Ранним утром будильник на прикроватной тумбочке в общежитии сработал точно по расписанию.
Никаких резких трелей – лишь уверенная, короткая вибрация, вырвавшая Бай Юя из поверхностной дремы.
За окном еще серело, и рассвет пока не перевалил за протянутые вдоль базы ряды колючей проволоки.
Он открыл глаза, не испытывая ни малейшего колебания перед тем, как встать, и когда он поднялся, постель уже была наполовину заправлена.
Эта одиночная комната для унтер-офицеров отличалась почти педантичной чистотой: аккуратно сложенное тонкое одеяло лежало под прямым углом, а на столе покоились лишь масло для чистки оружия, тактические перчатки и защищенный армейский смартфон.
Босиком ступая по прохладному полу, он направился в отдельную умывальную.
Отвернув кран с холодной водой, он плеснул ледяной горной воды на лицо, мгновенно прогоняя последние остатки сна.
Бритва плавно сбрила щетину на подбородке, черты лица в зеркале оставались напряженными, а в глубине глаз таилось лишь спокойствие, выработанное годами строгого режима, – никаких лишних эмоций.
Прополоскать рот, вытереть лицо – вся процедура заняла не больше трех минут и была выполнена с безупречной четкостью.
Вернувшись в спальню, он заученными движениями облачился в уставную форму.
Сперва надел облегающее нательное белье с влагоотводящим эффектом, затем натянул темно-черный тренировочный костюм, застегнув молнию ровно до второй пуговицы под воротником.
Ремень был затянут намертво, а штанины аккуратно заправлены в тактические ботинки.
Присев на корточки, он завязал шнурки, туго и надежно затянув каждый узел.
Наконец он прикрепил к груди именную плашку и, глядя в зеркало, разгладил все складки на рукавах.
Будучи инструктором по спецподготовке, он давно впечатал самодисциплину в мельчайшие детали своего распорядка.
Закончив сборы, он небрежно взял со стола армейский телефон.
Экран загорелся, и перед глазами предстала вчерашняя переписка с Мольнией.
У той короткой реплики статус в строке отправки так и замер на отметке «Отправляется».
Пальцы Бай Юя на мгновение замерли.
На орбитальной станции Плесецк сильные колебания связи, и задержка сообщений – дело привычное.
Легко нахмурившись, он не стал забивать себе голову лишними мыслями, просто сунул телефон во внутренний карман куртки, решив отправить сообщение заново во время обеденного перерыва.
Толкнув железную дверь казармы, он вдохнул утренний прохладный воздух.
По басе уже то тут, то там раздавались шаги, а вдали поднимался дымок из походной кухни.
Следуя по бетонированной дорожке через жилую зону, он направился прямиком к открытому стрельбищу у подножия дальней горы.
Свинцово-серые мишенные щиты выстроились в ряд, на земле чернели гильзы и осколки от вчерашних стрельб, а в воздухе висела тяжелая смесь пороховой гари, машинного масла и запаха диких горных трав.
Несколько новобранцев уже выстроились в шеренгу, выпрямив спины в утреннем тумане.
Бай Юй подошел к строю, прислонился к ограждению и положил руку на кобуру у бедра, вновь обретя привычное для инструктора холодное выражение лица.
─ Сегодня утром первое упражнение: стрельба из положения стоя с упором в плечо.
На этом мирное утро закончилось, и все еще продолжали жить размеренным ритмом привычных тренировок.
Стоявший с самого левого края молодой солдат держал руку неестественно прямо, плечо было перенапряжено, а ствол винтовки невольно задирался вверх.
Бай Юй сразу заметил эту деталь и неспешно подошел к курсанту.
─ Выйти из строя.
Молодой новобранец тут же шагнул вперед, его уши слегка покраснели, а пальцы, сжимавшие оружие, побелели от напряжения.
Бай Юй не стал его отчитывать, а лишь легко коснулся пальцами зажатого правого плеча курсанта, постепенно осаживая и расслабляя зажатые мышцы.
