Глава 4: Зовущая тьма

# Глава 4: Зовущая тьма

В непроглядной тьме лабиринта, среди смрада смерти, не было видно ни единого чудовища. И всё же, даже не имея возможности убедиться глазами, Сера чувствовала спиной, как в неё впивается чей-то яростный взгляд. Она оцепенело стояла на залитой кровью, пропитанной гнилью брусчатке.

В дрожащем свете факела проступали три силуэта — три трупа. По искалеченным телам уже нельзя было понять, кому они принадлежали при жизни, но оружие и вещи рядом с ними Сера узнала.

— Дадли, Джин... А это Альда?

Перед ней лежали её бывшие товарищи. Та самая группа, которая её бросила, — но Сера не могла просто возненавидеть их. Она понимала: бессмысленно пытаться спасти тонущего, если сам не умеешь плавать. Это не доброта, а самоубийство — худший образ мыслей для искателя приключений. Сера прекрасно это знала.

Решение покинуть группу было продиктовано не одной лишь логикой — тут всё решало сердце. Уйдя своей дорогой, Сера проглотила все обиды и спрятала их глубоко внутри. Ни одной живой душе она о них не рассказала.

Теперь она вступила в новую группу и исследовала вместе с ней лабиринт. Всего их было трое, и все женщины. Они познакомились совсем недавно, но за это время успели заметно сблизиться. Каждая уже доказала, что отлично владеет своим ремеслом.

Двух новых спутниц Сера встретила в трактире для искателей приключений. Она понимала, что мелкими поручениями, которые впору давать детям, на жизнь не заработаешь, и потому каждый вечер обходила такие заведения в поисках новой группы. Но однажды она уже ошиблась в людях и не хотела повторить ту же ошибку. Никогда прежде знакомство с новыми людьми не казалось ей таким страшным.

Каждый вечер она заказывала одну кружку пива, садилась в углу и высматривала группу, которая могла бы принять новичка.

Когда Сера уже почти отчаялась, ей встретились две женщины примерно её возраста. Она пересела поближе и прислушалась к их разговору. Судя по всему, они поняли, что вдвоём многого не добьются, и тоже искали новых товарищей.

Это показалось судьбой, даром Божьим. Набравшись смелости, Сера заговорила с ними. Поначалу обе держались настороженно, но, услышав, что случилось с её прежней группой, искренне ей посочувствовали и даже попытались утешить.

Одна из них даже вскочила со словами: «Пойду набью морды этим ублюдкам!» Сере пришлось несколько минут уговаривать её остановиться.

Так Сера быстро стала новым членом их группы. Она была так счастлива и испытала такое облегчение, что едва сдержала слёзы.

Тогда она ещё не знала, что это был не дар Божий, а уловка Дьявола.

Сера думала, что бывшие товарищи стали для неё чужими, но, увидев их столь жестокую и противоестественную смерть, не смогла сдержать горя. Она находилась в лабиринте, где одна минута беспечности могла стоить жизни, однако разум её совершенно опустел.

— Эй, Сера, что с тобой? — Одна из новых спутниц, высокая мускулистая женщина, похлопала её по спине.

— А? Да так... Просто подумала, какой ужасной смертью они умерли.

— Тут ты права. Давайте заберём всё полезное и уберёмся отсюда к чёрту.

Обе новые спутницы Серы принялись перебирать лежавшие на земле вещи.

— П-погодите... — Сера хотела остановить их, но осеклась. Имущество погибшего искателя приключений принадлежало всем. Таково было правило их ремесла, и оно нередко продлевало жизнь тем, кто оставался в живых. Просить не трогать эти вещи было бы с её стороны обычным эгоизмом. Будь перед ней три незнакомых трупа, она бы без раздумий обыскала их и набила сумку всем, что смогла унести.

Окаменев от ужаса, Сера не двигалась. Её новые спутницы присели и начали рыться в одной из сумок. Это простое действие решило их судьбу.

Внезапно голова одной из женщин яростно вспыхнула. Всего миг она в агонии размахивала руками, а уже в следующую секунду рухнула навзничь на труп, который обыскивала, сама превратившись в обугленное тело.

Пытаясь осознать случившееся, вторая женщина повернулась к странному сиянию в коридоре впереди. В тот же миг ей в лицо врезался огненный шар, и голова вспыхнула.

— П-помоги... — Она протянула к Сере руку, отчаянно моля о спасении.

Но Сера не смогла принять протянутую руку. Потому ли, что понимала: спасти её уже невозможно? Отчасти, наверное, да. Но главным было другое — страх парализовал Серу. Её сковала собственная трусость.

Сера дрожала, а перед её трепещущим взглядом стоял объятый пламенем демон. Его правая рука была неестественно огромной. На ладони возник огненный шар. Демон отвёл руку назад, словно готовясь к броску, и лишь тогда Сера вырвалась из оцепенения.

К счастью, совсем рядом позади коридор резко поворачивал, и Сера успела броситься за угол. Секунду спустя огненный шар с грохотом врезался в соседнюю стену, разметав во все стороны каменные осколки.

Каменная крошка ударила Серу сперва по голове, затем по рукам. Пронзившая тело боль напомнила ей, что нужно делать.

Бежать. Если не побежать, она умрёт здесь.

Сера повернулась к демону спиной и рванула прочь.

— Предательница! — Проклятия умирающей спутницы настигали её сзади, но ноги продолжали нести вперёд.

Она бросила подругу в беде — сделала именно то, что когда-то сделали с ней прежние товарищи. Сера понимала, что ставить собственную жизнь на первое место в какой-то мере естественно, но всегда верила, что сама никогда так не поступит, что она другая. И вот, когда настал миг доказать свои убеждения, они мгновенно рассыпались в прах.

Она бежала, сжимая факел в левой руке и длинный меч в правой. С каждым тяжёлым вдохом лёгкие наполнял гнилостный воздух. Словно пытаясь убежать от нарастающего чувства вины, Сера не позволяла себе остановиться ни на миг.

— Гра-а-а-а-а! — Вой демона прокатился по всему лабиринту.

Сера уже не понимала, где находится демон. Она даже не понимала, где находится сама.

— Почему? Почему всё должно было кончиться именно так?

По дороге Сера наткнулась на нескольких черепных гончих — собакоподобных чудовищ, на чьих головах не было ни кожи, ни мышц. В панике она почти рефлекторно зарубила их. После этого встретилось лишь несколько более слабых монстров. Слабое утешение, но хоть какое-то.

— Я не могу здесь умереть!

Сера уже не помнила, сколько времени бежит. Несколько часов или всего несколько минут? Её внутренние часы сошли с ума. По крайней мере, она была уверена, что оторвалась от демона. Приходилось убеждать себя в этом, иначе можно было сойти с ума.

