколько дней.
— Этого недостаточно?
— Нет.
Аканэ сжала руки.
— Это его кружка.
— Я знаю.
— Он пил из неё утром.
— Я знаю.
— Поставь обратно.
Чисаки не двигалась.
Асахи подошла к кухонной полке. Взяла другую кружку.
Простую. Без трещин и отметин.
— Возьми эту.
Чисаки посмотрела на неё.
— Она не его.
— Он купил весь набор.
— Это не то же самое.
— Но была в его доме.
Асахи протянула кружку.
— И Аканэ не будет думать, что ты забрала часть Хару-хозяина.
— Я не…
Аканэ отвернулась.
Чисаки медленно вернула кружку Хару на место. Приняла другую. Провела
пальцем по краю.
— Хорошо.
Убрала в сумку.
— Я верну.
— Можешь оставить, — сказала Асахи.
Чисаки закрыла сумку.
— Нет. Верну.
Аканэ ничего не ответила.
***
До западных ворот они шли втроём. Чисаки надела капюшон.
Не для того, чтобы скрыться от знакомых.
Просто не хотела, чтобы люди видели лицо.
В Wist уже знали о смерти Хару. На улицах разговоры прекращались, когда
девушки проходили рядом. Кто-то кивал. Кто-то отводил глаза. Несколько человек
произнесли соболезнования. Чисаки отвечала каждому. Аканэ — никому.
Асахи благодарила тех, кому Чисаки не успевала ответить. Возле гильдии стояла
Лина.
Она держала в руках несколько документов и разговаривала с торговцем. Увидев
девушек, сразу закончила разговор.
— Вы куда?
Чисаки остановилась.
— В Glyrt.
Лина посмотрела на сумку в руках Асахи.
— На несколько дней?
— Не знаю.
— Из-за расследования?
— И из-за семьи.
— Понятно.
Лина явно хотела спросить больше. Не стала.
— Ты вернёшься в гильдию Wist?
Чисаки посмотрела на закрытые двери.
Вчера там вывесили уведомление о гибели Хару. Без подробностей.
Только имя, ранг и просьба не беспокоить его спутниц.
— Моя карточка остаётся действующей?
— Конечно.
— Тогда, возможно, вернусь.
Лина слабо улыбнулась.
— Хорошо.
— Я не обещала.
— Знаю.
Аканэ посмотрела на неё. Лина заметила.
— Что?
— Ничего.
— Ты тоже уезжаешь?
— Ещё нет.
— Но собираешься.
— Откуда все знают?
Лина указала на сумку за её плечом.
— Потому что мы не слепые.
— Я возьму задание.
— Сегодня?
— Да.
Лина закрыла глаза.
— Сайрон будет в восторге.
— Он не решает.
— Именно это его и порадует.
Чисаки посмотрела на Аканэ.
— Не бери ничего до моего отъезда.
— Почему?
— Потому что я хочу хотя бы знать, куда ты пошла.
— Тебе нужно во дворец.
— У меня есть время.
— Повозка ждёт.
— Пусть.
Лина переводила взгляд между ними.
— Я могу принести список заданий сюда.
— Не нужно, — ответила Чисаки.
— Почему?
— Потому что она выберет самое опасное.
Лина посмотрела на Аканэ. Та не возразила.
— Я ничего ей не выдам.
— Выдашь, — сказала Аканэ.
— Нет.
— У меня C-ранг.
— У меня есть право отказать авантюристу, который не способен адекватно
оценивать риск.
— Я оцениваю.
— Тогда оцени, что не спала почти неделю.
— Спала.
— Когда?
Аканэ промолчала. Лина скрестила руки.
— Именно.
— Найду другое отделение.
— До ближайшего идти несколько дней.
— Дойду.
— Аканэ.
— Что?
— Ты можешь злиться на меня, но сегодня я не дам тебе задание.
Аканэ шагнула ближе.
— Ты не имеешь права держать меня в городе.
— Не имею.
— Тогда не пытайся.
— Я не держу. Иди куда угодно. Но печать гильдии не получишь.
Чисаки наблюдала за ними. Асахи подошла к Аканэ.
— Можно пойти завтра.
— Нет.
— Почему?
— Потому что сегодня Чисаки уезжает.