─ Не пытайся удержать отдачу за счет плеча, прижми приклад плотно к мягким тканям ниже ключицы.
Он обхватил запястье курсанта, поправляя угол удержания оружия: ─ Предплечье держи ровно, запястье зафиксируй, чтобы корпус винтовки не трясло вместе с рукой.
Он наклонился, корректируя стойку бойца сбоку: ступни расставлены на ширине плеч, центр тяжести перенесен на переднюю ногу, чтобы обеспечить устойчивую базу.
─ Ты слишком торопишься прицелиться, все тело напряжено. Если откроешь огонь длинной очередью, ствол гарантированно взлетит вверх.
Бай Юй отступил на полшага, велев курсанту выполнить короткую очередь. Три выстрела грохнули один за другим, и пули легли в верхней части мишени.
─ Видел? ─ его голос звучал ровно, без упрека. ─ В стрельбе важна не грубая сила, а стабильность на фоне расслабления. Дыхание замирает между ударами сердца, на спуск жмет только кончик пальца, а вся рука остается неподвижной.
Он сам взял винтовку, показывая бойцу пример.
Вдох, задержка дыхания, плавное нажатие на спусковой крючок – и три пулевых отверстия кучно легли прямо в центр десятой зоны.
Дым рассеялся, и он вернул оружие новобранцу.
─ Еще раз. Расслабь плечи, перенеси вес в стопы.
Новобранец глубоко вздохнул, сбросил напряжение с тела и снова вскинул оружие.
На этот раз попадания легли значительно ближе друг к другу, а проблему увода ствола удалось взять под контроль.
Бай Юй слегка кивнул и уже собирался продолжить разбор ошибок, как тактическая рация у него на плече вдруг зашлась в треске помех, и экстренная связь со штабом грубо ворвалась в тишину полигона.
Резкий визг помех мгновенно заглушил раскаты стрельбы над стрельбищем.
Тактическая рация на плече переключилась на экстренный канал штаба, и холодный, требовательный голос диспетчера прорезался сквозь завывание ветра.
─ Инструктор базы Нельфа Бай Юй, немедленно явитесь в командный центр, у штаба есть срочное задание. Повторяю: немедленно направляйтесь в командный центр.
Пальцы Бай Юя судорожно сжались, ногти впились в ремень.
Быстро взяв себя в руки, он повернулся к выстроившимся новобранцам, его голос вновь обрел спокойную твердость.
─ Разойтись по группам, продолжить стрельбу короткими очередями по неподвижным целям. Строго соблюдать дисциплину, я в штаб.
Молодой новобранец, только что получавший наставления, выпрямил спину и резко отдал честь: ─ Есть, товарищ инструктор!
Бай Юй бросил винтовку новобранцу и стряхнул с рукава тренировочного костюма пороховую пыль.
Стрельбище находилось на изрядном удалении от главного штабного здания, пересекать всю территорию казарм и плаца пешком было слишком долго, поэтому он быстрым шагом направился к парковке и забрался в военный внедорожник.
Двигатель издал глухой, ровный гул, и машина плавно покатила по асфальтированной дороге.
Добравшись до открытой парковки у внешнего периметра штаба, он припарковался у обочины, заглушил мотор, вытащил ключ зажигания, запер двери и пешком направился в зону ожидания.
Вся стоянка была забита бронетехникой и тактическими машинными комплексами, здесь же приводили себя в порядок несколько боевых групп.
Не успел он пройти и пары шагов, как столкнулся со старыми знакомыми – отрядом «Альфа».
Командир Павель как раз сидел на броневике, пересчитывая взрывчатку, и тут же поднялся на ноги, заметив его.
─ Товарищ инструктор, чего это вы так спешите?
Бай Юй остановился и коротко бросил: ─ Экстренный вызов из штаба, деталей задания пока не знаю.
Стоявший рядом широкоплечий Дмитрий молча протирал ствол тяжелого пулемета; вспыльчивый Павель махнул ему рукой; связист Виктор, склонившись над переносной станцией помех, продолжал настраивать аппаратуру.