Но Серу ждала новая беда. Тьма понемногу сжималась вокруг неё. Факел почти догорел.

— Нет, почему именно сейчас? — Сера поспешила зажечь от оставшегося пламени запасной факел — и тут вспомнила. Убегая, она бросила все припасы. Чтобы стать хоть немного легче, она сама перерезала мечом ремни сумки. От этого воспоминания кровь отхлынула от её лица, и Сера смертельно побледнела.

Бросить в лабиринте все свои вещи... Какая же я идиотка?

Но если бы она не бросила вещи, демон мог её догнать. Возможно, это была чрезмерная, продиктованная страхом реакция, однако в тот момент у неё не было возможности спокойно всё обдумать. Задним числом можно было придумать множество других решений, но теперь размышлять об этом не имело смысла.

Неужели рядом не было ничего, что могло поддержать огонь? Сера прислонила тлеющий факел к стене и сняла кожаный нагрудник. Кожу высушили и пропитали маслом — возможно, она могла загореться. Но пламя уже слишком ослабло, чтобы её поджечь.

Словно возвещая неизбежную смерть Серы, от факела поднялась последняя струйка дыма, и свет погас. Её поглотила абсолютная тьма. Тишина оглушала до боли в ушах. Смрад смерти окружал со всех сторон, лишая возможности полагаться и на обоняние. Три из пяти чувств стали совершенно бесполезны. Во рту так пересохло, что Сера уже не была уверена даже во вкусе. Оставалось лишь одно чувство.

Пальцы Серы скользнули по стене. Одно это ощущение служило доказательством, что она ещё существует. Ощупью пробираясь во тьме, Сера нашла меч, подняла его и встала. Затем пошла дальше, ведя ладонью по камню.

Она не была настолько наивна, чтобы верить, будто так сумеет выбраться. Ей просто хотелось хоть чем-то отвлечься от окружавшей безнадёжности.

Не было видно ничего. Всё вокруг молчало. И всё же Сера никак не могла избавиться от ощущения, что со всех сторон к ней подкрадываются чудовища.

Позади раздалось звериное рычание. Наверное, черепная гончая.

Сера развернулась и вслепую взмахнула мечом. По рукояти она почувствовала, как клинок проломил череп чудовища.

— Получай! И ещё!

Монстр безжизненно рухнул на землю, но Сера снова опустила на него меч. И снова. Она рубила зверя раз за разом. Глазами нельзя было убедиться, что враг действительно мёртв, и страх играл с разумом. Чтобы чудовище уже наверняка никогда не шевельнулось, Сера нанесла черепной гончей бессчётное количество ударов. Лишь услышав, как остриё меча стукнуло о брусчатку, она прекратила отчаянную расправу. Во тьме было трудно разобрать, но, похоже, от гончей уже остались одни куски.

Сера попыталась выровнять сбившееся дыхание, снова положила ладонь на каменную стену и хотела идти дальше. Но ноги не двигались, словно превратились в камень.

Я больше не могу. Не выдержу. Всё бесполезно.

Сера рухнула на колени прямо там. Она знала: стоит отдохнуть — и сил подняться уже не найдётся. И всё равно позволила себе остановиться.

Говорят, искатели приключений готовы умереть в любой день, но это наглая ложь. Каждый день видя чужие ужасные смерти, все без всяких оснований твердили себе, что с ними такого не случится. Сборище заблуждающихся чудаков.

На самом деле Сера ничем не выделялась. Холодные руки смерти, обвившиеся вокруг неё, напоминали об этом. Может, лучше было умереть сразу, даже не успев испугаться.

Так она просидела довольно долго. Новые чудовища не появлялись, и Сера начала думать, что сама смерть её сторонится.

Возможно, это была слуховая галлюцинация, но ей почудился резкий стук сапог по камню. Сера приложила ладони к ушам, чтобы расслышать лучше. Звук не исчез. Это не воображение.

Вскоре впереди забрезжил свет. Всего лишь тусклый огонёк, но Сере он показался таким ярким, что пришлось зажмуриться.

Шаги стихли. Всё ещё охваченная страхом, Сера медленно открыла глаза. Перед ней стоял мужчина с довольно растерянным видом.

— Погоди, ты ведь Сера? — спросил он так буднично, словно случайно встретил её в городе.

Серу затрясло. Случившееся казалось настолько невероятным, что разум отказывался в него верить. Она даже не смогла осмыслить обращённые к ней слова.

Кузнецы что, похожи на мотыльков, которых тянет к адскому пламени? Нет, глупость какая-то.

— Лутц! Я спасена, я... Ха-ха-ха. — Сере казалось, что сил стоять больше нет, но в следующий миг она вскочила и вцепилась в Лутца.

Лутц понятия не имел, что ей пришлось пережить, и лишь растерянно склонил голову. — Так... что случилось?

— Понимаешь... — Сера медленно отстранилась и попыталась всё объяснить. Пока она говорила, страх снова поднимался в груди. Не верилось, что она увидела такое чудовище и осталась жива.

Стоило Лутцу услышать об объятом пламенем демоне, как на его обычно беззаботном лице проступили гнев и враждебность. Сера понимала, что они направлены не на неё, но от тяжести его взгляда всё тело одеревенело. В нынешнем измученном состоянии сдерживать эмоции было особенно трудно.

— Понятно. Для начала давай выведем тебя на поверхность.

— Ты уверен, Лутц? Ты ведь спустился сюда по своим делам? — Сейчас ей больше всего на свете хотелось, чтобы Лутц вывел её наружу, но что-то всё же заставляло колебаться. Наверное, в тёмном уголке души Сера боялась, что на поверхности люди узнают о её поступке.

— Вообще-то я здесь из-за огненного демона. Правда, драться с ним пока не могу, так что разумнее всего идти в противоположную сторону.

Бежать. Это слово вонзилось Сере в сердце. И всё же мысль, что даже такой способный человек, как Лутц, предпочитает отступить, немного облегчила груз на душе.

Пока они шли к выходу, Сера рассказала Лутцу всё, что могла вспомнить об огненном демоне. Она вновь переживала кошмар, отчасти желая разделить с ним хотя бы часть страха. Но о двух брошенных спутницах и телах прежних товарищей решила не говорить ни слова.

Выслушав её, Лутц задумчиво хмыкнул. Особенно его заинтересовало, что демон бросался огненными шарами.

Когда он дрался со мной и Рикардо, ничего подобного не было, верно?

Может, тогда он ещё скрывал часть способностей? Нет. Если демон действительно умел создавать огненные шары, возможностей применить их было предостаточно. Он сражался довольно осторожно. Будь у него такая дальняя атака, он непременно ею воспользовался бы.