Чисаки вздрогнула. Лина посмотрела на неё.
— Какая связь?
Аканэ сжала ремень Блэйда.
— Никакой.
Из гильдии вышел Сайрон.
— Я слышал последнюю часть.
— Не сомневаюсь, — сказала Аканэ.
Он посмотрел на сумку Чисаки.
— Возвращаешься в Glyrt?
— Да.
— Надолго?
— Не знаю.
— Значит, попрощались?
Чисаки посмотрела на Аканэ.
— Пока нет.
— Тогда закончите сначала это.
Сайрон перевёл взгляд на Аканэ.
— Потом поговорим о заданиях.
— Я не прошу разрешения.
— Знаю.
— И всё равно попытаешься остановить?
— Да.
— Почему?
— Потому что после смерти Хару ты стала предсказуемой.
Аканэ побледнела.
— Что ты сказал?
— Ты выбираешь всё, что причиняет больше боли. Самые тяжёлые слова. Самый
длинный путь. Самый тяжёлый меч.
Он указал на оружие за её спиной.
— Теперь хочешь самое опасное задание.
— Я просто не хочу сидеть дома.
— В это верю.
— Тогда в чём проблема?
— В том, что ты не различаешь «уйти из дома» и «не вернуться».
Аканэ сжала челюсть.
— Я вернусь.
— Обещаешь?
Она замолчала. Сайрон кивнул.
— Вот поэтому.
Чисаки подошла к ней.
— Пообещай.
— Нет.
— Почему?
— Потому что обещания ничего не меняют.
— Для меня меняют.
Аканэ смотрела на неё.
— Ты сама не знаешь, вернёшься ли.
— Но постараюсь.
— Это не обещание.
— Тогда обещаю.
Чисаки произнесла это твёрдо.
— Я вернусь в этот дом.
Аканэ не ответила.
— Теперь ты, — потребовала Чисаки.
— Не буду.
— Аканэ.
— Я не могу обещать, что любой монстр не окажется сильнее меня.
— Не обещай победить любого монстра.
— Тогда что?
— Что не выберешь задание только потому, что можешь там погибнуть.
Аканэ отвернулась.
— Я так не выбираю.
— Тогда тебе легко пообещать.
Тишина. Лина ждала. Сайрон тоже. Асахи смотрела на Аканэ. Та заметила.
— Не надо.
— Я ничего не сказала, — ответила Асахи.
— Именно.
Аканэ закрыла глаза.
— Хорошо.
Чисаки не отступала.
— Что хорошо?
— Я не возьму задание ради смерти.
— Скажи нормально.
— Чисаки…
— Скажи.
Аканэ посмотрела на неё.
— Я обещаю, что не стану выбирать задание только потому, что могу погибнуть.
— И вернёшься домой после него.
— Это другое обещание.
— Аканэ!
Лина прикрыла лицо ладонью.
Сайрон отвернулся, скрывая усталый выдох. Асахи тихо произнесла:
— После задания нужно вернуть меч Хару домой.
Аканэ посмотрела на оружие.
— Хорошо.
— Это обещание?
Она провела пальцами по ремню.
— Я верну меч домой.
Чисаки сжала губы.
— Ты специально сформулировала так.
— Ты просила обещание.
— О себе.
— Меч будет со мной.
— Это не одно и то же.
— Другого не будет.
Чисаки хотела спорить.
С западной стороны города раздался сигнал рожка. Один короткий звук. Повозка
ждала. Она закрыла глаза.
— Мне пора.
Аканэ кивнула.
— Да.
Чисаки посмотрела на Лину.
— Позаботься о них.
Лина нахмурилась.
— Об обеих?
— Да.
— Аканэ меня не слушает.
— Никого не слушает.
— Асахи слушает?
— Когда согласна.
Асахи кивнула.
— Да.
Лина попыталась улыбнуться.
— Очень удобная команда.
Слово прозвучало случайно. Все замолчали. Лина закрыла глаза.
— Простите.
— Не извиняйся, — сказала Чисаки. — Она была такой.
Была. Прошедшее время. Аканэ посмотрела на неё. Чисаки тоже заметила. Но не
исправила.
***
За западными воротами стояла закрытая повозка. Без королевских знаков. Две
лошади.
Возница в простой дорожной одежде.