Перебросившись пара дежурными фразами, Бай Юй пошел дальше.
За углом разведывательного корпуса ему навстречу попался готовый к выходу отряд «Затмение». Все четверо бойцов были полностью экипированы, штурмовые винтовки висели на груди, а разгрузочные жилеты ломились от запасных магазинов и модулей связи.
Командир отряда Дэвис шагнул вперед и легко качнул подбородком: ─ Вечно ты сидишь на полигоне с новичками, а тут вдруг персональный вызов из штаба. Неужели наша легенда снова идет в дело?.
─ Жду приказа, – коротко кивнул Бай Юй и не стал задерживаться.
Дежурные дозорные, оружейники и аналитики – все они были знакомыми лицами, но при встрече лишь кивали друг другу.
Прежняя размеренная жизнь базы сегодня казалась зловеще тихой.
Телефон во внутреннем кармане оттягивал ткань, сообщение для Мольнии все еще висело в статусе отправки. Он раз за разом уверял себя, что дело в задержке орбитальной связи, но тревога нарастала с каждой секундой.
Остальным отрядам было велено оставаться в зоне ожидания для общего распределения, и лишь Бай Юя вызвали наверх, в главный командный пункт.
Подойдя к тяжелой герметичной двери из бронестали, Бай Юй поправил воротник и именную плашку, после чего дважды коротко постучал костяшками пальцев.
Изнутри раздался глухой голос: ─ Войдите.
Он взялся за холодную металлическую ручку и плавно распахнул створку.
Плотная звукоизоляция отрезала шум зоны ожидания, и в помещении воцарилась почти могильная тишина.
Холодный белый свет заливал просторный командный пункт, за длинным конференц-столом сидело несколько старших офицеров. Все они выглядели напряженными, и их взгляды тут же устремились на вошедшего.
На главном месте сидел начальник базы, задумчиво постукивая пальцами по столешнице.
Чеканя шаг, Бай Юй остановился в трех шагах от рабочего стола и щелкнул каблуками.
Спина вытянулась в струнку, подбородок слегка опущен, правая рука взлетела к виску в безупречном воинском приветствии.
Его голос прозвучал четко, чеканно и торжественно:
─ Инструктор спецподразделения базы Нельфа Международного управления объединенными военными силами Бай Юй по приказу прибыл!
Закончив салют, он замер по стойке смирно, глядя перед собой.
Пальцы, прижатые к шву брюк, непроизвольно сжались, телефон в кармане казался неподъемным грузом, а зависшее в сети сообщение подтачивало остатки хладнокровия.
Командир жестом разрешил ему опустить руку, суровое выражение на его лице чуть смягчилось – годы совместной службы стерли излишний формализм.
─ Хватит тянуться. Расслабься, ─ он откинулся на спинку кресла. ─ Как тебе на должности инструктора? Знаю, в душе ты до сих пор рвешься на передовую.
Эти слова точно попали в старую незаживающую рану Бай Юя.
После событий в Эдмонтоне некогда непобедимый отряд «Огненный шторм» распался: двоих товарищей они потеряли навсегда, а тяжело раненый Мольния был вынужден уйти на космическую станцию.
Сам он попросился в тыл обучать новичков, надеясь отгородиться от дыма пожарищ и тяжелых воспоминаний.
Слегка расслабив плечи, Бай Юй ответил ровно и сдержанно, не выдавая лишних эмоций: ─ Все в порядке, тренировки идут по плану. Тихо и стабильно – меня устраивает.
Не успел он договорить, как лицо командира мгновенно помрачнело, и он коснулся сенсорной панели на столе.
На огромном настенном экране развернулась спутниковая панорама: посреди диких скал чернели обугленные обломки летательного аппарата, а вокруг них уже суетились чужие силуэты.
─ Чрезвычайное происшествие. Космический вагон, вышедший со станции Плесецк, подвергся нападению и рухнул в безлюдном лесном массиве Восточных Альп, ─ заговорил он пониженным голосом. ─ На борту находился только Мольния, при нем были резервные копии сверхвычислительной системы. Передовой отряд Утопии уже выдвинулся на место, мы должны опередить их.