Тогда, должно быть, этот навык развился уже после того, как демон укрылся в лабиринте. Кстати, зачем он вообще спустился сюда? Лутц понимал, что для чудовища это хорошее убежище, но только ли в этом причина? Может быть, лабиринт обладает силой, помогающей монстрам развиваться?

Продолжая размышлять и поглаживая подбородок, Лутц спросил: — А левый глаз? Он был открыт?

— Левый глаз? Прости, я была не в том состоянии, чтобы замечать такие детали. Могу лишь сказать, что для прицеливания одним глазом он был слишком точен.

— Ясно. Но и это полезно. Спасибо. — Лутц с трудом выдавил слова благодарности, будто ему пришлось проглотить железный ком.

Этот ублюдок развился, пока находился внизу. Скорее всего, он полностью исцелился и стал ещё сильнее. Нетрудно было представить, как вскоре он выберется на поверхность и нападёт на очередную деревню. В следующий раз одной деревней дело могло не ограничиться — под угрозой окажутся все владения Шандера. Такое было вполне возможно. Даже дом Лутца и Клаудии внутри городских стен не обязательно останется в безопасности. Лутц не мог позволить опасности добраться до их порога.

— Идём, Сера.

Лутц ускорил шаг, и Сера поспешила за ним. Он знал, что так быстро двигаться по лабиринту неразумно: видимость плохая, а опора под ногами ненадёжна. Но тревога толкала его вперёд.

Уверенности не было ни в чём, всё оставалось лишь предположением. Встреть он демона сейчас, тот мог оказаться даже слабее, чем прежде. Но если исходить из худшего, оставлять всё как есть было нельзя. Если не уничтожить демона — и как можно скорее, — последствия могли стать ужасающими.

Именно поэтому Лутц должен был убедиться, что Кёкасуйгэцу, способная убивать нежить, действует так, как он задумал.

— Лутц, ты собираешься сражаться с этим демоном? — нерешительно спросила Сера. Даже оставаясь на несколько шагов позади, она чувствовала полыхавший в нём огонь. — Как ты вообще можешь об этом думать? Стоит мне вспомнить того демона — ноги начинают дрожать. Я бы никогда... — Голос Серы угас, по щекам потекли слёзы.

Не замедляя шага, Лутц как можно осторожнее ответил: — Я не позволю никому растоптать то, что мне дорого. Вот и всё.

— И это важнее твоей жизни?

— Да. Мой путь, моя гордость, семья и друзья. Ради этого я готов умереть.

— Всё равно звучит слишком расплывчато.

— У мужчины всегда есть причина взяться за оружие и сражаться, но обычно нет смысла облекать её в слова. Если свести всё к самому главному, скажем так: я сражаюсь ради любви.

— Не могу сказать, что понимаю. — Сере было трудно поверить, что кто-то добровольно пойдёт против такого демона ради столь туманных причин. Ей даже показалось, что Лутц над ней издевается, и потому слова прозвучали холоднее, чем она хотела.

Но Лутц не обиделся. Он лишь слегка улыбнулся. — Я тоже не понимаю.

Чем дальше они шли, тем сильнее холодок пробегал по спинам. Инстинкты предупреждали: приближается смерть. Впереди их наверняка кто-то или что-то ждало.

Лутц сжал саю Кёкасуйгэцу у левого бедра. Он насторожился сильнее прежнего, но Сера по-прежнему не чувствовала в нём страха.

Лутц остановился и взглянул на Серу, словно говоря: идёт. Она кивнула в ответ и обнажила длинный меч.

— А-га-а-а! — Из-за угла выбежал мужчина. С бледного лица стекала вязкая слюна. На нём был кожаный доспех, а в руке — меч, удобный для боя в тесных коридорах.

Поначалу Сера решила, что перед ними искатель приключений, но иллюзия быстро рассеялась. Когда-то он, несомненно, им был, однако погиб в лабиринте и пополнил ряды нежити. Сера не до конца понимала, как это происходит, но именно такая судьба обычно ждала тех, кто умирал внизу.

От этой мысли Сера нахмурилась. Что может быть хуже, чем лишиться даже права спокойно умереть?

Как бы то ни было, нежить отличалась немалой выносливостью. Многие сохраняли часть мышечной памяти, накопленной при жизни. Мёртвый искатель приключений мог оказаться весьма опасным противником.

Зомби поднял ржавый меч и бросился вперёд. Лутц положил руку на цуку Кёкасуйгэцу, широко расставил ноги и крепко упёрся в брусчатку. Сера затаила дыхание, наблюдая за ним сзади и недоумевая, почему он не обнажает клинок. Когда зомби вошёл в зону удара, Лутц перенёс вес на правую ногу. Он на миг присел, и тут серебряная вспышка по диагонали рассекла тело зомби.

— Ух... — Зомби откинулся назад, извергая смесь крови и разжиженных внутренностей.

Будь он человеком, удар наверняка оказался бы смертельным. Обычно после такого Сера осыпала бы Лутца похвалами, но противником была нежить. Разрезанная плоть или раздробленное сердце сами по себе зомби не остановят. Нежить лучше представлять себе как ком глины: её можно сколько угодно мять, а повреждённые места легко восстанавливаются.

Нанеся первый удар, Лутц сразу вернулся в сэйган, удерживая остриё на уровне глаз противника.

Хорошо, что он хотя бы не терял бдительности, но почему не атаковал снова? Размышляя, Сера сильнее сжала рукоять меча — и вдруг зомби упал навзничь на камень.

Он явно не собирался вставать. В рассказах на гниющих лицах зомби всегда застывали гнев и отчаяние, но, взглянув на лежавшее перед ними тело, Сера увидела на его губах спокойную улыбку. Может, это всего лишь игра дрожащего света факела. И всё же Сере хотелось верить, что в последние мгновения бедная душа обрела спасение.

Лутц перевёл взгляд с поверженного зомби на катану и удовлетворённо кивнул. — Другого от Герхарда я и не ждал, но надо признать: работа у него отличная.

— Лутц, что это было? Что это вообще такое? Какого чёрта сейчас произошло? — Казалось, над головой Серы повисла целая тысяча вопросительных знаков.

Зомби умер так же, как умер бы обычный человек. Разум Серы тщетно пытался осмыслить и объяснить увиденное.

— Пожалуй, можно назвать её катаной, способной убить даже чудо.

— Что? — Взгляд Серы опустился к сае на бедре Лутца. Она сглотнула.

Глянцевую чёрную саю украшал рельеф с луной, цветком и прудом. Вода отражала и луну, и цветок, и чем дольше Сера всматривалась, тем труднее становилось понять, где подлинник, а где отражение. Граница между этими вымышленными реальностями размывалась.

Затем Сера посмотрела на катану. Свет фонаря отражался в её платиновой стали. Клинок казался настолько прочным, что одним взмахом мог рассечь валун, а выгравированные на нём древние руны испускали слабое, пульсирующее сияние.