Чуть дальше возле деревьев ожидали всадники. Их оружие и одинаковая посадка
выдавали дворцовую стражу сильнее любой формы. Лина осталась в городе. Сайрон тоже.
Дальше пошли только Аканэ и Асахи.
Посланник встретил Чисаки возле повозки.
— Ваше…
Он заметил стражников у ворот и вовремя остановился.
— Госпожа Чисаки. Всё готово.
— Подождите возле лошадей.
Мужчина кивнул.
Отошёл. Чисаки сняла капюшон. Ветер растрепал светлые волосы.
Несколько секунд никто не говорил.
Асахи всё ещё держала её сумку.
— Нужно поставить внутрь, — сказала Чисаки.
Асахи не отпустила.
— Знаю.
— Тогда почему держишь?
— Если поставлю, ты уедешь.
— Повозка не исчезнет, если ты продолжишь держать.
— Знаю.
Чисаки слабо улыбнулась.
— Теперь ты повторяешь.
— Это помогает.
— Иногда.
Асахи наконец передала сумку посланнику.
Тот убрал её в повозку и снова отошёл. Чисаки повернулась к Асахи.
— Ты уверена, что хочешь остаться одна?
— Да.
— Можешь передумать.
— Ты тоже.
Чисаки посмотрела на повозку.
— Не могу.
— Тогда я тоже не передумаю.
— Это не одинаковые решения.
— Знаю.
Чисаки обняла её. Асахи не сразу ответила. Потом обхватила руками.
Крылья слегка дрогнули под плащом.
— Не закрывайся в доме постоянно, — сказала Чисаки. — Ходи к Лине. К Сайрону.
На рынок.
— Буду.
— Ешь нормально.
— Буду.
— Не оставляй огонь без присмотра.
— Аканэ уже сказала.
— Хорошо.
— Вы говорите как Хару-хозяин.
Чисаки закрыла глаза.
— Кто-то должен.
Она отстранилась.
Асахи посмотрела на внутренний карман её одежды.
— Ключ там?
Чисаки положила ладонь поверх ткани.
— Да.
— Покажи.
— Ты мне не веришь?
— Хочу проверить.
Чисаки достала ключ.
Показала. Асахи кивнула.
— Теперь можешь ехать.
Чисаки снова спрятала его. Повернулась к Аканэ.
Та стояла в нескольких шагах. Руки опущены. Блэйд за спиной. Катана у бедра.
— Подойдёшь? — спросила Чисаки.
Аканэ не сдвинулась.
— Я слышу отсюда.
— Я не хочу кричать.
Она сделала несколько шагов. Остановилась напротив.
Чисаки посмотрела на красную ленту в её волосах. Потом на Блэйда.
— Я всё ещё не простила.
— Знаю.
— И не беру назад то, что сказала на дороге.
Аканэ едва заметно кивнула.
— Хорошо.
— Это не хорошо.
— Для тебя — честно.
— Не превращай мою честность в разрешение ненавидеть себя.
— Я ничего не превращаю.
— Врёшь.
— Возможно.
Чисаки сжала руки.
— Я не знаю, что чувствую к тебе.
— Ненависть.
— Не только.
— Этого достаточно.
— Для тебя всё должно быть простым?
— Сейчас — да.
— Тогда запомни ещё одну простую вещь.
Чисаки посмотрела ей прямо в глаза.
— Если ты погибнешь на задании, я буду ненавидеть тебя сильнее.
Аканэ почти усмехнулась.
— Хорошая причина выжить.
— Другую ты не принимаешь.
— Возможно.
— И верни Блэйда.
Аканэ коснулась рукояти.
— Верну.
— Домой.
— Да.
— Сама.
Аканэ замолчала. Чисаки ждала.
— Постараюсь.
— Я тоже постараюсь вернуться.
— Хорошо.
Снова короткий сигнал рожка. Чисаки посмотрела на повозку.
— Мне пора.
Аканэ кивнула. Чисаки сделала шаг.
Остановилась.
— Мы не попрощались нормально.
— А как нормально?
— Не знаю.
— Тогда это подойдёт.
Чисаки сжала губы. Резко обняла её. Аканэ застыла. Руки остались опущенными.
Чисаки прижала её сильнее.