Сердце Бай Юя пропустило удар, кровь в жилах застыла, а пальцы впились в штанины.
Мольния – его старый боевой товарищ, тот самый новосоветский солдат, что всегда прикрывал спину отряду, – еще вчера вечером писал ему в мессенджере, но сообщение так и застряло в шлюзе связи, не дойдя до адресата.
Значит, дело было вовсе не в задержке сигнала…
Командир в упор посмотрел на него, чеканя каждое слово: ─ Возглавь поисковую группу, немедленно отправляйся к месту крушения и добудь информацию. Нам нужен живой свидетель, но даже при худшем исходе секретные данные не должны достаться врагу.
Выпрямив спину, Бай Юй отдал честь, а в его голосе прозвучала едва уловимая хрипота: ─ Генерал Тронос… Бай Юй… задачу выполню.
Получив основные вводные, Бай Юй повернулся, собираясь покинуть командный пункт.
Но едва его пальцы коснулись ручки двери, сзади снова раздался голос командира.
─ Бай Юй.
Он обернулся.
Генерал Тронос смотрел на него с тяжелым чувством сожаления и тревоги в глазах: ─ Отряды «Альфа» и «Затмение» в полной готовности и поддержат тебя на любом этапе, при встрече с противником можешь запрашивать авиаподдержку. Я знаю, что тебя связывало с Мольнией, но не позволяй эмоциям взять верх, береги себя. От «Огненного шторма» осталось всего трое, мы не можем потерять и тебя.
Это напоминание всколыхнуло жуткие образы событий в Эдмонтоне. В горле пересохло, и Бай Юй лишь молча кивнул, не говоря больше ни слова.
Толкнув дверь, он вышел в прохладный коридор.
Телефон во внутреннем кармане жег бедра, а неотправленное сообщение казалось невыносимо тяжелым камнем.
Сбросив накатившую волну эмоций, Бай Юй быстрыми шагами направился по лестнице вниз.
Прежняя глухая отрешенность рухнула окончательно, а в голове снова и снова проносились кадры из Эдмонтона.
Едва переступив порог вестибюля первого этажа, он нос к носу столкнулся с бойцами отряда «Альфа».
Павель как раз ждал команду на вылет и, заметив помрачневшего Бай Юя, тут же шагнул ему навстречу.
─ Приказ отдан? ─ он понизил голос, с первого взгляда уловив перемену в друге. ─ Судя по лицу, дело серьезное.
Бай Юй остановился, глубоко вздохнул, чтобы обуздать дыхание, машинально нащупал телефон в кармане и ответил глухо и жестко:
─ Мольния погиб. Его космический вагон атаковали и сбили в горах Восточных Альп. Сам он в обломках, при нем резервные носители суперкомпьютера. Передовой отряд Утопии уже выдвинулся, мы должны опередить их.
При имени Мольнии лица всех бойцов отряда «Альфа» вмиг посерьезнели.
О том, как отряд «Огненный шторм» прорывался сквозь ад в Эдмонтоне, ветераны базы знали не понаслышке.
Брови Павеля сошлись на переносице: ─ Тот самый пулеметчик, что ушел на станцию?
─ Да… он самый… ─ Бай Юй стиснул зубы, сдерживая подступающую ярость и жжение в горле. ─ Штаб показал первичные кадры с места крушения, шансов выжить практически нет. О спасении речь не идет, наша задача – опередить Утопию, забрать тело и вытащить жесткие диски с данными, за которые он отдал жизнь.
Лицо Павеля помрачнело еще сильнее, и он тяжело вздохнул.
Бай Юй сжал кулаки так, что побелели костяшки, глаза защипало от подступившей соли, но он быстро взял себя в руки и поднял взгляд на Павеля.
─ Ждите нас у посадочной площадки, подготовьте технику, ─ его голос звучал хрипло. ─ Мне нужно позвать двух старых товарищей.