Сера бессознательно протянула руку, но тут же отдёрнула её. Ей хотелось заполучить катану — возможно, даже испытать на себе её лезвие. Такие мысли ясно говорили, что с головой у неё сейчас не всё в порядке.

— Этой катаной ты собираешься сражаться с огненным демоном? — спросила Сера, словно пытаясь отвлечься.

— Да. Я выковал её, чтобы убить этого ублюдка. — Лутц посмотрел на зомби — нет, на павшего искателя приключений, — осторожно переступил через него и пошёл дальше.

Сера последовала его примеру и поспешила догнать.

— Вот же... — За очередным поворотом Лутц снова остановился. Его раздражённый взгляд упёрся как минимум в пять зомби. Впереди он ощущал ещё нескольких.

Сера обернулась, проверяя путь к отступлению, но сзади приближались ещё два зомби.

— Эти двое на тебе! — крикнул Лутц, поднял Кёкасуйгэцу над головой и бросился на толпу мертвецов.

Сера обнажила длинный меч. — Чёрт, — выругалась она себе под нос. Просить зомби немного подождать было бессмысленно — они вряд ли послушаются.

Оба зомби ринулись на неё. Если не сопротивляться, скоро она сама пополнит их ряды. Сера вонзила меч в горло первого, пока тот слепо и беспорядочно нёсся вперёд. Через рукоять она ощутила, как клинок проходит сквозь гнилую плоть.

Для обычного человека такая рана, разумеется, была бы смертельной. Но зомби даже не споткнулся. Он сам продолжал идти вперёд, всё глубже насаживая шею на клинок, и тянул к Сере руки.

— Ува-а-а-а! — испуганно закричала Сера, пнула зомби и выдернула меч. Казалось, клинок немного погнулся, но сейчас было не до этого.

Первого зомби отбросило назад, но его место сразу занял второй. Он двигался довольно быстро, хотя направление атаки было совершенно предсказуемо.

Полагаясь лишь на грубую силу, Сера обрушила погнутый меч на голову зомби. Череп треснул, из щелей потекло мозговое месиво. Но зомби как ни в чём не бывало продолжал тянуться к ней.

Гнилая рука, с которой клочьями свисала плоть, местами обнажая кость, обхватила Серу за шею.

Он раздавит мне горло!

Когда Сера, не в силах противостоять хватке зомби, уже приготовилась умереть, перед глазами пронеслась вспышка света. Рука по-прежнему сжимала её шею, но была отсечена по локоть.

Между Серой и зомби стоял Лутц. Взмахнув катаной снизу вверх, он по диагонали рассёк туловище мертвеца пополам. Во все стороны брызнула густая чёрная кровь, и зомби рухнул, больше не шевельнувшись.

Первый зомби снова двинулся на них, но Лутц обрушил катану прямо сверху. Клинок расколол голову надвое и остановился у грудины. Зомби застыл, а когда Лутц слегка толкнул его, рухнул на землю. И на этот раз смерть оказалась окончательной.

— Смотрю, ты всё ещё жива, — сказал Лутц.

Сера огляделась и поняла, что он действительно прав. Она жива. Но что-то казалось странным. Сера опустила руку между ног и заметила влагу. Потрясение от ожидания смерти, сменившееся внезапным облегчением, должно быть, заставило тело расслабиться чуть сильнее, чем следовало.

— Моя гордость умерла.

Лутц на миг растерялся, но вскоре рассмеялся. — Раз ещё можешь шутить, значит, всё в порядке! В любом случае лучше, чем стать зомби.

— А я совсем не рада!

Похоже, работа Лутца была закончена, и он снова двинулся вперёд. Прежде чем последовать за ним, Сера заглянула туда, где он сражался, и замерла, поражённая увиденным.

Там лежали восемь трупов; каждый был разрублен надвое одним чистым ударом. Сера не могла поверить, что кто-то способен в одиночку совершить такое и после этого оставаться совершенно спокойным.

Она просто не понимала. Лутц был настоящей аномалией — непостижимым человеком. Сера ничего не знала ни о его прошлом, ни о пределах его сил, ни о том, как он смотрит на мир.

— Кто же ты на самом деле? — спросила Сера, пытаясь унять дрожь в голосе.

Лутц обернулся с сияющей улыбкой. — Я кузнец.

***

В безопасности. По крайней мере, теперь она могла сказать, что спасена. Пока остаёшься жив, всегда можно начать заново. Таков образ мыслей искателя приключений.

Они выбрались из лабиринта и увидели, что солнце уже садится. Мягкий свет заката окрасил лица двух воинов багрянцем.

Все маленькие лавки вокруг входа в лабиринт уже закрылись на ночь.

Сере эта картина показалась немного печальной, словно весь мир ушёл вперёд и оставил её позади. Но, будто пытаясь заполнить пустоту в сердце, она заговорила нарочито бодро: — Лутц, я правда не знаю, как тебя благодарить. Ты спас мне жизнь уже не один раз, а целых два.

— Не переживай. Просто так вышло.

Он спас ей жизнь и ещё проявил достаточно такта, чтобы всё преуменьшить и не дать ей почувствовать себя вечной должницей. Сера была благодарна, что Лутц не считает случившееся чем-то особенным, но всё равно испытывала вину. Она была обязана ему жизнью и хотела хоть чем-нибудь отплатить, пусть даже самой малой услугой. Но и это было ей не по силам.

Разве можно просто принять его доброту? Смогут ли они после этого разговаривать как равные? Сумеет ли она этим гордиться?

Нет. Сера сжала кулак, глубоко вдохнула и сказала: — Лутц, я стану сильнее. Пусть сейчас я ничего не могу для тебя сделать, но обещаю: однажды я отплачу за всё!

От внезапного заявления Лутц широко раскрыл глаза. Он уже открыл рот, чтобы снова сказать, что беспокоиться не о чем, но остановился и вместо этого тепло улыбнулся. — Буду ждать.

— Вот увидишь!

На этом они разошлись. Сера кое-как добралась внутрь городских стен. Несмотря на поздний час, трактир всё ещё гудел от весёлых искателей приключений. Она проскользнула мимо них и поднялась по лестнице. В городе многие постоялые дворы одновременно служили трактирами, и этот не был исключением.

Сера поднялась на третий этаж, вошла в комнату и бросила погнутый меч на пол. По крайней мере, теперь можно было не бояться, что его кто-нибудь украдёт. Она рухнула на кровать, и вся накопившаяся усталость наконец настигла её. Сера провалилась в сон.

Ей казалось, что этой ночью она выспится как следует, но посреди глубокой ночи из мрака донеслись мучительные крики, зовущие её. Кричали товарищи — прежние и новые.