— Я всё ещё злюсь, — прошептала она.
— Знаю.
— И всё равно не хочу отпускать.
Аканэ закрыла глаза. Медленно подняла одну руку. Коснулась спины Чисаки. Не
обняла полностью. Но и не оттолкнула.
— Ты должна ехать.
— Знаю.
— Теперь ты повторяешь.
Чисаки издала короткий, болезненный выдох.
Отстранилась. На глазах появились слёзы. Она быстро вытерла их.
— До встречи.
Аканэ посмотрела на неё.
— Не обещай.
Чисаки положила ладонь на ключ под одеждой.
— До встречи.
Она села в повозку. Дверца закрылась. Колёса начали двигаться. Асахи подняла
руку. Чисаки приоткрыла занавеску.
Смотрела на них, пока дорога не повернула. Повозка исчезла за деревьями.
Всадники последовали за ней. Аканэ продолжала стоять.
— Она вернётся, — сказала Асахи.
— Не знаешь.
— У неё ключ.
— Ключ ничего не обещает.
— Для неё обещает.
Аканэ посмотрела на пустую дорогу.
— Пойдём.
— Домой?
— Сначала в гильдию.
***
Лина увидела их возле доски заданий. Не удивилась.
— Даже часа не прошло.
Аканэ снимала листы один за другим.
Читала.
Возвращала.
— Это сопровождение, — сказала Лина. — Четыре дня до Temple. Низкий риск.
Аканэ повесила лист обратно.
— Нет.
— Почему?
— Слишком долго.
— Ты собиралась уйти надолго.
— Передумала.
Следующий лист.
Сбор лечебных растений возле северных холмов.
D-ранг. Аканэ даже не дочитала.
— Нет.
— Можно начать с него.
— Я не травник.
— Зато вернёшься вечером.
Аканэ взяла следующий. Лина заметила заголовок.
— Нет.
— Я ещё не прочитала.
— Каменные гончие у старых карьеров. Рекомендуемая группа — два или три C-
ранга.
— Я одна C-ранг.
— Именно.
Аканэ дочитала. Четыре подтверждённых зверя. Несколько пропавших животных.
Один раненый охотник.
Дорога до карьеров занимала половину дня. Зачистка могла потребовать ещё сутки.
— Беру.
— Нет.
— Ты не можешь бесконечно отказывать.
— Могу, пока считаю твоё состояние угрозой.
Аканэ сняла карточку с пояса. Положила на стойку. Серебряная карточка C-ранга.
— Моя регистрация действительна.
— Да.
— Нарушений нет.
— Пока.
— Задание соответствует рангу.
— Для группы.
— Рекомендация не требование.
Лина сжала губы.
— Ты изучала правила.
— Хару постоянно спорил с тобой. Я слушала.
Имя снова остановило разговор. Лина посмотрела на карточку.
— Он бы не пошёл туда один.
— Пошёл бы.
— Со своим мечом.
Аканэ коснулась оружия за спиной.
— Меч со мной.
— Ты не сражаешься двуручным мечом.
— У меня есть катана.
— Тогда меч будет только мешать.
— Не тебе решать.
Лина закрыла глаза.
— Я не хочу оформлять это задание.
— Тогда позови другого сотрудника.
— Они тоже откажут.
— Почему?
— Потому что все знают, что произошло.
Аканэ посмотрела на людей в зале. Несколько авантюристов действительно
наблюдали.
Когда она повернулась, они отвели глаза.
— Значит, смерть Хару лишила меня ранга?
— Нет.
— Права работать?
— Нет.
— Тогда поставь печать.
Лина не двигалась.
Из задней комнаты вышел Сайрон.
— Я пойду с тобой.
Аканэ повернулась.
— Нет.
— Тогда задания не будет.
— Ты не сотрудник гильдии.
— Но могу войти в группу.
— Я не беру напарника.
— Почему?
— Потому что не хочу.
— Недостаточная причина.
— Для меня достаточная.
Сайрон подошёл к листу.
Прочитал.
— Гончие быстрые. Нападают стаей. В карьерах узкие проходы.
— Знаю.
— Меч за спиной будет цепляться за камень.
— Поправлю крепление.
— Катана плохо подходит против каменной шкуры.
— Магия подходит.