Павель нахмурился: ─ Лоркана и Изабель?
─ Верно… ─ в груди Бай Юя все зашлось от боли. ─ Мольния – наш брат по крови, мы вытащили его живым из бойни в Эдмонтоне. Забрать его домой и вернуть секреты – это долг оставшихся бойцов «Огненного шторма»!
Не дожидаясь ответа, он вытащил из кармана зашифрованный армейский коммуникатор и на глазах у Павеля открыл защищенный канал группы.
Пальцы слегка дрожали, но он быстро набросил вызов:
─ Немедленно всем на взлетную площадку у командного центра. Мольния погиб…
Закончив передачу, он сунул аппарат обратно.
Павель посмотрел на его окаменевший профиль и коротко брорил: ─ Мои парни займутся боекомплектом и потянут окно вылета, жди их здесь.
─ Спасибо…
Бай Юй выдохнул горький воздух, чувствуя, как внутри закипает невыносимая тоска.
Из четырех бойцов, выбравшихся из пепелища Эдмонтона, Коль и Конетт сгинули первыми, а Мольнию с трудом пристроили на станцию залечивать раны – и вот теперь не стало и его.
Павель хлопнул его по плечу: ─ Понимаю каково тебе. Мы пока подготовим горное снаряжение и стволы, выиграем время, не суетись.
Бай Юй подавил бурю эмоций, вернув лицу непроницаемое выражение командира.
─ Спасибо. Я буду здесь, как только они подойдут – выступаем.
Прислонившись спиной к холодной стене, он снова и снова активировал экран телефона. Последнее сообщение Мольнии так и замерло в строке отправки, не дождавшись ответа.
Вскоре подоспели Лоркан и Изабель.
Они уже ознакомились с брифингом по внутренней связи, на их лицах не было удивления – лишь холодная, тяжелая скорбь.
Лоркан плотнее перехватил ремень снайперской винтовки, процедив хрипло: ─ Мы все видели в сети…
Изабель сжала в руках медицинский подсумок, ее глаза покраснели, но она не позволила себе уронить ни слезинки: ─ Подумать только, даже спрятавшись на станции, он не ушел от их пуль.
Старые шارы вновь заныли, и на душе у Бай Юя сделалось пусто.
─ Передовой отряд Утопии уже в горах. Наша задача – не просто вернуть архивы, мы вернем тело Мольнии домой.
Лоркан яростно кивнул, солдатская выдержка заглушила боль: ─ Мы обязаны прийти первыми. Нас осталось трое, и мы обязаны проводить Мольню в последний путь.
─ Выступаем…
Бай Юй отмахнулся от накативших чувств и решительно взмахнул рукой.
Спустя столько лет уцелевшие ветераны «Огненного шторма» вновь объединились и быстрым шагом направились к вертолетной площадке.
Быстро добравшись до открытого поля за корпусом, они застали там абсолютную тишину.
Отряд «Альфа» уже занял исходные позиции.
Рядом замерло в готовности и «Затмение», оба подразделения ждали приказа, и ни один боец не пытался занять место раньше времени.
Все знали историю «Огненного шторма», никто не подгонял командира и не задавал лишних вопросов.
Лопасти транспортников еще не крутились, двигатели работали на малых оборотах, поднимая поземку от ледяного ветра.
Бай Юй с Лорканом и Изабель подошли к голове колонны, трое оставшихся бойцов некогда грозного отряда встали плечом к плечу.
Боль была загнана глубоко внутрь, уступив место железной дисциплине.
Павель шагнул вперед и доложил вполголоса: ─ Все альпийское снаряжение погружено, боекомплект, подрывные заряды и поисковые комплексы на месте. Маршрут до ущелья в Восточных Альпах проложен в обход зон вражеского контроля.
Дэвис тоже подошел ближе, его лицо выражало полную сосредоточенность: ─ Мы готовы к вылету по первому знаку, отдай приказ – и взлетаем.