Двое отчаянно бежали к ней, а следом тянулось адское пламя. Оно настигло одну и обуглило дочерна. Вскоре та же участь постигла вторую — её поглотили извивающиеся языки огня.

Их тела сгорели дочерна, но белки глаз остались пронзительно ясными. Они смотрели на Серу с чистой ненавистью.

— Почему ты убежала?

— Почему не помогла нам?

— Почему не умерла вместе с нами?

Тихо. Замолчите! И что, чёрт возьми, я должна была сделать?!

Огонь приближался. Теперь пламя должно было поглотить и Серу. Она побежала, но, как бы быстро ни двигала ногами, оставалась на месте. Пламя было всё ближе. Из ослепительного сияния вышел демон, протянул нечестивую правую руку и схватил Серу за шею.

— Ува-а-а-а! — Сера проснулась от собственного крика. Дыхание сбилось, всё тело покрылось потом.

Сосед за стеной забарабанил в стену, но Сера была даже благодарна: этот стук немного вернул её к реальности.

— Ч-что это, чёрт возьми, было?

Когда действие адреналина прошло, до неё наконец дошло, что именно она сделала. Сера изо всех сил делала вид, будто понимает прежних товарищей, бросивших её умирать, но в глубине души ненавидела их. А теперь сама сделала ровно то же самое.

Иначе было нельзя. Я ничего не могла сделать.

Лёжа в постели с закрытыми глазами, она повторяла это снова и снова. Но под закрытыми веками отпечатался огненный демон, протягивающий руку. Глаза снова распахнулись, всё тело задрожало.

Я... боюсь?

Стоило ей признать эту истину, как одиночество в тёмной комнате стало невыносимо страшным. Волоча уставшие ноги, Сера спустилась в трактир на первом этаже и заказала горячего вина с пряностями. Среди шумной толпы она наконец смогла перевести дух. Но спать в одиночестве всё равно не хотелось.

Стоит закрыть глаза — и эта тварь будет ждать меня. Что делать? Как спастись от этого кошмара?

Изо всех сил стараясь унять дрожь в руке, Сера поднесла кружку к губам. Оно обжигало. Одно это тепло доказывало, что она ещё жива. Но постепенно и оно остывало.

Нелепые шуточки сидевших вокруг искателей приключений звучали откуда-то издалека. Даже посреди шумной толпы Сера оставалась одна. Она допила остывшее вино, чтобы не пропадало, и продолжила бороться со страхом, сжимавшим сердце.

***

В ту ночь Сера так и не уснула. Возможно, ей удавалось ненадолго задремать, но стоило закрыть глаза чуть дольше, как во сне на неё набрасывались демон или зомби. Казалось, чудовища поселились прямо под её веками.

Проведя некоторое время в оживлённом трактире за выпивкой, она вернулась в комнату и тщетно попыталась погрузиться в сон, но кошмары каждый раз утаскивали её обратно в реальность.

Так продолжалось несколько дней. Если Сере удавалось проспать хотя бы полчаса, это уже было удачей. Тело слабело и чахло. В таком состоянии она не могла работать искательницей приключений, да и ни одна группа не согласилась бы её принять.

С каждым днём сбережений становилось всё меньше, и это тоже не давало Сере покоя. Ни выпивка, ни молитвы не облегчали тяжести, давившей на измученный разум.

Искатели приключений нередко сходили с ума, а потом их находили мёртвыми в какой-нибудь канаве. Возможно, однажды так закончится и её жизнь, а люди лишь скажут: «Ну да, такое случается».

Не так должна закончиться моя жизнь.

Её бросили — и она сама бросила других. Сера не могла примирить эти два факта, и противоречие пожирало её изнутри. Она боялась умереть, так и не найдя ответа на вопросы, которые кружили в голове. Ей ещё нельзя было умирать. Просто нельзя.

Оставался лишь один способ избавиться от кошмаров. Сера много раз о нём думала, но всякий раз отвергала. Даже иллюзия огненного демона внушала невыносимый ужас. О встрече с настоящим не могло быть и речи.

Сера поставила на стойку кружку, в которой ещё оставалась половина пива, и, пошатываясь, вышла наружу. Дневной свет, пронизывавший зимний воздух, был таким ярким, что ей пришлось прищуриться.

Неужели мне до конца жизни придётся бояться даже солнца? Хотя такими темпами жить мне, возможно, осталось недолго.

Сера вспомнила странного мужчину, которого встретила в лабиринте. Кузнец выковал катану исключительно ради того, чтобы убить демона. На поступок здравомыслящего человека это не походило. Но по крайней мере смелости в нём было куда больше, чем в ней.

— Как? — Будто подталкиваемая незримой силой, Сера вышла на главную улицу. Её всё ещё слегка качало, но она продолжала идти. — Как он может с такой уверенностью говорить, что сразится с этим демоном?

Если верить всему, что он ей рассказал, однажды он уже проиграл демону, но всё равно не утратил воли к борьбе.

Сера не понимала. Что было у Лутца такого, чего не было у неё? Может, он просто чем-то отличался от остальных и потому мог делать такие заявления?

Нет, дело не в этом.

В сердце Серы уже проросло восхищение. Ей нравился Лутц, ей хотелось понять его, и потому она не желала списывать его решимость на столь простое объяснение.

Продолжая идти по улице, она наконец добралась до перекрёстка. В квартале ремесленников Сера прежде не бывала, но ноги сами несли её вперёд.

Со всех сторон доносился звон металла, скрежет пил по дереву и другие звуки, назначение которых она даже не могла понять. Ясно было одно: вокруг все усердно что-то создавали.

Затем послышался шёпот. На Серу со всех сторон смотрели с любопытством и презрением.

Её спутанные волосы утратили блеск, взгляд помутнел, а лицо страшно осунулось. Вдобавок вокруг неё стоял неприятный запах. Меч согнулся так сильно, что больше не помещался в ножны, поэтому Сера завернула его в ткань и заткнула за пояс.

Любой понял бы, что перед ним искательница приключений. Более того, она словно носила на груди табличку: «Я опасна. Не приближаться». По правде говоря, ей ещё повезло, что по дороге её не арестовали.

Если подумать, ей встретилось несколько рыцарей, обходивших улицы, но каждый лишь зажимал нос и отворачивался.

— Эм, простите, можно вас на минутку? — обратилась Сера к двум прилично одетым женщинам, которые беседовали посреди улицы.

Обе нахмурились и поспешно пошли прочь.

Сера отчаянно крикнула им вслед: — Вы не знаете, где живёт кузнец Лутц?!

Услышав имя Лутца, женщины остановились и переглянулись. С какой стороны ни посмотри, Сера выглядела крайне подозрительно. Даже опасно. Однако для знакомой Лутца в этом не было ничего особенно необычного.