— В замкнутом пространстве можешь обрушить проход.
— Не обрушу.
— Откуда уверенность?
— Я не новичок.
Сайрон посмотрел на неё.
— Нет.
— Тогда хватит разговаривать со мной как с Хару.
— Я не разговариваю.
— Постоянно сравниваешь.
— Потому что ты повторяешь его ошибки.
Аканэ резко сняла Блэйда. Поставила ножны возле стойки.
— Он погиб, защищая Асахи. Я иду убить несколько зверей. Не одно и то же.
— Причина разная. Отношение к собственной жизни одинаковое.
— Ты ничего не знаешь о моём отношении.
— Ты не обещала Чисаки вернуться сама.
Аканэ замерла. Асахи посмотрела на Сайрона.
— Ты слышал?
— Стоял достаточно близко.
— Подслушивал? — спросила Аканэ.
— Вы говорили возле городских ворот.
— И?
— И ты пообещала вернуть меч, но не себя.
Аканэ сжала рукоять.
— Я не могу гарантировать, что не умру.
— Никто не может.
— Тогда чего вы хотите?
Лина ответила:
— Чтобы ты хотела вернуться.
Тишина. Аканэ посмотрела на неё.
Лина держалась за край стойки.
— Не ради Чисаки. Не ради обещания. Не только ради меча Хару.
Голос дрогнул.
— Ради себя.
Аканэ медленно покачала головой.
— Сейчас не могу.
— Тогда не иди.
— Если останусь дома, смогу ещё меньше.
— Что именно?
— Дышать.
Лина замолчала. Аканэ посмотрела на лист.
— Я не иду умирать.
— Но и жить не хочешь, — сказал Сайрон.
— Сейчас мне достаточно не останавливаться.
— Это не жизнь.
— Я не говорила, что жизнь.
Она взяла карточку.
— Только первый шаг.
Сайрон смотрел на неё.
— Один день.
— Что?
— Даю тебе один день.
— Ты ничего мне не даёшь.
— Тогда называй условием, при котором я не порву лист.
— Попробуй.
— Аканэ.
Он говорил спокойно.
— Возвращаешься завтра до заката. Если не успеваешь, посылаешь сообщение с
ближайшего поста. Не берёшь дополнительные задания. Не преследуешь стаю за
пределами карьеров.
— Иначе?
— Пойду искать.
— Не найдёшь.
— Найду.
— Откуда уверенность?
— Ты несёшь самый заметный меч на континенте.
Несколько авантюристов невольно посмотрели на оружие Аканэ. Аканэ закрыла
глаза.
— Хорошо.
Лина подняла печать.
— Это согласие?
— Вернусь завтра до заката.
— Сама? — спросила Асахи.
Аканэ посмотрела на неё.
— С мечом.
— Аканэ.
— Да. Сама.
Асахи кивнула. Лина поставила печать.
Рука дрогнула в момент удара.
— Каменные гончие. Старые северные карьеры. Подтверждено четыре, возможно
больше.
Она заполнила строку исполнителя.
— Аканэ Вильдфорт. C-ранг.
Перо остановилось над графой группы.
— Одна.
Лина вписала. Передала лист. Аканэ свернула его.
— Спасибо.
— Не благодари.
— Почему?
— Я уже жалею.
Аканэ закрепила Блэйда за спиной.
— Привыкай.
Слова прозвучали почти как раньше. Лина подняла голову.
На мгновение в её лице появилось ожидание продолжения.
Хару обязательно добавил бы что-нибудь. Аканэ тоже это заметила.
— Я не он, — сказала она.
— Знаю.
— Тогда не жди.
Лина опустила взгляд.
— Постараюсь.
***
Дом встретил их тишиной.
Теперь внутри не было вещей Чисаки возле лестницы.
Её плащ исчез с крючка.
Сумка больше не стояла возле стены.
На столе лежала оставленная книга. Аканэ посмотрела на неё.
— Нужно было убрать в комнату.
— Она хотела оставить на заметном месте, — сказала Асахи.
— Пыль соберёт.
— Я буду вытирать.
— Не переставляй.
— Не буду.
Асахи пошла на кухню. Аканэ поднялась наверх.
В своей комнате сняла плащ. Проверила ремни Блэйда. Сложила бинты.