Окинув взглядом два выстроившихся отряда, Бай Юй глубоко вдохнул, прогоняя спазм в горле.
─ Цель – обломки корабля. Главное – взять резервный носитель, второе – забрать тело Мольнии. Отряд Утопии в горах, всем максимальная бдительность, возможна засада.
─ По местам! ─ Бай Юй резко взмахнул рукой.
Створки десантных люков медленно поползли в стороны, и бойцы один за другим поднялись на борту машин.
Мощные турбины взревели, закрутив вихри снега и пыли по всей площадке.
Машины одна за другой оторвались от земли, покинули воздушное пространство над берлинским уездом и, прижимаясь к холмам южной Германии, легли на южный курс, на полной скорости устремляясь в глубины Альпийских гор.
Два часа спустя зубцы заснеженных пиков наконец показались на горизонте.
Глубокое и извилистое ущелье зажало между собой хребты – именно там рухнул космический транспорт.
В разгар лета предгорья Альп утопали в густой хвойной зелени.
Кроны деревьев наглухо перекрывали свет, в лесу стояла духота, а воздух был пропитан запахом прелой листвы и смолы, отчего становилось трудно дышать.
Под ногами шуршал толстый слой сухих сучьев, и стоило оступиться чуть сильнее, раздавался сухой треск.
Транспортники не стали садиться на пятачок, вместо этого выполнив низкий проход над хребтом.
Пилоты многократно перепроверили местность на предмет инфракрасных ловушек и засад.
Внутри салона стояла звенящая тишина, бойцы молча перепроверяли магазины и снаряжение.
Бай Юй сидел у открытой рампы, глядя на темную пасть ущелья внизу с холодным и сосредоточенным выражением лица.
Лоркан прислонился к переборке, неспешно и методично настраивая оптику снайперского комплекса.
Изабель молча перебирала перевязочные пакеты, пальцы ее слегка подрагивали.
Убедившись в безопасности воздушного коридора, машины зависли над небольшой прогалиной.
Вниз полетели швартовочные фалы.
Двое разведчиков первыми коснулись земли, мгновенно рассыпавшись по сторонам для зачистки периметра.
Убедившись в отсутствии противника, остальные бойцы один за другим скатились по канатам.
Оказавшись внизу, все молча выстроились в защитный периметр, направив стволы в чащу леса.
Павель знаком велел дать людям две минуты на передышку, бойцы присели на одно колено, вытирая пот со лбов и стряхивая хвою с формы.
Ветер шумел в кронах.
Кроме шума ветра, в горах стояла жуткая, мертвая тишина.
Далёкий тонкий дымок поднимался со дна ущелья, едва заметный сквозь чащу.
─ До точки падения еще восемьсот метров, кругом валуны и осыпи, ─ Павель развернул полевую карту, понизив голос. ─ Тропы узкие, развернуться нельзя, придется идти цепочкой и продвигаться поэтапно.
Бай Юй поднялся на ноги, подошел к краю группы и посмотрел на черный дымок внизу.
─ Утопия опередила нас, у них было время на подготовку. Передвигаемся скрытно, наступать на камни, ветки не ломать. Столкнемся с врагом – не геройствовать, держать строй.
Короткий привал подошел к концу, и колонна вновь вытянулась в длинную змею.
─ Выдвигаемся… ─ проводив глазами последнего бойца, занявшего пост, Бай Юй передал в гарнитуру пилоту: ─ Периметр чист, можете отходить.
Машина резко взмыла вверх, покидая прогалину и уходя к хребту на безопасную позицию для ожидания и огневой поддержки.
Летний зной в лесу давил на плечи, пот ручьями стекал по лицам.
Бойцы ступали неслышно, нащупывая выступающие камни, не спуская глаз с каждого куста и каждого валуна.
Они неуклонно приближались к рухнувшему космическому аппарату.
Бай Юй собрался с духом, дав себе молчаливый зарок.
Сколько бы засад ни ждало их впереди, он должен защитить то, за что сражался товарищ, и вернуть Мольню домой…