Лутц был искусным кузнецом и к тому же состоял на службе у графа. Не только кузнецы, но едва ли не все ремесленники квартала были благодарны его жене Клаудии: в тяжёлые времена она одалживала им деньги и постоянно раздавала небольшие подарки. Если прогнать клиента Лутца, в будущем это ещё могло им аукнуться.

Старшая из женщин указала слегка морщинистой рукой: — На мастерской нет ни вывески, ни чего-то подобного, так что слушай внимательно. Он живёт вон в том вытянутом в длину трёхэтажном доме.

— Слышала, он личный кузнец графа, а мастерская у него на удивление скромная, да?

— И ученика он так и не взял. Каждую ночь остаётся наедине с той фигуристой соблазнительной молодой женщиной — кто знает, чем эти двое там занимаются. Хе-хе, — хрипло рассмеялась женщина.

Сера поклонилась им и направилась к мастерской Лутца. Логических оснований так думать не было, но ей казалось: если она доберётся туда, то спасётся от кошмара, в который превратилась её жизнь.

Пройдя по тёмному переулку, она наконец оказалась у двери Лутца. Снаружи дом выглядел самым обычным семейным жилищем. Поначалу Сера думала, что проще всего будет найти самый роскошный особняк в квартале, поэтому встреча с теми добрыми женщинами стала настоящей удачей.

На двери не было даже молотка, и Сера ударила по ней кулаком. Вернее, попыталась. Сил осталось так мало, что звук вышел едва слышным. Она снова отвела руку и попробовала постучать, но кулак лишь мягко лёг на дерево.

— Ну почему? Я ведь уже дошла сюда, — пробормотала Сера, внезапно разрыдавшись.

Она не увидит Лутца. Он даже не заметит, что она пришла. Ноги подкашивались, и даже стоять становилось мучительно.

— Лутц. Это я, Сера. Пожалуйста, открой. — Она навалилась на прочную деревянную дверь. Голос был настолько слабым, что его едва можно было услышать; слова почти беззвучно вырывались вместе с дыханием.

Боже, неужели это наказание за то, что я бросила товарищей в беде? Если да, ответь хотя бы на один вопрос. Что я должна была сделать?

Сера почувствовала, как меркнет сознание.

Нет, нет. Если усну, снова окажусь во тьме, где живёт демон. Я больше не могу. Пусть это прекратится!

Сера дрожала от страха, когда вдруг услышала, как по другую сторону двери кто-то зашевелился. Затем поднялся засов.

Поняв, что за дверью кто-то есть, Сера отступила. Вскоре в щели показалось лицо. Ошибки быть не могло: перед ней был тот самый человек, которого она так отчаянно хотела увидеть.

— Лутц?!

— Сера, что с тобой случилось? — спросил Лутц, поражённый её измождённым и неопрятным видом. Вопрос мог прозвучать неприятно, но он исходил из искренней тревоги, а не желания прогнать грязную крестьянскую девчонку.

— Пожалуйста, помоги мне. Позволь... присоединиться к охоте на демона. — Эти страшные слова сорвались с её губ.

Какого чёрта она вообще говорит? Сера тут же захотела забрать слова обратно. Сражаться с таким чудовищем — самоубийство. Вероятно, при одном его виде у неё остановится сердце. В голове звенели тревожные колокола, но губы почему-то сложились в лёгкую улыбку. Может, такой конец был бы не так уж плох.

Некоторое время Лутц молчал. Сера испугалась, что он откажет, но в конце концов тот распахнул дверь и сказал: — Для начала заходи внутрь.

— Спасибо! — В глаза Серы вернулась искра жизни. Собравшись с силами, она выпрямилась и вошла вслед за Лутцем.

— У меня есть хорошая новость и плохая. — Незадолго до прихода Серы Лутц сидел с приятелем Рикардо на втором этаже мастерской и рассказывал, как прошло испытание Кёкасуйгэцу.

— Ты просто давно хотел так сказать, да? — Рикардо, конечно, пришёл в том числе ради бесплатного обеда и слушал рассказ Лутца, жуя хлеб, размокший в бульоне.

— Возможно. — Лутц пожал плечами, а затем посерьёзнел. — Так какую хочешь услышать первой?

— Хорошую. Плохую выслушаю, когда доем.

— Ладно. Я проверил действие Кёкасуйгэцу на нежити, и всё сработало как надо.

Когда Лутц рассказал о встрече с зомби в лабиринте, Рикардо широко раскрыл глаза. Он был профессиональным искателем приключений и прекрасно знал, насколько опасны зомби. Сколько их ни руби, они неизменно поднимаются снова. Столкнись Рикардо с целой ордой таких тварей, ему тоже пришлось бы бежать.

Рикардо с трудом верил, что зомби можно уложить одним ударом, но, зная Лутца, допускал и такое. Он также понимал: без столь безумного свойства огненного демона не победить.

Рикардо проглотил кусок слегка зачерствевшего хлеба и заговорил. Лутц не хотел стричь всех искателей приключений под одну гребёнку, но аппетит у них, похоже, и правда был зверский.

— А вдруг чары действуют только на нежить, а не подавляют врождённые способности любых чудовищ?

— На святую катану, очищающую нежить, это точно не походило. Я просто рубил их, и они падали.

— Как бы выразиться... Звучит немного пресно. Я понимаю, что это невероятно, но всё равно пресно.

— Нет, это твои катаны слишком уж эффектные.

— Вот как! Обязательно выскажу кузнецу. — Рикардо поднялся с пустой миской, спустился на кухню первого этажа, вымыл её в ведре с водой и вскоре вернулся. Дом был не его, но вёл он себя здесь как хозяин.

— Похоже, теперь остаётся проверить её на самом демоне, — сказал Лутц, придвигая катану к себе. — Не хотелось бы вступать в решающий бой, не проведя ещё нескольких испытаний, но вряд ли мы можем вежливо попросить тварь дать нам испытать оружие. Мы сделали всё, что могли. Придётся постоянно себе это повторять.

— Ты уверен, что справишься?

— Уверен.

— Тогда ладно, — кивнул Рикардо. Если Лутц не сомневался, ему этого было достаточно.

— А теперь плохая новость.

— Лучше бы я её не слышал. Чувствую, сейчас пожалею, что не родился глухим.

— Поверь, не узнав, ты бы пожалел ещё сильнее.

— А, значит, из таких новостей. Только сообщи помягче, чтобы пищеварительный тракт не заработал в обратную сторону.

— Очень похоже, что огненный демон каким-то образом эволюционировал.

— В этом дерьмовом мире вообще осталась надежда? — Рикардо согнулся от отчаяния, но Лутц продолжил сыпать соль на рану. Он рассказал, как снова встретил Серу в лабиринте и узнал от неё, что огненный демон теперь бросается огненными шарами.