Добавила в сумку запасную рубашку. Сначала одну. Потом убрала.
Задание должно было занять меньше двух дней.
Она не хотела брать лишнего.
Возле зеркала лежала красная лента.
Та, что Хару подарил ей. Аканэ коснулась волос.
Лента уже находилась на месте. Другая была запасной. Она долго смотрела.
Положила в сумку. Блэйд стоял возле кровати.
— Не смотри так.
Меч не отвечал. Аканэ застегнула сумку.
— Я знаю, что ты не смотришь.
Она взялась за рукоять.
— Но Хару сказал бы, что это плохая идея.
Тишина.
— Потом пошёл бы со мной.
Линии Пустоты не вспыхнули.
— И сделал бы её ещё хуже.
Аканэ опустила голову.
— Наверное, поэтому я не могу остаться.
Она подняла Блэйда. Закрепила за спиной.
Спустилась. Асахи стояла возле стола.
На поверхности лежали хлеб, сыр, фляга и небольшой свёрток с травами.
— Что это?
— Еда.
— У меня есть деньги.
— В карьерах нет лавки.
— Куплю по дороге.
— Можешь забыть.
— Не забуду.
Асахи завернула хлеб. Положила в сумку Аканэ.
— Элма дала травы для рагу. Я добавила немного в сыр.
Аканэ посмотрела на неё.
— Зачем?
— Вкуснее.
— Ты уверена?
— Нет.
— Обнадёживает.
Асахи застегнула сумку.
— Хару-хозяин попробовал бы.
Аканэ закрыла глаза.
— Он ел всё.
— Значит, хороший способ проверить.
Аканэ подняла сумку.
— Я вернусь завтра до заката.
— Знаю.
— Сайрон придёт проверять.
— Знаю.
— Лина тоже может.
— Знаю.
— Не пускай всех наверх.
— Почему?
— Комната Хару.
— Я буду спрашивать.
Аканэ посмотрела на неё.
— У кого?
— У себя.
— Асахи.
— Это мой дом.
— Да.
Ответ прозвучал слишком быстро. Асахи замерла. Аканэ продолжила:
— Я знаю.
— Тогда почему говоришь, что мне делать?
— Потому что волнуюсь.
Она произнесла это прежде, чем успела остановиться. Асахи чуть наклонила
голову.
— Можно было сказать сразу.
— Не привыкай.
— Хорошо.
Аканэ взяла плащ. Подошла к двери. Асахи пошла следом.
— Ты не должна провожать.
— Хочу.
— Я просто выйду из дома.
— Знаю.
Они остановились на крыльце. День был ясным. На улице играли дети. Где-то
открывали ставни.
Из соседнего дома доносился стук посуды. Wist продолжал жить. Аканэ поправила
ремень. Асахи держала дверь открытой.
— Когда Хару-хозяин уходил, я чувствовала, в какую сторону он идёт.
Аканэ посмотрела на неё.
— Сейчас не чувствуешь?
— Нет.
— Я скажу маршрут.
— Знаю.
— Северные ворота. Старые карьеры. Вернусь завтра.
— До заката.
— Да.
Асахи смотрела на неё.
— Что?
— Ничего.
— Ты снова молчишь специально.
— Хочу запомнить.
Аканэ нахмурилась.
— Что?
— Как ты уходишь.
— Зачем?
— Чтобы знать, кого ждать.
Аканэ отвела взгляд.
— Не жди у двери.
— Почему?
— Потому что могу опоздать.
— Тогда буду ждать внутри.
— Асахи…
— Ты обещала.
— Знаю.
— Хорошо.
Аканэ спустилась с крыльца. Сделала несколько шагов.
Остановилась.
— Дверь закрывай.
— Закрою.
— На замок.
— Да.
— Ключ не оставляй снаружи.
— Аканэ.
— Что?
— Иди.
Она смотрела спокойно.
Так же, как на дороге после смерти Хару. Аканэ сжала ремень.
— До завтра.
— До завтра.
Она пошла. Асахи осталась на крыльце. Не махала рукой. Не звала. Просто
смотрела. На перекрёстке Аканэ обернулась.
Дверь дома всё ещё была открыта. Асахи стояла в проёме.
За её спиной виднелись стол и пустой стул Хару. Аканэ хотела вернуться. Не
навсегда.