Рикардо схватился за голову и застонал: — Значит, демон научился новой дальней атаке? Проклятье.

— Если верить Сере, хорошо, что ты раздобыл арбалет. Он может сыграть важную роль.

— Я просто не хотел, чтобы неопытному бойцу пришлось подходить к твари вплотную. Уж точно не ожидал, что она начнёт стрелять в ответ.

— Кстати, Кевин взвёл этот арбалет одной рукой. Даже стременем не воспользовался. Болты посыплются дождём.

— Почему все вокруг нас обязаны попирать логику и здравый смысл? Нельзя хоть раз сразиться нормально? — Рикардо внезапно вскинул голову, будто что-то заметил.

— Что-то не так?

— Нет, просто поклясться готов, что услышал голос... Нет, скорее почувствовал чьё-то присутствие рядом.

Рикардо встал, подошёл к окну и выглянул на улицу. К двери Лутца прислонилась молодая девушка и что-то тихо бормотала.

— Ты уверен, что за тобой из лабиринта не увязался один из зомби?

— Эй-эй, время страшных историй уже прошло. — Лутц тоже выглянул в окно. Со второго этажа разглядеть было трудно, но он узнал девушку, которая стучала в дверь с энергией сонного слизня. — Погоди, это Сера?

Обычно Лутц без церемоний прогонял незнакомых посетителей, но девушку, которую совсем недавно проводил на поверхность, он знал. И выглядела она до ужаса слабой и отчаявшейся.

— Что? Что с ней могло случиться? — бормотал Лутц, отодвигая засов и медленно открывая дверь. Заглянув в щель, он увидел лицо Серы — гораздо более худое, чем при последней встрече.

Стоило Сере узнать Лутца, как её мертвенное лицо немного ожило. — Лутц?!

— Сера, что с тобой случилось? — С последней встречи прошло всего несколько дней. Почему она так быстро исхудала? Похоже, всё это время она почти не ела и не спала.

— Пожалуйста, помоги мне. Позволь... присоединиться к охоте на демона.

Какого чёрта она несёт? Они не состояли в одной группе и даже не были близкими друзьями, но всё же Лутц её знал. Он не хотел прогонять Серу, когда та явно нуждалась в помощи.

— Для начала заходи внутрь.

— Спасибо! — Сера оживилась, но голос был настолько хриплым и надтреснутым, что слушать его было больно.

Лутц проводил Серу на второй этаж, кратко объяснил всё Рикардо и принёс суп.

Поначалу Сере казалось, что она не сможет есть, но после первой ложки аппетит мгновенно вернулся. Чем больше она ела, тем сильнее ощущала голод, и вскоре уже практически заглатывала суп. После многодневного пути по пустыне она наконец добралась до оазиса.

Овощи почти растворились в бульоне и придали ему мягкую сладость. Сера чувствовала, как столь необходимые питательные вещества расходятся по телу.

До сих пор организм отвергал всё, что она пыталась проглотить. Почему же сейчас еда шла так легко? Сера видела лишь одну причину: рядом были Лутц и Рикардо.

С ними ей наверняка не пришлось бы бояться неотступных кошмаров, которые ждали всякий раз, когда она закрывала глаза. Конечно, просить их вечно оставаться рядом было невозможно. Неужели придётся жить с этим страхом до конца дней? Нет, так нельзя. Чтобы освободиться от жутких видений, нужно раз и навсегда покончить с их причиной.

Не успела Сера опомниться, как миска опустела. Этого было мало, ничтожно мало. Её поразило, насколько отчаянно тело требовало пищи.

Сера услышала тихий стук о стол, подняла голову и увидела, что Лутц поставил перед ней ещё одну миску супа.

— Эм, точно можно мне всё это съесть? — Смущаться было, пожалуй, поздновато, но к Сере наконец вернулось достаточно сил, чтобы осознать собственную невежливость. Щёки вспыхнули.

Лутц с улыбкой кивнул: — Конечно. Ничего не сделаешь, если не наешься досыта и не выспишься. Это верно и для ремесленников, и для искателей приключений.

Лутц уже налил ей суп. Отказаться от доброты было бы ещё невежливее. Убедив себя в этом, Сера принялась за вторую порцию.

Вкус оказался чуть солонее прежнего. Может, к ней вернулась способность по-настоящему различать вкус? Нет, дело было не только в этом. У первой порции был мягкий вкус, но, увидев плачевное состояние Серы, Лутц, должно быть, добавил во вторую больше соли.

Вскоре опустела и эта миска. Сера задумалась, как изменится вкус, если попросить третью, но удержалась. Это уже было бы чересчур. К тому же не хотелось наесться так, чтобы уснуть прямо за столом.

— Большое спасибо за угощение!

— Уже наелась?

— Ага, теперь я сыта! — Это была ложь, но Сера постаралась сохранить невозмутимый вид.

Лутц понял, что она не до конца честна, однако Сера явно пришла не ради того, чтобы выпросить бесплатную еду, и заставлять её съесть ещё одну миску он тоже не стал.

— Так зачем ты сегодня пришла, Сера? Ты серьёзно говорила у двери? — спросил Лутц, передавая пустую миску Рикардо.

Сера ответила ему таким же серьёзным взглядом: — Да. Пожалуйста, позволь мне присоединиться к охоте на демона.

Ты шутишь? Эти слова уже готовы были сорваться с языка Лутца, но он крепко сжал губы. Достаточно было одного взгляда в глаза Серы, чтобы понять, насколько она решительна. Отвергать предложение, даже не выслушав её, было бы неразумно.

— Можно спросить почему?

— Конечно.

Сера медлила не только из-за страха, но и из-за стыда и сожаления. Говорить об этом — даже просто вспоминать — было больно, но без встречи с прошлым она не сможет двигаться дальше.

Она впилась пальцами в бёдра и подняла взгляд на Лутца. Затем, словно исповедуясь в грехах, медленно рассказала всё.

Сера поведала, как друзья бросили её и с этого начался мучительный путь. Она понимала: для искателя приключений это было естественным решением, но подавить ненависть всё равно не могла.

Потом она рассказала, как чудом нашла новую группу — и сама поступила с новыми товарищами так же, как прежние поступили с ней. Сера бежала от огненного демона, оставив новых спутниц умирать. Сколько бы она ни прокручивала случившееся в голове, вывод оставался прежним: иначе было нельзя. Замешкайся она хоть на миг — сгорела бы вместе с ними.

Но даже понимание этого не приносило покоя. Противоречивые чувства давили на сердце Серы, едва не разрывая его. Вернувшись в трактир, она стала видеть огненного демона и погибших товарищей. Не в силах нормально спать или есть, она держалась лишь на том небольшом количестве вина, которое удавалось проглотить.

Слушая её, Лутц вспоминал прежние встречи, мысленно заполнял недостающие звенья и всё время кивал. — Представь, что огромная волна смыла целую деревню.

— А? Эм... Хорошо.

— Теперь представь, что в той катастрофе выжил только один человек и на его глазах всю семью унесло волной. Заслуживает ли он наказания? Нет. Скорее большинство скажет, что хорошо уже то, что спасся хотя бы один, и что ему следует жить дальше ради тех, кого унесла катастрофа.

Сера опустила взгляд, немного подумала и спросила дрожащими губами: — Ты хочешь сказать, что я и есть та единственная выжившая?

— Да. Я уверен, тебе понадобится много времени, чтобы примириться со всем пережитым. Но винить тебя за случившееся незачем — ни другим, ни тебе самой.

Сера понимала, что Лутц хочет сказать, и была благодарна за попытку утешить. Но могла ли она удовлетвориться этим? Списать всё на случайную волю Божью, как стихийное бедствие, и жить дальше, будто ничего не произошло? Нет.

— Я... Я ненавидела прежних товарищей за тот же самый поступок. Ненавидела их. Даже если мы больше не могли оставаться вместе, мне не следовало перечёркивать все прекрасные воспоминания, которые нас связывали. Возможно, искупать свою вину мне и не за что, но я хотя бы должна свести счёты, поставить во всём этом точку. Убийство огненного демона никого не вернёт — я знаю. И прощения новых товарищей я тоже не заслужу. Но всё же! — Перед глазами всё поплыло. Лишь когда слёзы закапали с кончика носа, Сера поняла, что плачет. — Пожалуйста. Обещаю, я не стану обузой. Если решите, что мешаю, бросьте меня в любой момент. Используйте как приманку или щит. Пожалуйста, возьмите меня с собой. — Она положила руки на стол и низко поклонилась Лутцу.

Сера услышала, как Лутц отодвинул стул, поднялся и вышел из комнаты. Значит, он собирался отказать? Она погрузилась в бездну отчаяния, но вскоре услышала, как Лутц вернулся. Сера подняла голову, не понимая, что происходит, и увидела его ободряющую улыбку. На столе перед ней лежало нечто похожее на катану.

— Сера, ты ведь говорила, что твой меч погнулся? Возьми этот. Чар на нём нет, но остроты ему хватает с избытком.

— Нет, я не могу... В смысле, можно просто ударить мечом о камень и выправить его.

Лутц наклонился вперёд с суровым лицом и щёлкнул Серу по лбу.

— Ай!

— Не говори таких глупостей при кузнеце. Сделаешь так — и в самый нужный момент клинок переломится пополам.

— Но для нас, нищих искателей приключений, так выправлять погнутые клинки — обычное дело.

Лутц посмотрел на Рикардо, словно спрашивая: Серьёзно?

Рикардо молча кивнул. Все понимали, что способ далеко не лучший, но при вечной нехватке денег других вариантов почти не оставалось. В жизни искателей приключений таких вещей хватало, и сами искатели нередко из-за них погибали.

— В любом случае, если пойдёшь с нами, я хочу, чтобы ты была полностью готова к бою. Меньше всего мне хочется увидеть твою смерть.

С наполовину сломанным мечом от неё будет мало пользы. Им нужен был не человек, решивший умереть, а тот, кто вцепится демону в глотку и пустит в ход любую грязную уловку, если это поможет выжить. Только с такой решимостью можно было идти в бой. Отказаться от катаны значило бы снова бежать от собственной судьбы. Если Сера не готова принять хотя бы это, Лутц и Рикардо не возьмут её с собой.

— Я с благодарностью принимаю это оружие. — Сера почтительно взяла катану обеими руками и удовлетворённо кивнула обоим.

Обратного пути больше не было. Катана в руках казалась невероятно тяжёлой. Но Серу это ничуть не тревожило. Пусть впереди ждало то, что большинство назвало бы самоубийственной миссией, буря в её сердце наконец утихла, уступив место ясному голубому небу.

— Когда выступаем?

— Завтра.

— Завтра?! — Сера едва не закричала. Не слишком ли скоро? Нет, это она попросилась в группу в самый последний момент и не имела права жаловаться на сроки.

Сера покачала головой и постаралась взглянуть на всё иначе. Время на подготовку ей не требовалось. Если слишком долго размышлять, страх снова парализует её. Останавливаться было нельзя.

Всё будет хорошо. Сера верила в свою удачу. Она справится.

Она сглотнула слизь, скопившуюся в горле, поднялась и повесила катану на пояс. — Понятно. Мне вернуться сюда завтра на рассвете?

— Можно немного позже. Мы собираемся переночевать в поселении лесорубов и только потом войти в лабиринт, так что спешить незачем. Да и назначь мы сбор на рассвете, я всё равно не представляю, чтобы Рикардо пришёл вовремя.

— Эй, не делай меня посмешищем!

Лутц и Рикардо рассмеялись. Оба держались на удивление непринуждённо. Сера узнала в этой лёгкости повадку опытных бойцов и тоже немного расслабилась.

***

Попрощавшись с ними, Сера вернулась в трактир. На комнату ушла последняя медная монета. Теперь у неё не было денег даже на завтрак, но сожалений она не испытывала. В тот миг хотелось лишь позволить себе долгий, крепкий сон.

— Так, теперь я сплю! По-настоящему!

Она как следует выспится перед завтрашней охотой на демона. Идеальный план.

Сера задула свечи, прижала катану к груди и завернулась в немного затхлые простыни. От усталости она уснула в ту же секунду, когда закрыла глаза. Она спала так неподвижно, что её можно было принять за мёртвую. Но через несколько минут...

— А-а-а-а! — Сера с криком вскочила. Всё тело было залито потом; она даже испугалась, что обмочила постель, и поспешно проверила, не промокла ли одежда между ног. К счастью, на этот раз обошлось.

Сердце билось так быстро, что, казалось, вот-вот разорвётся. Сера прижала ладонь к груди и попыталась успокоить дыхание. В норму оно пришло далеко не сразу.

Совладав с бушующими чувствами, она огляделась и убедилась, что всё ещё находится в комнате трактира. Точно. Это не лабиринт. Затем Сера ощупала шею. Следов удушья или ожогов не было. Всё оказалось сном. Всё до последней детали. Единственной реальной угрозой оставалась невозможность уснуть.

— Клянусь, я отомщу за всех вас. Подождите ещё немного. — Вытерев пот со лба, Сера обратилась к образам друзей, скрывавшимся во тьме.

Чтобы отогнать страх, она вынула катану из саи. В отражении клинка на неё смотрела девушка — злая, полная сожалений, испуганная, решительная, а больше всего — смертельно невыспавшаяся. Выглядела она ужасно.