Хотя бы на несколько минут. Сказать, что передумала. Снять Блэйда.
Сесть.
Дождаться, пока Чисаки вернётся из Glyrt.
Снова услышать три голоса в доме вместо одного. Она отвернулась. Продолжила
идти.
Дверь закрылась только после того, как Аканэ исчезла за следующим поворотом.
***
Асахи повернула ключ. Проверила замок. Один раз. Потом второй. Дом стал тише.
Не сразу.
Сначала ещё слышались шаги Аканэ на улице. Затем колёса повозки. Голоса
соседей. Потом всё ушло дальше. Асахи осталась возле двери.
Раньше в доме всегда находился кто-нибудь. Хару спал наверху. Аканэ
тренировалась во дворе. Чисаки читала или готовила.
Блэйд стоял возле стены и иногда принимал человеческую форму, когда не было
посторонних.
Теперь Чисаки ехала в Glyrt.
Аканэ шла к северным воротам. Блэйд был с ней. Асахи находилась одна. Она
поднялась наверх.
Сначала заглянула в комнату Чисаки. На столе лежала книга. Одежда оставалась в
сундуке. Кровать была застелена неровно.
Асахи закрыла дверь не полностью.
Потом вошла в комнату Аканэ.
На столе лежали расчёска и запасные перчатки. Окно оставалось приоткрытым.
Асахи закрыла его. Задержалась возле кровати. Не трогала ничего. Последней была
большая комната. Кровать Хару. Её сторона. Кукла с серебристыми волосами. Стойка
Блэйда теперь пустовала. Асахи подошла к ней. Провела ладонью по дереву.
— Они ушли.
Тишина.
— Чисаки вернётся.
Она посмотрела на дверь.
— Аканэ тоже.
Никто не подтвердил. Асахи взяла куклу. Села на кровать.
— Я осталась.
Слова прозвучали странно.
Раньше «осталась» означало, что кто-то другой был рядом.
Теперь это было самостоятельным решением.
Она легла на свою сторону. Положила куклу возле подушки.
Свободная половина кровати оставалась нетронутой. Асахи протянула руку.
Коснулась холодной простыни.
— Хару-хозяин, я выбрала дом.
Она знала, что он не слышит.
Впервые сказала это не для него. Для себя.
— Не потому, что ты приказал.
Пальцы сжали ткань.
— Не потому, что метка заставляет.
Она посмотрела на чистое запястье.
— Я сама.
Асахи лежала несколько минут. Потом поднялась. Спустилась на кухню. Разожгла
огонь. Поставила воду. Достала овощи. Травы Элмы.
Нож. Начала готовить рагу.
Медленно. По памяти. Нарезала фирины слишком крупно.
Посмотрела. Разрезала ещё раз. Добавила травы. Сначала немного. Потом убрала
часть обратно.
Хару должен был попробовать первое рагу. Не попробует. Аканэ попробует завтра.
Чисаки — когда вернётся. Асахи накрыла котёл. Села за стол.
Четыре стула стояли на прежних местах.
Она не передвинула ни один. Не поставила четыре тарелки. Только одну. Перед собой.
Когда рагу приготовилось, Асахи попробовала. Фирины были мягкими.
Трав оказалось немного больше, чем нужно.
Но вкус не был плохим.
— Получилось по-другому, — произнесла она.
Элма говорила, что в первый раз именно так и будет. Асахи съела несколько ложек.
Остальное переложила в небольшую кастрюлю. Для Аканэ.
Она вернётся завтра до заката. Чисаки держит ключ. Дом не пустой.
В нём оставались их вещи.
Обещания. Места за столом. Асахи поднялась.
Зажгла лампу в общей комнате.
Потом вторую — наверху, возле окна комнаты Хару.
С улицы свет был виден издалека.
Каждый, кто возвращался к дому вечером, мог заметить его ещё с перекрёстка.
Асахи закрыла ставни не до конца. Оставила узкую щель. Вернулась к двери.
Проверила замок. Положила ключ на стол. Рядом с местом Хару.
За окном одна дорога уходила на запад, к Glyrt.
Другая — на север, к старым карьерам. Дом оставался между ними.
Впервые в нём была только Асахи.
Но свет она не погасила.